№

№

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ессентуки «07» февраля 2020 года

Ессентукский городской суд Ставропольского края в составе: председательствующего судьи Шевченко Г.В.,

при секретаре судебного заседания Погосян Е.А., 

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, 

ответчика ФИО3, его представителя по доверенности ФИО4, 

третьего лица - дознавателя ФИО5, 

представителя ответчика - отдела МВД России по г.Ессентуки ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ГУ МВД России по Ставропольскому краю в лице ОМВД России по г.Ессентуки о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с названным исковым заявлением, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к ФИО3, ГУ МВД России по СК в лице ОМВД России по г.Ессентуки, указав, что 15 февраля 2017 года в рамках уголовного дела № дознавателем отдела дознания ОМВД России по г. Ессентуки ФИО5 вынесено постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, в том числе автомашины БМВ-730, г/н № рус, 1990 года выпуска, этим же постановлением, указанная автомашина была передана ФИО3 При этом, ФИО3 был указан в данном постановлении как владелец указанной автомашины. Однако, согласно ПТС и свидетельству о регистрации транспортного средства, владельцем указанной автомашины являлся истец. На все его устные обращения к дознавателю ФИО5 о передаче ему на ответственное хранение автомашины БМВ, он получал отказ. На его письменное заявление ответом № от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении его требований также было отказано. 

13 мая 2019 года дознаватель ФИО5 вынес постановление о возвращении его автомашины БМВ, которая была изъята в качестве доказательства. Таким образом, в течение свыше 2-х лет, принадлежащая ему автомашина находилась у ответчика ФИО3, который не осуществлял должное хранение.

01 июля 2019 года постановлением дознавателя ФИО5 уголовное дело № прекращено. 

При передаче истцу указанной автомашины установлено, что автомашина хранилась на территории огорода ФИО3 под открытым небом. За этот период состояние автомашины значительно ухудшилось (спущены колеса, имеются следы коррозии и повреждений градом, отсутствует аккумуляторная батарея и т.д.).

Согласно выводам независимого экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ установлена причинно-следственная связь между ненадлежащими условиями хранения автомашины и причиненными ей повреждениями. Сумма ущерба составила 98 540 рублей. Кроме того, стоимость оплаченного экспертного исследования составила 35 000 рублей, что подтверждается прилагаемым договором и квитанцией.

С целью защиты его прав и интересов, он вынужден был обратиться за юридической помощью к ИП ФИО7 Стоимость оказанных ему юридических услуг составила 50 000 рублей, что подтверждается прилагаемыми договорами и квитанциями. Согласно требованиям абзаца «б» п.1, ч.2 ст. 82 УПК РФ «вещественные доказательства возвращаются их законному владельцу, если это возможно без ущерба для доказывания».

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 8 мая 2015 г. N 449 г. Москва "Об условиях хранения, учета и передачи вещественных доказательств по уголовным делам", условия хранения, учета и передачи вещественных доказательств должны исключать их подмену, повреждение, порчу, ухудшение или утрату их индивидуальных признаков и свойств, а также обеспечивать их безопасность.

Просить суд: 

взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца 98540 руб. в счет возмещения материального ущерба, 35 000 рублей в счет оплаченных услуг эксперта, 50 000 рублей в счет оплаченных юридических услуг, 3 156 рублей в счет оплаченной госпошлины;

взыскать с ответчика ГУ МВД России по Ставропольскому краю в лице ОМВД России по г.Ессентуки в пользу истца 50 000 рублей компенсацию морального вреда, 35 000 рублей в счет оплаченных услуг эксперта, 50 000 рублей в счет оплаченных юридических услуг, 3 156 рублей в счет оплаченной госпошлины.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, направив заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя по доверенности ФИО2 

Представитель истца ФИО2 поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске, просил иск удовлетворить, дополнив, что машина принадлежала его доверителю, продана ответчику, который решил поставить машину на учет в РЭО ГАИ г. Ессентуки. На учете были выявлены нарушения в регистрационных знаках, в связи с чем возбуждено уголовное дело. Когда ответчик понял, что не может переоформить машину на себя, он обратился в Ессентукский городской суд, который признал договор купли-продажи расторгнутым и обязал Малейченко выплатить денежные средства, а Агаркову вернуть машину. Все присужденные деньги он выплатил. В настоящее время машина находится у Малейченко. После того, как он её забрал, сделал экспертизу, на которую был приглашен ФИО3, но тот на экспертизу не явился, хотя уведомление отправлено заблаговременно.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4 исковые требования не признали, считают их необоснованными. При этом Попадиус пояснил, что для того, чтобы установить, что этому автомобилю нанесен ущерб, нужно выяснить в каком состоянии данный автомобиль передавался ФИО3. Из представленных материалов уголовного дела, как такового акта приема-передачи, подтверждающего состояние автомобиля, не было, а имеется протокол осмотра места происшествия, где установлено, что на автомобиле имеются сколы, вмятины, повреждения, а также следы коррозии, т.е. автомобиль, уже имел повреждения до передачи ФИО3. Последующий акт осмотра автомобиля имеет идентичные повреждения. Машине было 27 лет на момент передачи её ФИО3. Экспертное исследование, представленное истцом, выполнено не по поручению суда, что не может являться надлежащим доказательством. Связи между хранением машины и причиненным ущербом нет. 

Представитель ответчика отдела МВД России по г.Ессентуки, ФИО6 просила в удовлетворении исковых требований отказать, представила в письменном виде возражения.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 07.02.2011 N З-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "О полиции", деятельность полиции осуществляется по следующим основным направлениям:

защита личности, общества, государства от противоправных посягательств;

предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений;

выявление и раскрытие преступлений, производство дознания по уголовным делам;

розыск лиц;

производство по делам об административных правонарушениях, исполнение административных наказаний;

обеспечение правопорядка в общественных местах;

обеспечение безопасности дорожного движения;

государственная защита потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, судей, прокуроров, следователей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов, а также других защищаемых лиц;

осуществление экспертно-криминалистической деятельности.

Статья 326 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за подделку или уничтожение идентификационного номера транспортного средства.

Как следует из материалов уголовного дела, согласно постановлению дознавателя ОД отдела МВД России по г. Ессентуки лейтенанта полиции ФИО5 о возвращении вещественных доказательств от 15 февраля 2017 г. транспортное средство БМВ-730 р/з В 266 УА/26, проходящее по уголовному делу № в качестве вещественного доказательства, было возвращено ФИО3 как законному владельцу до вступления приговора в законную силу, либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела. Законный владелец ФИО3 был установлен из содержания договора-купли продажи транспортного средства № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 продал, а ФИО3 купил транспортное средство БМВ-730 р/з В 266 УА/26. Имеется акт приема-передачи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ.

Данный договор купли-продажи транспортного средства ФИО3 как собственником транспортного средства был предъявлен для регистрации транспортного средства в подразделении РЭО ОГИБДД Отдела МВД России по г. Ессентуки 18 января 2017 г.

Таким образом, ФИО3 при передаче транспортного средства БМВ-730 р/з В 266 УА/26, проходящего по уголовному делу № в качестве вещественного доказательства, был определен по данному уголовному делу собственником транспортного средства должностным лицом- дознавателем ОД ОМВД России по г. Ессентуки ФИО5 в соответствии с нормами гражданского и уголовного законодательства Российской Федерации. В данном случае действия должностного лица о передаче транспортного средства на ответственное хранение под сохранную расписку ФИО3 необходимо признать правомерными.

Расторжение договора купли-продажи транспортного средства БМВ-730 р/з В 266 УА/26, согласно решению судьи Ессентукского городского суда Ивановой Е.В. осуществлено 20 июля 2017 г. Указанное решение суда вступило в законную силу 20 августа 2017 г.

О данном факте должностному лицу ФИО5 стало известно лишь 02 апреля 2019 г. после получения заявления ФИО1 за вх. №.

Согласно постановлению дознавателя ФИО5 о полном отказе в удовлетворении ходатайства от 05 апреля 2019 г. в заявленных требованиях ФИО1 по возврату транспортного средства было отказано ввиду того, что по уголовному делу № данный гражданин проходит в статусе «свидетель».

13 мая 2019 г. транспортное средство БМВ-730 р/з В 266 УА/26 было возвращено владельцу ФИО1 для хранения. 01 июля 2019 г. уголовное дело № по ч.1 ст.326 УК РФ в отношении неустановленного лица было прекращено по истечению сроков давности.

Кроме того, требования истца о возмещении материального и морального ущерба отделом МВД России по г. Ессентуки не соответствуют законодательству Российской Федерации по следующим основаниям.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса РФ и статьей 151 ГК РФ.

Так, согласно статье 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде. Однако ни одно из перечисленных в ст. 1100 ГК РФ указанных процессуальных действий правоохранительных органов в отношении ФИО1 не было совершено.

В исковом заявлении ФИО1 не указано какое нарушение закона и кем было допущено, повлекшее возмещение причиненного морального вреда и в чем оно выражалось. Не представлено доказательств того, что в результате незаконного, по мнению истца, передачи и хранения вещественных доказательств, был причинен моральный ущерб, также не обоснована сумма исковых требований, не понятно из каких расчетов исходил истец, определяя указанную сумму, не представлено доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных исковых требований.

Из "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017) следует, что: согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса.

Как указано в абзаце втором ст. 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Таким образом, исходя из вышеуказанных правовых норм, можно сделать вывод о том, что исковые требования гр. ФИО1 о компенсации морального ущерба являются не состоятельными и не основанными на законодательстве Российской Федерации.

Статья 1069 ГК РФ гласит, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации.

Исходя из диспозиции данной статьи, вред подлежит возмещению только при условии, что он причинен в результате незаконных действий государственных органов, в отличие от положений п.1 ст. 1070 ГК РФ, когда вред возмещается независимо от вины должностных лиц органов дознания и предварительного следствия.

В рамках ст. 1069 ГК РФ, как усматривается из исковых требований ФИО1, вред, причинённый истцу, к отделу МВД России по г. Ессентуки не предъявлен ввиду того, что отсутствует решение суда о признании действий должностного лица -дознавателя ОД Отдела МВД России по г. Ессентуки ФИО5 в рамках проводимого по уголовному делу расследования незаконными. Действия должностного лица истцом в судебных органах обжалованы не были.

Также в иске ФИО1 не указаны правовые основания для предъявления им исковых требований в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Просит суд в заявленных требованиях по исковому заявлению ФИО1 в части предъявленных исковых требований к отделу МВД России по г. Ессентуки - 50 000 рублей в счет возмещения материального ущерба, 35 000 рублей в счет оплаченных услуг эксперта, 50 000 рублей в счет оплаченных юридических услуг и 3 156 рублей в счет оплаченной госпошлины отказать в полном объеме.

Третье лицо, дознаватель ФИО5 просил в иске отказать, поскольку он действовал в соответствии с законом.

Заслушав мнения участников, приняв к обозрению уголовное дело №, исследовав доказательства на предмет из относимости, допустимости, достоверности, а также значимости для правильного рассмотрения дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностными лицами (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Правила хранения вещественных доказательств предусмотрены статьей 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Инструкцией «О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами» (утверждена Генпрокуратурой СССР, МВД СССР, Минюстом СССР, Верховным Судом СССР, КГБ СССР.. . N 34/15).

В соответствии с пунктом 13 Инструкции, при хранении и передаче вещественных доказательств принимаются меры, обеспечивающие сохранение у изъятых объектов признаков и свойств, в силу которых они имеют значение вещественных доказательств по уголовным делам, а также имеющихся на них следов, а равно сохранность самих вещественных доказательств (если они не могут быть переданы на хранение потерпевшим, их родственникам либо другим лицам, а также организациям).

Согласно пункту 14 Инструкции, вещественные доказательства хранятся при уголовном деле, а в случае их громоздкости или иных причин передаются на хранение, о чем составляется протокол. Ответственным за сохранность вещественных доказательств, приобщенных к делу, является лицо, ведущее следствие или дознание.

В соответствии с пунктом 21 Инструкции, хранение автомашин, мотоциклов и иных транспортных (в том числе плавучих) средств, использовавшихся в качестве орудий совершения преступлений и признанных потому вещественными доказательствами, а также транспортных средств, на которые наложен арест, производится по письменному поручению следователя, прокурора, суда в течение предварительного следствия или судебного разбирательства соответствующими службами органов внутренних дел (если они не могут быть переданы на хранение владельцу, его родственникам или другим лицам, а также организациям), руководители которых выдают об этом сохранную расписку, приобщаемую к делу. В расписке указывается, кто является персонально ответственным за сохранность принятого транспортного средства.

При изъятии, а также при передаче на хранение транспортного средства с участием работника Государственной автоинспекции или специалиста, а по возможности и при участии его владельца составляется акт технического состояния данного средства.

В соответствии с п.35 Инструкции, запрещается помещение на хранение вещественных доказательств и иных объектов в увлажненном и т.п. состоянии, могущем повлечь их порчу и невозможность дальнейшего исследования и использования в качестве доказательств. При необходимости должны быть приняты безотлагательные меры по приведению изъятых объектов в состояние, позволяющее их дальнейшее хранение.

Из содержания указанной инструкции усматривается, что применяется ответственность вследствие незаконных действий (п. 65).

Такая ответственность предусмотрена статьями 15, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении которых и просит истец в связи с причиненным ущербом принадлежащему ему имуществу.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО3 29 августа 2015 года заключен договор купли – продажи транспортного средства БМВ 730, 1990 года выпуска, с государственными регистрационными знаками В 266 УА-26 регион, стоимость автомобиля 85 000 рублей. 

21 ноября 2016 года ответчик по настоящему делу ФИО3 обратился в Ессентукский городской суд с исковым заявлением к ФИО1 о расторжении договора купли – продажи от 29 августа 2015 года, взыскании стоимости транспортного средства в размере 85 000 рублей, взыскании расходов на ремонт автомобиля в размере 40 000 рублей. В обоснование иска ФИО3 указал, что у транспортного средства отсутствовал идентификационный номер VIN, о чем знал ФИО1, но намеренно скрыл от него; осуществление регистрации данного транспортного средства на его имя в органах Госавтоинспекции не представилось возможным.

21 января 2017 года ФИО3 обратился в РЭО ОГИБДД ОМВД России по г.Ессентуки для регистрации автомобиля БМВ 730, 1990 года выпуска. В ходе проверки автомобиля выявлено, что номерная деталь кузова вварена кустарным способом и вызывает сомнения в принадлежности к данному автомобилю, маркировочная табличка отсутствует, о чем составлен рапорт инспектором по розыску РЭО ОГИБДД ОМВД России по г.Ессентуки ФИО8.

В тот же день, 21 января 2017 года, дознавателем ОД отдела МВД России по г. Ессентуки на ул. Буачидзе 25, на территории РЭО ОГИБДД ОМВД России по г. Ессентуки, произведен с участием ФИО3 и специалиста осмотр места происшествия - стоянка, осмотрен автомобиль БМВ 730 государственный номер 

<

***> регион, о чем был составлен протокол, в ходе осмотра производилась фотосьемка. При этом, в ходе осмотра установлено, что на кузове повреждений не обнаружено, номерная деталь кузова вварена кустарным способом, что вызвало сомнение о принадлежности к данному автомобилю; отсутствует VIN и номер кузова, на маркировочной детали следы кустарной сварки. 

В рамках этого же уголовного дела была проведена 31 января 2017 года автотехническая экспертиза, которая показала, что идентификационный номер на маркируемой детали представленной машины подвергался изменению путем демонтажа фрагмента маркируемой панели с первичной идентификационной маркировкой и установки панели без маркировки и дальнейшей окраской. Маркировка номера двигателя является первоначальной и изменениям не подвергалась. Сводная табличка с дублирующим идентификационным номером удалена. Установить принадлежность двигателя с маркировкой к определенному автомобилю возможно при соответствующем запросе к официальному дилеру. 

11 февраля 2017 года дознавателем отдела дознания отдела МВД России по г.Ессентуки ФИО9 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.326 УК РФ.

Протоколом осмотра от 15 февраля 2017 года, составленным дознавателем ФИО5 в присутствии двух понятых и самого ФИО3 был осмотрен автомобиль и установлено, что объектом осмотра является легковой автомобиль марки БМВ 730, 1990 года выпуска, с государственными регистрационными знаками В 266 УА-26 регион, темно синего цвета, изъятый 21 января 2017 года в ходе ОМП по адресу: 

<

...>. Автомобиль имеет две двери, четыре колеса на дисках штамповках, с резиной. На момент осмотра двери автомобиля открыты. Визуальным осмотром автомобиля установлено, что двери, крышка багажника, крышка капота не опечатаны бумажными бирками. Стекла тонировочного покрытия не имеют. На автомобиле на переднем бампере, и крышке багажника, имеются государственный регистрационный знак. Кузов автомобиля имеет повреждение в виде сколов и вмятин, повреждения лакокрасочного покрытия, а также имеются следы коррозии. Бампер автомобиля также имеет повреждения. Фары автомобиля каких-либо повреждений не имеют. В салоне автомобиля имеется руль, панель приборов, в передней консоли установлена магнитола. Сиденья салона имеют тряпичные чехлы и на момент осмотра, маркировочная табличка отсутствует, так же удален фрагмент маркируемой панели. 

Постановлением дознавателя ОД ОМВД России по г. Ессентуки ФИО5 от 15 февраля 2017 года автомобиль марки БМВ -730, государственный регистрационный знак 

<

***>, свидетельство о регистрации и паспорт указанного транспортного средства признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. Этим же постановлением, автомобиль марки БМВ -730 государственный регистрационный знак 

<

***> возвращен его законному владельцу ФИО3 под сохранную расписку. 

20 июля 2017 года, решением Ессентукского городского суда, вступившим в законную силу 25 августа 2017 года, исковые требования ФИО3 к ФИО1 удовлетворены частично: расторгнут договор купли – продажи транспортного средства БМВ 730, 1990 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>, заключенный 29 августа 2015 года между ФИО3 и ФИО1, с ФИО1 взыскана в пользу ФИО3 стоимость указанного автомобиля в размере 85 000 рублей, расходы по транспортировке автомобиля в размере 76000 рублей, в удовлетворении исковых требований о взыскании расходов по ремонту автомобиля в размере 49 100 рублей отказано.

Таким образом, законный владелец ФИО3 был установлен из содержания договора-купли продажи транспортного средства БМВ-730 р/з В 266 УА/26 от 29 августа 2015 г., согласно которому ФИО1 продал, а ФИО3 купил транспортное средство БМВ-730 р/з В 266 УА 26 за 85 000 рублей, о чем имеется акт приема-передачи транспортного средства от 29 августа 2015 г.

Согласно ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иным законом, особенности купли и продажи товаров отдельных видов определяются законами и иными правовыми актами. 

В соответствии со ст. 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса. Договор купли-продажи признается заключенным с условием его исполнения к строго определенному сроку, если из договора ясно вытекает, что при нарушении срока его исполнения покупатель утрачивает интерес к договору. Продавец вправе исполнять такой договор до наступления или после истечения определенного в нем срока только с согласия покупателя.

Статьей 314 ГК РФ предусмотрен срок исполнения обязательства. Если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода. В случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

В данном случае истец не оспаривал факт продажи им автомобиля ответчику ФИО3. Следовательно, доводы истца о том, что истец являлся владельцем указанной автомашины и в течение свыше 2-х лет, принадлежащая ему автомашина находилась у ответчика ФИО3, который не осуществлял должное хранение, не состоятельны.

Вопрос о возможности возвращении вещественного доказательства в виде транспортного средства на хранение законному владельцу дознавателем рассмотрен в соответствии с законом.

Так, согласно ч.2 ст. 82 УПК РФ вещественные доказательства в виде, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью: 

а) фотографируются или снимаются на видео- или кинопленку, по возможности опечатываются и по решению дознавателя, следователя передаются на хранение в соответствии с законодательством Российской Федерации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. К материалам уголовного дела приобщается документ о месте нахождения такого вещественного доказательства, а также может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования;

б) возвращаются их законному владельцу, если это возможно без ущерба для доказывания.

Поэтому действия должностного лица, дознавателя ФИО5, выразившееся в возвращении 17 февраля 2017 года вещественного доказательства-транспортного средства на тот период законному владельцу ФИО3 для хранения до вступления приговора в законную силу, либо до истечения срока обжалования постановления о прекращении уголовного дела, суд признает правомерными.

О расторжении договора купли-продажи транспортного средства в судебном порядке должностному лицу ФИО5 стало известно лишь 02 апреля 2019 г. после получения заявления ФИО1 за вх. №.

Тот факт, что дознаватель ФИО5 своим постановлением от 05 апреля 2019 г. отказал ФИО1 в возврате транспортного средства, так как тот являлся свидетелем, существенного значения для разрешения спора не имеет, поскольку 13 мая 2019 г., им же, дознавателем ФИО5 возвращено транспортное средство БМВ-730 р/з В 266 УА/26 законному владельцу ФИО1 и в тот же день, 13 мая 2019 г., истец получил транспортное средство. 

При этом, 13 мая 2019 года, дознавателем ФИО5 с участием ФИО1 был произведен осмотра автомобиля, в результате которого установлено, что объектом осмотра является легковой автомобиль марки БМВ 730, 1990 года выпуска, темно синего цвета, без государственных регистрационных знаков, изъятый 21 января 2017 года в ходе ОМП, по адресу: 

<

...>. Автомобиль имеет две двери, четыре колеса на дисках штамповках, с резиной. На момент осмотра двери автомобиля открыты. Визуальным осмотром автомобиля установлено, что двери, крышка багажника, крышка капота не опечатаны бумажными бирками. Стекла тонировочного покрытия не имеют. Кузов автомобиля имеет повреждение в виде сколов и вмятин, повреждения лакокрасочного покрытия, а также имеются следы коррозии. Бампера автомобиля также имеют повреждения. Фары автомобиля каких-либо повреждений не имеют. В салоне автомобиля имеется руль, панель приборов, в передней консоли автомобиля установлена магнитола. Сиденья салона имеют тряпичные чехлы. На момент осмотра, маркировочная табличка отсутствует, так же удален фрагмент маркируемой панели, и отсутствует АКБ, задние коврики, двигатель в рабочем состоянии. В данном протоколе есть графа, в которой истец мог занести нарекания и замечания по поводу данного автомобиля о его состоянии, однако истец расписался в нем, не имея таковых. 

Постановлением от 13 мая 2019 года автомобиль марки БМВ 730, государственный регистрационный знак 

<

***>, свидетельство о регистрации, паспорт указанного транспортного средства, и ключ от автомобиля признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. В тот же день, постановлением от 13 мая 2019 года автомобиль марки БМВ 730 государственный регистрационный знак 

<

***> возвращен его законному владельцу ФИО1 под сохранную расписку для хранения до вступления приговора в законную силу, либо до истечения срока обжалования постановления о прекращении уголовного дела.

01 июля 2019 г. уголовное дело № по ч.1 ст.326 УК РФ в отношении неустановленного лица было прекращено по истечению сроков давности уголовного преследования.

Суд, разрешая данный спор, руководствуется действующим законодательством, и оценивает в совокупности собранные по делу доказательства, с учетом положений ст. 67 ГПК РФ, и приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку в ходе судебного разбирательства причинно-следственная связь между наступлением вреда и действиями ответчиков не установлена, размер причиненного ущерба не доказан. Вопреки доводам истца незаконность действий дознавателя, повлекшего причинение ущерба истцу, а равно причинение вреда ответчиком ФИО3 в настоящем судебном заседании не установлены.

Как следует из материалов дела, изъятое 21 января 2017 года, транспортное средство, возвращено сначала ответчику ФИО3 15 февраля 2017 года уже с имеющимися повреждениями (кузов автомобиля имеет повреждение в виде сколов и вмятин, повреждения лакокрасочного покрытия, а также имеются следы коррозии), которые описаны в первоначальном протоколе осмотра, и 13 мая 2019 года возвращено ФИО1 после производства осмотра автомобиля с его же участием, в результате которого установлено, что кузов автомобиля имеет повреждение в виде сколов и вмятин, повреждения лакокрасочного покрытия, а также имеются следы коррозии. Данные протоколы ни истец, ни ответчик ФИО3 не оспаривали, следовательно, экспертное исследование в данном случае не может быть принято судом по следующим основаниям. 

В силу ст. ст. 55 - 57, ст. 67 ГПК РФ решение вопроса об относимости и допустимости доказательств отнесено процессуальным законом к исключительной компетенции суда.

Согласно ч.3 и ч.4 ст.67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В соответствии с ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ. Однако, несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В данном случае ходатайство о назначении судебной экспертизы сторонами не заявлялось. 

По существу, исследование № от ДД.ММ.ГГГГ, представленное истцом в обоснование иска, отражает экспертное исследование, которое при этом не является судебным, так как осуществлялось вне рамок процессуального закона. От заключения судебного эксперта акт экспертного исследования отличается формой составления и отсутствием правового статуса у лица, проводившего исследование. Фактически специалистом проводится экспертиза, которая не является судебной и как таковая не может быть принята судом, так как гражданское процессуальное законодательство не предусматривает использование "несудебной экспертизы" в качестве средства доказывания. 

Вместе с тем приведенные исследования не подпадают под функции специалиста, предусмотренные гражданским законодательством, ограниченные консультационно-справочной и технической помощью суду. Акт экспертного исследования под реализацию такой помощи, причем именно суду (не сторонам), не подпадает.

Заключение судебного эксперта и акт экспертного исследования, с точки зрения доказывания, не равноценны. Форма акта экспертного исследования более сокращенная, специалист не предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, ему не разъясняются процессуальные права и обязанности. Тем не менее, соблюдение принципа состязательности не позволяет суду игнорировать акт исследования, представленный истцом в процессе доказывания. Оценивая данное экспертное исследование в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что его выводы не согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в деле, в том числе и протоколами осмотра от 2017 и 2019 гг. в которых отражено, что на автомобиле имеются сколы, вмятины, повреждения, а также следы коррозии, т.е. автомобиль, уже имел повреждения до возвращения ответчику ФИО3. Суд также учитывает, что автомобилю было 27 лет на момент передачи её ФИО3.

В процессе рассмотрения спора не нашел подтверждения и довод истца о ненадлежащем исполнении обязанности ответчика ФИО3 по хранению автомобиля, поскольку автомобилем он пользовался на законных основаниях, и после признания вещественным доказательством он был возвращен ему как законному владельцу, соответственно имел права хранить у себя дома даже под открытым небом. Суду не представлены истцом доказательства, что указанных выше повреждений на момент продажи не имелось. 

На основании изложенного, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда с ответчиков не имеется.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, суд пришел к выводу о том, что судебные расходы по настоящему делу не подлежат взысканию.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 56, 193-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ГУ МВД России по Ставропольскому краю в лице ОМВД России по г.Ессентуки о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Ессентукский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено «09» февраля 2019 года.

Судья: Г.В. Шевченко