ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 сентября 2025 года г. Чита

Железнодорожный районный суд г. Читы Забайкальского края в составе:

председательствующего Махмудова Д.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Корягиной М.А., помощником судьи Чернобаевой Н.Е.,

с участием государственных обвинителей Горовенко Р.Ю., Прудниковой-Алексеевой Д.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Дамдинова Ц.Д.,

потерпевшего ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ... в ..., гражданина РФ, не женатого, состоящего в фактических брачных отношениях, имеющего малолетнего ребенка, также имеющего на иждивении двоих малолетних детей сожительницы, с полным средним образованием, учащегося 2 курса Забайкальского государственного университета, самозанятого, осуществляющего деятельность в сфере строительства и перевозки пассажиров, зарегистрированного по адресу: ..., ..., проживающего по адресу: ..., не судимого,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета при следующих обстоятельствах.

13 августа 2023 года в отделении № 8600 ПАО «Сбербанк» на имя ФИО2 открыт банковский счет ... (далее – банковский счет ФИО2), к которому привязана банковская карта платежной системы «Виза» ... (далее – банковская карта ФИО2).

Около 6 часов 16 ноября 2024 года ФИО1 по адресу: ..., предположил, что на счете имевшейся у него банковской карты ФИО2 могут находиться денежные средства, и у него из корыстных побуждений возник преступный умысел на тайное хищение этих денежных средств путем снятия через банкомат.

Реализуя задуманное, ФИО1 16 ноября 2024 года около дома по адресу: 

<

...>, тайно, воспользовавшись тем, что владелец карты за его действиями не наблюдал и не мог помешать осуществлению задуманного с целью незаконного личного обогащения, привлек Свидетель №2, не осведомленного о его преступных намерениях, после чего с использованием банковской карты ФИО2 в помещении ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, произвел следующие снятия денежных средств с банковского счета ФИО2: в 1 час 28 минут (московскому времени) с банкомата ATM ... в сумме 100 000 рублей; в 1 час 33 минуты (по московскому времени) с банкомата АТМ ... в сумме 50 000 рублей.

Данными действиями ФИО1 тайно похитил с банковского счета ФИО2 принадлежащие последнему денежные средства в общей сумме 150 000 рублей, чем причинил ФИО2 значительный ущерб в указанной сумме.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, не признал и показал, что ФИО2 является алкоголиком и наркоманом. До ноября 2024 года он поддерживал с ФИО2 дружеские отношения. 20 ноября 2024 года ему позвонил ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения и сказал, что на допросе в ОП «Северный» УМВД России по г. Чите указал его как единственного подозреваемого в краже денег с банковской карты. ФИО2 пояснил, что хотел забрать заявление, но того предупредили, что он может быть привлечен к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. ФИО2 попросил его сообщить в полиции, что он якобы нашел банковскую карту, и об этом знал ФИО2, а дело будет прекращено за примирением, так как в ОП «Северный» УМВД России по г. Чите работал брат ФИО2 и знакомые. Он сказал, что сообщит сестре и родственникам ФИО2 о наличии у того наркотической зависимости и вместе с тем обратится в полицию. В эту ночь ФИО2 написал ему сообщение, в котором просил прощения. ФИО2 разозлился на него за то, что он сообщил о наличии у того наркотической зависимости сестре последнего. Когда он приехал в г. Читу, он не смог связаться с ФИО2, обратился в полицию, где оперуполномоченный подтвердил, что со слов ФИО2 он мог похитить деньги. Поэтому, при первом допросе он признал вину в совершении преступления, придумал версию что банковскую карту потерпевшего получил, когда ее нашли автомойщики, когда мыли автомобиль, и положили на панель. Оперуполномоченный сказал, что если он придет с ФИО2, то все можно решить по «обоюдному согласию». После первого допроса он написал явку с повинной, в которой признался в совершении преступления. После этого ФИО2 по-прежнему не выходил на связь. Свидетель №2 в ходе очной ставки его не опознавал, но он в то время все еще соглашался с тем, что он причастен к совершению преступления. Затем сестра ФИО2 пояснила, что тот не выйдет с ним на связь. В это время ФИО2 лечился в наркологическом диспансере. После этого он написал заявление и дал показания о том, что ранее указал о своей причастности к совершению преступления по просьбе ФИО2 В апреле-марте 2025 года ФИО2 выписался из наркологического диспансера и рассказывал друзьям, что не указывал на него как на лицо, причастное к совершению кражи. ФИО2 ему свою банковскую карту не давал, пин-код от этой карты он не знал. С Свидетель №2 он не знаком. У него, среди прочих, имеется автомобиль марки «Ниссан – Бассара» бордового цвета.

Как следует из показаний ФИО1 в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого от 10 декабря 2024 года, он вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, признал полностью, в содеянном раскаялся и показал, что около 3 часов 8-9 ноября 2024 года он по просьбе ФИО2 приехал к общежитию в районе «Зенитки». ФИО2 рассказал, что потерял ключи от автомобиля, квартиры и банковскую карту. Автомобиль ФИО2 стоял у общежития. В куртке они нашли ключи от автомобиля и квартиры, сотовый телефон, при этом не нашли банковскую карту, после чего он увез ФИО2 на автомобиле отца домой. Через неделю он и ФИО2 оставили автомобиль последнего на автомойке. Позже он один забрал этот автомобиль, автомойщица нашла и положила на сидение серую пластиковую банковскую карту ФИО2 ПАО «Сбербанк». Он убрал эту карту в бардачок, о чем ФИО2 не сказал. Ночью 16 ноября 2024 года ему вновь позвонил ФИО2 и попросил свозить того за алкоголем, он отказал, выключил телефон и уснул. Утром 16 ноября 2024 года он был зол на ФИО2 и решил похитить денежные средства с банковской карты ФИО2, пин-код от которой он знал. Он понимал, что сам снять деньги с карты не сможет, так как в банках и банкоматах есть видеокамеры, поэтому решил привлечь кого-нибудь для этого. На ул. Засопочная он увидел мужчину в алкогольном опьянении, которому предложил снять деньги с карты за 5 000 рублей. Мужчина согласился, сел в его автомобиль, и они проехали к магазину «Пятерочка». В автомобиле он передал мужчине банковскую карту, сообщил пин-код от нее. Мужчина сходил, посмотрел сумму денег на карте, вернулся и сообщил, что на карте были 156 000 рублей. Он сказал мужчине снять деньги, мужчина ушел и вернулся с деньгами в сумме 150 000 рублей, из которых он передал мужчине 5 000 рублей, после чего мужчина ушел. Остальные похищенные с банковской карты деньги он потратил на свои нужды. Через некоторое время ему позвонил ФИО2 и сообщил, что у того с банковской карты похитили деньги, он не признался ФИО2, что похитил эти деньги. Банковскую карту ФИО2 он выбросил в районе магазина «Пятерочка». (том 1 л.д. 68-71)

Данные показания подозреваемый ФИО1 подтвердил при их проверке на месте 15 января 2024 года, при этом указал на свою квартиру по адресу: ..., где у него возник умысел на хищение денежных средств ФИО2 Также указал на участок местности по адресу: 

<

...>, где он предложил мужчине за вознаграждение снять деньги с банковской карты ФИО2 Также, ФИО1 указал на здание ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, где указанный мужчина, не осведомленный о его намерениях, снял с банковской карты ФИО2 и передал ему 150 000 рублей. (том 1 л.д. 72-79)

Приведенные показания в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте подсудимый ФИО1 в судебном заседании не подтвердил, по основаниям, приведенным выше.

Согласно показаниям ФИО1 в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого от 28 февраля 2025 года, обвиняемого от 17 апреля, 19, 20, 26 июня 2025 года, он вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ не признал и показал, что ранее оговорил себя в совершении кражи денег с банковской кары ФИО2, которую он не совершал. 20 ноября 2024 года ему позвонил ФИО2 в алкогольном опьянении и рассказал, что написал заявление в полицию о краже денег с карты и через некоторое время захотел забрать это заявление, но сотрудники полиции объяснили, что привлекут того к ответственности по ст. 306 УК РФ. ФИО2 попросил его сказать сотрудникам полиции, что нашел банковскую карту ФИО2 в машине и по просьбе самого ФИО2 снял с нее все деньги. 10 декабря 2024 он сам пришел в ОП «Северный» УМВД России по г. Чите, решил сказать, как попросил ФИО2, в ходе беседы узнал, каким образом совершена кража. Потом был приглашен адвокат. Так как он знал, что какой-то молодой человек снял деньги с карты, то придумал версию, что он попросил молодого человека это сделать. 15 января 2025 года на проверке показаний на месте он подтвердил данные им признательные показания. ФИО2 никогда не давал ему свою банковскую карту. (том 1 л.д. 146-151, том 2 л.д. 11-13, 146-147, 155-156, 192-194)

Данные показания подсудимый ФИО1 в судебном заседании подтвердил.

Несмотря на то, что подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину по предъявленному обвинению не признал, его вина в совершении тайного хищения имущества потерпевшего при установленных судом обстоятельствах подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, как следует из показаний потерпевшего ФИО2 в судебном заседании, а также в ходе предварительного расследования от 19 февраля, 5 марта, 22 апреля, 20 июня 2025 года, которые он подтвердил, у него имеется банковская карта ПАО «Сбербанк» ... к его банковскому счету .... К этой карте подключена услуга «Мобильный банк» по его номеру телефона, в его сотовом телефоне установлено приложение «Сбербанк Онлайн». 9 ноября 2024 года он и знакомый проехали на его автомобиле марки «Ниссан – Тиида» в район «Зенитки» в г. Чите, по дороге купили спиртное, заехали на автозаправочную станцию, он рассчитывался своей банковской картой. Куда после этого положил карту, не помнит. Около 3-4 часов 10 ноября 2024 года он позвонил своему другу ФИО1 и попросил увезти его домой. Пока ехал ФИО1, он искал ключи и банковскую карту. Когда приехал ФИО1, они нашли в его автомобиле ключи от квартиры, и ФИО1 увез его домой на автомашине марки «Ниссан – Бассара» бордового цвета. 11-12 ноября 2024 года он по просьбе ФИО1 передавал тому свой автомобиль марки «Ниссан – Тиида». ФИО1 периодически брал его автомобиль в пользование, ФИО1 всегда возвращал его автомобиль чистым. Примерно с 19 часов 15 ноября 2024 года он распивал спиртное в кафе в г. Чите. ФИО1 звонил ему, просил его автомобиль, он ответил, что находился на встрече. При этом ФИО1 указал, что ездил на автомобиле марки «Ниссан – Бассара». Около 2 часов 16 ноября 2024 года он позвонил ФИО1, попросил забрать его, но тот отказался. Он уехал домой на такси, которое оплатил переводом, при этом видел, что на его счете имелись 156 000 рублей. Банковскую карту он после этого не блокировал, надеялся найти, рассчитывался денежными средствами с использованием телефона и QR-кодов. Около 14 часов 16 ноября 2024 года он обнаружил в своем сотовом телефоне следующие смс-сообщения с номера 900 за этот же день: в 1 час 27 минут отказ в снятии денежных средств в связи с превышением лимита выдачи 156 000 рублей; в 1 час 28 минут выдача 100 000 рублей; в 1 час 28 минут выдача 50 000 рублей. В мобильном приложении банка сведения о снятии денег с его банковской карты подтвердились. Он не совершал эти операции, понял, что кто-то нашел его банковскую карту и похитил с нее деньги. В этот же день он обратился в полицию с заявлением о краже, просил установить и привлечь к ответственности того, кто совершил кражу. В тот момент он в краже денег никого не подозревал, не считал, что это преступление совершил подсудимый. О том, что ФИО1 причастен к совершению преступления, он узнал позже, примерно через 2 месяца после произошедшего, когда узнал от следователя, что ФИО1 признался в совершении преступления. Он догадался, что ФИО1 мог совершить кражу, так как необходимо знать пин-код банковской карты, чтобы похитить деньги через банкомат. ФИО1 неоднократно забирал его и довозил до дома, ночевал у него. Он давал ФИО1 свою банковскую карту для совершения покупок, называл пин-код, после чего тот возвращал ему карту. ФИО1 мог найти его карту в квартире или его автомобиле, на котором ездил с его разрешения. Он не разрешал ФИО1 распоряжаться его денежными средствами. Более пин-код своей банковской карты никому не говорил. Он сообщал ФИО1 о краже денег по телефону, встречался с последним, но тот о хищении ничего не говорил. Ему причинен материальный ущерб в сумме 150 000 рублей, который является для него значительным, так как он в октябре 2024 года был уволен и на 16 ноября 2024 года не работал, иных денег, помимо имевшихся в тот день на карте, у него не было. После кражи у него на счете осталось лишь около 6 000 рублей. 21 ноября 2024 года он в отделе полиции просмотрел видеозапись, на которой зафиксировано, что незнакомый ему мужчина снял деньги в банкомате. Сотрудник полиции спросил, у кого из его знакомых есть автомобиль бордового цвета, он ответил, что у ФИО1 Договоренности о том, что ФИО1 даст те или иные показания по его просьбе, признается в краже либо сообщит, что снял деньги по его просьбе, у него и ФИО1 не было. В настоящее время ФИО1 говорит ему, что не совершал преступление и признался, так как якобы он указал на ФИО1 как на лицо, совершившее преступление. Его сообщение ФИО1, в котором он просил его простить, не связано с обстоятельствами дела, он просил прощения, так как полагал, что ФИО1 на него огорчен. (том 1 л.д. 109-114, 164-172, том 2 л.д. 27-28, 153-154)

Из показаний свидетеля Свидетель №2 в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, которые он подтвердил, усматривается, что с вечера 15 ноября 2024 года он распивал спиртное, около 6-7 часов 16 ноября 2024 года он вышел от знакомой в алкогольном опьянении, заблудился, спрашивал у прохожих, как пройти на остановку в районе «Десятки» в г. Чите. К нему подъехал микроавтобус марки «Ниссан» бордового цвета, за рулем был ФИО1, который предложил подвезти его до остановки. ФИО1 был в военной форме, капюшоне и шапке-балаклаве с прорезями для глаз, он видел глаза ФИО1 ФИО1 остановил автомобиль у магазина «Пятерочка» на ул. Проспект Советов, попросил его сходить в отделение ПАО «Сбербанк» через дорогу и снять денежные средства с банковской карты за 5 000 рублей, на что он согласился. ФИО1 дал ему банковскую карту, назвал пин-код от нее. Он перешел дорогу, зашел в банк, вставил карту в один из банкоматов, запросил баланс, на счете карты было 156 000 рублей. Далее, он вышел и сообщил ФИО1, сколько денег на карте, тот сказал снять 150 000 рублей. После этого он вернулся в банк и снял с карты через банкоматы 150 000 рублей двумя операциями, 100 000 и 50 000 рублей. Эти деньги он отдал ФИО1, который ждал его у автомобиля, тот передал ему 5 000 рублей, и он ушел. Он уверен, что данным мужчиной был именно ФИО1 (том 1 л.д. 121-124)

Данные показания свидетель Свидетель №2 подтвердил в ходе очной ставки с подозреваемым ФИО1 21 февраля 2025 года, при этом по телосложению, глазам и голосу опознал ФИО1 как мужчину, по просьбе которого снял деньги в банкомате. Показал, что так как ФИО1 знал пин-код от карты, он подумал, что карта принадлежала последнему.

При этом, подозреваемый ФИО1 в ходе очной ставки полностью подтвердил показания свидетеля Свидетель №2 и также показал, что в ту ночь искал именно человека в алкогольном опьянении, чтобы тот не задавал много вопросов. (том 1 л.д. 134-136)

В судебном заседании свидетель Свидетель №2 подтвердил свои показания в ходе очной ставки. Что же касается подсудимого ФИО1, то он свои показания в ходе данной очной ставки не подтвердил по основаниям, приведенным выше.

Из показаний свидетеля Свидетель №3 в ходе предварительного расследования усматривается, что он является старшим оперуполномоченным ОП «Северный» УМВД России по г. Чите. Он работал по заявлению ФИО2 о краже денег с банковской карты, установил, что денежные средства потерпевшего были сняты в отделении ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, где были получены записи с видеокамер, на них зафиксирован мужчина, который обналичил деньги, им оказался Свидетель №2 Из анализа материалов следовало, что деньги с карты ФИО2 мог снять только тот, кто знал пин-код карты, а Свидетель №2 и ФИО2 друг друга не знали. Далее было установлено, что ФИО2 знаком с ФИО1, который управлял автомобилем марки «Ниссан – Бассара» бордового цвета. 10 декабря 2024 года ФИО1 сам приехал в отдел полиции, дал признательные показания и написал явку с повинной. (том 1 л.д. 94-96)

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, которые она подтвердила, 10 ноября 2024 года она дома по адресу: ..., ..., распивала спиртное в компании, в которой были ФИО2 и ФИО9 При этом, ФИО2 свою банковскую карту не доставал. Первым уехал ФИО9, а ФИО2 уехал позже. Утром ей звонил знакомый, который спрашивал про банковскую карту ФИО2, она ответила, что последний карту у нее не оставлял. (том 2 л.д. 19-23)

Как усматривается из показаний свидетеля ФИО10 в судебном заседании, в ноябре 2024 года она узнала, что у ее двоюродного брата ФИО2 были похищены денежные средства, о чем тот написал заявление в полицию, обстоятельства кражи она не знала. Брат не говорил ей, что подозревал кого-то в краже. В январе 2025 года ей позвонил оперуполномоченный и сообщил, что ФИО1 хотел вернуть ее брату похищенные тем деньги. Сотрудники полиции связались с нею, так как не могли найти ее брата, который примерно с декабря 2024 года лечился от алкогольной зависимости в клинике. В ноябре 2024 года автомобиль ее брата находился у ФИО1, которому она звонила по этому вопросу, но тот на звонки не отвечал. Об этом она сообщала Свидетель №5, который позже связался с ее мужем и сообщил, что какой-то парень передал тому автомобиль ее брата, который затем она забрала. В апреле 2025 года от брата ей стало известно, что ФИО1 жил у него, ездил на автомобиле брата и знал пин-код от его банковской карты. Ей не известно, чтобы брат просил ФИО1 давать те или иные показания по делу либо признаваться в совершении преступления.

Из показаний свидетеля Свидетель №5 в судебном заседании следует, что в ноябре 2024 года он узнал от своих друзей ФИО9 и ФИО2, что последний потерял свою банковскую карту в день, когда ФИО1 забирал потерпевшего из общежития. Затем с этой банковской карты похитили деньги. При этом ФИО2 в краже денег никого не подозревал. Сестра ФИО2 ФИО10 просила его забрать автомобиль ее брата марки «Ниссан – Тиида» у ФИО1, поскольку ее брат лечился в клинике. Он позвонил и сообщил об этом ФИО1, которого не было в г. Чите. Позже автомобиль ФИО2 ему передал знакомый ФИО1, а он передал этот автомобиль мужу ФИО10, от которой ему известно, что в краже подозревали ФИО1, на которого указал один из свидетелей. В ноябре 2024 года ФИО1 передвигался как на указанном автомобиле ФИО2, так и на своем автомобиле марки «Ниссан – Бассара» бордового цвета.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6 в судебном заседании, до ноября 2024 года ее сожитель ФИО1 и ФИО2 поддерживали дружеские отношения, ФИО2 много раз просил ФИО1 о помощи, в том числе подвезти того. ФИО1 передвигался на автомобиле марки «Ниссан – Бассара» бордового цвета, а также на автомобиле ФИО2 марки «Ниссан – Тиида».

Как следует из показаний свидетеля ФИО11 в судебном заседании, 11 ноября 2024 года он и Свидетель №5 уже знали о пропаже карты ФИО2, встретили ФИО9, который рассказал, что накануне распивал спиртное с девушками и ФИО2, который потерял свою банковскую карту в кафе или до этого, после чего уехали в район «Зенитки». В ноябре 2024 года ФИО1 передвигался на автомобиле марки «Ниссан – Бассара» темно-красного цвета, на автомобиле ФИО2, седане белого цвета.

Как следует из заявления от 16 ноября 2024 года, ФИО2 просит привлечь к ответственности неустановленных лиц, которые неустановленным путем сняли с его банковской карты 150 000 рублей (том 1 л.д. 4)

Согласно протоколу о явке с повинной от 10 декабря 2024 года, ФИО1 добровольно сообщил, что утром 16 ноября 2024 года на ул. Проспект Советов похитил с банковской карты ФИО2 150 000 рублей, в содеянном раскаивается. (том 1 л.д. 56-57)

По протоколу осмотрен сотовый телефон ФИО2 марки «Хуавей», в котором имеются смс-сообщения от номера 900 с оповещениями о снятии денежных средств в общей сумме 150 000 рублей. Также в телефоне имеется мобильное приложение «Сбербанка», в котором имеются квитанции о выдаче наличных денег через банкомат по адресу: 

<

...>, 16 ноября 2024 года в 7 часов 28 минут в сумме 100 000 рублей и в 7 часов 33 минуты в сумме 50 000 рублей. (том 1 л.д. 7-10)

Согласно справкам ПАО «Сбербанк» по операциям, а также осмотренным по протоколам ответу ПАО «Сбербанк», выпискам ПАО «Сбербанк» по банковскому счету ФИО2 и реквизитам этого счета, 13 августа 2013 года в отделении № 8600 ПАО «Сбербанк» на имя ФИО2 открыт счет ..., к которому выпущена банковская карта платежной ... .... 16 ноября 2024 года были совершены следующие операции по данной банковской карте по московскому времени: в 1 час 27 минут и 1 час 28 минут операции по выдаче наличных в сумме 156 000 рублей через банкомат ATM 60025467, результаты этих операций – наличные не выданы; в 1 час 28 минут выдача наличных в сумме 100 000 рублей через банкомат ATM 60025467; в 1 час 31 минуту и 1 час 32 минуты операции по выдаче наличных в сумме 56 000 рублей через банкомат ATM 60025473, результаты этих операций – наличные не выданы; в 1 час 33 минуты выдача наличных в сумме 50 000 рублей через банкомат ATM 60025473. Указанные ответ, выписки и реквизиты признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела. (том 1 л.д. 11-17, 173-177, 238-243, 244-248, 249, том 2 л.д. 30-32, 33)

Также, по протоколу осмотра места происшествия осмотрено помещение ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, в холле которого находятся банкоматы. (том 1 л.д. 18-22)

По протоколу выемки у свидетеля Свидетель №3 изъят диск с видеозаписью из отделения ПАО «Сбербанк» по адресу 

<

...>. Данный диск осмотрен по протоколу с участием свидетеля Свидетель №2 На имеющихся на диске видеозаписях зафиксировано, что в 6 часов 26 минут 16 ноября 2024 года в помещении банка мужчина подходил к двум банкоматам, совершал действия с сенсорным экраном и панелью, несколько раз прикладывал банковскую карту, забрал выданные банкоматом деньги и вышел из помещения в 6 часов 29 минут. Далее в 6 часов 31 минуту мужчина вновь зашел в это же помещение, подошел к банкомату, совершил действия с сенсорным экраном и панелью, несколько раз прикладывал карту, после чего забрал выданные банкоматом деньги и вышел из помещения. Участвовавший в осмотре Свидетель №2 пояснил, что на этой записи зафиксирован он в момент снятия денежных средств в отделении ПАО «Сбербанк» по адресу: 

<

...>, по просьбе мужчины, который дал ему банковскую карту и назвал пин-код от нее. Диск с видеозаписью признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела. (том 1 л.д. 98-101, 125-131, 133)

Помимо этого, по протоколу выемки у потерпевшего ФИО2 изъят сотовый телефон марки «Хуавей», который осмотрен по протоколу, в нем обнаружен контакт под именем Александр с 2-мя абонентскими номерами, которые, со слов участвовавшего в осмотре ФИО2, принадлежат ФИО1 По журналу звонков установлено, что 16 ноября 2024 года произведены исходящие вызовы на номер телефона ФИО1 в 3 часа 8 минут, который отклонен, и в 3 часа 9 минут, длительность разговора 2 минуты 32 секунды. Участвовавший в осмотре ФИО2 пояснил, что звонил ФИО1, чтобы тот забрал его из кафе, но тот отказался. Также, в телефоне имеется сообщения ФИО2 в адрес ФИО1 в 2 часа 41 минуту 21 ноября 2024 года, в котором ФИО2 указал, что всегда любил ФИО1 и просит его простить. Кроме того, имеются сообщения в 23 часа 36 минут, 23 часа 45 минут 26 ноября 2024 года, в которых ФИО2 сообщил, что не сдавал ФИО1 и не называл того подозреваемым. ФИО1 на эти сообщения не ответил. Также, в мессенджере «Вотсап» имеется личная переписка между ФИО12 и ФИО1 за 15 ноября 2024 года, в ходе которой те обсуждали вопрос о передаче ФИО1 автомобиля ФИО2, в 14 часов 55 минут ФИО1 направил видеосообщение личного характера, при этом на видео ФИО1 изображен одетым в камуфлированный костюм с капюшоном, в 18 часов 2 минуты ФИО1 направил голосовое сообщение, из которого следует, что в тот день он был на «Бассе». Участвовавший в осмотре ФИО2 пояснил, что этим ФИО1 имел в виду свой автомобиль марки «Ниссан – Бассара». ФИО3 телефон ФИО2 признан вещественным доказательством, приобщен к материалам уголовного дела и возвращен по принадлежности ФИО2 (том 1 л.д. 179-182, 183-194, 195, том 2 л.д. 29)

Кроме того, по протоколу выемки у подозреваемого ФИО1 изъят сотовый телефон марки «Самсунг М32», который осмотрен по протоколу, в разделе «Контакты» имеется контакт ФИО2, переписка с ним в мессенджере «Вотсап» и звонки в разделе «Звонки». При этом в переписке имеется указанное выше сообщение за 21 ноября 2024 года, после которого сообщений не имеется. При этом в переписке в мессенджере «Вотсап» между ФИО1 и ФИО2 отсутствуют указанные выше сообщения по вопросам о передаче автомобиля, видеосообщение и голосовое сообщение от ФИО1 ФИО3 телефон ФИО1 признан вещественным доказательством, приобщен к материалам уголовного дела и возвращен по принадлежности ФИО1 (том 1 л.д. 197-200, 201-207, 214, 215, 216)

Также, по протоколу осмотра места происшествия осмотрена квартира, в которой проживает ФИО1, по адресу: .... (том 2 л.д. 168-173)

Как усматривается из карточки учета транспортного средства, автомобиль марки «Ниссан – Бассара», государственный регистрационный знак ..., в кузове бордового цвета принадлежит ФИО13 (том 1 л.д. 47)

Оценивая приведенные выше доказательства, суд приходит к выводу о том, что они являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при получении доказательств, положенных судом в основу приговора, не установлено.

Анализируя показания подсудимого ФИО1 в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого от 10 декабря 2024 года, при проверке показаний на месте и в ходе очной ставки со свидетелем Свидетель №2, а также показания потерпевшего ФИО2, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1, ФИО10, Свидетель №5, Свидетель №6, ФИО11 в совокупности с иными исследованными по делу доказательствами, заявлением о преступлении, протоколами явки подсудимого с повинной, выемок, осмотров места происшествия, сотовых телефонов подсудимого и потерпевшего, содержанием видеозаписи с места происшествия, сведениями об обмене сообщениями между подсудимым и потерпевшим, данными о снятии денежных средств со счета потерпевшего, сведениями о принадлежности автомобиля марки «Ниссан – Бассара» и использовании его подсудимым, суд существенных противоречий между ними не находит и приходит к выводу о том, что данные доказательства в своей совокупности свидетельствуют о доказанности вины подсудимого в тайном хищении имущества потерпевшего при установленных судом обстоятельствах.

Оценивая позицию стороны защиты, суд отмечает, что в начале производства по уголовному делу, а именно при даче явки с повинной, в том числе при составлении объяснения, при допросе в качестве подозреваемого от 10 декабря 2024 года, при проверке показаний на месте и в ходе очной ставки со свидетелем Свидетель №2 подсудимый ФИО1 последовательно давал детальные пояснения и показания, в которых признавал свою вину в краже денежных средств с банковского счета потерпевшего, которые в целом соответствуют установленным судом обстоятельствам. При этом ФИО1 многократно в ходе различных следственных действий сообщал такие обстоятельства и детали преступления, которые могли быть известны ему лишь как лицу, непосредственно причастному к совершению преступления. Протоколы явки с повинной, допроса в качестве подозреваемого от 10 декабря 2024 года, проверки показаний на месте и очной ставки составлены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с участием профессионального защитника – адвоката. Перед проведением этих следственных действий ФИО1 разъяснялись его процессуальные права, в том числе право отказаться свидетельствовать против себя, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по уголовному делу, в том числе в случае последующего отказа от этих показаний. По результатам этих следственных действий их участники не имели каких-либо замечаний как в отношении правильности изложения их результатов в протоколах, так и в части иных обстоятельств. Это прямо указывает на то, что при даче названных выше показаний ФИО1 не был ограничен в праве и возможности свободно излагать его позицию, все имеющие значение для дела обстоятельства, а его право на защиту при проведении указанных следственных действий было соблюдено. Более того, изложенные в указанных процессуальных документах показания ФИО1 об обстоятельствах совершения им преступления не только в целом, но и в деталях соответствуют совокупности иных собранных по делу доказательств. В связи с этим у суда не имеется оснований отвергнуть приведенные выше показания подсудимого в ходе предварительного расследования и содержание его явки с повинной, содержание которых суд, наряду с совокупностью иных приведенных выше доказательств, кладет в основу приговора.

В ходе дальнейшего производства по уголовному делу в ходе предварительного расследования и в суде ФИО1 свою позицию по делу изменил, выразил несогласие с предъявленным ему обвинением, привел ряд взаимоисключающих утверждений и версий о его непричастности к совершенному преступлению и недостоверности его предыдущих показаний.

При этом ФИО1 привел доводы, которые сводятся к тому, что ФИО2 попросил его сообщить в органах полиции, что ФИО1 снял денежные средства с банковской карты потерпевшего по просьбе последнего, после чего ФИО1 явился в полицию и, фактически вопреки указанной выше просьбе потерпевшего, признался в том, что похитил деньги со счета. Одновременно с этим ФИО1 привел доводы о том, что признался в краже, поскольку ФИО2 оговорил его и указал на него как на лицо, причастное к совершению преступления.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд не находит каких-либо оснований согласиться с указанными доводами подсудимого, которые своего подтверждения не нашли.

Так, в соответствии с приведенной в ходе предварительного расследования версии ФИО1, ФИО2 обратился к нему с просьбой сообщить в органах полиции о том, что он снял денежные средства с карты потерпевшего с согласия последнего. Эта просьба является в целом простой и понятной. Именно данной просьбой подсудимый обуславливает свои дальнейшие действия. Несмотря на это, его последующие действия свидетельствуют о том, что он действовал вопреки этой просьбе. При этом в ходе всего производства по делу подсудимый не привел никаких обоснований такому поведению и невыполнению якобы имевшей место просьбы друга. Ни одни из показаний ФИО1 по делу не содержат сведений о том, что он снял деньги с карты потерпевшего в соответствии с волеизъявлением самого ФИО2, хотя подсудимый многократно имел возможность указать эти сведения. Напротив, ФИО1 на первоначальной стадии расследования последовательно утверждал, что именно он похитил деньги потерпевшего, подробно приводя обстоятельства совершения преступления.

Более того, версия о том, что ФИО1 снял денежные средства с банковской карты ФИО2 в соответствии с просьбой последнего, своего подтверждения в материалах дела не только не находит, но и прямо опровергается, прежде всего, самими обстоятельствами их снятия, при которых они были сняты с использованием банковской карты и верного пин-кода от нее Свидетель №2, связи которого с потерпевшим по делу не установлено. При этом, в случае снятия денег по указанию ФИО2 ФИО1 не пришлось бы принимать меры конспирации, привлекать для этого указанное постороннее лицо, а также сообщать о своей причастности к краже этих денег.

Суд также отмечает, что по делу не установлено оснований для ФИО2, чтобы подставлять ФИО1 и инициировать привлечение того к уголовной ответственности, поскольку из материалов дела и характера взаимоотношений этих лиц следует, что до ноября 2024 года они поддерживали в целом доброжелательные, дружеские и доверительные отношения, основанные на взаимовыручке, в личной переписке именовали друг друга не иначе как братьями, оснований подставлять либо оговаривать друг друга не имели. Сведений о наличии подобных оснований из материалов дела не усматривается, судом не установлено и сторонами не представлено.

Указанная выдуманная ФИО1 версия не объясняет, почему деньги с карты ФИО2 снял Свидетель №2, как эта карта попала к нему вместе с пин-кодом, и если эти действия были совершены Свидетель №2 в интересах ФИО2, почему тот это отрицает, не указывает на Свидетель №2 как на лицо, причастное к совершению преступления, а Свидетель №2, в свою очередь, указывает на ФИО14 как на лицо, передавшее ему банковскую карту потерпевшего и пин-код для снятия денежных средств.

Также, ФИО1 привел доводы о том, что не совершал преступление и признался в нем, поскольку потерпевший якобы указал на него как на лицо, совершившее преступление. Данная версия не соответствует позиции подсудимого в его же показаниях о якобы имевшей место договоренности с потерпевшим о том, что ФИО1 должен сообщить в полиции, что снял деньги с карты по указанию потерпевшего. Это указывает на нестабильную и противоречивую позицию подсудимого, которая своего подтверждения в материалах дела не находит. Более того, из материалов дела непротиворечиво усматривается, что ФИО2 ни в заявлении о преступлении, ни в объяснении, ни в своих показаниях не указывал сотрудникам полиции прямо на причастность ФИО1 к краже, поскольку достоверных сведений о причастности именно ФИО15 к этому преступлению у потерпевшего не было и быть не могло. Причастность же подсудимого к совершению преступления была установлена позже на основе совокупности иных непротиворечивых доказательств, касающихся, прежде всего, видеозаписи с места происшествия, описания автомобиля лица, совершившего преступление, показаний свидетеля Свидетель №2 Указывая об этом, нельзя оставить без внимания и то, что эта совокупность доказательств нашла свое детальное подтверждение в показаниях ФИО1 в начальной стадии предварительного расследования, которые последовательны, соответствуют остальной совокупности доказательств по делу не только в целом, но и в деталях. Эти показания ФИО1 неоднократно подтвердил, в том числе при их проверке на месте, детально указав все места, в которых он привлек к совершению преступления Свидетель №2 и снял деньги с карты потерпевшего с указанием конкретного способа этого снятия.

Изначально противоречивая позиция ФИО1 о его непричастности к совершению преступления содержит существенные логические несоответствия, поскольку он, утверждая, что признался в краже по просьбе ФИО2, в это же время фактически указывает, что ФИО2 не предлагал ему признаваться в краже, просил сообщить в полицию, что он снял деньги по просьбе ФИО2, то есть дать пояснения сами по себе исключающие кражу и необходимость в ней признаваться. Такие показания ФИО1 указывают лишь на его намерение любой ценой, пусть и путем очевидных противоречий и несоответствий, создать условия, которые могли бы поставить под сомнение его признательные показания по делу, оснований не согласиться с которыми суд не усматривает по основаниям, приведенным выше. Доводов, сколько-нибудь объясняющих указанные противоречия, подсудимым в ходе рассмотрения дела не приведено.

В любом случае, даже если бы ФИО1 действительно имел основания полагать, что кто-то указал на него как на лицо, причастное к совершению преступления, это обстоятельство не может рассматриваться в качестве единственно достаточного для того, чтобы на законных основаниях поставить под сомнение признательные показания подсудимого, которые нашли свое подтверждение совокупностью иных доказательств и ничем кроме противоречивых рассуждений самого ФИО1 не опровергаются.

Указанная позиция и рассуждения ФИО1 не только не дают оснований поставить под сомнение как его признательные показания, так и иные доказательства по делу, но и не объясняют, зачем потерпевшему, по версии подсудимого, сначала заявлять о краже, а затем отказываться от этого заявления. Следует отметить, что такое поведение явно не отвечало целям и намерениям потерпевшего, характер действий которого после обнаружения неправомерных списаний денег с его банковского счета, его показания и обстоятельства обращения в полицию прямо свидетельствуют о том, что он не знал об этих списаниях, которые носили явно неправомерный для потерпевшего характер, что и обусловило необходимость обратиться по этому факту в правоохранительные органы, от которого он впоследствии не отказывался. В своем заявлении в органы полиции ФИО2 просил привлечь к ответственности не конкретное лицо, не ФИО1, а множество неустановленных лиц, поскольку не имел достоверных сведений о причастности кого-либо к данной краже. В объяснении ФИО2 также не указывал, что ФИО1 может быть причастен к совершению преступления. В связи с этим уголовное дело было возбуждено не в отношении ФИО1, а в отношении неустановленного лица. Впервые ФИО2 указал о своих предположениях относительно возможной причастности ФИО1 к краже денег в протоколе его допроса от 19 февраля 2025 года, когда в распоряжении правоохранительных органов уже имелась совокупность доказательств, изобличающих подсудимого, но и из этих показаний потерпевшего не следует, что он прямо указал, что ФИО1 совершил кражу. Показания потерпевшего в этой части сводятся к рассуждениям, хоть и небезосновательным, о том, что похитившее через банкомат денежные средства лицо должно было знать пин-код карты, который был известен ФИО1, и который потерпевший иным лицам не сообщал.

Вопреки доводам ФИО1, из материалов дела следует, что после заявления потерпевшим о преступлении и его опроса ни у сотрудников полиции, ни у самого ФИО2 не имелось достоверных данных, безусловно указывающих на причастность ФИО1 к преступлению, а оперуполномоченными по делу проводились мероприятия по установлению обстоятельств совершения кражи. Данным обстоятельствам в целом соответствуют пояснения ФИО2 о том, что он указывал на ФИО1 лишь как на лицо, которое забирало его в день утраты банковской карты и могло указать место, где в тот день находился потерпевший, а также сообщил, что у ФИО1 имеется бордовый автомобиль. Такие пояснения прямо не свидетельствуют о том, что ФИО2 указал на причастность именно ФИО1 к совершению преступления, поскольку достоверных сведений о такой причастности у потерпевшего не имелось. Сопоставление этих сведений с иными обстоятельствами, которые устанавливались по мере расследования дела, а не показания потерпевшего как таковые, позволило раскрыть преступление, о чем и указано в показаниях свидетеля Свидетель №3

Несмотря на то, что ФИО1 утверждал, что признался в совершении преступления по просьбе ФИО2, а также поскольку последний указал на него как на лицо, совершившее преступление, из содержания всех процессуальных документов с участием ФИО2 и его показаний в суде следует, что он в ходе всего производства по делу не только не подтверждал, но и вовсе отрицал эти обстоятельства. Более того, в ходе личной переписки с ФИО1 ФИО2 прямо и непротиворечиво указал, что не называл ФИО1 подозреваемым и не изобличал его. Это обстоятельство полностью опровергает доводы подсудимого в указанной части.

По этим же основаниям, поскольку ФИО2 не указывал органам полиции на причастность ФИО1 к совершению преступления, суд отвергает доводы подсудимого о том, что он давал показания по просьбе потерпевшего, который якобы опасался уголовной ответственности за заведомо ложный донос.

Сам характер указанных выше сообщений ФИО2 в адрес ФИО1 в их личной переписке прямо опровергает утверждения подсудимого относительно его мнения о том, что ФИО2 изобличил его в совершении преступления, просил того признаться в его совершении либо дать в полиции пояснения о добровольном снятии денег с банковской карты.

Указывая об этом, нельзя оставить без внимания, что содержание имеющегося в телефонах ФИО2 и ФИО1 обмена сообщениями между ними указывает на то, что из телефона ФИО1 были удалены сообщения ФИО2 о том, что тот не называл ФИО1 подозреваемым и не сдавал его, а также сообщения ФИО1 в адрес потерпевшего по вопросам о передаче автомобиля, видеосообщение, на котором зафиксирована одежда ФИО1 во время, близкое ко времени совершения преступления, а также голосовое сообщение от ФИО1 с указанием автомобиля марки «Ниссан – Бассара», на котором тот передвигался в указанное время. При этом, в телефоне ФИО1 сохранились сообщения в переписках с ФИО2, как предшествовавшие указанным выше сообщениям, так и имевшие место после них. Это указывает на то, что в сотовом телефоне ФИО1 были выборочно удалены отдельные сообщения. Причины, по которым ФИО1 было выгодно сокрыть эти сообщения, обуславливаются характером отраженной в них информации относительно сообщенных ему потерпевшим сведений об обстоятельствах их общения, о внешнем виде ФИО1 и находившемся в его пользовании автомобиле. Для подсудимого было очевидно, что эти сведения прямо опровергали выдвинутые им версии по делу, а также подтверждали установленные по делу обстоятельства в части автомобиля, его внешнего вида и одежды в то время, о чем в своих показаниях указал Свидетель №2, с которым у ФИО1 была проведена очная ставка. Действия по корректировке переписки с потерпевшим явно были вызваны указанной необходимостью, и не требовались бы в случае действительной непричастности подсудимого к краже денег потерпевшего.

Вопреки доводам подсудимого, сообщение ФИО2 в его адрес, в котором последний указал, что любил подсудимого как брата и просил прощения, не свидетельствует о непричастности подсудимого к совершению преступления, поскольку каким-либо образом не опровергает установленные судом обстоятельства, в то же время непротиворечиво указывает на наличие между ними близких отношений, которые и позволили ФИО1 завладеть банковской картой потерпевшего, узнать ее пин-код.

Утверждения подсудимого о том, что потерпевший просил его дать по делу те или иные показания, не находят своего подтверждения и в показаниях сестры потерпевшего, а также общих знакомых ФИО1 и ФИО2 и фактически чем либо, помимо показаний самого подсудимого, не подтверждаются.

Ссылки стороны защиты на то, что показания ФИО2 являются противоречивыми, фактически ничем не подтверждены. Напротив, показания потерпевшего на протяжении всего производства по делу отличались последовательностью и стабильностью, в отличие от показаний подсудимого.

Доводы участников процесса со стороны защиты о злоупотреблении алкоголем и наличии наркотической зависимости у ФИО2 каким-либо образом о непричастности подсудимого к совершению преступления не свидетельствуют, иные утверждения защиты не подтверждают, не опровергают выводы суда, установленные по делу обстоятельства произошедшего, а также обстоятельства обращения ФИО2 в органы полиции и содержание его показаний.

Рассуждения подсудимого о том, что ФИО2 своими действиями мстит ФИО1 за то, что родственники с его подачи узнали, что ФИО2 имеет наркотическую зависимость, своего подтверждения в материалах дела также не находят. При этом из показаний самого же ФИО1 следует, что он предупредил ФИО2 о том, что сообщит сестре потерпевшего и родственникам об указанной зависимости потерпевшего уже после того, как ему стало известно об изобличении его потерпевшим, а не до этого. Таким образом, указанный довод подсудимого является противоречивым и опровергается его же показаниями как в части последовательности событий, так и в части наличия причинно-следственной связи между действиями потерпевшего и распространением указанных сведений подсудимым. Из показаний же сестры потерпевшего ФИО10 следует, что на лечение в наркологический диспансер ФИО2 поступил вне зависимости от действий ФИО1, который с нею не разговаривал и от контактов с нею уклонялся, вследствие чего она и была вынуждена привлечь Свидетель №5 к тому, чтобы получить от ФИО1 находившийся у того автомобиль ее брата. Эти обстоятельства прямо указывают на то, что ФИО2, изобличая, по версии подсудимого, его в совершении преступления, не мог мстить ФИО1 за распространение сведений об указанной зависимости, поскольку сделал это, согласно версии самого же ФИО1, еще до возникновения мотива для такой мести.

Доводы защиты о несогласии с показаниями свидетеля Свидетель №2 фактически сводятся лишь к тому, что Свидетель №2 перед очной ставкой с ФИО14 пояснил, что не опознает последнего, что якобы подтверждено имеющейся у подсудимого аудиозаписью.

Оценивая данные доводы, необходимо отметить, что показания Свидетель №2 по делу стабильны, непротиворечивы, не только не опровергаются иными собранными по делу доказательствами, положенными в основу приговора, но подтверждают и дополняют их в деталях. При этом Свидетель №2, как в ходе очной ставки, что подтверждается ее протоколом, так и в судебном заседании прямо указал, что опознал ФИО1 как лицо, которое передало ему банковскую карту, назвало пин-код и попросило снять с карты и передать ему денежные средства. Если бы Свидетель №2 в ходе очной ставки действительно не указывал на ФИО1 как на данное лицо, подсудимый имел реальную возможность указать об этом в протоколе очной ставки, как в основном его тексте, так и в графе о наличии замечаний. В то же время, протокол очной ставки между подозреваемым ФИО1 и свидетелем Свидетель №2 подобных сведений не содержит, а сам ФИО1 в ходе этой очной ставки не только согласился с показаниями данного свидетеля, но дополнил их, пояснив, что для совершения преступления подыскивал именно человека в состоянии опьянения, который не будет задавать много вопросов относительно снятия денег с банковской карты. Такие пояснения не только не противоречат и дополняют имеющуюся совокупность доказательств, но и в целом соответствуют характеру содеянного подсудимым и принятым им при совершении преступления мерам конспирации.

Не отверг свои показания в отношении ФИО1 свидетель Свидетель №2 и в суде. Из показаний этого лица, а также следователя Свидетель №7, допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля, следует, что перед началом очной ставки Свидетель №2, увидев ФИО1, растерялся и пояснил, что затрудняется опознать ФИО1, но в дальнейшем, как при очной ставке, так и в суде Свидетель №2 непротиворечиво указал на ФИО1 именно как на лицо, с которым он общался при обстоятельствах, изложенных в его показаниях, и по просьбе которого обналичивал денежные средства с банковской карты через банкомат. При этом, Свидетель №2 указал, по каким именно признакам опознал подсудимого, который принимал меры к тому, чтобы сокрыть свое лицо при общении с данным свидетелем. Также, этот свидетель верно указал марку, тип кузова и цвет автомобиля потерпевшего.

Что же касается доводов о наличии аудиозаписи, на которой якобы зафиксировано, что Свидетель №2 не опознавал ФИО1 в ходе очной ставки, то, как следует из материалов дела, аудиозапись либо технические средства, которые могут ее проводить, в ходе очной ставки между указанными лицами не применялись, стороны об этом не ходатайствовали, хотя и не были лишены такой возможности. Следовательно, источники происхождения указанной в доводах защиты аудиозаписи вызывают сомнения. При этом из содержания протокола очной ставки, с которым согласились, и который подписали все участники этого следственного действия, а также из показаний Свидетель №2 в суде следует, что показания этого свидетеля в части опознания им ФИО1 последовательны и противоречий не содержат.

Каких-либо мотивов оговаривать ФИО1 со стороны Свидетель №2 по делу не установлено и защитой не приведено, ранее данные лица знакомы не были и отношений не поддерживали.

Ссылки ФИО1 на то, что следователь говорила Свидетель №2 подтверждать свои показания в суде, также не могут поставить показания этого лица под сомнение, поскольку разъяснение возможности допроса в суде не может служить поводом к тому, чтобы отвергнуть данные этим лицом показания. Что же касается показаний Свидетель №2 в суде, то они соответствуют его же показаниям в ходе предварительного расследования, допрос Свидетель №2 проведен с участием сторон, оснований ставить эти показания этого свидетеля под сомнение не установлено и сторонами фактически не приведено. Принимая это во внимание, суд кладет показания свидетеля Свидетель №2 в основу приговора и учитывает их, наряду с иными доказательствами.

Высказанное в судебном заседании мнение стороны защиты о том, что позиция подсудимого подтверждается показаниями свидетелей, фактически отсылает лишь к доводу подсудимого и предположениям некоторых из свидетелей о том, что банковская карта могла быть утрачена ФИО2 до встречи ФИО2 с ФИО1, когда последний забирал потерпевшего после употребления спиртного в районе «Зенитки». Вместе с тем, эти рассуждения на выводы суда и установленные по делу обстоятельства фактически не влияют, поскольку не опровергают, что ФИО1 мог обнаружить банковскую карту в автомобиле потерпевшего, который регулярно находился в пользовании подсудимого.

Иных доводов, которые могли бы повлиять на выводы суда относительно виновности ФИО1 в тайном хищении имущества потерпевшего при установленных судом обстоятельствах, либо поставить под сомнение собранные по делу доказательства, изобличающие подсудимого в совершении преступления, сторонами не приведено.

С учетом изложенного выше, оснований для изменения квалификации содеянного подсудимым, а также его оправдания по результатам рассмотрения уголовного дела не выявлено.

Оценивая обоснованность предъявленного подсудимому обвинения, суд отмечает, что ему вменяется совершение хищения «(при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 1593 УК РФ)». Вместе с тем, данная приведенная в скобках часть диспозиции п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ относится к случаям хищений электронных денежных средств, к которым денежные средства на банковском счете не относятся. Следовательно, ссылка на то, что преступление совершено ФИО1 «(при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 1593 УК РФ)» приведена в обвинении излишне и подлежит исключению из обвинения.

Уточняя обвинение в указанной выше части, суд учитывает, что это не влияет на квалификацию содеянного подсудимым, не ухудшает его положение и не нарушает его право на защиту, поскольку обстоятельства обвинения существенным образом не изменяются.

Принимая во внимание изложенное, суд действия ФИО1 квалифицирует по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета.

О том, что действия ФИО1 были умышленными и направлены на корыстное противоправное безвозмездное завладение денежными средствами потерпевшего с банковского счета, свидетельствует характер его последовательных действий. Так, из исследованных по делу доказательств следует, что ФИО1 завладев банковской картой потерпевшего, тайно от потерпевшего и иных лиц привлек иное лицо, не осведомленное о его преступных намерениях, которому передал указанную карту и сообщил известный ему пин-код от нее. После этого данное лицо по просьбе ФИО1 через банкомат сняло денежные средства со счета банковской карты потерпевшего и передало их подсудимому, который в дальнейшем распорядился ими по своему усмотрению.

Учитывая, что потерпевший ФИО2 на момент совершения преступления был уволен, не работал, источника дохода не имел, на его банковском счете после кражи осталось лишь 6 324 рубля 19 копеек, которые составляли последние оставшиеся у него денежные средства, также принимая во внимание конкретный размер причиненного потерпевшему материального ущерба, суд признает данный ущерб значительным.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, который не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, социально адаптирован, не женат, при этом состоит в фактических брачных отношениях, имеет семью, постоянное место жительства и регистрации, является самозанятым, характеризуется исключительно с положительной стороны, а также влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд в соответствии с пп. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает наличие у него малолетнего ребенка, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления в ходе предварительного расследования, в том числе при даче объяснения от 10 декабря 2024 года. Также, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признает смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами полное признание вины и раскаяние в содеянном в ходе предварительного расследования, наличие на иждивении двоих малолетних детей сожительницы, имеющих заболевания, оказание помощи бабушке, имеющей заболевания, наличие заболеваний у сестры и отца, имеющего инвалидность.

Принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, учитывая положения ч. 1 ст. 60 УК РФ, согласно которой более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, суд не усматривает оснований для применения положений ст. 73 УК РФ и приходит к выводу о том, что исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты только в случае назначения ему наказания в виде лишения свободы.

В связи с наличием смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд применяет при назначении наказания положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Каких-либо действительно исключительных обстоятельств, связанных, в том числе, с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые позволили бы суду применить при назначении наказания положения ст. 64 УК РФ, по делу не установлено.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для изменения категории совершенного преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

При этом, с учетом совокупности указанных смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, положительных данных о личности подсудимого, который ранее к уголовной ответственности не привлекался, не имеет социально значимых заболеваний, суд, назначая наказание в виде лишения свободы, приходит к выводу о том, что целей наказания, восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1 и предупреждения совершения им новых преступлений возможно достичь без реального отбывания наказания в местах лишения свободы. В связи с этим суд полагает возможным применить положения ч. 2 ст. 531 УК РФ и заменить ФИО1 наказание в виде лишения свободы принудительными работами, поскольку данный вид наказания предусмотрен санкцией ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Учитывая принятие решения о замене ФИО1 наказания в виде лишения свободы принудительными работами, суд, учитывая разъяснения, приведенные в п. 223 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», не обсуждая вопрос о назначении дополнительного наказания к лишению свободы, с учетом данных о личности подсудимого, который не судим и характеризуется положительно, не усматривает оснований для назначения ему дополнительного наказания к принудительным работам в виде ограничения свободы.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 602 УИК РФ суд определяет ФИО1 самостоятельный порядок следования к месту отбывания наказания в виде принудительных работ в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы.

Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения.

Потерпевшим ФИО2 по делу заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого денежных средств в сумме 150 000 рублей в счет возмещения причиненного преступлением имущественного ущерба в результате хищения денежных средств в указанной сумме.

Подсудимый ФИО1 данные исковые требования не признал, поскольку не согласен с предъявленным обвинением.

Принимая решение в отношении заявленных потерпевшим исковых требований, суд исходит из положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ, согласно которым вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Несмотря на то, что подсудимый исковые требования не признал, суд находит их подлежащими удовлетворению в полном объеме, поскольку они являются обоснованными, подтверждены приведенными в приговоре доказательствами и складываются из похищенной подсудимым суммы принадлежащих потерпевшему денежных средств. Несогласие подсудимого с предъявленным обвинением и установленными судом обстоятельствами не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отказа в удовлетворении исковых требований потерпевшего.

Разрешая вопрос о сохранении ареста, наложенного на счета ФИО1 в банках и его сотовый телефон, суд учитывает положения ч. 9 ст. 115 УПК РФ, согласно которым арест, наложенный на имущество, отменяется, когда в применении данной меры процессуального принуждения отпадает необходимость.

С учетом того, что по делу подлежат удовлетворению исковые требования потерпевшего в указанной выше сумме, суд полагает необходимым сохранить до исполнения ФИО1 приговора суда в части взыскания по гражданскому иску арест, наложенный на принадлежащий ФИО1 сотовый телефон марки «Самсунг М32», а также денежные средства, имеющиеся и поступающие на счета ФИО1 ..., ... в АО «ТБанк», ... в ПАО «ВТБ», ... в ПАО «Сбербанк» в пределах 150 000 рублей на каждый из этих счетов.

Суд разрешает судьбу вещественных доказательств в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ, при этом считает необходимым после вступления приговора в законную силу: возвращенный ФИО2 сотовый телефон марки «Хуавей» полагать переданным по принадлежности; сотовый телефон марки «Самсунг М32», на который наложен арест, оставить на ответственном хранении у осужденного ФИО1; диск с видеозаписями, ответ на запрос ПАО «Сбербанк» с приложенными сведениями о банковских картах и движении денежных средств, выписки и реквизиты по счету ПАО «Сбербанк» хранить при деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 531 УК РФ назначенное осужденному ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев заменить наказанием в виде принудительных работ на срок 2 года 6 месяцев с удержанием в доход государства 10 % заработной платы.

В соответствии с чч. 1 и 2 ст. 602 УИК РФ определить осужденному ФИО1 самостоятельный порядок следования к месту отбывания наказания в виде принудительных работ в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы.

Исчислять ФИО1 срок наказания в виде принудительных работ согласно ч. 1 ст. 603 УИК РФ со дня его прибытия в исправительный центр.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. После вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменить.

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 к осужденному ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 150 000 рублей в счет возмещения причиненного преступлением имущественного ущерба.

Сохранить до исполнения ФИО1 приговора суда в части выплаты по гражданскому иску арест, наложенный на принадлежащий ФИО1 сотовый телефон марки «Самсунг М32», а также денежные средства, имеющиеся и поступающие на счета ФИО1 ..., ... в АО «ТБанк», ... в ПАО «ВТБ», ... в ПАО «Сбербанк» в пределах 150 000 рублей на каждый из этих счетов.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: возвращенный ФИО2 сотовый телефон марки «Хуавей» полагать переданным по принадлежности; сотовый телефон марки «Самсунг М32», на который наложен арест, оставить на ответственном хранении у осужденного ФИО1; диск с видеозаписями, ответ на запрос ПАО «Сбербанк» с приложенными сведениями о банковских картах и движении денежных средств, выписки и реквизиты по счету ПАО «Сбербанк» хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда в течение 15 суток со дня его провозглашения путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Читы Забайкальского края.

В случае подачи апелляционной жалобы на приговор суда осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок, о чем следует указать в апелляционной жалобе, поручать осуществление своей защиты в апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, а также отказаться от защитника. В течение 3 суток со дня провозглашения приговора осужденный вправе обратиться с заявлением об ознакомлении с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, а ознакомившись с ними, в течение 3 суток подать на них замечания. Осужденный также вправе дополнительно ознакомиться с материалами уголовного дела.

Председательствующий Д.А. Махмудов