Дело № 2-617/2024

УИД 37RS0005-01-2024-000500-59 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

10 июля 2024 года город Иваново

Ивановский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Зябликова А.Ю.,

при секретаре Поспеловой А.Л.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО3,

представителя ответчика ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» Хомяковой Г.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП). Заявленные требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобиля истца Ауди А7, гос. рег. знак № регион, находившегося под его управлением, и автомобиля Мерседес Бенц Спринтер, гос. рег. знак № регион, находившегося под управлением ФИО4 В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения. ДТП произошло в результате нарушения ПДД РФ водителем автомобиля Мерседес Бенц Спринтер, что подтверждается материалами ГИБДД. Гражданская ответственность виновника на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО в ПАО «СК «Росгосстрах», в подтверждение чего выдан страховой полис серии ТТТ№. ПАО «СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 выплачено страховое возмещение в размере 417 776,52 руб. Для определения стоимости восстановительного ремонта истец обратился к независимому специалисту. Специалистами ООО «Правовой эксперт» подготовлено заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учёта износа деталей составила1 059 231 руб. За услуги специалиста ФИО1 оплачено 5 000 руб., за отправку ответчику телеграммы о вызове на осмотр ТС – 780 руб. Согласно имеющейся в материалах дела информации водитель ФИО4 на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр», исполняя при этом на автомобиле Мерседес Бенц Спринтер трудовые обязанности. В связи с изложенным, истец просит взыскать в свою пользу с ответчика ущерб в размере 641 454,48 руб. (1 059 231 руб. - 417 776,52 руб.), расходы по оплате услуг специалиста в размере 5 000 руб., расходы по отправке телеграммы в размере780 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 672 руб.

Истец ФИО1, извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, для участия в судебном заседании не явился.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующий на основании надлежащим образом оформленной доверенности (т. 1 л.д. 77), поддержал заявленные требования по основаниям, указанным в исковом заявлении, увеличил размер расходов по оплате услуг представителя до 51000 руб. (т. 5 л.д. 79-80). Дополнительно пояснил следующее. Обоснованность заявленных исковых требований и выводов, сделанных судебным экспертом, подтверждается видеозаписью момента ДТП.ФИО4 нарушил требования знака «Уступите дорогу». Исковые требования к иным лицам, помимо ответчика, сторона истца заявлять не будет. Как пояснил в судебном заседании эксперт ФИО5 ненадлежащая организация дорожного движения на участке движения, на котором произошло ДТП, не находится в причинной связи с фактом причинения ущерба истцу. Фактическая расстановка дорожных знаков не является аварийной, поскольку знаки, установленные по ходу движения истца ФИО1 и виновника ДТП ФИО4 не противоречат друг другу, сведений об иных ДТП на данном участке дороги не имеется. 

Представитель ответчика ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» Хомякова Г.Н., действующая на основании надлежащим образом оформленной доверенности (т. 1 л.д. 111), возражала против удовлетворения заявленных требований, мотивировав следующим. Стороной истца не представлено доказательств, подтверждающих вину ФИО4 В выводах судебного эксперта есть существенные противоречия в квалификации действий ФИО4, поскольку нарушить сразу два пункта Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ) в заявленном событии он не мог. Вывод эксперта ФИО15 относительно того, что место ДТП не является перекрестком четырех проезжих частей, а водитель ФИО4 выезжал с прилегающей территории, является необоснованным. Причиной ДТП явилась неверная организация дорожного движения. Превышение истцом установленной скорости движения в пределах населенного пункта «

<

адрес>» может и не состоит в причинной связи с ДТП, но повлияло на возможность более раннего обнаружения автомобиля Мерседес и избежания случившихся последствий. ФИО1 в данной дорожной ситуации не должен был совершать маневр влево, так как он однозначно привёл бы к съезду в кювет. У него имелась возможность совершить манёвр вправо, что видно из видеозаписи и раскадровки, сделанной судебным экспертом. В данном направлении выезд оборудован твёрдым покрытием в виде бетонных плит, в связи с чем автомобиль истца не получил бы таких значительных повреждений, как в результате произошедшего съезда с проезжей части. Вина ФИО4 в произошедшем ДТП составляет не более 10 %. Ходатайств о назначении по делу повторной или дополнительной судебной экспертизы у стороны ответчика не имеется, нести расходы на их проведение она не готова. Суду при вынесении решения необходимо руководствоваться заключением специалиста ФИО19 в связи с тем, что он провёл надлежащее исследование, выезжал на место ДТП, исходил из действительной обстановки на месте ДТП, дал добровольную подписку по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). 

Третье лицо ФИО4,извещённый о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, для участия в судебном заседании не явился, представил письменные возражения следующего содержания. Исковые требования удовлетворению не подлежат, так как причиной ДТП послужила неправильная установка на перекрестке дорожных знаков, вводящих водителей в заблуждение относительно организации дорожного движения и очередности проезда перекрестка. Он работает в ООО «Верхневолжский СМЦ» и ДД.ММ.ГГГГ, управляя рабочим автомобилем Мерседес Бенц Спринтер, гос. рег. знак № регион, находящимся в технически исправном состоянии, без груза и пассажиров, приехал на ремонтную базу организации ответчика. При этом въезд на территорию базы, как и въезд в 

<

адрес>, только один - через перекресток с окружной дороги 

<

адрес>. При подъезде к перекрестку по главной дороге установлены дорожные знаки, свидетельствующие о том, что перекресток крестообразный, включает в себя четыре пересекающиеся дороги, при этом, проезжие части окружной дороги являются главными, въезд на базу и дорога к 

<

адрес> - второстепенные.Примерно в 14:55 он выехал с базы, подъехал к указанному перекрестку и с небольшой скоростью выехал на него. Он не был осведомлен, что дорожные знаки со стороны 

<

адрес> установлены неверно. Перед выездом на перекресток он убедился, что на главной дороге транспортных средств нет. Белый автомобиль со стороны 

<

адрес> он видел, но данный автомобиль находился на значительном удалении и, двигаясь с разрешенной скоростью (по 

<

адрес> ограничение 40 км/час), не доехал бы до перекрестка вообще, пока его проезжал сам ФИО4 Кроме того, он был уверен, что водитель автомобиля Ауди осведомлён о том, что он должен уступить дорогу. Однако, выехав на пересечение проезжих частей, обратил внимание, что автомобиль Ауди очень быстро приближается и тормозить не намерен. Он сразу же применил экстренное торможение. Поскольку скорость его движения была небольшой, он быстро остановился. Водитель автомобиля Ауди вместо того, чтобы затормозить, совершил маневр влево, но в виду большой скорости не справился с управлением автомобилем, не смог повернуть на проезжую часть автодороги в направлении 

<

адрес> и съехал в кювет.Таким образом, водитель ФИО1 имел возможность не допустить опасной дорожной ситуации и повреждения автомобиля, если бы действовал в соответствии с требованиями ПДД РФ.Кроме того, он не согласен со схемой места происшествия, составленной сотрудниками ГИБДД. Положение его автомобиля и следы от него обозначены на схеме неверно - на левой половине дороги по ходу его движения, что не соответствует действительности. Он действовал в соответствии с требованиями ПДД РФ, нарушений не допускал.Невозражает против рассмотрения дела в его отсутствие (т. 4 л.д. 65).

Третье лицо Департамент дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области,извещённый о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, для участия в судебном заседании не явился, от представителя ФИО6 поступил письменныйотзыв следующего содержания.Автомобильная дорога «Подъезд к 

<

адрес>» находится в собственности Ивановской области и закреплена на праве оперативного управления за Департаментом дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области.Департамент не является хозяйствующим субъектом, осуществляющим содержание, ремонт, капитальный ремонт, реконструкцию, строительство автомобильных дорог регионального и межмуниципального значения Ивановской области, а является центральным исполнительным органом государственной власти Ивановской области, обладает организационно-распорядительными полномочиями во вверенной ему сфере деятельности. В рамках реализации указанных полномочий между Департаментом и ООО «Союз Автодор» на дату ДТП был заключен государственный контрактот ДД.ММ.ГГГГ № на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог общего пользования Ивановского района Ивановской области регионального и межмуниципального значения и сооружений на них, в том числе указанной автомобильной дороги. В соответствии с п. 2.1 контракта ООО «Союз Автодор» принял на себя обязательства выполнять работы по содержанию автомобильных дорог и сооружений на них, созданию условий для бесперебойного и безопасного функционирования.Пунктом 11.13 государственного контракта предусмотрено, что подрядчик отвечает перед третьими лицами - за причиненный им вред (материальный, моральный, вред здоровью).Таким образом, Департаментом были приняты все зависящие от него действия по выполнению обязанностей по надлежащему содержанию государственного имущества. Каких-либо предписаний от органов УГИБДД Ивановской области о несоответствии эксплуатационного состояния спорной автомобильной дороги в адрес Департамента не поступало. Материалами административного дела установлено, что виновником ДТП признан водитель автомобиля Мерседес ФИО4, ТС принадлежит ответчику по данному делу (т. 5 л.д. 41-43).

Третьи лица ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Союз Автодор», ООО «Дорстройтрест», извещённые о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, для участия в судебном заседании явку своих представителей не обеспечили.

Суд, изучив исковое заявление, заявление об уточнении исковых требований, возражения и отзывы на них, выслушавпредставителей сторон, допросив судебного эксперта, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

Судом установлено, что истец ФИО1 является собственником автомобиля Ауди А7, гос. рег. знак № регион, что подтверждается копией свидетельства о регистрации транспортного средства (т. 1 л.д. 30), а также представленной по запросу суда карточкой учета транспортного средства (т. 1 л.д. 93).

Автомобиль Мерседес Бенц Спринтер, гос. рег. знак № регион, согласно карточке учета транспортного средства принадлежит ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» (т. 1 л.д. 94).

ДД.ММ.ГГГГ около 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобиля истца Ауди А7, находившегося под его управлением, и автомобиля Мерседес Бенц Спринтер, гос. рег. знак № регион, находившегося под управлением ФИО4 

В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, что подтверждается приложением к протоколу об административном правонарушении 

<

адрес> (т. 1 л.д. 24, 26). 

Определением инспектора ДПС от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения в ДТП. В качестве обоснования вынесения определения указано на отсутствие в действиях истца нарушений ПДД РФ (т. 5. л.д. 84). 

Постановлением, вынесенным инспектором ДПС ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ «Невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков», и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 руб. (т. 1 л.д. 25).

Решением заместителя командира взвода ОБ ДПС от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении оставлено без изменения, жалоба защитника ФИО4 - Хомяковой Г.Н. оставлена без удовлетворения. Данное решение мотивировано тем, что в результате изучения схемы, видеозаписи и фото с места происшествия установлено, что при въездена перекресток со стороны 

<

адрес> в сторону г. Иваново у водителя автомобиляАуди А7, гос рег. знак № регион, установлены дорожные знаки2.4 «Уступите дорогу» и 8.13 «Направление главной дороги». На данном дорожном знаке 8.13 «Направление главной дороги» отсутствует тонкая линия справа, обозначающая второстепенную дорогу. Вместе с тем, со стороны движения автомобиля Мерседес Бенц Спринтер,гос. рег. знак № регион, установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу», с отсутствующим дорожным знаком 8.13 «Направление главной дороги», что обязывает водителя уступить дорогу всем транспортным средствам.Водитель автомобиля Мерседес Бенц Спринтердолжен был руководствоваться в данной дорожной ситуации п. 13.9 ПДД РФ, согласно которому на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной дороге, независимо от направления их дальнейшего движения. Действия водителя ФИО4 верно квалифицированы по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ. При вынесении данного решения заместителем командира взвода ОБ ДПС было учтено, что на месте ДТП имелись недостатки уличной дорожной сети в виде несоответствия фактической установки дорожных знаков разработанному проекту (т. 1 л.д. 28-29). 

Решением Октябрьского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения решением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, постановление инспектора ДПС ДД.ММ.ГГГГ и решениезаместителя командира взвода ОБ ДПС от 15.06.2023оставлены без изменения, жалоба защитникаФИО4 - Хомяковой Г.Н. – без удовлетворения. В данных решениях указано, что представленное заключение специалиста № не опровергает выводов о виновности ФИО4 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ (т. 4 л.д. 59-60, 61-63). 

Гражданская ответственность виновника на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО в ПАО «СК «Росгосстрах», в подтверждение чего выдан страховой полис серии ТТТ №. 

На основании заключенного соглашения ПАО «СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 выплачен реальный ущерб в рамках договора ОСАГО в размере 417 776,52 руб. (т. 1 л.д. 16-19, т. 2 л.д. 133).

Специалистами ООО «Правовой эксперт» по инициативе истца подготовлено заключение№ от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учёта износа деталей составила 1 059 231 руб. (т. 1 л.д. 32-62). За услуги специалиста ФИО1 оплачено 5 000 руб. (т. 1 л.д. 31), за отправку ответчику телеграммы о вызове на осмотр ТС – 780 руб. (т. 1 л.д. 20-22).

Стороной ответчика суду представлено заключение от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненное специалистом ООО «Экспертно-правовой альянс» ФИО19, содержащее следующие выводы. На видеограмме с камеры уличного наблюдения зафиксировано, как автомобили Ауди А7, гос. рег. знак № регион, и Мерседес Бенц Спринтер, гос. рег.знак № регион, приближаются к нерегулируемому неравнозначному перекрестку. Автомобиль Ауди А7 движется от 

<

адрес> а автомобиль Мерседес - от автобазы. В момент пересечения границы населенного пункта автомобилем Ауди А7 автомобиль Мерседес наезжает на пересечение проезжих частей и продолжает двигаться в прямом направлении. При этом водитель автомобиля, реагируя на выезд, принимает меры к маневрированию влево с выездом на полосу встречного движения, пересекая линию дорожной разметки 1.1ПДД РФ. Далее передние части автомобилей сближаются, но столкновения не происходит. В последующем автомобиль Ауди А7 покидает кадр.Водитель автомобиля Мерседес в сложившейсядорожно-транспортнойситуации (далее - ДТС) должен был руководствоваться п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 13.10, 13.11 ПДД РФ. Требования п.13.9 ПДД РФ к рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации не применимы. Водитель автомобиля Ауди А7 в сложившейся ДТС должен был руководствоваться требованием дорожной разметки 1.1, п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 8.1., 9.1. (1), 10.1, 13.10, 13.11 ПДД РФ.В действиях водителя автомобиля Мерседес несоответствий ПДД РФ не усматривается.В действиях водителя автомобиля Ауди А7 усматриваются несоответствия требованиям дорожной разметки 1.1, п.п. 1.2,1.3, 1.5, 8.1, 9.1 (1), 10.1, 13.10, 13.11 ПДД РФ.В рассматриваемой ДТС водитель автомобиля Мерседес выполнил все предусмотренные требованиями ПДД РФ обязанности, необходимые для предотвращения ДТП. Другими техническими средствами предотвратить столкновение не располагал. Водитель автомобиля Ауди А7 располагал технической возможностью предотвратить ДТП путём применения торможения. Невыполнение требований дорожной разметки 1.1, п.п. 1.2, 1.3, 1.5, 8.1, 9.1 (1), 10.1, 13.10, 13.11 ПДДРФ водителем автомобиля Ауди А7 находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП.В действиях водителя автомобиля Мерседес несоответствий требованиям ПДД РФ не установлено (т. 1 л.д. 118-185). 

По заявлению представителяФИО4 – Хомяковой Г.Н. о привлечении к административной ответственности Департамента дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области и подрядной организации за несоблюдение требований безопасности дорожного движения при содержании автомобильной дороги «Иваново - Чернореченский - Ново-Талицы», выразившееся в установке на перекрестке с разных направлений движения дорожных знаков, не соответствующих друг другу, проведена проверка, в ходе которой установлено, что действующая организация дорожного движения не соответствует требованиям законодательства о безопасности дорожного движения, так как при выезде с второстепенной дороги отсутствует знак дополнительной информации 8.13 «Направление главной дороги», а при выезде с автомобильной дороги «Подъезд к 

<

адрес>» установлен знак дополнительной информации 8.13 «Направление главной дороги», указывающий на то, что перекресток является Т-образным, однако при движении по автомобильной дороге «

<

адрес> установлены знаки дополнительной информации 8.12, указывающие на крестообразный перекресток. Старшим инспектором дорожного надзора ОГИБДД МО МВД России «Ивановский» соответствующая информация направлена в Департамент дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области для принятия мер по устранению недостатков, а также вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 12.34 КоАП РФ (т. 4 л.д. 91-112). 

Судом установлено, что Департаментом дорожного хозяйства и транспорта Ивановской области заключен государственный контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Дорстройтрест» на выполнение работ по ремонту автомобильной дороги «Подъезд к 

<

адрес> в 

<

адрес>», в рамках которого, в числе прочего, предусматривалась установка дорожных знаков (т. 4 л.д. 223-249).

ДД.ММ.ГГГГ между Департаментомдорожного хозяйства и транспорта Ивановской области и ООО «Союз Автодор» заключен государственный контракт № на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог общего пользования Ивановского района Ивановской области регионального и межмуниципального значения и сооружений на них, в том числе автомобильной дороги«

<

адрес>» (т. 3 л.д. 155-250, т 4 л.д. 1-55).

В 2021 году разработан ООО «Ситипроект» иутверждён Департаментом дорожного хозяйства и транспорта Ивановской областипроект организации дорожного движения на автомобильную дорогу «Подъезд к 

<

адрес>».Согласно данному проекту перед приближением к пересечению автомобильной дороги«

<

адрес> должны быть установлены дорожные знаки 2.1 «Главная дорога» с табличками 8.13 «Направление главной дороги» (направление главной дороги в сторону 

<

адрес>, а также отображено наличие двух второстепенных автомобильных дорог на 

<

адрес> и на дорогу, с которой осуществил выезд автомобиль Мерседес). При движении со стороны 

<

адрес> к пересечению автодороги«

<

адрес> должен быть установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу» с табличкой 8.13 «Направление главной дороги» (направление главной дороги в сторонуг. Иваново и 

<

адрес>, а также отображено наличие двух второстепенных автомобильных дорог на 

<

адрес> и на дорогу, с которой осуществил выезд автомобиль Мерседес). При движении по дороге, с которой осуществил выезд автомобиль Мерседес,должен быть установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу» с табличкой 8.13 «Направление главной дороги» (направление главной дороги в сторону 

<

адрес> и 

<

адрес>, а также отображено наличие двух второстепенных автомобильных дорог на 

<

адрес> и на дорогу, с которой осуществил выезд автомобиль ФИО25).При движении со стороны 

<

адрес> к пересечению автодороги «

<

адрес>» должен быть установлен дорожный знак 2.1 «Главная дорога» и табличка 8.13 «Направление главной дороги» (направление главной дороги в сторону 

<

адрес>, а также отображено наличие двух второстепенных автомобильных дорог на 

<

адрес> и на дорогу, с которой осуществил выезд автомобиль Мерседес (т. 3 л.д. 91-154).

По инициативе стороны ответчика по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО НОК «Эксперт Центр». Согласно заключению судебного эксперта ФИО15 № от ДД.ММ.ГГГГ с учётом осмотра места ДТП, анализа материалов гражданского дела, материала проверки ГИБДД РФ по факту ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, фотоматериалов с осмотра места ДТП, видеозаписи момента ДТП водитель КТС Ауди А7, гос.рег. знак № регион, должен был руководствоваться п.п.1.3, 1.5, 2.5, 9.7, 10.1, 10.2, 10.3, 13.9, Приложение ПДД РФ 1 часть 2 - 2.4, Приложение ПДД РФ 2 часть 1-1.1.Водитель КТС Мерседес Спринтер, гос. рег. знак № регион, должен был руководствоваться п.п. 1.1, 1.3, 1.5, 2.5, 8.3, 9.1, 9.7, 10.1, 10.3; Приложение 1 ПДД РФ часть 2 - 2.4Действия водителя КТС Ауди А7 ФИО1 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации соответствовали ПДД РФ в части выполненияп.п. 1.3, 1.5, 2.5, 9.1, 10.1, 10.3, 13.9 и Приложения 1 часть 2 (2.4) и не соответствует в части выполненияп.9.7 и Приложения 2 части 1(1.1).Действия водителя КТС Ауди А7ФИО1 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации не соответствовали п. 10.2 ПДД РФ в пределах населенного пункта «Чернореченский».Действия водителя КТС Мерседес Спринтер ФИО4 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации соответствовали п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 10.3 и не соответствовали в части выполнения п.8.3 и Приложения 2 часть 2 (2.4 без таблички 8.13).Водитель КТС Ауди А7 не располагал технической возможностью предотвратить ДТП при условии соблюдения скоростного режима движения, равно как и при установленной скорости движения за пределами с. Чернореченский. Скорость движения КТС Ауди А7в пределах населенного пункта «Чернореченский» составляла71,7 км/ч, на участке дороги от границы населенного пункта до места ДТП составляла 56,97 км/ч.Действия водителя КТС Мерседес Спринтерпо невыполнению п.8.3 и Приложения 2 часть 2 (2.4 без таблички 8.13) ПДД РФ находятся в причинной связи с ДТП. Фактическая организация дорожного движения на перекрестке не соответствовала проекту организации дорожного движения, действующему на день ДТП ДД.ММ.ГГГГ, и не являлась безопасной.Фактическая организация дорожного движения на перекрестке состоит в причинной связи с произошедшим ДТП (т. 4 л.д. 154-204). 

Допрошенный в судебном заседании и предупрежденный об ответственности по ст. 307 УК РФ эксперт ФИО15 показал следующее. Осмотром места ДТП установлено, что фактически событие произошло на перекрёстке 3 проезжих частей, а не 4 проезжих частей, как это указано в проекте организации дорожного движения при обозначении дорожных знаков и в документах, составленных сотрудниками ГИБДД. Водитель ФИО4 выезжал с прилегающей территории, а не с второстепенной дороги, поскольку отличается покрытие опорной поверхности (является бетонным), представляет собой выезд из поля, от конкретного объекта, при этом при съезде на указанную дорогу отсутствует сквозной проезд далее или проезд к улице, нет наименования улицы. Подтверждением является иллюстрация № заключения, а также тот факт, что в проекте организации дорожного движения выезд, по которому двигался автомобиль Мерседес, обозначен иными линиями, нежели проезжая часть, и не выделен цветовым обозначением, что отражено на иллюстрациях №№ заключения. Водитель автомобиля ФИО7 располагал технической возможностью предотвратить ДТП. Важно значение скорости движения в момент обнаружения опасности, а не на предыдущих участках. Скорость движения по 

<

адрес> в районе выезда из населенного пункта ограничена 60 км/ч на основании п. 10.2 ПДД РФ. Автомобиль Ауди двигался по населенному пункту согласно фрагменту видеозаписи со скоростью 71,7 км/ч, однако в последующем снизил скорость до 56,97 км/ч. Опасность в виде выезда автомобиля Мерседес возникла для водителя автомобиля Ауди, когда он двигался за пределами населенного пункта 

<

адрес>. Применение манёвра во избежание ДТП не запрещено ПДД РФ. Соответствие действий водителя п. 8.1 ПДД РФ рассматривается при применении маневра в моменте движения, но не при избежании контактного взаимодействия с потенциально опасным объектом, как было в данном случае в отношении автомобиля Ауди. Давать оценку обоснованности применения конкретного манёвра и фантазировать по поводу иных возможных манёвров эксперт не вправе. В случае, если водитель автомобиля Ауди совершил манёвр движения вправо, а автомобиль Мерседес остановился на полосе движения автомобиля Ауди, произошло бы столкновение. Согласно методическим рекомендациям выезд транспортного средства на полосу движения перпендикулярно направлению движения второго участника является моментом возникновения опасности. Момент возникновения опасности - это безопасный боковой интервал, равный половине тормозного пути транспортного средства, которое приближается справа или слева, поэтому минимально допустимый момент возникновения опасности для транспортного средства - это выезд на полосу его направления движения. В данной дорожно-транспортной ситуации это выезд переднего левого угла автомобиля Мерседес на полосу движения автомобиля Ауди. Другим участникам движения автомобиль Ауди не создавал помехи или какой-либо опасности. Он применил п. 8.3 ПДД РФ к действиям водителя автомобиля Мерседес, так как выезд фактически осуществлялся с прилегающей территории. Дорожные знаки, фактически установленные на месте произошедшего события в дату ДТП по ходу движения каждого из автомобилей, участвовавших в ДТП, не противоречат друг другу. Так, водитель автомобиля Мерседес ФИО4 должен был уступить дорогу транспортным средствам, двигавшимся во всех направлениях (слева, справа, спереди), водитель автомобиля Ауди ФИО1 должен был уступить дорогутранспортным средствам, двигавшимся слева и прямо. Водители в любой дорожно-транспортной ситуации должны руководствоваться действующей обстановкой и фактически установленными дорожными знаками. Причиной ДТП послужили несоответствия действий водителя автомобиля Мерседес требованиям ПДД РФ и создание им опасности для автомобиля Ауди. Небезопасная обстановка, вызванная несоответствием установленных знаков проекту организации дорожного движения, не является причиной настоящего ДТП, так как нет противоречия между дорожными знаками при движении по направлениям автомобилей Ауди и Мерседес. В случае участия в ДТП транспортных средств, двигавшихся по иным проезжим частям, пересекающимся в данном перекрестке, имелась бы причинная связь, поскольку дорожные знаки для участников дорожного движения противоречили бы друг другу. В заключении, в выводах при ответе на вопрос № 2, допущена техническая описка, фактически действия водителя автомобиля Мерседес не соответствовали Приложению 1 часть 2 (2.4 без таблички 8.13), а не Приложению 2 (т. 4 л.д. 154-204). 

В силу положений ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата ил повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 307 ГК РФ лицо, причинившее вред, (должник) обязано совершить действия в пользу другого лица (кредитора), направленные на возмещение причиненного вреда в силу обязательства, возникшего вследствие причинения вреда.

В соответствии с п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статьи 927 и 931 ГК РФ и Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусматривают страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена, путем заключения договора страхования, по которому страховщик обязуется при наступлении страхового случая возместить потерпевшим причиненный вред в пределах определенной договором суммы. 

Согласно ст. 1072 ГК РФ лицо, застраховавшее свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Разрешая вопрос о наличии вины в действиях участников ДТП от 26.05.2023, причинной связи между их действиями, а также фактической организацией дорожного движения на участке автомобильной дороги и фактом причинения ущерба истцу в результате повреждения автомобиля, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ требование «уступить дорогу (не создавать помех)» означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость; «преимущество (приоритет)» - это право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.

Согласно п. 13.9 ПДД РФ на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения. На таких перекрестках трамвай имеет преимущество перед безрельсовыми транспортными средствами, движущимися в попутном или встречном направлении по равнозначной дороге, независимо от направления его движения.

Совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе протоколом об административном правонарушении, приложением к нему, схемой места ДТП, фотоматериалами с места ДТП, объяснениями участников ДТП, видеозаписью момента ДТП, подтверждается, что ФИО4, управляя автомобилем Мерседес Бенц не уступил дорогу автомобилю Ауди А7, находившемуся под управлением истцаФИО1, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка.

Приходя к данному выводу, суд исходит из того, что на момент ДТП при выезде на перекресток по направлению движения автомобиля Ауди А7 были установлены дорожные знаки 2.4 «Уступите дорогу» и 8.13 «Направление главной дороги»,а при выезде на перекресток со стороны движения автомобиля Мерседес Бенц установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу».

Согласно требованиям дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу», водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге, а при наличии таблички 8.13 - по главной.

Таким образом, водитель автомобиля Мерседес Бенц ФИО4 должен был руководствоваться установленными по ходу его движения дорожными знаками, полагая, что движется по второстепенной дороге, соответственно, должен был пропустить движущийся через перекресток автомобиль Ауди А7, находившийся под управлением ФИО1

При этом суд отмечает, что в своих объяснениях, данных сотрудникам ГИБДД, ФИО4, в числе прочего, указал, что при выезде на перекресток с прилегающей территории он отчётливо видел дорожный знак «Уступите дорогу» (т. 5 л.д. 85)

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Частью 4 данной статьи Кодекса закреплено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Факт нарушения водителем ФИО4 требований п. 13.9 ПДД РФ и обоснованность его привлечения должностным лицом ГИБДД к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ подтверждаются решениями Октябрьского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ и Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которыми оставлены без изменения решение Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ и постановление инспектора ДПС ДД.ММ.ГГГГ и решение заместителя командира взвода ОБ ДПС от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, данные обстоятельства в силу положений ст. 61 ГПК РФ являются обязательными для суда при рассмотрении настоящего дела.

Кроме того, Октябрьским районным судом г. Иваново и Ивановским областным судом при рассмотрении жалоб защитника ФИО4 – Хомяковой Г.Н. в рамках дела об административном правонарушении установлено, что исходя из фото и видеоматериала, автомобиль Мерседес Бенц под управлением ФИО4 двигался по грунтовой дороге, а автомобиль Ауди А7 под управлением ФИО1 двигался по дороге, имеющей твердое (асфальтовое) покрытие, что также свидетельствует об отсутствии преимущества движения автомобиля Мерседес Бенц по отношению к автомобилю Ауди А7, поскольку автомобиль Мерседес Бенц должен был уступить дорогу всем транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге.

Факт того, что дорога, по которой двигался автомобиль Мерседес Бенц, не имела твердого (асфальтового) покрытия также нашёл подтверждение в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела, обоснованием чего являются в числе прочих доказательств, указанных выше, показания судебного эксперта, осуществлявшего осмотр и фотофиксацию участка автодороги, на котором произошло ДТП.

Вместе с тем, суд не усматривает в действиях ФИО4 нарушения требований п. 8.3 ПДД РФ (нарушение требований при выезде на дорогу с прилегающей территории), так как данные действия противоречат п. 13.9 ПДД РФ, что установлено вступившим в законную силу решением по делу об административном правонарушении.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия водителя автомобиля Мерседес Спринтер ФИО4 по невыполнению требований, установленных п. 13.9 ПДД РФ, находятся в причинной связи с ДТП от ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешая вопрос относительно соответствия действий истца, являвшегося водителем автомобиля Ауди А7, в данной дорожно-транспортной ситуации требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Суд соглашается с достоверностью и обоснованностью фактических обстоятельств, отражённых судебным экспертом при исследовании механизма ДТП, поскольку они подтверждаются имеющейся в материалах дела видеозаписью произошедшего события, каких-либо сомнений в правильности сделанных выводов не вызывают, квалификация эксперта подтверждается соответствующими документами, заключение содержит подробные описания проведенных исследований, выполнено в установленном законом порядке, с учетом действующих стандартов и методик исследования.

Таким образом, суд при разрешении дела исходит из следующей дорожно-транспортной ситуации. Автомобиль Ауди А7 движется по проезжей части, имеющей асфальтовое покрытие, со стороны 

<

адрес> к пересечению автомобильной дороги «

<

адрес>». Автомобиль Мерседес Бенц движется по дороге с грунтовым покрытием к пересечению автомобильной дороги «

<

адрес>». Расположение векторов движения транспортных средств является перпендикулярным по отношению друг к другу. Автомобиль Мерседес Бенц осуществляет выезд на полосу движения автомобиля Ауди, после чего последний начинает смещение влево (относительно направления своего движения), наезжает на дорожную разметку 1.1, происходит взаимное сближение автомобилей, водителями транспортных средств применяется торможение, в результате автомобиль Мерседес останавливается на проезжей части автомобильной дороги «Иваново – Чернореченский – Ново-Талицы», а автомобиль Ауди продолжает смещение влево и съезжает в кювет (момент съезда не отражён на видео, так как автомобиль Ауди исчезает из зоны обзора записывающего устройства) (т. 4 л.д. 167-171).

Согласно схеме места ДТП, составленной сотрудниками ГИБДД, автомобиль Мерседес Бенц находится на полосе движения автомобиля Ауди А7, расстояние от заднего правого колеса автомобиля Мерседес Бенц до края проезжей части (места выезда автомобиля Мерседес на пересечение проезжих частей) составляет 4,2 м (т. 5 л.д. 88).

Оснований не доверять обоснованности и достоверности сведений, отраженных в данной схеме, у суда не имеется, так как указанное конечное положение автомобиля Мерседес Бенц подтверждается видеозаписью и результатами проведенного судебным экспертом исследования.

Несогласие ФИО4 с данной схемой, а также представленная им в адрес ГИБДД схема, составленная от руки и не содержащая размерных характеристик (т. 5 л.д. 89), не свидетельствуют об обратном. 

В силу п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 2.5 ПДД РФ при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.

В соответствии с п. 9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними.

На основании п. 9.7 ПДД РФ,если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении.

Согласно п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу п. 10.2 ПДД РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

В соответствии с п. 10.3 ПДД РФ вне населенных пунктов разрешается движениелегковым автомобилям при буксировке прицепа, грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т на автомагистралях - не более 90 км/ч, на остальных дорогах - не более 70 км/ч.

На основании п. 13.9 ПДД РФ на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Согласно п. 2.4 части 2 Приложения № 1к Правилам дорожного движенияРоссийской Федерации дорожный знак «Уступите дорогу» предусматривает обязанностьводителя уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге, а при наличии таблички 8.13 - по главной.

В соответствии с п. 1.1 части 1 Приложение № 2к Правилам дорожного движенияРоссийской Федерации горизонтальная разметка разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

По результатам проведённого исследования судебным экспертом установлено, что в пределах 

<

адрес> автомобиль Ауди А7, находившийся под управлением истца, двигался со скоростью 71,7 км/ч, за пределами 

<

адрес> - со скоростью 56,97 км/ч.

С учётом изложенного, руководствуясь совокупностью доказательств по делу, суд приходит к выводу о том, что действия водителя автомобиля Ауди А7 ФИО1 соответствовали требованиямПравил дорожного движения в части выполнения п.9.1 (движение осуществлялось по своей полосе движения), п. 10.3 (скорость движения ТС за пределами 

<

адрес> двигался - 56,97 км/ч), п. 10.1 (применил снижение скорости при обнаружении опасности для прямолинейного движения в виде выехавшего на его полосу движения автомобиля Мерседес Спринтер), п. 13.9 (автомобиль Мерседес двигался не по главной дороге).

Судебным экспертом установлено, что скорость движения автомобиля Ауди А7 в пределах 

<

адрес> составляла 71,7 км/ч, что превышает разрешенное п. 10.2 ПДД РФ значение, равное 60 км/ч. Вместе с тем, в момент выезда автомобиля Мерседес Бенц на проезжую часть автомобильной дороги и создания опасности для прямолинейного движения автомобиля Ауди А7, последнее транспортное средство двигалось за пределами границ населенного пункта «

<

адрес>» со скоростью 56,97 км/ч. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что скорость движения автомобиля Ауди А7 в пределах 

<

адрес> (на выезде из населенного пункта) не состоит в причинной связи с произошедшим ДТП, так же как и наезд на линию дорожной разметки 1.1 при выполнении маневра движения влево (противоречит п. 9.7 ПДД РФ). 

Произведенными судебным экспертом расчётами, оснований не доверять обоснованности и верности которых у суда не имеется, установлено, что водитель автомобиля Ауди А7 не располагал технической возможностью предотвратить ДТП при условии соблюдения скоростного режима движения, равно, как и при установленной скорости движения за пределами 

<

адрес>.

В п. 1.2 ПДД РФ термин «Опасность для движения» охарактеризован, как ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность её обнаружить.

Согласно методическим рекомендациям «Основы экспертного анализа ДТП. Экспертная техника. Методы решений» под редакцией ФИО18, на которые имеется ссылка в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, решению вопроса о моменте возникновения опасности для движения должно предшествовать экспертное исследование вопроса о том, как, каким образом надлежало действовать участникам ДТП с точки зрения ПДД РФ. Где должно остановиться, например, ТС с тем, чтобы уступить дорогу другому транспортному средству. Только после решения этого вопроса определение момента возникновения опасности дорожной ситуации (опасности для движения) можно будет считать обоснованным.

Совокупностью материалов дела и проведенным судебным экспертом исследованием подтверждается факт того, что ФИО1, двигаясь на автомобиле Ауди А7 и приближаясь к перекрёстку, исходил из фактически установленных по пути его следования дорожных знаков, а именно знаков 2.4 «Уступите дорогу» и 8.13 «Направление главной дороги», согласно которому перекресток представляет собой пересечение трёх проезжих частей, проезжая часть, по которой двигался автомобиль Ауди А 7, является второстепенной дорогой, а главная дорога представляет собой перпендикулярное пересечение двух проезжих частей, находящихся по отношению движения в автомобилю Ауди А7 в прямолинейном направлении (после перекрёстка) и слева (иллюстрация 28 заключения). Автомобильная дорога, находящаяся справа по ходу движения автомобиля Ауди А7, откуда произошёл выезд автомобиля Мерседес Бенц, дорожными знаками обозначена не была. 

Кроме того, суд отмечает, что покрытие автомобильной дороги, по которой двигался автомобиль Мерседес Бенц, является грунтовым и визуально значительно отличается от покрытия иных трёх проезжих частей, входящих в состав перекрёстка, что подтверждается иллюстрацией 35 заключения.

При указанных обстоятельствах суд признаёт обоснованным определение судебным экспертом технической возможности у водителя автомобиля Ауди А7 ФИО1 предотвратить ДТП, исходя из момента обнаружения последним опасности для прямолинейного движения именно при выезде автомобиля Мерседес Бенц на проезжую часть автомобильной дороги «Иваново - Чернореченский - Ново-Талицы» (иллюстрация 20 заключения).

Суд отмечает, что, несмотря на несогласие представителя ответчика с подобной позицией судебного эксперта, в заключении №, которое она просит положить в основу судебного решения, специалист ООО «Экспертно-правовой альянс» ФИО19 также определяет в качестве момента возникновения опасности для водителя автомобиля Ауди А7 попадание передней части автомобиля Мерседес Бенц в габаритный коридор автомобиля Ауди А7, а именно выезд автомобиля Мерседес на пересечение проезжих частей (т. 1 л.д. 146-148).

Оснований для признания обоснованными доводов представителя ответчика относительно неверности и недопустимости примененного истцом маневра смещения влево суд также не усматривает, так как имеющейся видеозаписью подтверждается факт того, что автомобиль Мерседес Бенц целиком выехал на полосу движения автомобиля Ауди А 7, при этомсудебным экспертом ФИО15 в заключении установлено, что в случае не применения водителем автомобиля Ауди А7 маневра влево контактное взаимодействие с автомобилем Мерседес Бенц неминуемо произошло бы на кадре 355(иллюстрация 22 заключения).

Позиция представителя ответчика о необходимости совершения ФИО1 в произошедшей дорожно-транспортной ситуации маневра вправо, мотивированная возможным получением автомобилем повреждений в меньшем объёме к фактически полученному, представляет собой выражение собственных умозаключений и носит предположительный характер, в связи с чем не может быть признана судом обоснованной.

При этом суд отмечает, что судебным экспертом исключена возможность полной остановки автомобиля Ауди А7 до места пересечения векторов движения двух транспортных средств, участвовавших в ДТП, в связи с чем ссылки стороны ответчика о нарушении ФИО1 требований п. 10.1 ПДД РФ, предусматривающего принятие мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, являются необоснованными. 

К заключению специалиста ООО «Экспертно-правовой альянс» ФИО19 № суд относится критически, поскольку оно основано на исследовании исходных данных, противоречащих фактическим обстоятельствам дела. Так, вывод о возможности полной остановки автомобиля Ауди А7 до пересечения его траектории с траекторией движения автомобиля Мерседес сделан на основании математического расчёта, в котором фактическая скорость движения автомобиля истца не устанавливалась, а примененное значение, равное 50 км/ч и указанное специалистом, как максимально допустимое на указанном участке автомобильной дороги, является необоснованным, поскольку как подтверждено судебным экспертом, допустимая скорость движения в месте выезда из 

<

адрес> на основании п. 10.2 ПДД РФ составляет 60 км/ч ввиду отсутствия дорожных знаков, ограничивающих скоростной режим.

Кроме того, специалистом ФИО19 проигнорировано наличие на месте ДТП дорожных знаков, устанавливающих приоритетность проезда перекрёстка, и сделан необоснованный вывод о том, что на водителя автомобиля ФИО2 не распространяются требования п. 13.9 ПДД РФ, что опровергается вступившим в законную силу решением по делу об административном правонарушении в отношении указанного лица.

Суд также не усматривает причинной связи между произошедшим ДТП, в результате которого был повреждён автомобиль истца, и фактической организацией дорожного движения на перекрестке, которая не соответствовала действующему проекту организации дорожного движения, так как в настоящем ДТП участвовали лишь автомобили, принадлежащие истцу и ответчику, дорожные знаки по ходу движения указанных автомобилей не противоречат друг другу и устанавливают приоритет проезда перекрёстка автомобилем истца, что было нарушено водителем ФИО4 в результате несоблюдения требований п. 13.9 ПДД РФ.

Таким образом, в качестве единственного лица, ответственного за причинение ущерба истцу ФИО1 в результате повреждения принадлежащего ему автомобиля, суд определяет третье лицо по настоящему гражданскому делу ФИО4 

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Справкой ответчика от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО4 работает в ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» водителем автобуса в автотранспортной службе с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (т. 1 л.д. 212). 

В соответствии с информацией, представленной УФНС России по Ивановской области и ОСФР по Ивановкой области по запросам суда, организацией ответчика в пользу ФИО4 производились выплаты и иные вознаграждения за каждый месяц в период с января по декабрь 2023 года (т. 1 л.д. 96, 203).

Согласно путевому листу ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в 08:15 был выпущен на линию ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» (т. 1 л.д. 213).

При указанных обстоятельствах организация ответчика является работодателем, ответственным за вред, причиненный его работником, что сторонами по делу не оспаривается.

Исходя из системного толкования положений ст.ст. 19, 35, 52 Конституции Российской Федерации определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование п. 1 ст. 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

В силу п. 15.1 ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО» страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с пунктами 15.2 или 15.3 данной статьи путём организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Вместе с тем, п. 16.1 ст. 12 данного Федерального закона установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего.

В частности, п.п. «ж» п. 16.1 ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО» установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

В свою очередь, согласно п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко и других», законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулирует исключительно данную сферу правоотношений (что прямо следует из преамбулы Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а также из преамбулы Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Центральным банком Российской Федерации 19 сентября 2014 года) и обязательства вследствие причинения вреда не регулирует: в данном случае страховая выплата, направленная на возмещение причиненного вреда, осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и в соответствии с его условиями.

Вместе с тем названный Федеральный закон, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах из причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2019№ 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО указал, что приведенные законоположения установлены в защиту права потерпевших на возмещение вреда, причиненного их имуществу при использовании иными лицами транспортных средств, и не расходятся с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой назначение обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств состоит в распределении неблагоприятных последствий применительно к риску наступления гражданской ответственности на всех законных владельцев транспортных средств с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Законом об ОСАГО. Между тем, позволяя сторонам в случаях, предусмотренных Законом об ОСАГО, отступить от установленных им общих условий страхового возмещения, положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не допускают их истолкования и применения вопреки положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, которые относят к основным началам гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1) и не допускают осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как и действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) (пункт 1 статьи 10).

Из приведенных положений Федерального закона «Об ОСАГО» в их толковании Конституционным Судом Российской Федерации следует, что в случае выплаты в денежной форме с учётом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, относятся не только вопросы, связанные с соотношением действительного ущерба и размера выплаченного в денежной форме страхового возмещения, но и оценка на соответствие положениямстатьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации действий потерпевшего и (или) страховой компании, приведших к такому способу возмещения вреда.

ПАО СК «Росгосстрахна основании заключенного соглашения в пользу истца произведена выплата в рамках договора ОСАГОв размере 417 776,52 руб., поименованная как реальный ущерб.

При этом суд отмечает, что указанный размер превышает лимит ответственности страховщика по договору ОСАГО.

Реализация потерпевшим предусмотренного законом права на получение страхового возмещения в денежной форме сама по себе не может рассматриваться, как злоупотребление правом, и ограничивать его право на полное возмещение убытков причинителем вреда.

С учётом изложенного, суд определяет сумму ущерба, подлежащую взысканию с ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» в пользу ФИО1, как разницу между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля истца в соответствии со среднерыночными ценами, сложившимися в Ивановской области, без учёта снижения стоимости заменяемых запасных частей вследствие их износа, и размером произведенного страховщиком страхового возмещения.

Разрешая вопрос об определении размера ущерба, причиненного истцу в результате ДТП, суд исходит из заключения ООО «Правовой эксперт» № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно каких-либо сомнений в правильности сделанных выводов не вызывает, квалификация специалиста подтверждается соответствующими документами, заключение содержит подробные описания проведенных исследований, выполнено в установленном законом порядке, с учетом действующих стандартов и методик. Стороной ответчика данное заключение, в том числе объём заявленных повреждений ТС и расчёт стоимости ремонта ТС, не оспорено, ходатайств о назначении судебной экспертизы в части разрешения данных вопросов не заявлено.

При этом суд отмечает, что указанный размер стоимости ремонта ТС превышает лимит ответственности страховщика по договору ОСАГО, что согласноп.п. «д» п. 16.1 ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО» также может являться основанием для осуществления страхового возмещения путём осуществления страховой выплаты.

Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 641 454,48 руб. (1059231 - 417 776,52).

Приходя к выводу об удовлетворении заявленных требований, суд учитывает необходимость обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро восстановить нарушенное право, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Суд также отмечает, что стороной ответчика не доказано, а из обстоятельств дела не следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления права истца.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым в соответствии со ст.ст. 88, 94 ГПК РФ отнесены суммы, подлежащие выплате специалистам и экспертам, расходы на оплату услуг представителя.

Из материалов дела следует, что в связи с необходимостью восстановления нарушенного права и обращения в суд с настоящим исковым заявлением истец понес расходы по оплате услуг специалиста по составлению заключения в размере 5 000 руб.(т. 1 л.д. 31), а также расходы по оплате услуг по направлению телеграммы с вызовом на осмотр ТС в размере 780 руб. (т. 1 л.д. 20), которые суд относит к судебным расходам по причине того, что заключение № от ДД.ММ.ГГГГ представлено истцом в суд в обоснование заявленных требований. С учетом того, что решение суда состоялось в пользу истца, а суд при принятии решения руководствуется данным заключением, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в его пользу в заявленном размере.

Также истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 51 000 руб. (т. 1 л.д. 75, 76, т. 5 л.д. 81, 82).Оценивая сложность рассматриваемого дела и объем проделанной представителем работы, суд, учитывая содержание ст. 100 ГПК РФ, просьбу представителя ответчика о снижении размера данного вида расходов, считает, что с ответчика в пользу истца в качестве расходов на оплату услуг представителя следует взыскать в общем размере 35 000 руб.

Подлежат взысканию с ответчика в пользу истца понесенные им расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 672 руб. (т. 1 л.д. 13).

Разрешая заявление ООО НОК «Эксперт Центр» о взыскании расходов по оплате услуг по проведению судебной экспертизы, суд приходит к следующему.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено данной экспертной организации, расходы по оплате услуг эксперта возложены на ответчикаООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» (т. 4 л.д. 87-90).

Согласно заявлению ООО НОК «Эксперт Центр» и счёту № стоимость услуг по проведению судебной экспертизы составила 70 000 руб. (т. 4 л.д. 151, 152).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ со счёта временного распоряжения Управления Судебного департамента в Ивановской области в пользу ООО НОК «Эксперт Центр» перечислены денежные средства в размере 50000 руб., которые предварительно были зачислены ответчиком (т. 4 л.д. 206-207).

В связи с тем, что судебное решение состоялось в пользу истца, расходы по оплате услуг судебного эксперта в оставшейся части, равной20 000 руб., подлежат взысканию в пользуООО НОК «Эксперт Центр» с ответчика ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП, удовлетворить полностью.

Взыскать с ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» (ОГРН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 641454,48 руб., расходы по оплате услуг специалиста в размере 5 000 руб., расходы по оплате услуг по направлению телеграммы в размере 780 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 35000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 672 руб.

Взыскать с ООО «Верхневолжский сервисный металло-центр» (ОГРН №) в пользу ООО НОК «Эксперт Центр» (№) расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Судья А.Ю. Зябликов

Решение суда в окончательной формесоставлено 17.07.2024.