УИД 66RS0057-01-2025-001473-77

Дело № 33-1214/2026 (33-17561/2025)

Мотивированное 

определение

 изготовлено 03.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 22 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Хрущевой О.В., Пономарёвой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Григорьевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Администрации Тугулымского муниципального округа о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Талицкого районного суда Свердловской области от 19.11.2025 (дело № 2-1253/2025).

Заслушав доклад судьи Пономарёвой А.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации Тугулымского муниципального округа о взыскании компенсации морального вреда в размере 25000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец пояснила, что решением Талицкого районного суда Свердловской области от 23.06.2025 (дело № 2-640/2025) удовлетворены её исковые требования к Администрации Тугулымского муниципального округа об отмене распоряжения № 45-о от 29.04.2025 о наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания, решение вступило в законную силу 05.08.2025. В рамках рассмотрения данного гражданского дела требования о компенсации морального вреда истцом не заявлялись. Вместе с тем, от неправомерных действий ответчика истец испытала моральный вред, который выразился в бессоннице, нервном срыве, повышении артериального давления, апатии, переживаниях, связанных с невозможностью и боязнью трудиться, поскольку за один месяц в отношении нее было применено три дисциплинарных взыскания, которые в последующем были отменены. По мнению истца, ответчик своими действиями понуждал ее к увольнению с работы по собственному желанию. За время работы на муниципальной службе, истец ни разу не была привлечена к дисциплинарной ответственности, у работодателя никогда к ней не возникало вопросов по ее профессиональной деятельности. Истец полагает, что ответчик своими действиями опорочил не только ее доброе имя как человека и гражданина, но и нанес серьезный урон ее должностной репутации как представителя органа местного самоуправления.

Ответчик исковые требования не признал, полагал, что истец не доказала факт причинения ей морального вреда. Кроме того, указал на то, что при наложении дисциплинарного взыскания на истца работодателем действительно был нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, в связи с чем, истцу было заранее известно о том, что ее требование об отмене распоряжения о наложении замечания является обоснованным.

Решением Талицкого районного суда Свердловской области от 19.11.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С Администрации Тугулымского муниципального округа в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 руб. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

С решением не согласился ответчик, в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении требований истца отказать. Настаивает на том, что истцом не представлено доказательств нанесения действиями ответчика морального вреда, в частности, не представлены доказательства появившихся и обострившихся заболеваний, потери авторитета в коллективе. Просил обратить внимание, что просьба о предоставлении отпуска без содержания заработной платы, которым истец также обосновывала причинение ей морального вреда, была заявлена ей не в связи с необходимостью участия в судебных заседаниях по иску об оспаривании дисциплинарного взыскания, а в связи с необходимостью ухода за своей престарелой матерью.

На апелляционную жалобу от истца поступили возражения, в которых она просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения.

В суд апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, не явились, сведений об уважительных причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела по уважительным причинам не представили. В материалах дела имеются сведения об извещении не явившихся лиц о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции (посредством телефонограммы), в том числе стороны извещены посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет». С учетом изложенного, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что решением Талицкого районного суда Свердловской области от 23.06.2025 (л.д.7-8) удовлетворены исковые требования ФИО2 к Администрации Тугулымского муниципального округа об отмене распоряжения о наложении дисциплинарного взыскания. Признано незаконным и отменено распоряжение № 45-о от 29.04.2025 о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

При рассмотрении гражданского дела № 2-640/2025 требование о компенсации морального вреда ФИО1 не заявлялось.

Разрешая в рамках настоящего гражданского дела требование о компенсации морального вреда, суд руководствовался положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив факт причинения истцу морального вреда по причине незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности на основании распоряжения № 45-о от 29.04.2025, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 10000 руб. При определении суммы компенсации суд принял во внимание характер нарушенных трудовых прав истца, длительность их нарушения ответчиком, учел возраст истца, ее материальное и семейное положение, а также последствия причиненных ей нравственных переживаний, связанных с чувством несправедливости, страха перед потерей работ, падении личного авторитета в коллективе, беспокойстве, апатии.

Судебная коллегия с выводами суда о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, а также определенной судом суммой компенсации соглашается, оснований для изменения или отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы ответчика не усматривает, поскольку выводы суда основаны на надлежащей оценке доказательств в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к спорным правоотношениям судом правильно применены нормы материального права, установлены все обстоятельства, имеющие значение для разрешения заявленного спора.

В соответствии с частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Из разъяснений пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" следует, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Таким образом, из приведенных положений законодательства и разъяснений по его применению следует, что обязательства по возмещению работнику морального вреда возникают у работодателя в случае его причинения в результате нарушения трудовых прав работника неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом в случае нарушения работодателем трудовых прав работника причинение последнему морального вреда презюмируется.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" нравственными страданиями являются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

На основании пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, приведенные нормы законодательства к спорным правоотношениям судом применены правильно.

Суд обоснованно исходил из того, что вступившим в законную силу решением Талицкого районного суда Свердловской области от 23.06.2025 по делу 2-640/2025 установлен факт незаконного привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания на основании распоряжения Администрации Тугулымского муниципального округа № 45-о от 29.04.2025.

При рассмотрении указанного гражданского дела судом установлено, что ФИО1 с 13.02.2009 принята на муниципальную службу на должность начальника отдела имущественных и земельных отношений Администрации Тугулымского городского округа.

27.03.2025 в приемную главы Тугулымского муниципального округа ФИО1 подала заявление о предоставлении двух дней для прохождения диспансеризации (31.03.2025, 01.04.2025). Какой-либо распорядительный документ о согласовании ФИО1 дней для прохождения диспансеризации представителем нанимателя не принимался, в устном порядке до нее доведена информация о согласовании дней 31.03.2025 и 01.04.2025.

31.03.2025 ФИО1 отсутствовала на службе, согласно справке ГАУЗ СО «Тугулымская ЦРБ» 31.03.2025 она прошла диспансеризацию (профилактический осмотр).

Распоряжением № 45-о от 29.04.2025 ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания. Основанием для наложения дисциплинарного взыскания явилась служебная записка заместителя главы Тугулымского муниципального округа ФИО3 о том, что ФИО1 отсутствовала на рабочем месте 31.03.2025 без получения её согласования.

С учетом установленных фактических обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что по причине нарушения служебных прав истца, связанных с фактом незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, истец испытывала нравственные страдания, которые дают ей право на компенсацию морального вреда.

Из решения суда следует, что сумма компенсации морального вреда 10000 рублей определена судом с характера спорного правоотношения, длительности нарушения защищаемого права, степени вины ответчика, характера причиненных истцу нравственных страданий, связанных с переживаниями по поводу незаконных действий представителя нанимателя.

Судебная коллегия обращает внимание, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда в целом являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и, как категория оценочная, определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

В апелляционной жалобе ответчик приводит доводы о несогласии с размером взысканной компенсации морального вреда с приведением мотивов того, что истец не доказала ухудшение своего здоровья, а также потерю авторитета в коллективе вследствие незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности. Вместе с тем, данные доводы сами по себе не свидетельствуют о несоразмерности определенной судом суммы компенсации. Также как и не влияют на определенную судом сумму компенсации морального вреда доводы ответчика о том, что истец брала отпуск без содержания не в связи с необходимостью участия в судебном заседании, а в связи с необходимостью ухода за престарелой матерью, поскольку сумма компенсации морального вреда зависит от приведенных выше обстоятельств, связанных с характером нарушенного права, длительностью его нарушения, степени вины ответчика, а также характера и степени причиненных работнику (служащему) нравственных переживаний.

Само по себе несогласие ответчика с суммой компенсацией морального вреда не является основанием к отмене либо изменению обжалуемого решения. Судебная коллегия полагает, что исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае взысканная судом компенсация морального вреда за нарушение служебных прав истца в сумме 10 000 рублей представляется соразмерной последствиям нарушенного права.

Иных доводов, влияющих на законность и обоснованность решения суда, апелляционная жалоба не содержит. Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Талицкого районного суда Свердловской области от 19.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий А.Е.Зонова

Судьи О.В.Хрущева

А.А.Пономарёва