Дело № 2-553/2020 УИД: 78RS0023-01-2019-006607-49

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 14 сентября 2020 года 

Фрунзенский районный суд города Санкт – Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Грибова И.Н.,

при секретаре Федотовой А.В.,

с участием прокурора Степанова А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в Фрунзенский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к Министерству обороны Российской Федерации и просил суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО1 получил увечье на занятиях по строевой подготовке 10.06.2019 года при прохождении военной службы по призыву в мирное время в период с 01.06.2018 года по 31.05.2019 года, которое было предопределено неоднократными нарушениями законодательства со стороны представителей Министерства обороны Российской Федерации, в том числе, нарушениями порядка организации призыва граждан на военную службу, так, истец на мероприятия, связанные с призывом на военную службу, вызывался повестками военного комиссариата Фрунзенского района города Санкт-Петербурга 16 раз: 13.03.2017 года, 10.04.2017 года, 15.05.2017 года, 22.05.2017 года, 24.05.2017 года, 25.05.2017 года, 04.07.2017 года, 20.12.2017 года, 28.12.2017 года, 02.04.2018 года, 16.04.2018 года, 04.05.2018 года, 08.05.2018 года, 28.05.2018 года, 29.05.2018 года, 01.06.2018 года. Первопричиной получения увечья и иных повреждений здоровья, полученных истцом, в данном случае стало неуважительное отношение к Конституции Российской Федерации со стороны сотрудников Министерства обороны Российской Федерации, военного комиссариата Фрунзенского района города Санкт-Петербурга и военного комиссариата города Санкт-Петербурга, ненадлежащее исполнение ответчиком положений статей 1, 2, 4, 6, 7,11, 15, 16, 17,18, 19,21, 23, 33, 34, 35,37, 40, 41,43, 45, 46, 55, 56, 57, 59, 60, 64 Конституции Российской Федерации привело к тяжким для истца последствиям – увечью и иным повреждениям здоровья, физическим и нравственным страданиям. В свою очередь главным (основным) условием (обстоятельством), вызвавшим увечье у истца, является тот факт, что в медицинских документах истца, выполненных представителями Министерства обороны Российской Федерации, не представлено выполнение условий и положений обязательных к исполнению и закрепленных в пункте 13 Раздела II Болезни костно-мышечной системы, соединительной ткани, системные васкулиты. По мнению истца, категория годности к военной службе истцу с момента призыва на военную службу в мирное время 01.06.2018 года и на момент увольнения истца с военной службы по призыву в мирное время - 31.05.2019 года определена неправильно. Истец своевременно представил все медицинские документы о заболевании левого коленного сустава и позвоночника в Военный комиссариат Фрунзенского района города Санкт-Петербурга для приобщения к материалам личного дела призывника ФИО1 По мнению истца, он был обречен на увечье с момента принятия решения о его призыве на военную службу в мирное время и направлении в воинскую часть. Боли в поясничном отделе позвоночника, были и сохраняются до настоящего времени, вызывая у истца физические и нравственные страдания. Особенность техники исполнения строевого шага представлена и описана в строевом уставе вооруженных сил РФ (введен в действие приказом Министра обороны Российской Федерации от 11.03.2006 года N111). Между тем, приведенная техника исполнения движения в биомеханике не допустима и являлась (является) заведомо травмоопасной, разрушительной для левого коленного сустава и позвоночника истца, перенесшего ранее до призыва на военную службу операцию на левом коленном суставе 27.03.2014 года. Записи в медицинских документах истца исполненных представителями Минобороны о возможных последствиях особенностях военной службы строевой подготовке отсутствуют. По мнению ФИО1 Министерство обороны Российской Федерации как орган, в котором он проходил военную службу, должно нести ответственность за вред, причиненный вследствие необеспечения требований безопасности прохождения военной службы и за виновные действия сотрудников войсковой части. При этом истец указывает, что увечье было получено при прохождении им военной службы, и указанное было предопределено неоднократными нарушениями законодательства со стороны должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации, ввиду чего, ФИО1 был обречен на увечье с момента принятия решения о его призыве на военную службу. 

Ввиду того, что в связи с полученной в период прохождения военной службы травмой он понес нравственные и физические страдания, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. 00 коп.

Истец ФИО1 в суд явился, в порядке статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доверил представлять свои интересы в суде представителю по доверенности – ФИО2, который, в свою очередь, заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске, настаивал на их удовлетворении.

Представитель ответчика Министерства обороны Российской Федерации – ФИО3 в суд явилась, возражала против удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление, представленных в материалы дела ранее.

По существу возражения ответчика относительно заявленных требований сводятся к тому, что из представленных в материалы дела документов усматривается, что ФИО1 до призыва на военную службу, а именно 27.03.2014 года перенес операцию на левом коленном суставе, что имеет существенное значение для рассмотрения настоящего дела, поскольку является непосредственной причиной получения истцом травмы в 2018 году, что подтверждается справкой об обстоятельствах наступления страхового случая от 04.12.2018 года, выданной командиром войсковой части N 96848, в которой указан диагноз истца – «Закрытая травма левого коленного сустава с разрывом ранее сшитого латерального мениска левого коленного сустава с посттравматическим синовитом», а также справкой о тяжести увечья, выданной филиалом N 10 ФГКУ «442 ВКГ» Министерства обороны Российской Федерации от 19.07.2018 года N 63/3/585/26, где также указан диагноз ФИО1 с указанием на ранее полученную травму. Факт сокрытия истцом перенесенных травм до призыва на военную службу не оспаривался истцом в ходе рассмотрения дела, следует из имеющихся в материалах дела документов. Кроме того, указанной справкой подтверждается то обстоятельство, что увечье получено ФИО1 в период прохождения военной службы, однако с исполнением обязанностей военной службы не связано, военной травмой не является. Также ответчик обращает внимание на объяснения ФИО1 по факту полученной им травмы от 12.07.2018 года, в которых указано на причинно-следственную связь полученной травмы с проведенной в 2014 году операцией. Из чего следует, что причинно-следственная связь между получением истцом травмы и действиями должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации отсутствует, вместе с тем явно установлена причинно-следственная связь между полученной истцом травмой и перенесенной им в 2014 году операцией. Фактически, как следует из искового заявления, истец оспаривает сам факт призыва на военную службу, указывает, к примеру, что категория годности к военной службе определена неправильно, указывает также на многочисленные, по его мнению, нарушения, допущенные призывной комиссией в период действия призывной компании, однако указанные факты не имеют значения при рассмотрении настоящего дела, поскольку решение призывной комиссии от 29.05.2018 года ФИО1 в установленном законом порядке не обжаловалось. Факт сокрытия того обстоятельства, что ФИО1 обращался в страховую компанию АО «СОГАЗ» с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с полученной в период прохождения военной службы травмы в соответствии с положениями Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ, свидетельствует о злоупотреблении ФИО1 своим правом. Доводы ФИО1 о том, что должностными лицами ненадлежащим образом заполнена карта медицинского освидетельствования не соответствует действительности и конкретным обстоятельствам настоящего дела. 

Обобщая изложенное, ответчик указывал, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется в силу отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между полученной травмой и действиями должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации, решение призывной комиссии, фактически также оспариваемое истцом, незаконным в установленном порядке признано не было, страховая сумма за полученную травму истцу была выплачена, то свидетельствует о соблюдении Министерством обороны Российской Федерации обязанностей, предусмотренных законом. 

Представитель третьего лица Военный комиссариат города Санкт-Петербурга – ФИО4 в суд явилась, против удовлетворения заявленных требований возражала, указывая на отсутствие каких-либо правовых оснований для удовлетворения требований истца. 

Представитель третьего лица АО "СОГАЗ" в суд не явился, о дате, времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд в известность не поставил, отложить судебное заседание не просил. 

Ранее представителем третьего лица АО «СОГАЗ» в материалы дела был представлен письменный отзыв на исковое заявление, в котором представитель указал, что 10.01.2019 года в адрес АО «СОГАЗ» поступило заявление ФИО1 о выплате ФИО1 страховой суммы в связи с получением 10.06.2018 года легкого увечья, полученного в период прохождения военной службы. В соответствии с положениями Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации" 18.01.2019 года АО «СОГАЗ» была произведена страховая выплата указанному лицу в размере 64 052 руб. 81 коп. Размер страховой суммы был рассчитан в соответствии с пунктом 2 статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ, в связи с получением ФИО1 в период прохождения военной службы легкого увечья, при этом страховой компанией АО «СОГАЗ» указано на то, что документов подтверждающих наступление страхового случая по иным основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 28.03.1998 года N 52-ФЗ, ФИО1 представлено не было. 

Помощник прокурора Фрунзенского района города Санкт-Петербурга Степанов А.А. в суд явился, дал заключение об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о компенсации морального вреда, поскольку вина ответчика в причинении морального вреда истцом не доказана, как и не доказано его виновное противоправное поведение, равно как и причинно-следственная связь между противоправным поведением должностных лиц воинской части и наступившим вредом, между тем, указанное является обязательным условием возможности возложения обязательства по компенсации морального вреда на ответчика по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исследовав материалы дела, проанализировав и оценив собранные по делу доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, оценив доводы лиц, участвующих в деле, с учетом конкретных обстоятельств дела, приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, в соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части N 96848 от 04.06.2018 года N 122 рядовой ФИО1, призванный военным комиссариатом Фрунзенского района города Санкт-Петербурга 01.06.2018 года, военный билет АС N 2782662, личный номер ЕХ-965119, 04.06.2018 года зачислен в списки войсковой части N 96848.

10.06.2018 года во время занятий по строевой подготовке ФИО1 получил легкое увечье - закрытую травму левого коленного сустава с разрывом ранее сшитого (2014 года) латерального мениска левого коленного сустава с потстравматическим синовитом. 

О чем ФИО1 19.07.2018 года была выдана справка за исх. N 63/3/585/26 о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), полученного застрахованным лицом Филиалом N 10 (35ВМГ) ФГКУ «442 Военный клинический госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации.

В соответствии со справкой командира войсковой части N 96848 от 04.12.2018 года за исх. N 1390 об обстоятельствах наступления страхового случая при получении застрахованным лицом в период прохождения военной службы, военных сборов тяжелого или легкого увечья (ранения, травмы, контузии), рядовой ФИО1, проходящий военную службу в восковой части N 96848, относящейся к Министерству обороны Российской Федерации, 10.06.2018 года получил легкое увечье при следующих обстоятельствах: 10.06.2018 года на занятиях при строевой подготовке рядовой ФИО1 высказал жалобу на боль в коленном суставе, после чего был доставлен в медицинский пункт войсковой части N 96848, 13.06.2018 года направлен в Филиал N 10 (35ВМГ) ФГКУ «442 Военный клинический госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, где проходил лечение в период с 13.06.2018 года по 19.06.2018 года в связи с диагнозом «Закрытая травма левого коленного сустава с разрывом ранее сшитого латерального левого коленного сустава с посттравматиеским синовитом».

По факту получения увечья (ранения, травмы, контузии) ФИО1 уголовное дело не возбуждалось. 

27.02.2019 года ФИО1 был освидетельствован военно-врачебной комиссией филиала N 5 (1ВМКГ) ФГКУ «442 Военный клинический госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации по направлению командира войсковой части N 96848 от 09.01.2019 года N 199.

Заключением военно-врачебной комиссии N 1/202/23 от 20.03.2019 года ФИО1 был признан годным к военной службе с незначительными ограничениями, установлена категория годности - "Б".

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части 96848 от 24.04.2019 года N 92 рядовой ФИО1, ЕХ-965119, электрик-дизелист передающего радиоцентра узла связи радиотехнического батальона (п. Кааламо) войсковой части 96848, ВУС-659995А/79, 2 тарифный разряд уволен с военной службы в запас по истечении срока службы по призыву, исключен из списков личного состава части всех видов обеспечения и направлен на воинский учет 31.05.2019 года в военный комиссариат Фрунзенского района города Санкт-Петербурга города Санкт-Петербурга. 

Требования ФИО1 мотивированы тем, что ему были причинены нравственные страдания в результате ненадлежащего исполнения должностными лицами войсковой части N 96848 своих обязанностей по контролю за военнослужащими в период прохождения ими физической подготовки и принятию мер, предупреждающих травматизм во время физической подготовки, в связи с чем, имеются правовые основания для взыскания с Министерства обороны Российской Федерации в его пользу компенсации морального вреда.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти должностных лиц.

В соответствии со статьей 59 Конституции Российской Федерации защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несет военную службу в соответствии с федеральным законом (части 1 и 2).

Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от 27.05.1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих".

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Федерального закона от 27.05.1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров.

Пункт 2 статьи 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" предусматривает, что командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание.

Аналогичные требования к обеспечению сохранности жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 года N 1495. 

Так, в частности в соответствии с требованиями статей 78, 81, 101, 144, 152, 320 Устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает за воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы; деятельность должностных лиц воинских частей должна быть направлена на изучение настроения и морально-психологического состояния военнослужащих, реализацию мер по поддержанию здорового морального климата в воинских коллективах, обеспечение безопасных условий службы военнослужащих, предупреждение гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий) военнослужащих.

Статьей 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 Постановления от 20.10.2010 года N 18-П "По делу о проверке конституционности ряда положений статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" и статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации отметил, что согласно статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. В системной связи со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных и физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию, и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений, а также правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда военнослужащему в связи с причинением вреда его здоровью (в данном случае исковое заявление заявлено о компенсации морального вреда к Министерству обороны Российской Федерации) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда. Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Что касается компенсации морального вреда, причиненного правомерными действиями причинителя вреда (то есть в отсутствие противоправности деяния), то она должна быть прямо предусмотрена законом.

Между тем, истцом в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела не было представлено каких-либо относимых, достоверных и достаточных доказательств, с очевидностью свидетельствующих о том, что в действиях должностных лиц воинской части имеется вина и противоправное поведение, выразившиеся в ненадлежащем исполнении предписаний Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 года N 1495, Наставления по физической подготовке в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 21.04.2009 года N 200, в отсутствии должного контроля за военнослужащими в период прохождения физической подготовки, необеспечении безопасности в виде непринятия мер, предупреждающих травматизм во время физической подготовки, что привело к тяжким последствиям в виде причинения вреда военнослужащему ФИО1

ФИО1 мотивирует свои требования в отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что причинение вреда здоровью наступило в результате противоправных действий должностных лиц войсковой части (например, в результате неисполнения должностных обязанностей по контролю за выполнением требований безопасности военной службы, по предупреждению увечий (ранений, травм) и т.д.).

Между тем, названное в силу приведенного выше правового регулирования является обязательным условием возможности возложения обязательства по компенсации морального вреда на ответчика по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и причинно-следственной связи между противоправным поведением должностных лиц воинской части и наступившим вредом.

По факту получения 10.06.2018 года травмы левого коленного сустава в период прохождения военной службы с ФИО1 12.07.2018 года командиром войсковой части N 96848 были отобраны объяснения ФИО1, в соответствии с которыми по факту получения последним травмы было указано следующее: травма получена во время исполнения обязанности военной службы во время нахождения на территории воинской части в течение установленного распорядком дня служебного времени, 10.06.2018 года к выполнению боевых задач (участию в боевых действиях, несению боевого дежурства, боевой службы, караульной службы) не привлекался, под дисциплинарным арестом не состоял. 10.06.2018 года во время занятий по строевой подготовке почувствовал острую боль в левом коленном суставе, колено не разгибалось, о чем ФИО1 доложил командиру воинской части, был помещен в медицинскую часть, 13.06.2018 года переведен в филиал N 4 ФГКУ «442 ВКГ» Министерства обороны Российской Федерации, 20.06.2018 года для стационарного обследования и лечения был госпитализирован в ФГБ ВОУВО Военно-медицинская академии им. С. М. Кирова Министерства обороны Российской Федерации, 22.06.2018 года установлен окончательный диагноз: (код МКБ – S 83.2) «Разрыв сшитого ранее латерального мениска, блокада, посттравматический синовит левого коленного сустава (травма от 10.06.2018 года), 22.06.2018 года выполнена операция – артроскопия субтотальная резекция латерального мениска, деблокирование левого коленного сустава, находился на стационарном обследовании и лечении в клинике военной травматологии и ортопедии ФГБ ВОУВО Военно-медицинская академии им. С. М. Кирова Министерства обороны Российской Федерации в период с 20.06.2018 года по 28.06.2018 года, 28.06.2018 года переведен для продолжения лечения в филиал N 10 ФГКУ «442 ВКГ» Министерства обороны Российской Федерации.

При этом в своих объяснениях рядовым ФИО1 было указано на то, что ранее 27.03.2014 года ему была выполнена операция – диагностическая артроскопия левого коленного сустава, был выявлен разрыв наружного мениска по типу «ручка леки», наложены швы мениска, операция выполнена в детской городской клинической больнице N 5 им. Н.Ф.Филатова.

Кроме того, ФИО1 было указано на то, что к командирам войсковой части N 96848 по факту полученной 10.06.2018 года травмы претензий не имеет. 

Таким образом, в соответствии с приведенными объяснениями истца ФИО1, а также в соответствии с медицинскими документами, представленными в материалы дела на имя указанного лица, в том числе, согласно справке командира войсковой части N 96848 от 04.12.2018 года за исх. N 1390 об обстоятельствах наступления страхового случая при получении застрахованным лицом в период прохождения военной службы, военных сборов тяжелого или легкого увечья (ранения, травмы, контузии), справке за исх. N 63/3/585/26 о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), полученного застрахованным лицом Филиалом N 10 (35ВМГ) ФГКУ «442 Военный клинический госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, усматривается, что полученная 10.06.2018 года ФИО1 травма не связана с исполнением обязанностей военной службы, по природе возникновения является следствием ранее диагностированного у ФИО1 заболевания, спровоцированная воздействием внешних факторов.

Пункт 94 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2013 года N 565 содержит исчерпывающий перечень случаев, при которых военно-врачебной комиссией выносится заключение о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой "военная травма", вместе с этим, каких-либо данных, свидетельствующих, что указанная травма была получена истцом при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) и в результате событий, изложенных в указанном пункте Положения о военно-врачебной экспертизе, приведено не было. 

В обоснование доводов о наличии причинно-следственной связи между виновными действиями ответчика и получением увечья истец ссылается на административное расследование начальника КТУ КП войсковой части N 96848 капитана И.В.Ращенко, проведенное по факту получения ФИО1 травмы в период прохождения последним военной службы, в соответствии с которым капитаном ФИО5 по факту проведения административного расследования в связи с получением травмы военнослужащим по призыву роты ОСУП войсковой части N 96848 рядовым ФИО1, был сделан вывод о том, что получению травмы указанным лицом способствовало халатное отношение формальное отношение к рассмотрению документов о травмах, полученных до призыва на военную службу медицинской комиссией РВК Фрунзенского района города Санкт-Петербурга, а также нежеланием самого рядового ФИО1 озвучивать травмы, полученные до призыва на военную службу при проведении первичного осмотра. 

По мнению представителя ответчика, изложенному в письменных возражениях на исковое заявление, указанное административное расследование не отвечает критерию допустимости и относимости доказательств, поскольку целями и задачами указанного административного расследования являлось не установление причинно-следственной связи между действиями должностных лиц воинской части и наступившими последствиями, а доведение до личного состава обстоятельств произошедшего в целях недопущения подобного в дальнейшем, выработки организационных мер, направленных на профилактику преступлений и нарушений в воинском коллективе, при этом представитель указал, что ни начальник КТУ КП, ни командир воинской части при проведении административных расследований и издании приказов не обладают полномочиями государственного органа по установлению причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц, ФИО1 и самого случая получения последний травмы. В связи с чем, представленное административное расследование не может являться допустимым доказательством вины Министерства обороны Российской Федерации в причинении травмы ФИО1 

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая заключение административное расследование начальника КТУ КП войсковой части N 96848 капитана И.В.Ращенко, проведенное по факту получения ФИО1 травмы в период прохождения последним военной службы, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами, суд относится к нему критически и не признает его в качестве допустимого доказательства, поскольку оно содержит в себе противоречивые выводы и не согласуется с иными доказательствами по делу, противоречит пояснениям лиц, участвующих в деле, и фактическим обстоятельствам по делу.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что указанное заключение по факту проведения административного расследования не может быть положено в основу решения суда об удовлетворении заявленных ФИО1 требований. 

Кроме того, суд обращает внимание на то, что ФИО1 было предписано оформить документы на получение страхового пособия, полагающегося ему на основании Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции".

Из материалов дела следует, что 03.11.2017 года между Министерством обороны Российской Федерации и АО «СОГАЗ» был заключен государственный контракт на оказание услуг по осуществлению в период с 01.01.2018 года по 31.12.2019 года обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и граждан, призванных на военные сборы N 18 WS 0004.

10.01.2019 года ФИО1 обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о рассмотрении вопроса о выплате страховой суммы по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, в связи с получением во время прохождения службы легкого увечья (травмы) 10.06.2018 года в соответствии со статьей 4 Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ.

На основании представленного ФИО1 заявления страховой компанией АО «СОГАЗ» составлен страховой акт N 18 WS 0004DN15298 и произведена выплата страховой суммы по обязательному государственному страхованию в связи со страховым случаем: легкое увечье (ранение, травма, контузия), полученное в период прохождения службы 10.062018 года, в размере 64 052 руб. 81 коп. в соответствии с положениями статьи 5 Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ и с учетом условий Контракта и размера индексаций, определенных Постановлениями Правительства Российской Федерации от 12.04.2013 года N 333, от 17.06.2014 года N 554, от 30.12.2014 года N 1609, от 26.01.2017 года N 88, от 07.03.2018 года N 238. 

В подтверждение фактической выплаты страхового возмещения в указанном размере в материалы дела представлено платежное поручение N 27632 от 18.01.2019 года. 

При этом суд учитывает то обстоятельство, что само по себе обязательное государственное страхование жизни и здоровья сотрудников органов внутренних дел, как ранее указывал Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливается в целях обеспечения социальных интересов данной категории граждан и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации) и является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, который может быть причинен жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы.

Тем самым в конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к ним лиц, установленное в целях защиты их социальных интересов и интересов государства, в соответствии с Федеральным законом от 28.03.1998 года N 52-ФЗ, является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, который может быть причинен жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы, следовательно, страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к ним лицам в соответствии с Федеральным законом от 28.03.1998 года N 52-ФЗ входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред.

Соответственно, именно посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предполагающего выплату военнослужащим и приравненным к ним лиц при наступлении страховых случаев соответствующих страховых сумм (статьи 4 и 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ), обеспечивается право указанных лиц на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, их право на охрану здоровья, защита имущественных прав (статья 7, часть 2; статья 37, части 1 и 3; статья 35, часть 1; статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации), а также осуществляется гарантируемое статьей 39 Конституции Российской Федерации социальное обеспечение граждан в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом.

Таким образом, в связи с получением ФИО1 травмы в период прохождения военной службы по призыву в Вооруженных Силах Российской Федерации ФИО1 был компенсирован материальный и моральный вред в связи с указанным событием посредством выплаты страхового возмещения в соответствии с положениями Федерального закона от 28 марта 1998 года N 52-ФЗ.

ФИО1 сумму выплаченного страхового возмещения не оспаривал, доказательств, свидетельствующих об обратном, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела представлено не было. 

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, разрешая настоящий спор, руководствуясь положениями статей 151, 1100, 1101, 1064, 1084, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", положениями Федерального закона от 27.05.1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", а также Федерального закона от 28.03.1998 года N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждении уголовно-исполнительной системы", оценив в совокупности представленные доказательства по правилам статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца.

При том суд исходит из того, что обязанность по возмещению вреда здоровью и компенсации морального вреда военнослужащему ФИО1 в связи с причинением вреда его здоровью может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 в материалы дела не было представлено надлежащих доказательств, подтверждающих совершение противоправных действий со стороны ответчика, должностными лицами войсковой части и их вину в непосредственном причинении вреда жизни и здоровью военнослужащему ФИО1, факт причинения ФИО1 нравственных или физических страданий не нашел своего подтверждения при рассмотрении дела. 

Как неоднократно указывалось ранее, в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, между тем, оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в пользу ФИО1 по делу не имеется, поскольку вина ответчика в причинении морального вреда истцом не доказана, как и не доказано его виновное противоправное поведение, выражающееся в нарушений предписаний законов и нормативных актов, регламентирующих порядок несения военной службы, в частности Федерального закона от 27.05.1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10.11.2007 года N 1495. 

Поскольку по делу не установлен непосредственный причинитель вреда, а также его вина, то основания для возмещения вреда здоровью и компенсации морального вреда по правилам норм главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Таким образом, истцом, заявившим о компенсации морального вреда, не представлены доказательства наличия оснований, установленных статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возложения на ответчика обязанности компенсировать соответствующий вред в денежной форме, поскольку изложенные истцом обстоятельства не свидетельствуют о нарушении ответчиком личных неимущественных прав истца, либо о посягательстве ответчика на нематериальные блага истца.

Иные доводы истца, приведенные им в исковом заявлении, были оценены судом по правилам статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67,167, 193-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья И.Н. Грибов

Мотивированное решение суда составлено 12 октября 2020 года.