Дело №2-4909/2023

73RS0001-01-2023-005172-83

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 октября 2023 года г. Ульяновск

Ленинский районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Анциферовой Н.Л.,

при секретаре Чайкиной Д.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному общеобразовательному учреждению «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации», обществу с ограниченной ответственностью «Комбинат социального питания» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В ИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному государственному казенному общеобразовательному учреждению «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации» (далее ФКГОУ Ульяновское ГСВУ МО РФ), обществу с ограниченной ответственностью «Комбинат социального питания» (далее ООО «Комбинат социального питания») о взыскании компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что он являлся воспитанником ФГКУ ОУ «Ульяновское гвардейское суворовское училище Министерства обороны РФ». Он был осмотрен врачом и был поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>

Заражение истца указанным паразитом произошло по вине ФГКУ ОУ «Ульяновское гвардейское суворовское училище Министерства обороны РФ» и ООО «Город Кафе».

Заражение произошло не только истца, но и еще 74 воспитанников училища.

По данному факту военным следственным управлением СК России по Центральному военному округу было возбуждено уголовное дело № № Так, в ходе расследования уголовного дела было проведено паразитологическое исследование в Перовом Московском Государственном университете им. И.М. Сеченова. В своем заключении № № от ДД.ММ.ГГГГ эксперты сделали вывод: место заражения суворовцев является столовая училища. Причиной является неправильная обработка пищевых продуктов.

Приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 22.07.2022 виновны в совершении указанного преступления были признаны ФИО2, работавшая в момент совершения преступления в ООО «Город Кафе» и ФИО3, работавшая в УГСВУ.

При таких обстоятельствах на ответчиках лежит обязанность компенсировать истцу причиненный вред здоровью.

В соответствии с заключением эксперта истцу был причинен вред здоровью средней тяжести.

Истец лишен возможности служить в Армии и продолжить карьеру офицера. Также, ему противопоказаны любые физические нагрузки, а само заболевание как таковое не имеет гарантированного прогноза на излечение. Служба в армии была его мечтой. Истец осознает, что ему противопоказан любой спорт, любая физическая активность. Даже банальный конфликт или неосторожный удар в область живота может стать для него летальным. По сути, сейчас его возможности ограничены. Он постоянно переживает, ему страшно от того, что в любой момент киста может прорваться, что неминуемо приведет к анафилактическому шоку с непредсказуемыми последствиями. Режим сна расстроен. Врачи не ставят сроки выздоровления, указывая только на то, что вывести этих паразитов практически невозможно.

Просит взыскать в солидарном порядке с ФКГОУ Ульяновское ГСВУ МО РФ и ООО «Комбинат социального питания» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В соответствии со ст. 44 ГПК РФ по делу установлено процессуальное правопреемство, заменен ответчик ООО «Город Кафе» на его правопреемника ООО «Комбинат социального питания».

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещался.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФКГОУ Ульяновское ГСВУ МО РФ ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 22.07.2022 ФИО3 и ФИО2 признаны виновными в преступлении, предусмотренным 

<

данные изъяты> и им назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 10 и 11 месяцев соответственно. Приговор вступил в силу 19.07.2023. Указанным приговором установлено, что ФИО2 и ФИО3 зная, что оказываемые услуги питания для воспитанников УГСВУ не отвечают требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, каких-либо мер к устранению нарушений не принимали, исполнение сотрудниками столовой санитарных норм не контролировали, соответственно не обеспечили соблюдение санитарно-эпидемиологических правил, что повлекло массовое заболевание 74 курсантов училища. ФИО3 и ФИО2 были надлежащим образом ознакомлены обо всех обязанностях, которые должны были выполнять в соответствии с нормами законодательства, знали нормы СанПин и других руководящих документов, но по своей инициативе осуществляли действия, которые повлекли собой заражение потерпевших, в том числе и истца. Ульяновске ГСВУ со своей стороны приняли все необходимые меры для недопущения нарушений норм СанПин и других нормативно-правовых актов, предусматривающих безопасное и качественное оказание услуг. Ульяновское ГСВУ не является непосредственным причинителем вреда истцу и отсутствует вреда истцу и отсутствует вина с его стороны. Взыскание компенсации морального вреда не обосновано. Истец проходил лечение полностью за счет Министерства обороны РФ: периодические обследования и медикаментозное лечение. Таким образом, Министерством обороны РФ были предприняты все возможные меры для поддержки и оказания помощи в излечении истца. Кроме того, истцом не представлены медицинские документы о состоянии здоровья после мая 2019 года. Таким образом, невозможно в настоящее время оценить состояние здоровья истца и его моральные страдания. Также по решению Министерства обороны РФ для поступления ограниченно годных по состоянию здоровья суворовцев, в связи с заболеванием эхинококкоз, в высшие военно-учебные заведения и кандидаты, желающие продолжать военную карьеру и обучаться в таких заведениях, поступают и с ним на втором курсе обучения заключается контракт на прохождение военной службы на период обучения в ВВУЗе и последующие 5 лет после окончания обучения. Однако истец в 2019 году при выборе высшего учебного заведения изначально выбрал не военный ВУЗ. Согласно выписке их приказа начальника училища от 19.06.2019 он был направлен в распоряжение начальника Московского авиационного института. Истец не пожелал поступать в высшее военное учебное заведение по собственной инициативе. Таким образом, карьера военного ему в 2019 году стала непривлекательна и он не хотел связывать свою жизнь с военной службой. Таким образом, вина училища в том, что мечта истца служить в армии не реализовалась, однозначно отсутствует. Училище делало все возможное для того, чтобы истец смог учиться в высшем военном учебном заведении. У ФИО1 имелись все шансы стать офицером и продолжить военную карьеру. Кроме того. Ульяновское ГСВУ является государственным казенным учреждением. Училище не осуществляет приносящую доход деятельность. Также просила в случае удовлетворения требований истца, применить нормы о долевой ответственности между ответчиками. 

Представитель ответчика ООО «Комбинат социального питания» ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что ООО «Комбинат социального питания» является правопреемником ООО «Город Кафе». Материалами уголовного дела установлено, что ФИО2, ФИО3 были надлежащим образом ознакомлены с должностными обязанностями и требованиями санитарно-эпидемиологических правил, имели реальную возможность для обеспечения их соблюдения в столовой. Однако, действуя против воли и интересов работодателей, ФИО2, ФИО3 свои должностные обязанности не исполняли. Совершая преступление, ФИО2, ФИО3 грубо нарушали указания работодателей без их ведома. Поскольку исполнение трудовых обязанностей, возложенных на ФИО2, требует специальных познаний, которыми руководитель Общества не располагает, допущенные ФИО2 нарушения не могли быть выявлены директором Общества в ходе текущего контроля деятельности соответствующего подразделения. Таким образом, считаем, что вина ООО «Город Кафе» в причинении вреда здоровью истца отсутствует, в связи с чем не имеется правовых оснований для возложения на правопреемника ООО «Комбинат социального питания» обязанности по возмещению истцу морального вреда, причиненного в результате преступления, совершенного ФИО3 и ФИО2 Обязанность по возмещению Истцу морального вреда, лежит на лицах, признанных виновными в совершении преступления. В период причинения вреда здоровью истца, он обучался в ФГКОУ «Ульяновское гвардейское суворовское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны РФ» на основании договора об обучении и воспитании, заключенного училищем с родителями истца. Согласно ч.6 ст. 28 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством РФ порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, за жизнь и здоровье обучающихся при освоении образовательной программы. Работник училища ФИО3 приговором суда признана виновной в совершении преступления. В то же время, какие-либо договорные отношения между истцом и ООО «Город Кафе» отсутствовали. Обязанность по обеспечению питания истца в период его обучения в ФГКОУ «Ульяновское гвардейское суворовское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны РФ» возлагалась именно на училище. Согласно представленному истцом заключению ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница им. Политического и общественного деятеля ФИО7» по состоянию на 25.01.2019 при поступлении в лечебное учреждение истец жалоб не предъявлял, состояние удовлетворительное. Лечение заключалось в приеме таблеток. Согласно выписному эпикризу 3 Центрального военного клинического госпиталя им. А.А. Вишневского Минобороны России от 17.02.2019 лечение заключалось в приеме таблеток. Клинический и трудовой прогноз благоприятный, трудоспособность восстановлена. Истцом не предоставлены суду медицинские документы, характеризующие дальнейшее течение болезни и документальные доказательства: утверждений истца о неизлечимости диагностированного ему заболевания; наличия расстройства здоровья истца после проведенного лечения и в настоящее время; наличия медицинских противопоказаний и ограничений после проведенного лечения и в настоящее время; невозможности истца вести привычный образ жизни, в том числе продолжать образование по выбранной специальности, наличия препятствий для дальнейшей военной службы. Истцом не доказана обоснованность заявленного размера компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. и соответствие его требованиям разумности и справедливости. Указанный размер компенсации морального вреда считает завышенным, несоразмерным характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий.

Представители третьих лиц Министерства обороны РФ, ВГКУ «Центральное региональное управление правового обеспечения» МО РФ, АО «Военторг», третьи лица ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, извещались.

Выслушав представителя истца, представителей ответчика, исследовав материалы настоящего гражданского дела, медицинскую документацию ФИО1, суд приходит к следующему.

Сторонам была разъяснена ст.56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, судом были определены юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию сторонами.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещёнными законом способами.

Гражданским законодательством, в частности ст.12 ГК РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав, однако данный перечень не является исчерпывающим.

Согласно ст.3 ГПК РФ лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов. 

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным ст.46 Конституции Российской Федерации.

Суд принимает решение, в силу ст.196 ГПК РФ, в пределах заявленных истцом требований. 

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был зачислен в списки личного состава ФГКОУ «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации».

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 исключен из списков личного состава ФГКОУ «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации» и направлен в распоряжение начальника Московского авиационного института. 

Приговором Ленинского районного суда города Ульяновска от 22.07.2022 ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ), и назначено наказание в виде 

<

данные изъяты>; ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 N 420-ФЗ), и назначено наказание в виде 

<

данные изъяты>

Данным приговором установлено, что ФИО2 и ФИО3 виновны в нарушении санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание людей.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

ФГКОУ «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации» осуществляет обучение, воспитание и развитие обучающегося на условиях, устанавливаемых ФЗ №273-ФЗ от 29.12.2012 «Об образовании в Российской Федерации», нормативными правовыми актами Министерства обороны Российской Федерации, Министерства образования и науки Российской Федерации, Уставом училища, федеральными государственными стандартами и договором с обучающимся. 

ДД.ММ.ГГГГ между Минобороны России и АО «Военторг» заключен государственный контракт №№ на оказание услуг по организации питания для нужд Минобороны России в 2017-2019 годах (далее Государственный контракт), согласно которому УГСВУ являлось получателем услуг питания. 

В тот же день между АО «Военторг» и 

<

данные изъяты> в развитие данного государственного контракта, заключен договор №№ на оказание услуг по организации питания для нужд Минобороны России в 2017-2019 годах, согласно которому УГСВУ также являлось получателем услуг питания, а 

<

данные изъяты> исполнителем по данному договору, обязанным предоставить услуги питания в соответствии с требованиями Договора.

Таким образом, УГВСУ в лице должностных лиц училища оказывало услуги названным воспитанникам, в том числе при поступлении на обучение обязалось оказать услуги питания надлежащего качества.

30.12.2016 в целях выполнения данных услуг по организации питания помещения столовой и продовольственного склада УГСВУ переданы для пользования 

<

данные изъяты> 

Таким образом, согласно разделу 3 указанного договора, 

<

данные изъяты> обязано оказать услуги питания – доставку (подвоз) и хранение продовольственных товаров, приготовление и раздачу готовой пищи, а УГСВУ в лице должностных лиц обязано осуществить контроль качества оказанных услуг, т.е. выполнить обязанность по безопасному обучению и питанию воспитанников. 

В период с 01.12.2012 по 15.12.2018 ФИО2 на основании трудового договора, заключенного 01.12.2012 между последней и 

<

данные изъяты> в лице исполнительного директора ФИО21 на возмездной основе осуществляла свою трудовую деятельность, в том числе с 30.12.2016 в рамках указанного Договора, в должности «заведующий производством», в столовой УГСВУ, расположенной по адресу: 

<

адрес>

В период с 27.04.2012 по 18.05.2019 в УГСВУ в должности инженера-технолога общего отдела, а с 06.09.2016 в должности инженера-технолога отдела материального обеспечения названного училища работала ФИО3

В соответствии с п.п. 1.1, 1.5, 1.6, 2.1 должностной инструкции заведующего производством, утвержденной 01.12.2012 директором 

<

данные изъяты> ФИО22 и действовавшей до 31.12.2017 включительно, ФИО2 являлась руководителем, в функции которого входило руководство производственной деятельностью предприятий питания с целью организации производственного процесса, внедрения корпоративных правил и стандартов организации, при этом, она должна знать организацию и технологию производства, законодательные и нормативные правовые акты РФ, регламентирующие деятельность предприятий общественного питания, правила оказания, правила сертификации и стандартизации услуг общественного питания и руководствоваться в своей деятельности государственными нормативно-правовыми актами Российской Федерации, регламентирующими деятельность предприятий питания, нормативными документами организации, настоящей должностной инструкцией.

Согласно п.п. 3.5, 3.9, 3.13, 3.15 названной инструкции в обязанности ФИО2 входил контроль за качеством поступившей продукции и сырья; за соответствием технологического процесса действующей нормативной и технологической документации; осуществление рациональной организации технологического процесса, подбор и расстановка поваров, кухонных работников, грузчиков и других работников кухни; контроль за соблюдением работниками санитарных требований и правил личной гигиены, производственной и трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка. Одновременно, в соответствии с п.п. 4.2, 4.3, 4.4 указанной инструкции ФИО2 имела право вносить на рассмотрение непосредственного руководителя предложения по совершенствованию работы о приеме, перемещении и увольнении работников пищеблока, а также проводить ротацию производственного персонала пищеблока для обеспечения бесперебойной работы.

Аналогичные права и обязанности ФИО2, как заведующего производством, предусматривались должностной инструкцией, утвержденной 01.01.2018 директором ФИО23 а именно п.п. 1.3, 2.1, 2.5, 2.7, 2.11, 2.14, 2.15, 2.16, 2.18, 2.30, 2.31, 2.35, 2.37, 3.3, 3.4, 3.7, 4.1, 4.6. Кроме того, названной инструкцией обязанности ФИО2 детализированы п.п. 2.69, 2.70, 2.71, в соответствии с которыми в обязанности последней входило рассмотрение устных претензий, связанных с неудовлетворительным обслуживанием посетителей, и проведение соответствующих организационно-технических мероприятий, принятие мер по предотвращению и ликвидации конфликтных ситуаций, информирование руководства организации об имеющихся недостатках в обслуживании посетителей, принятие мер к ликвидации этих недостатков.

Согласно п.п. 1.1, 1.5, 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.15, 2.18 должностной инструкции инженера-технолога отдела материального обеспечения, утвержденной начальником УГСВУ 31.08.2016, ФИО3 относилась к категории специалистов, в своей деятельности должна была руководствоваться нормативными правовыми актами, другими нормативными документами и методическими материалами по вопросам выполняемой работы, приказами и директивами Минобороны России, приказами и распоряжениями начальника УГСВУ, настоящей инструкцией. Она должна знать Конституцию Российской Федерации, санитарно-эпидемиологические требования к организации питания обучающихся в общеобразовательных учреждениях, постановления, распоряжения, приказы, методические и нормативные материалы по технологической подготовке производства, технологию приготовления пищи, требования к качеству продовольствия, нормы обеспечения столовой технологическим оборудованием, основное технологическое и холодильное оборудование, принципы его работы и эксплуатации, типовые технологические процессы и режимы производства, технические требования, предъявляемые к продуктам, готовой продукции, стандарты и технические условия, нормы расхода продуктов, основные требования организации труда при проектировании технологических процессов, организацию производства, правила и нормы производственной санитарии.

В соответствии с разделом 3 названной инструкции ФИО3 отвечала за контроль организации питания в столовой и качества приготовленной пищи в строгом соответствии с условиями государственного контракта, проверку качества оказанных услуг, контроль соблюдения санитарных норм и правил при организации питания, технологической обработке продуктов и приготовлении пищи.

Также, согласно п.п. 3.1, 3.3, 3.4, 3.6, 3.7, 3.14, 3.17 той же инструкции ФИО3 обязана осуществлять контроль организации питания в столовой и качества приготовленной пищи, проверять качество оказанных услуг с отметкой в ежедневном акте сдачи-приемки услуг по организации питания, контролировать соблюдение санитарных норм и правил при организации питания, технологической обработке продуктов и приготовлении пищи, осуществлять контроль за качеством поступающего продовольствия, проводить работу по предупреждению случаев нарушения организации питания обучающихся, строго соблюдать правила и нормы производственной санитарии.

В соответствии с п.п. 4.3, 4.4 указанной инструкции ФИО3 имела право вносить на рассмотрение руководства предложения по совершенствованию работы, связанной с предусмотренными данной инструкцией обязанностями, запрашивать документы, необходимые для выполнения своих должностных обязанностей.

Приказом начальника УГСВУ от ДД.ММ.ГГГГ № № «Об организации питания в 2017-2018 учебном году» на инженера-технолога отдела материального обеспечения ФИО3 возложены обязанности по осуществлению ежедневного приема услуг по организации питания в объемах, определенных условиями договора, с составлением акта приема.

Таким образом, ФИО3, выполняя названные организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, являлась должностным лицом.

С учетом возложенных на них обязанностей ФИО2, ФИО3, каждая в отдельности, обязаны были соблюдать действующие на территории РФ законодательные и подзаконные акты в сфере санитарно-эпидемиологического здоровья населения, в частности в соответствии со ст. 10, п. 1 ст. 17, ст. 28, ст. 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний и санитарно-эпидемиологических заключений осуществляющих государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение прав граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания; при организации питания населения в специально оборудованных местах (столовых, ресторанах, кафе, барах и других), в том числе при приготовлении пищи и напитков, их хранении и реализации населению, для предотвращения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны выполняться санитарно-эпидемиологические требования; соблюдать санитарно-эпидемиологические правила СанПиН 2.3.6.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья», утвержденные Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 08.11.2001 № 31, санитарные правила СП 3.1/3.2.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней», утвержденные Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 16.12.2013 № 65, санитарные правила СП 1.1.1058-01 «Организация и проведение производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», утвержденные Главным государственным санитарным врачом РФ 10.07.2001, согласно которым во всех организациях, независимо от форм собственности, организуется производственный контроль; пищевая продукция, находящаяся в обращении, в течение установленного срока годности при использовании по назначению должна быть безопасна, в ней не допускается превышение нормируемых показателей содержания микроорганизмов, а также наличие возбудителей инфекционных, паразитарных болезней, их токсинов, представляющих опасность для здоровья человека. Юридическое лицо при выявлении нарушений санитарных правил на объекте производственного контроля должно принять меры, направленные на устранение выявленных нарушений и недопущение их возникновения, в т.ч. приостановить либо прекратить свою деятельность или работу отдельных цехов, участков, эксплуатацию зданий, сооружений, оборудования, транспорта, выполнение отдельных видов работ и оказание услуг.

Однако, ФИО2, достоверно зная, что оказываемые услуги питания для воспитанников УГСВУ не отвечают требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, игнорируя требования вышеперечисленных нормативных документов, имея реальную возможность осуществлять свои должностные обязанности надлежащим образом, тем не менее нарушала научно-обоснованные санитарно-эпидемиологические правила и нормы при приготовлении пищи и организации питания в столовой УГСВУ, осознавая реальную опасность для жизни и здоровья человека, а также возможность наступления общественно опасных последствий в виде массового заболевания воспитанников УГСВУ, не желала их, однако, относилась к ним безразлично. При этом, достоверно зная о допускаемых подчиненными нарушениях при приготовлении пищи, имея реальную возможность добиться соблюдения необходимых санитарных норм и правил либо приостановить оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности оказывала услуги по организации питания с нарушением санитарно-эпидемиологических правил, т.е. ненадлежащего качества.

В свою очередь, ФИО3, достоверно зная, что оказываемые услуги питания для воспитанников УГСВУ не отвечают требованиям безопасности их жизни и здоровья, не предвидев возможность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде массового заболевания воспитанников УГСВУ, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, ненадлежащим образом исполняя свои должностные обязанности, не проконтролировала соблюдение санитарных норм и правил при оказании услуг по организации питания, технологической обработке продуктов и приготовлении пищи в столовой УГСВУ работниками ООО «

<

данные изъяты>» в соответствии с ежедневными актами приёмки услуг по организации питания, согласно которым услуга по питанию сторонами была принята без замечаний под роспись, чем совершила приёмку оказанных услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей. 

Указанные действия ФИО2, оказавшей услуги питания, не отвечающие требованиям безопасности, и ФИО3, не проконтролировавшей как следствие оказание данных услуг питания ненадлежащего качества и принявшей такие услуги, повлекли последствия в виде массового заражения воспитанников УГСВУ паразитарным заболеванием - эхинококкоз при следующих обстоятельствах.

От воспитанников и работников УГСВУ поступали неоднократные жалобы в связи с некачественной обработкой фруктов (в частности, яблок), в том числе в период с сентября 2017 года по декабрь 2017 года, о чем ФИО2 и ФИО3 было достоверно известно.

Однако, несмотря на систематически допускаемые нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, в том числе в части технологической обработки продуктов в столовой УГСВУ, будучи осведомленной о жалобах на качество обработки фруктов, ФИО2 надлежащим образом на данные жалобы и нарушения не реагировала, к предусмотренной действующим законодательством ответственности подчиненных работников не привлекала. Из-за отсутствия достаточных мер реагирования со стороны ФИО2 в коллективе не была сформирована нетерпимость к нарушениям санитарно-эпидемиологического законодательства, в связи с чем работники столовой игнорировали требования санитарно-эпидемиологической безопасности, а ФИО2 продолжала оказывать услуги питания ненадлежащего качества.

В свою очередь, ФИО3, также зная о периодически допускаемых нарушениях Государственного контракта и Договора, в том числе конкретно п. 3.4.9, п. 5.4 и 6.2 государственного контракта, а также санитарно-эпидемиологического законодательства работниками ООО «

<

данные изъяты>» в столовой УГСВУ, в том числе в части технологической обработки продуктов, будучи осведомленной о жалобах на качество обработки фруктов, контроль за организацией питания воспитанников училища не организовала, проверку соблюдения технологии приготовления пищи и обработки продуктов в столовой проводила выборочно, небрежно относясь к требованиями государственного контракта и договора по соблюдению качества оказываемых услуг, а выявляемые другими работниками училища нарушения при организации питания в соответствующих ежедневных актах не фиксировала, в связи с чем соблюдения условий государственного контракта, договора и санитарно-эпидемиологического законодательства от работников названной организации не добилась, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, не пресекла.

Исполняя, таким образом, свои обязанности, в один из дней в период с сентября 2017 года по декабрь 2017 года ФИО2, занимая должность заведующей столовой УГСВУ, в нарушение п.п. 1.1, 1.5, 1.6, 2.1, 3.5, 3.9, 3.13, 3.15, 4.2, 4.3, 4.4, п.п. 1.3, 2.1, 2.5, 2.7, 2.11, 2.14, 2.15, 2.16, 2.18, 2.30, 2.31, 2.35, 2.37, 3.3, 3.4, 3.7, 4.1, 4.6, 2.69, 2.70, 2.71 своих должностных инструкций 2012 и 2018 годов соответственно, а также ФИО3, являясь инженером-технологом отдела материального обеспечения УГСВУ, в нарушение п.п. 1.1, 1.5, 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10, 2.11, 2.15, 2.18, 3.1, 3.3, 3.4, 3.6, 3.7, 3.14, 3.17 своей должностной инструкции, находясь на территории данного училища, утратили контроль за технологией приготовления пищи и соблюдения работниками санитарных требований и правил личной гигиены, нарушив ст. ст. 10, 17, 28, 39 Закона № 52-ФЗ, согласно которым при организации питания населения в столовых должны выполняться санитарные правила для предотвращения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых отравлений, при этом ФИО2 не обеспечила, а ФИО3 не проконтролировала исполнение сотрудниками столовой при осуществлении работ по приготовлению пищи санитарных требований, нарушив таким образом п. 5.1 СП 3.1/3.2.3146-13, п. 14.1 СанПиН 2.3.6.1079 – 01, п.п. 8.12., 8.13, 8.19 СанПиН 2.4.5.2409-08, научно-обоснованные санитарно-эпидемиологические правила при приготовлении пищи и организации питания, не обеспечили в столовой надлежащую обработку фруктов, овощей и зелени и допустили их подачу на прием пищи воспитанникам училища в обеденные залы с загрязнениями, содержащими яйца эхинококка, хотя каких-либо специальных знаний и оборудования от них не требовалось, поскольку яйца различных гельминтов не имеют принципиальных отличий друг от друга по адгезии к поверхностям и легко смываются с объектов, а режимы мытья, заложенные в СанПиН, рассчитаны на гарантированное удаление яиц гельминтов даже при высоком уровне контаминации. 

В результате нарушений санитарно-эпидемиологических правил 74 воспитанника УГСВУ при употреблении в пищу указанных продуктов с яйцами эхинококка заразились паразитарным заболеванием - эхинококкоз с образованием у них в различных органах эхинококковых кист, что повлекло по неосторожности их массовое заболевание и причинение их здоровью.

У ФИО1 обнаружен 

<

данные изъяты>

24.10.2022 апелляционным определением Ульяновского областного суда приговор Ленинского районного суда г.Ульяновска оставлен без изменения.

31.05.2023 определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска, апелляционное определение Ульяновского областного суда отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

19.07.2023 апелляционным определением Ульяновского областного суда приговор Ленинского районного суда г.Ульяновска от 22.07.2022 оставлен без изменения, а апелляционные представления и жалобы – без изменения.

Как следует из выписного эпикриза (история болезни № № ФГБУ «3 ЦВКГ имени А.А. Вишневского» ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном обследовании и лечении в 29 педиатрическом отделении 

<

данные изъяты> диагнозом: 

<

данные изъяты>

В период с ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении и обследовании во втором хирургическом отделении 1 филиала 

<

данные изъяты> Затем был госпитализирован в хирургическое отделение 

<

данные изъяты>, где 18.02.2019 – 19.02.2019 состоялся консилиум хирургов 

<

данные изъяты> в результате которого было решено продолжить консервативное лечение и провести КТ брюшной полости и грудной полости через 3 месяца после начатого лечения с последующей консультацией хирургов 

<

данные изъяты> для решения вопроса о дальнейшей тактики лечения.

15.05.2019 направлен на госпитализацию в педиатрическое отделение 1 филиала 

<

данные изъяты> для проведения контрольного обследования и лечения с диагнозом: 

<

данные изъяты>

В период с 15.05.2019 по 27.05.2019 ФИО1 находился на лечении ГУЗ «Ульяновская областная детская клиническая больница имени политического и общественного деятеля ФИО7» с диагнозом: 

<

данные изъяты>

В соответствии с п.6 ст.28 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная организация обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с законодательством об образовании, в том числе: создавать безопасные условия обучения, в том числе при проведении практической подготовки обучающихся, а также безопасные условия воспитания обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательной организации.

Согласно п.7 ст.28 указанного Федерального закона образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, за жизнь и здоровье обучающихся при освоении образовательной программы, в том числе при проведении практической подготовки обучающихся, а также за жизнь и здоровье работников образовательной организации при реализации образовательной программы, в том числе при проведении практической подготовки обучающихся, за реализацию не в полном объеме образовательных программ в соответствии с учебным планом, качество образования своих выпускников. 

Вместе с тем, приговором установлено, что ФИО2 во время совершения преступления являлась сотрудницей 

<

данные изъяты> на основании трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ

В последующем 

<

данные изъяты> реорганизован в ООО «Город Кафе». В настоящее время ООО «Город Кафе» реорганизовано в форме присоединения к ООО «Комбинат социального питания»

Следовательно, надлежащими ответчиками по данному делу являются ФКГОУ Ульяновское ГСВУ МО РФ и ООО «Комбинат социального питания».

Приговором подтверждено, что вред здоровью истца причинен по вине ответчиков, между их действиями и причинением вреда здоровью истца имеется причинно-следственная связь, ответчиками не были предприняты необходимые действия, направленные на устранение причин и условий возможного причинения вреда здоровью истца, как и других людей, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом исковых требований.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

В пункте 1 статьи 150 ГК РФ указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 32 постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно положениям статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

О совместном характере таких действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации только по заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из того, что приговором определено, что вред здоровью истца и иных лиц причинен совместными действиями сотрудников ФКГОУ Ульяновское ГСВУ МО РФ и ООО «Комбинат социального питания» суд считает, что в данной ситуации вред подлежит взысканию с указанных лиц солидарно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 ГК РФ).

Вместе с тем, истец настаивает на взыскании морального вреда с ответчиков в солидарном порядке.

Доводы ответчика о том, что Ульяновское ГСВУ не является непосредственным причинителем вреда истцу и отсутствует вина с его стороны, суд считает необоснованными. 

Доказательств того, что заражение ФИО1 произошло не во время нахождения его в училище, ответчиком не представлено. 

С учетом характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, вызванных повреждением здоровья, последствием которого явились повреждения жизненно важных органов – печени и легкого, длительность лечения, вынужденное ограничение в повседневной жизни, наличие побочных эффектов в период длительного приема противопаразитарных препаратов, возникновение у него отрицательных эмоций, молодой возраст истца и тяжесть заболевания, а также принимая во внимание обстоятельства произошедшего случая, финансовое положение ответчиков, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб. в солидарном порядке.

В остальной части данных исковых требований истцу следует отказать.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст. 123 Конституции РФ) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств, иных доказательств сторонами не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к Федеральному государственному казенному общеобразовательному учреждению «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации», обществу с ограниченной ответственностью «Комбинат социального питания» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного казенного общеобразовательного учреждения «Ульяновское гвардейское суворовское военное училище Министерства обороны Российской Федерации» и ООО «Комбинат социального питания» в солидарном порядке в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд г.Ульяновска в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.Л.Анциферова

Мотивированное решение изготовлено 02.11.2023.