Дело № 2-265/2026 (2-3891/2025) КОПИЯ

УИД 78RS0022-01-2025-000500-89

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 января 2026 года город Нижний Новгород

Сормовский районный суд города Нижний Новгород в составе председательствующего судьи Грачевой Т.Ю., при секретаре судебного заседания Цыбиной Е.Г., с участием помощника прокурора Паршиной П.А., ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Сормовского района города Нижний Новгород, действующего в интересах ФИО1 к Публичному акционерному обществу Банк ВТБ о признании кредитного договора недействительным,

установил:

истец обратился в суд с иском к Банк ВТБ (ПАО), которым просил признать кредитный договор от 28.03.2024 № 

<

данные изъяты>, на сумму 630 000 рублей, заключенный между ФИО1 и ПАО «Банк ВТБ», недействительным; взыскать в качестве неосновательного обогащения с ответчика в пользу ФИО1 денежные средства в размере 133 992,74 рублей; возложить на ответчика обязанность в течение пяти рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу направить в АО «Национальное бюро кредитных историй» уведомление об исключении кредитной истории сведений о кредитном договоре от 28.03.2024 № 

<

данные изъяты>; возложить на ответчика обязанность прекратить обработку персональных данных ФИО1 по кредитному договору от 28.03.2024 № 

<

данные изъяты>.

В обоснование требований указано, что в производстве отдела по расследованию преступлений на территории Сормовского района СУ УМВД России по г. П. Новгороду находится уголовное дело №, возбужденное 29.03.2024 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ по факту хищения денежных средств путем обмана, в результате которого ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, причинен материальный ущерб в размере 908 000 рублей. В ходе изучения материалов уголовного дела №, установлено, что 28.03.2024 ФИО1, введенный в заблуждение неустановленными лицами, представившимися сотрудниками ФСБ и ПАО «Сбербанк», осуществил по указанию этих лиц переводы денежных средств путем внесения наличных денежных средств на расчетные счета, указанные этими неустановленными лицами. ФИО1, будучи введенным в заблуждение неустановленными лицами, доверившись им, следуя их указаниям, совершил ряд юридически значимых действий по получению денежных средств путем взятия на себя кредитных обязательств, не имея при этом намерений пользоваться и распоряжаться полученными денежными средствами, переводя полученные кредитные денежные средства на счета неустановленных лиц в рамках короткого промежутка времени, фактически одномоментно после получения. Согласно заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от 24.07.2024 №, воля ФИО1 на заключение оспариваемого кредитного договора отсутствовала. Совершая сделки под воздействием неустановленных лиц, вошедших в его доверие подэкспертный знал, что занимаемые им денежные средства использоваться им не будут, а оформление кредитных обязательств совершалось с целью предотвращения противоправных действий с переводами от его лица под страхом и давлением (сообщили, что он помогает террористам). В момент заключения кредитного договора ФИО1 находился под влиянием обмана неустановленных лиц, представившихся сотрудниками правоохранительных органов и банковскими работниками.

В судебном заседании помощник прокурора Сормовского района города Нижний Новгород поддержала доводы иска, настаивала на удовлетворении в полном объеме.

ФИО1 в судебном заседании настаивал на признании договора недействительным, указал, что в настоящее время он оплачивает задолженность по оспариваемому кредитному договору, что является тяжкой обузой в связи с тяжелым материальным положением. Пояснил, что не осознавал в полной мере свои действия, считал, что помогает правоохранительных органам задержать мошенников, не понимал, что кредит оформляется реально и надо будет возвращать денежные средства.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) ФИО2, действующий по доверенности, исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на иск. Указал, что кредитный договор был заключен ФИО1 лично, он, подтвердив свое намерение оформить кредит, получил кредитные средства и распорядился ими по своему усмотрению. Перед подписанием кредитного договора истец имел возможность ознакомиться с условиями кредитного договора. Просил в удовлетворении иска отказать.

Выслушав участников процесса, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующему.

Согласно части 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

В соответствии с ч.1 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Как следует из материалов дела, 28 марта 2024 года между ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор №

<

данные изъяты> на сумму 630 000,00 рублей на срок 60 месяцев до 28 марта 2029 года под 17,70% годовых.

Указанная процентная ставка была предоставлена при условии передачи транспортного средства в залог Банка.

Возврат кредитных средств был согласован сторонами договора в пункте 6. Согласно которому дата ежемесячного платежа – 15 числа каждого из 60 месяцев; размер первого платежа -5 484,10 рублей; размер второго платежа – 16 063,58 рублей.

Денежные средства в сумме 630 000,00 рублей были получены ФИО1, что подтверждено расходным кассовым ордером от 28 марта 2024 года.

ФИО1 пояснял, что ему, находящемуся дома, посредством мобильного приложения «Вацап» поступило сообщения от руководителя о проводимой проверки правоохранительными органами. Затем ему поступил звонок от сотрудника ФСБ о проводимых от его имени незаконных переводах денежных средств.

Согласно пояснениям ФИО1, введенный в заблуждение неустановленными лицами, представившимися сотрудниками ФСБ и ПАО Сбербанк, осуществил по указанию этих лиц переводы полученных кредитных средств путем внесения наличных денежных средств на расчетные счета, указанные этими неустановленными лицами. Совершив переводы неустановленным лицам, ФИО1 понял, что стал жертвой мошенников.

На основании заявления ФИО1 следователем отдела по расследованию преступлений на территории Сормовского района СУ УМВД РФ по г. Н. Новгороду было возбуждено уголовное дело № от 29 марта 2024 года. В рамках указанного уголовного дела постановлением от 29 марта 2024 года ФИО1 признан потерпевшим.

На основании постановления следователя отдела по расследованию преступлений на территории Сормовского района СУ УМВД РФ по г. Н. Новгороду от 23.07.2024 была назначена комплексная психолого-психиатрическая амбулаторная экспертиза для установления состояния потерпевшего в момент совершения указанного преступления.

Согласно заключению врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 24 июля 2024 года №, интеллектуально-мнестические и эмоционально-волевые особенности подэкспертного на юридически-значимый период характеризовались нарушениями в легкой степени, а также повышенная внушаемость, доверчивость, зависимость от средовых воздействий и ряд описанных выше особенностей эмоционального состояния оказали существенное влияние на поведение подэкспертного в юридически-значимый период при заключении договоров (кредитования).

В анализируемом случае воля ФИО1 на заключение кредитных договоров отсутствовала. Совершая сделки под воздействием неустановленных лиц, вошедших в доверие подэкспертного, тем, что выдавали себя за сотрудников правоохранительных органов и работников банков, подэкспертный знал, что занимаемые им денежные средства использоваться им не будут, а оформление кредитных обязательств совершалось с целью предотвращения противоправных действий с переводами от его лица под страхом и давлением (сообщили, что он помогает террористам).

При заключении кредитных договоров и передаче денег посторонним неизвестным лицам ФИО1 являлся лицом, посредствам которого третьи лица воспользовавшись его состоянием заблуждения, завладели перечисленными денежными средствами, так как ФИО1 заемные денежные средства незамедлительно перечислял на банковские счета, подконтрольные неустановленному лицу, что свидетельствует о неполучении им суммы по предоставленному кредиту. Из вышеуказанного следует, что ФИО1 на юридически-значимый период был подвергнут влиянию неустановленных лиц, находился в состоянии заблуждения и обмана и не способен был понимать значение своих действий.

Обратившись в суд с настоящим иском, истец указал на то, что кредитный договор заключен с нарушением законодательства и является недействительным, незаключенным, поскольку ФИО1 не выражал какого-либо согласия на его заключение, заключение договора стало возможным исключительно в силу мошеннических действий неустановленных лиц.

Не согласившись с заявленными требованиями, представитель ответчика в отзыве на иск указал, что сами по себе сообщенные ФИО1 обстоятельства не свидетельствуют о том, что обман со стороны третьих лиц имел место, не установлена роль самого ФИО1, уголовное дело находится в стадии рассмотрения, следовательно, проверка указан истцом сведений следователем, прокурором, судом не завершена, при таких обстоятельствах утверждение, что «ФИО1 являлся лицом, посредством которого третьи лица воспользовавшись его состоянием заблуждения, завладели перечисленными денежными средствами, так как ФИО1 заемные денежные средства незамедлительно перечислял на банковские счета неустановленому лицу, что свидетельствует о неполучении им суммы по предоставленному кредиту» несостоятелен.

Кроме того, ни о каком незамедлительном перечислении денежных средств на третьих лиц говорить некорректно, ФИО1 получил денежные средства в кассе Банка и в дальнейшем распорядился ими самостоятельно определив их судьбу, денежные сред «транзитным путем» будучи зачисленными на счет ФИО1 в Банке ВТБ «незамедлительно» на счета третьих лиц, не перечислялись, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Факт возбуждения уголовного дела в отношении неустановленного лица не свидетельствует о недействительности Кредитного договора по основаниям ст. ст. 1 179 ГК РФ, учитывая, что сотрудники Банка ВТБ (ПАО) к участию в уголовном деле качестве подозреваемых, обвиняемых не привлечены, доказательств обмана со стороны сотрудника Банка, или их осведомленности об обмане ФИО1 третьими лицами представлено, а само по себе как распоряжение денежными средствами в дальнейшем влиянием обмана не влияет на действительность Кредитного договора.

Несоблюдения формы Кредитного договора в материалы дела не представлен:

Если обман со стороны третьих лиц имел место, то он стал возможным в результате отсутствия критического мышления у самого ФИО1, не отнесшегося критически к сообщенной информации, не прервавшем разговор с неизвестными хотя бы для того, чтобы связаться с Банком, не сообщившему сотруднику Банка непосредственно в операционном офисе Банка, но не в результате действий Банка, Банком не нарушены ни нормы действующего закона, ни условия заключенного договора.

По мнению ответчика ФИО1 не проявлена должная внимательность и осмотрительность, он не восприняв критически сведения, сообщаемые третьими лицами. ФИО1 не сообщал Банку о поступивших от третьих лиц сведений (об обмане со стороны третьих лиц), выразил волю на заключение Кредитного договора, заключил его и получил денежные средства на руки, которыми распорядился самостоятельно, Банк стороной последующих сделок по перечислению денежных средств не является.

Суд не может согласиться с данными доводами стороны ответчика.

В соответствии со статьей 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1). К договорам применяются правила о двух - и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно пункту 2 статьи 178 ГК РФ, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу пункта 3 данной статьи заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Указанная правовая позиция выражена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11.12.2018 N 46-КГ18-57.

Как указывает ФИО1, при заключении оспариваемого договора о предоставлении кредита он заблуждался в отношении природы сделки, зная о том, что денежные средства им использованы не будут, а оформление кредита является способом предотвращения совершения противоправных действий.

Также истец, ссылаясь на заключение комплексной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, указывал на то, что в период совершения в отношении ФИО1 противоправного деяния (28.03.2024) он не мог понимать характер и значение совершенных в отношении него противоправных действий и оказывать сопротивление, т.к. находился в состоянии подчиняемости и внушаемости, в состоянии эмоционального напряжения, которое оказало существенное влияние на смысловое восприятие оценки, что привело к формированию у него заблуждения относительно существа получения кредита и перевода полученных денежных средств неустановленным лицам.

Как следует из условий кредитного договора, цель его заключения – потребительский кредит (займ).

Ответчик в судебном заседании указал, что в дальнейшем ФИО1 оформил дополнительное соглашение к оспариваемому кредитному договору, передав в качестве залога принадлежащее ему транспортное средство.

Однако, данные действия произведены были ФИО1 для снижения процентной ставки, на которую имелись ссылки в самом кредитном договоре. Оформление дополнительного соглашения спустя только три месяца также свидетельствует о том, что изначально ФИО1 не осознавал значимость оформляемой 28.03.2024 сделки, не рассчитывал выплачивать сумму кредита, считал сделку операцией, проводимой правоохранительными органами с целью предотвращения преступления.

В силу абз.2 п.1 ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ, при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019), согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Кредитный договор, заключенный в результате мошеннических действий, является недействительной (ничтожной) сделкой.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Юридически значимым при наличии доводов клиента банка является: наличие воли на заключение кредитного договора (с высокой степенью вероятности действия мошенников); надлежащее, на русском языке и на основе кириллицы, информирование потребителя об условиях кредитования и конкретном содержании кредитного договора до его подписания; добросовестность и осмотрительность банка, извлекающего повышенную прибыль из облегченного распространения кредитного продукта (меры предосторожности при необычности времени, места и используемого устройства, мгновенном перечислении кредитных средств на чужой счет – способы подтверждения воли вплоть до вызова в офис банка).

Банки, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должны были принять во внимание характер совершаемых операций, возраст клиента, его психологическое состояние при заключении договора, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом в соответствии с его волеизъявлением.

С учетом указанного, несмотря на то, что истец, будучи дееспособным, находясь в офисе банка, получил наличные денежные средства, суд приходит к выводу о том, что он заблуждался в цели получения кредита, который как он считал, необходимы для противодействия преступной деятельности, что в силу подп.5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ является существенным, тогда как, совершая сделку, ФИО1, с очевидностью для другой стороны, исходил именно из наличия этой цели.

При таких обстоятельствах кредитный договор между сторонами подлежит признанию недействительным как заключенный под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение.

Согласно императивному правилу абзаца 1 пункта 6 статьи 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Иных последствий недействительности сделки, признанной недействительной как совершенной под влиянием существенного заблуждения, статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит.

При этом для применения двусторонней реституции не требуется предъявление соответствующего иска стороной, которая возражает против признания сделки недействительной.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14 января 2025 г. №67-КГ24-13-К8, Определении Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 02.04.2025 №88-5192/2025 и не свидетельствует о выходе за пределы исковых требований.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 №13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» разъяснено, что при признании недействительной по иску лица, получившего денежную сумму, оспоримой сделки (займа, кредита, коммерческого кредита), предусматривавшей уплату процентов на переданную на основании этой сделки и подлежащую возврату сумму, суд с учетом обстоятельств дела может прекратить ее действие на будущее время (пункт 3 статьи 167 Кодекса). В этом случае проценты в соответствии с условиями сделки и в установленном ею размере начисляются до момента вступления в силу решения суда о признании оспоримой сделки недействительной. После вступления в силу решения суда проценты за пользование денежными средствами начисляются на основании пункта 2 статьи 1107 Кодекса.

Суд, с учетом криминального источника формирования заблуждения истца, не находит оснований для прекращения действия кредитного договора на будущее время и применения по настоящему делу положений пункта 3 статьи 167 Кодекса.

Таким образом, в результате заключения спорного кредитного договора никаких юридических последствий, кроме связанных с его недействительностью, не возникло, что означает отсутствие обязанности ФИО1 по предоставлению залога, уплате процентов и штрафных санкций.

Вместе с тем в силу вышеуказанных правовых норм недействительность сделки в силу императивного требования п. 2 ст. 167 ГК РФ влечет обязанность лица, получившего надлежащее исполнение, по возврату полученных денежных средств.

Следовательно, ФИО1 должен возвратить кредитной организации полученные им денежные средства в размере 630 000,00 рублей. Банк ВТБ (ПАО), в свою очередь, должен возвратить ФИО1 уплаченные им проценты за пользование кредитными средствами.

Как следует из информации о счет, открытого на имя ФИО1 для исполнения кредитных обязательств по договору № № от 28.03.2024, по состоянию с 17.06.2024 по 17.12.2025, заемщиком осуществлено погашение задолженности по процентам в сумме 168 246,04 рублей.

При этом, в счет задолженности по основному долгу ФИО1 оплатил 146 333,10 рублей. Следовательно, остаток суммы основного долга составляет 483 666,90 рублей.

Если произвести взаимозачет обязательств, то ФИО1 должен возвратить Банку в счет задолженности по основному долгу, сумме полученных денежных средств, в размере 315 420,86 рублей.

В соответствии со статьями 4, 5 Федерального закона «О кредитных историях» на кредитную организацию возложена обязанность предоставлять в Бюро кредитных историй всю информацию, определенную статьей 4 настоящего Федерального закона в отношении заемщиков, давших согласие на ее предоставление, в порядке, предусмотренном настоящей статьей.

Таким образом, необходимым условием для передачи источником формирования кредитной истории информации, определенной статьей 4 Закона, в Бюро кредитных историй (и последующего формирования на ее основе кредитной истории) является факт заключения лицом (впоследствии субъектом кредитной истории) договора займа (кредита) и возникновение у него обязательств по данному договору, а также наличие согласия такого лица на передачу соответствующей информации в Бюро кредитных историй.

Согласно п.3.1 ст. 5 указанного Закона источники формирования кредитной истории – кредитные организации, микрофинансовые организации, кредитные кооперативы и операторы инвестиционных платформ обязаны представлять всю имеющуюся информацию, определенную статьей 4 настоящего Федерального закона, в отношении заемщиков, поручителей, принципалов хотя бы в одно бюро кредитных историй, включенное в государственный реестр бюро кредитных историй, без получения согласия на ее представление, за исключением случаев, в которых Правительством Российской Федерации установлены ограничения на передачу информации в соответствии с частью 7 настоящей статьи, а также лиц, в отношении которых Правительством Российской Федерации установлены указанные ограничения.

В данном случае судом договор признан недействительным, применены последствия недействительности сделки.

При указанных обстоятельствах подлежат удовлетворению требования истца о возложении на Банк ВТБ (ПАО) обязанности удалить из кредитной истории ФИО1 сведения о кредите от 28 марта 2024 года, путем направления в АО «Национальное бюро кредитных историй» уведомления об исключении кредитной истории сведений об оспариваемом кредитном договоре в течение пяти рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования Прокурора Сормовского района города Нижний Новгород, действующего в интересах ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным кредитный договор № 

<

данные изъяты> от 28.03.2024, заключенный между Банк ВТБ (ПАО), ИНН 

<

данные изъяты>, ОГРН 

<

данные изъяты>, и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ 

<

данные изъяты>.

Применить последствия его недействительности: признать обязательства по уплате кредитных процентов не возникшими. Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ 

<

данные изъяты>, в пользу Банк ВТБ (ПАО), ИНН 

<

данные изъяты>, ОГРН 

<

данные изъяты>, денежные средства, полученные во исполнение указанного договора, с учетом погашения основного долга, в сумме 483 666,90 рублей.

Взыскать с Банк ВТБ (ПАО), ИНН 

<

данные изъяты>, ОГРН 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ 

<

данные изъяты>, уплаченные проценты по кредитному договору № № от 28.03.2024, в сумме 168 246,04 рублей.

Произвести взаимозачет взыскиваемых сумм. Окончательно взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ 

<

данные изъяты>, в пользу Банк ВТБ (ПАО), ИНН 

<

данные изъяты>, ОГРН 

<

данные изъяты>, 315 420,86 рублей.

Обязать Банк ВТБ (ПАО), ИНН 

<

данные изъяты>, ОГРН 

<

данные изъяты>, удалить из кредитной истории ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ 

<

данные изъяты>, сведения о кредите № 

<

данные изъяты> от 28.03.2024, путем направления в АО «Национальное бюро кредитных историй» уведомления об исключении сведений о данном кредитном договоре в течение пяти рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Сормовский районный суд города Нижний Новгород в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Т.Ю. Грачева

Решение принято в окончательной форме 28 января 2026 года.

Копия верна

Судья Т.Ю. Грачева

<

данные изъяты>

Подлинник решения находится в материалах дела № 2-265/2026 (2-3891/2025) (УИД 78RS0022-01-2025-000500-89) в Сормовском районном суде г. Нижнего Новгорода.

Судья Т.Ю. Грачева