Дело№2-3654/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 ноября 2017 года г. Новосибирск

Дзержинский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Местеховской Е.В.,

при секретаре Полькиной Я.В., 

с участием прокурора Акрамова А.В.,

представителя истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, 

представителя третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ПАО «Х» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ПАО «Х» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1 000 000 рублей, а также о взыскании судебных расходов в размере 10 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований истец указала, что профессиональное заболевание у нее насупило по вине ответчика под воздействием вредных производственных факторов во время работы у ответчика, который обязан обеспечить безопасные условия труда. 

В ДД.ММ.ГГГГ главным врачом ГУ «Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Дзержинском районе г.Новосибирска» проведено расследование случая профессионального заболевания ФИО4 работающей оператором ЭВМ на предприятии ответчика, в результате чего был составлен акт о случае профессионального заболевания устанавливающий у истца профессиональное заболевание: «... 

Актом установлена причина заболевания: ... Актом не установлено вины истца в получении профессионального заболевания, а наоборот указано, что виновен начальник отдела .... Таким образом, между профессиональным заболеванием истца и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов, во время работы у ответчика имеется причинно-следственная связь. 

В результате наступления у истца профессионального заболевания, органами МСЭ истцу установлено 60% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно, а также инвалидность 3 группы бессрочно. Истцу противопоказан труд в условиях воздействия физического перенапряжения, вибрации, токсических веществ. 

Истец испытала и продолжает испытывать частые и сильные боли в кистях рук, а также в левом предплечье и локтях. В результате полученного заболевания у истца .... Указанные обстоятельства доставляют массу неудобств в быту и повседневной жизни. Истец переживает по этому поводу, так как состояние здоровья истца не становится лучше. 

Ответчик не создал истцу безопасных условий труда, что явилось нарушением его нематериального права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также повлекло за собой причинение вреда здоровью истца и причинение ему морального вреда по вине ответчика. 

Актом о случае профессионального заболевания установлено отсутствие вины истца в заболевании и установлено отсутствие у истца профессиональных заболеваний до работы у ответчика. Истец заявляет требование взыскать с ответчика моральный вред полностью, в том числе и за других причинителей вреда. Истец рассчитывает компенсацию морального вреда, взыскиваемого с ответчика, в общей сумме 1 000 000 рублей. 

Истец ФИО4 извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие, определением суда ее явка была признана обязательной, однако истец, проигнорировав определение суда в судебное заседание не явилась, доказательств невозможности явки суду не представила. 

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования просил удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика в судебном заседании просил отказать в удовлетворении заявленных требований, представил письменный отзыв, в котором пояснил, что исходя из сведений, содержащихся в личном деле ФИО4 общий стаж работы у ответчика – 36 лет. Профессия оператор ЭВМ к вредным не относится. Ни одного случая профессионального заболевания работников данной профессии в филиале ПАО «Х» не зафиксировано. Все необходимые условия со стороны работодателя для ФИО4 выполнялись. Полагает, что одной их причин развития профессионального заболевания являлось не выполнение ФИО4 комплекса упражнений, рекомендованного САНПиН и индивидуальные особенности организма. В соответствии с программой реабилитации ФИО4 в медицинском и бытовом уходе не нуждается. Ответчиком своевременно и в полном объеме исполнялись обязанности по обеспечению безопасных условий труда ФИО4. Заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей не соответствуют фактической ситуации, степень физических и нравственных страданий не подтверждается какими-либо достоверными документами. Сумма заявленная к взысканию с ответчика в качестве компенсации расходов несоразмерна. 

Представитель третьего лица в судебном заседании поддержал представленный письменный отзыв, в котором пояснил, что профессиональное заболевание ФИО4 – .... Дата установления утраты профессиональной трудоспособности – ДД.ММ.ГГГГ, дата первого обращения ДД.ММ.ГГГГ, утрата трудоспособности 60 %. За счет средств обязательного социального страхования пострадавшей осуществлено обеспечение по страхованию: - в виде ежемесячных страховых выплат в размере 4 307,60 руб. (с учетом индексации ДД.ММ.ГГГГ); - в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, за период ДД.ММ.ГГГГ в общем размере 193 623,40 руб.; - санаторно-курортное лечение по профилю заболевания в ДД.ММ.ГГГГ годах. Компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в рассмотрении дела, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению в размере определенном судом, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ была принята на работу в ... (ныне ПАО «Х) оператором, ДД.ММ.ГГГГ переведена старшим оператором, ДД.ММ.ГГГГ переведена оператором счётных машин отдела ..., ДД.ММ.ГГГГ переведена таксировщиком отдела ..., ДД.ММ.ГГГГ переведена оператором электронно-вычислительных машин отдела ..., ДД.ММ.ГГГГ переведена оператором вычислительных машин 1 категории отдел ..., ДД.ММ.ГГГГ Х производственное объединение, ДД.ММ.ГГГГ переведена старшим оператором электронно-вычислительных машин отдел ..., ДД.ММ.ГГГГ переведена техником наладчиком отдел 37, ДД.ММ.ГГГГ переведена сторожем в отдел 37, ДД.ММ.ГГГГ Новосибирское авиационное производственное объединение переименовано в ГУП «Х», ДД.ММ.ГГГГ ГУП «Х» переименовало в ФГУП «Х», ДД.ММ.ГГГГ ФГУП «Х» преобразовано в ЗАО «Х», ДД.ММ.ГГГГ уволена в связи с сокращением численности или штата работников, п. 2 ст. 81 ТК РФ, что подтверждается трудовой книжкой (л.д. ...).

В результате расследования ДД.ММ.ГГГГ составлен и утвержден акт (л.д. ... устанавливающий у ФИО4 профессиональное заболевание: ...

В п. 15 данного акта установлена причина заболевания истца: ...

В акте от ДД.ММ.ГГГГ вина ФИО4 в профессиональном заболевании не установлена.

Материалами дела подтверждается необходимость диспансерного наблюдения и комплексного лечения ФИО4 в связи с профессиональным заболеванием (л.д. ...). 

Органом МСЭ ФИО4 установлена 3 группа инвалидности по причине профессионального заболевания бессрочно, степень утраты профессиональной трудоспособности бессрочно в размере 60 %, в связи с профессиональным заболеванием (л.д. ...). 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Ответчиком не представлены суду доказательства, что имеющиеся заболевания истца получены не в период работы у ответчика, и не являются профессиональными.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Согласно ст. 139 Кодекса законов о труде Российской Федерации (утв. ВС РСФСР 09.12.1971) (ред. от 17.03.1997) на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда.

Обеспечение здоровых и безопасных условий труда возлагается на администрацию предприятий, учреждений, организаций.

Администрация обязана внедрять современные средства техники безопасности, предупреждающие производственный травматизм, и обеспечивать санитарно-гигиенические условия, предотвращающие возникновение профессиональных заболеваний работников.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ 2002 года работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В установленном законом порядке ответчиком данные акты не оспорены.

Ответчик не представил суду доказательства, что работодатель создал истцу безопасные условия труда, которые ограничивали бы воздействие на них вредных производственных факторов, либо при которых уровень их воздействия не превышал бы установленных нормативов.

В соответствии со ст. 159 Кодекса законов о труде Российской Федерации (утв. ВС РСФСР 09.12.1971) (ред. от 17.03.1997) предприятия, учреждения, организации несут в соответствии с законодательством материальную ответственность за ущерб, причиненный работникам увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими своих трудовых обязанностей.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная ... и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо имущественные права. При этом моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной ..., распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Компенсация морального вреда, согласно п. 1 ст. 1101 ГК РФ, осуществляется в денежной форме. При определении ее размера суд руководствуется положениями ст. 151 ГК РФ и ст. 1101 ГК РФ, согласно которым он должен учитывать степень вины причинителя вреда и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, и исходить из требований разумности и справедливости.

Поскольку профессиональное заболевание у истца возникло в силу воздействия вредных факторов производства, суд считает возможным удовлетворить его требование о возмещении морального вреда.

Исходя из этого принципа суд первой инстанции при рассмотрении дела, как того требует часть 1 статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства.

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Таким образом, суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Между тем судом были приняты исчерпывающие меры для непосредственного получения от истца необходимых объяснений по юридически значимым обстоятельствам для определения реального размера подлежащей выплате компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание отказ истца от явки в судебное заседание, а также исходит из требований разумности и справедливости. При этом, суд принимает во внимание указанные в иске характер и степень физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности, длительность работы в условиях перенапряжения мышц верхних конечностей, степень утраты профессиональной трудоспособности истца.

Безусловно, следствием полученного истцом профзаболевания являются боль, неудобства, проблемы в быту. Истцу установлена степень утраты профессиональной нетрудоспособности вследствие профзаболевания (60 %), признана нуждающейся в проведении реабилитационных мероприятий.

На основании изложенного, суд полагает возможным и необходимым взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в связи с профессиональным заболеванием с ответчика в пользу ФИО4 – 500 000 р. 

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Расходы истца на оплату услуг представителя в размере 10 000 р. являются необходимыми, разумными и произведены истцом для того, чтобы предупредить нарушение прав и законных интересов, защищаемых в рамках судебного разбирательства.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Поэтому с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 р.

Руководствуясь ст. 194 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО4 к ПАО «Х» о компенсации морального вреда, причиненного профессион6альным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО Х» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы на представителя 10 000 руб.

Взыскать с ПАО «Х» государственную пошлину в доход бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Дзержинский районный суд г. Новосибирска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено – 07 ноября 2017 года. 

Судья Е.В. Местеховская