судья: Хадисова С.И. № 22-673/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 апреля 2025 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего Ташанова И.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Омарпашае-вой М.И., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Республики Дагестан ФИО3,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Эльмурзае-ва А.Б., 

адвоката ФИО4 в интересах ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление помощника прокурора 

<

адрес> Республики Дагестан ФИО6 на постановление Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 

<

дата> о возврате прокурору в порядке ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовного дела по обвинению 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ. 

Заслушав доклад судьи ФИО14, кратко изложившего содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления, выступления прокурора ФИО5, представителя потерпевшего Потерпевший №1 адвоката ФИО13, поддержавших доводы апелляционного представления, адвоката ФИО4 в интересах ФИО1, возражавшей удовлетворению апелляционного представления, Верховный Суд Республики Дагестан 

ус т а н о в и л :

постановлением Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 

<

дата> уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, возвращено прокурору на основании ст.237 УПК РФ в связи с тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель помощник прокурора 

<

адрес> Республики Дагестан ФИО6 просит судебное постановление от 

<

дата> отменить и дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в том же составе и продолжить с момента, с которого дело было возвращено прокурору. 

В обоснование доводов апелляционного представления указывается, что судом сделана ссылка на неполноту предварительного следствия, выразившейся в невыполнении требований п.п. 2 и 3 ч. 1 ст. 421 УПК РФ, однако указанный вывод противоречит материалам уголовного дела, все необходимые материалы, предусмотренные ст. 421 УПК РФ, следователем получены и приобщены к материалам уголовного дела, в том числе имеются соответствующие ответы из психоневрологических медицинских учреждений.

Оснований полагать, что представленные сведения являются недостоверными, не имеется.

Выводы суда о том, что наличие психического заболевания у отца обвиняемой ФИО1 - ФИО7, а также отставание в психическом развитии обвиняемой может повлечь необходимость проведения ФИО1 комплексной психолого-психиатрической экспертизы, противоречит законодательству о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании и уголовно-процессуальному законодательству.

Приводится, что в распоряжении суда не имелось сведений об оказании ФИО1 в прошлом психиатрической помощи, о нахождении ее на обучении в учреждении для лиц с задержкой или отставанием в психическом развитии, о получении ею в прошлом черепно-мозговых травм, а также странности в поступках и высказываниях, свидетельствующих о возможном наличии психического расстройства, ее собственные высказывания об испытываемых им болезненных (психопатологических) переживаниях. В случае возникновения обоснованных сомнений суд мог самостоятельно истребовать указанные сведения и убедиться в полноте предварительного следствия.

Кроме того, в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа.

В связи с этим никто не вправе определять какие именно следственные действия необходимо выполнить следователю для производства предварительного следствия, в том числе и допросы заведующих по учебной части, классного руководителя, директора школы, одноклассников, соседей и подруг ФИО1 Указанный круг лиц может быть неограничен, однако необходимость их допроса должна быть подкреплена их обоснованностью и относимостью к расследуемому уголовному делу (ч. 1 ст. 88 УПК РФ), однако таких обстоятельств судом не приведено.

В судебном заседании не допрошена сама обвиняемая и выводы суда о её психическом здоровье являются преждевременными и, учитывая происшествие длительного времени после совершения преступления, не могут быть приняты во внимание судом.

Отмечается, что судом указано на то, что в ходе судебного производства привлечен законный представитель ФИО8, состоящий на учете у психиатра, однако это обстоятельство явилось ранее основанием для возвращения уголовного дела прокурору и указанные нарушения были устранены в ходе дополнительного следствия, в связи с чем ссылка на данное обстоятельство является необоснованной.

Показания свидетеля ФИО9 приведены в обвинительном заключении, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ, в ходе предварительного следствия недопустимыми не признаны, суд был вправе дать им критическую оценку при вынесении итогового решения, что не влечет возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Вывод суда о том, что мать ФИО1 занимала противоречащую позицию относительно показаний обвиняемой является необоснованным, поскольку допрошенная в судебном заседании ФИО9 полностью подтвердила показания своей дочери и сослалась, что ранее давала показания, изобличающие подсудимую в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, поскольку не желала привлечения к ответственности потерпевшего в связи с заключенным браком между ним и ФИО1 Однако, в настоящее время желает привлечь его к ответственности в связи с тем, что Потерпевший №1 развелся с ее дочерью ФИО1

ФИО9 допущена в качестве законного представителя обвиняемой ФИО1 в соответствии с положениями ст. 426 УПК РФ, о чем в материалах дела имеется соответствующее постановление, при первичном рассмотрении уголовного дела судом ФИО9 была допущена законным представителем обвиняемой и ей судом разъяснены ее права и обязанности, которые она реализовала.

Право на защиту обвиняемой не может быть нарушено, поскольку при проведении всех необходимых следственных и иных процессуальных действий присутствовал защитник.

Учитывая, что обвиняемая в настоящее время достигла 18-летнего возраста, законный представитель ФИО1 не требуется, в случае возвращения уголовного дела прокурору указанные недостатки по этой же причине невозможно устранить.

Указывается, что судом необоснованно указано, что ФИО1 совершено тяжкое преступление, однако ч. 2 ст. 306 УК РФ относится к категории небольшой тяжести, судом дана оценка материалам, не исследованным в судебном заседании на момент принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, что лишило возможности сторону обвинения представлять доказательства в судебном процессе, в том числе и иные материалы, которые могли быть дополнены стороной обвинения в случае возникновения в их необходимости.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд приходит к выводу о том, что предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления не имеется.

В соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения или акта. 

По смыслу закона основанием для возвращения уголовного дела прокурору также являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии производства по делу и не устранимые в ходе судебного разбирательства, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Возвращение дела прокурору может иметь место, когда это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

ФИО1 на момент совершения преступления, в котором она обвиняется, была несовершеннолетней и не достигла восемнадцатилетнего возраста. 

Пунктом 55 ст. 5 УПК РФ предусмотрено, что уголовное преследование - это процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В ч. 1 ст. 21 данного кодекса закреплено, что уголовное преследование от имени государства по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения осуществляют прокурор, а также следователь и дознаватель.

Согласно ч. 1 ст. 38 указанного кодекса следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной этим кодексом, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.

При этом следователь, как указано в п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ, самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с данным Кодексом требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа. 

Названная норма в единстве с ч. 4 ст. 7 данного Кодекса, устанавливающей требования законности, обоснованности и мотивированности решений, принимаемых должностными лицами в ходе уголовного судопроизводства, обязывает следователя при вынесении решения приводить соответствующее фактическое и правовое обоснование.

Особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних регламентированы главой 50 УПК РФ, включающей ст.ст. 420-432 УПК РФ. 

Согласно ч. 1 ст. 420 УПК РФ требования главы 50 УПК РФ применяются по уголовным делам в отношении лиц, не достигших к моменту совершения преступления возраста восемнадцати лет.

Особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних обусловлены необходимостью обеспечения для них, в связи с психо-возрастными особенностями личности несовершеннолетних, повышенных процессуальных гарантий от незаконного и необоснованного уголовного преследования, в том числе права на защиту.

К числу особенностей производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних относятся обстоятельства, подлежащие установлению в соответствии со ст. 421 УПК РФ, а также участие их законных представителей в досудебном и судебном производстве по уголовному делу, предусмотренное ст. ст. 426 и 428 УПК РФ.

Так, согласно ч. 1 ст. 421 УПК РФ при производстве предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, наряду с доказыванием обстоятельств, указанных в ст. 73 УК РФ, устанавливаются: 

возраст несовершеннолетнего, число, месяц и год рождения;

условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень психического развития и иные обстоятельства его личности;

влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц.

Между тем, при производстве предварительного расследования не установлены условия жизни и воспитания несовершеннолетней Элаво-вой С.С., уровень психического развития и иные особенности ее личности. 

Кроме того, не установлено влияние на несовершеннолетнюю старших по возрасту лиц, а с учетом обязательности установления условий её жизни и воспитания - не допрошены представители учебно-воспитательных учреждений или общественных организаций по месту жительства, учебы несовершеннолетнего.

Следователем также не запрошены сведения на ФИО11 у врача психиатра и невролога по месту жительства последней и из Республиканского психоневрологического диспансера, ограничившись получением ответа из Республиканского центра охраны нервно-психического здоровья детей и подростков о том, что ФИО1 за медицинской помощью не обращалась. 

Кроме того, в нарушение части 2 статьи 421 УПК РФ следователем в ходе досудебного производства по делу не выяснено, имеются ли данные, свидетельствующие об отставании в психическом развитии ФИО1, не связанном с психическим расстройством, могла ли несовершеннолетняя в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

При том, что материалами дела установлено, что ее отец ФИО8 состоит на учете в Республиканском психоневрологическом диспансере с диагнозом «шизофрения», а сама ФИО1 склонна к употреблению алкоголя.

Несмотря на наличие указанной информации, она не была принята во внимание следователем, и вопрос о психическом состоянии обвиняемой ФИО1 или наличия отставания в психическом развитии, не связанных с психическим расстройством и способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, вопреки требованиям ст. 196, ч. 2 ст. 421 УПК РФ путем назначения и проведения комплексной психолого-психиатрической экспертизы в период предварительного расследования по делу проверены не были.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 N 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», если в соответствии с требованиями ст. 196 УПК РФ производство судебной экспертизы в ходе предварительного расследования обязательно, то по смыслу этой нормы отсутствие в материалах дела соответствующего заключения эксперта и указания на него в обвинительном документе является существенным нарушением закона, допущенным при составлении обвинительного документа, исключающим возможность принятия судом на его основе решения по существу дела. Уголовное дело подлежит возвращению прокурору и в других случаях, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (ст. 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности).

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору с целью устранения препятствий его рассмотрения судом, суд первой инстанции обоснованно указал, что допущенное нарушение требований уголовно-процессуального законодательства РФ в силу положений ст. 237 УПК РФ является препятствием для вынесения по делу законного и обоснованного судебного решения, то есть является основанием для возвращения уголовного дела прокурору с целью его устранения.

В соответствии с ч. 1 ст. 426 УПК РФ законные представители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого допускаются к участию в уголовном деле на основании постановления следователя, дознавателя с момента первого допроса несовершеннолетнего в качестве подозреваемого или обвиняемого. При допуске к участию в деле им разъясняются права, предусмотренные ч. 2 ст. 426 УПК РФ: знать, в чем подозревается или обвиняется несовершеннолетний; присутствовать при предъявлении обвинения; участвовать в допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, а также с разрешения следователя - в иных следственных действиях, производимых с его участием и участием защитника; знакомиться с протоколами следственных действий, в которых он принимал участие, и делать письменные замечания о правильности и полноте сделанных в них записей; заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора; представлять доказательства; по окончании предварительного расследования знакомиться со всеми материалами уголовного дела, выписывать из него любые сведения и в любом объеме.

Эти права ФИО9, допущенной в качестве законного представителя ФИО1 на основании постановления следователя от 17 сентября 2024 г., не разъяснены. 

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. 

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 16 УПК РФ подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя. Суд разъясняет обвиняемому их права и обеспечивают им возможность защищаться всеми не запрещенными настоящим Кодексом способами и средствами.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством защитник к участию в деле допускается на различных стадиях предварительного расследования (ст. 48 УПК РФ) и судебного разбирательства.

Участие защитника обеспечивается по просьбе обвиняемого (в случаях, предусмотренных законодательством, когда участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, он назначается без просьбы обвиняемого) дознавателем, следователем, прокурором или судом.

Право на защиту, реализуемое в соответствии с ч. 1 ст. 16 УПК РФ, предусматривает необходимость участия на стадии предварительного следствия наряду с защитником и законного представителя несовершеннолетнего (ст. 48, ч. 1 ст. 426 УПК РФ).

Данное требование закона органом предварительного следствия также не соблюдено.

В п. 2 ч. 1 ст. 72 УПК РФ закреплены два вида обстоятельств, исключающих участие защитника, в том числе законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого в уголовном процессе. Первое - защитник является близким родственником или родственником судьи (присяжного заседателя), прокурора, следователя (дознавателя и др.), секретаря судебного заседания (помощника судьи), принимавшего либо принимающего участие в том же уголовном процессе. Второе - защитник является близким родственником или родственником лица, интересы которого противоречат интересам участника уголовного судопроизводства, заключившего с ним соглашение об оказании защиты.

Близкие родственные отношения между несовершеннолетним подозреваемым, обвиняемым и его законным, интересы которых противоречат друг другу, исключают возможность участия такого законного представителя в производстве по уголовному делу.

В соответствии с ч.4 ст. 426 УПК РФ законный представитель может быть отстранен от участия в уголовном деле, если имеются основания полагать, что его действия наносят ущерб интересам несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. Об этом следователь, дознаватель выносят постановление. В этом случае к участию в уголовном деле допускается другой законный представитель несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО12, которая в силу положений ст. ст. 48, 426 и 428 УПК РФ должна была представлять интересы несовершеннолетней обвиняемой, до допуска следователем в качестве законного представителя ФИО1 занимала позицию, противоречащую позиции несовершеннолетней обвиняемой, что является существенным нарушением права несовершеннолетней обвиняемой на защиту. 

Кроме того, будучи допрошенной в качестве обвиняемой, ФИО1 показала, что по требованию родителей, то есть ФИО7 и ФИО9, она написала заявление о том, что оговорила Потерпевший №1 в совершении тяжкого преступления.

При таких обстоятельствах, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, имелось в наличии предусмотренное ч.3 ст.191, ч.4 ст. 426 УПК РФ специального основание, обусловленного особенностями процессуальных действий с участием несовершеннолетнего, - действия законного представителя наносят ущерб интересам несовершеннолетнего, для отстранения ФИО9 от участия в уголовном деле, что также не было сделано следователем. 

В связи с этим выводы суда о привлечении органом предварительного расследования в качестве законного представителя несовершеннолетнего ФИО1 его матери ФИО12, которая подлежала отстранению от участия в уголовном деле, вопреки доводам апелляционного представления, также являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору в связи с нарушением права на защиту ФИО1

Несмотря на производство предварительного следствия с такими вышеприведёнными нарушениями уголовно-процессуального закона, прокурор утвердил обвинительное заключение и направил порядке ст. 221 УПК РФ уголовное дело в суд. 

Между тем, обвинительное заключение, составленное по результатам предварительного следствия с вышеприведёнными существенными нарушениями прав лица, обвиняемого в совершении преступления в несовершеннолетнем возрасте, исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Ошибочное указание судом первой инстанции о том, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, вместо преступления небольшой тяжести, не влияет на законность принятого судом решения.

Допущенные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отношении ФИО1 существенные нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, а также посредством нового его рассмотрения судом первой инстанции.

Следовательно, уголовное дело подлежит возврату прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, а апелляционное представление прокурора ввиду необоснованности приведенных в нем доводов, - отказу в удовлетворении. 

С учётом изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ Верховный Суд Республики Дагестан

п о с т а н о в и л:

постановление Постановлением Хасавюртовского городского суда Республики Дагестан от 07 февраля 2025 года о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1, в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, прокурору 

<

адрес> Республики Дагестан в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

В случае кассационного обжалования участники вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении данного уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.Р. Ташанов