Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 февраля 2019 года г. Усолье-Сибирское

Усольский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Яновой О.В., при секретаре Рютиной И.В., с участием старшего помощника прокурора Нагорной И.н., истцов ФИО4, ФИО5, представителей истцов ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-157/2019 по исковому заявлению ФИО4, ФИО5 к ФИО7 о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, и ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО7 о компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указали, что 14 июля 2018 года, в их семье произошла трагедия и невосполнимая утрата на всю оставшуюся жизнь, любимого ребёнка, виновником которой является ответчик ФИО7. ФИО7 14 июля 2018 года, около 21 часа 49 минут управляя технически исправным транспортным средством: Хонда Цивик, государственный регистрационный знак: 

<

***>, находясь в состоянии алкогольного опьянения по проезжей части 

<

адрес> Иркутской области, со стороны 

<

адрес>, в направлении 

<

адрес> в районе 

<

адрес>, допустил выезд своего автомобиля на левую обочину, по ходу своего движения, совершив наезд на несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который двигался по обочине в попутном направлении с ФИО7 В результате дорожно-транспортного происшествия, ФИО2 получил несовместимые с жизнью телесные повреждения, от которых скончался 14 июля 2018 года. 8 ноября 2018 года приговором Усольского городского суда Иркутской области, ФИО7, был признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч 4 ст. 264 УК РФ, с назначением наказания в виде лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Приговор Усольского городского суда Иркутской области вступил в законную силу. От произошедшей страшной для истцов аварии, осталась у них на всю жизнь невыносимая моральная боль, не стало для них самого дорогого единственного человека, любимого сына, с которым со дня его рождения проживали они совместно, возлагали на него в будущем большие надежды, строили жизненные планы, которые в один миг были разрушены, и остались несбыточными по вине ответчика. Осталась у них только боль в душе, и воспоминания о любимом ребенке, который только начинал свой жизненный путь. 

Просили: взыскать с ответчика ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, в пользу ФИО4, причиненный моральный вред в размере 1 000 000 руб.; взыскать с ответчика ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, в пользу ФИО5, причиненный моральный вред размере 2 000 000 руб.

. 

Истцы ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании на исковых требованиях настаивали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель истцов ФИО6, действующий на основании ордера адвоката от 16.01.2019 №006 года, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме. 

В судебное заседание ответчик ФИО7 не явился, извещен надлежащим образом, отбывает наказание в колонии-поселении при ФКУ ИК-7 ГУФСИН России, заявлений, ходатайств в адрес суда не направлял.

Суд, выслушав истцов, представителя истца, с учетом заключения прокурора, который находит требования истца подлежащими удовлетворению в меньшем размере, обозрев материалы уголовного дела № 1-626/2018, исследовав материалы настоящего гражданского дела, приходит к следующим выводам.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Основанием к возмещению вреда является вина причинителя вреда, его противоправное поведение, причинная связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями.

Пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со статьёй 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является сыном ФИО4 и ФИО5, потверждается со свидетельством о рождении III – CT № (л.д. 21). 

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что ФИО7 нарушил правила дорожного движения, управляя автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО8, при следующих обстоятельствах. 14 июля 2018 года около 21 часа 49 минут водитель ФИО7, управляя технически исправным автомобилем «Хонда Цивик», регистрационный знак 

<

***>, принадлежащим ему на праве собственности, следовал по проезжей части 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. ФИО7, являясь участником дорожного движения, был обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, которые он легкомысленно проигнорировал, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно, рассчитывая на предотвращение этих последствий, полагаясь на благополучный исход, и создал опасность для движения и действовал, причиняя вред. ФИО7, управлял автомобилем, находясь в состоянии алкогольного опьянения, что запрещено, в силу чего не мог правильно воспринимать и оценивать дорожную обстановку, ставя под угрозу безопасность дорожного движения. ФИО7, проявив преступное легкомыслие, следуя по проезжей части 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, в районе 

<

адрес>, двигался со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, не учитывая при этом дорожные условия, в частности движущихся по левой обочине в попутном с ним направлении несовершеннолетних пешеходов ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО7 в нарушение требований п. 1.4. ПДД РФ, устанавливающего на дорогах правостороннее движение транспортных средств, в нарушение требований п. 9.1. ПДД РФ, устанавливающего, что стороной, предназначенной для встречного движения, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева и в нарушение требований п. 8.1. ч. 1 ПДД РФ изменил направление движения своего автомобиля влево, не убедившись в том, что при выполнении маневра не создаст опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, в нарушение требований п. 9.9. ПДД РФ выехал на левую обочину по ходу своего движения и двигался по ней, что запрещено и в нарушение требований п. 10.1. ч. 2 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую он был в состоянии обнаружить, в виде выезда на левую обочину, и двигавшихся по ней в попутном с ним направлении несовершеннолетних пешеходов ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. ФИО1 вследствие преступного легкомыслия 14 июля 2018 года около 21 часа 49 минут в районе дома 

<

адрес> на расстоянии 7,2 метра до правого края проезжей части 

<

адрес>, по ходу движения со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> и 4,6 метра до уровня угла 

<

адрес>, допустил наезд на несовершеннолетнего пешехода ФИО2 передней левой частью своего автомобиля в заднюю левую часть тела несовершеннолетнего пешехода ФИО2 После совершения наезда на несовершеннолетнего пешехода ФИО2 ФИО7 в нарушение требований п. 2.5. ПДД РФ немедленно не остановил транспортное средство, не принял мер для оказания первой медицинской помощи пострадавшему, не сообщил о случившемся в полицию и оставил место совершения дорожно-транспортного происшествия. В результате дорожно-транспортного происшествия несовершеннолетнему пешеходу ФИО2 причинены следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма: обширная скальпированная рана в левой теменно-височной области, рвано-ушибленные раны (3) в левой височной области, теменной и затылочной областях слева; обширное кровоизлияние в мягкие ткани волосистой части головы в левой теменно-височно-затылочной области; вдавленный многооскольчатый перелом костей свода черепа в левой теменновисочной области с переходом в виде трещин на правую теменную и лобную кости; ушиб головного мозга, обширное размозжение вещества головного мозга в левой лобно-теменно-височной области; кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки в правой теменно-височной и левой теменно-височно-затылочных областях; очаговые кровоизлияния в зрительный бугор справа и слева; ссадины (5): задней поверхности шеи, левой верхней конечности, поясничной области слева с переходом на область таза и крестец, в совокупности относящиеся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Данные телесные повреждения находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО2

Согласно сведений ОГИБДД МО МВД России «Усольский» ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является собственником автомобиля «HONDA CIVIC», г.н. 

<

***>.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия сын истцов – ФИО2 от полученных травм, скончался в отделении патологии и реанимации Детской городской больницы г. Усолье-Сибирское в 23 час. 40 мин. 14.07.2018.

20.07.2018 года составлена запись акта о смерти № ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.22). 

23.07.2018 постановлением и.о. мирового судьи судебного участка №98 г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области – мирового судьи судебного участка № 95 г. Усолье-Сибирское и Усольского района Иркутской области ФИО7 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ – оставление места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он является.

15.07.2018 года СО МО МВД России «Усольский» возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 264 УК РФ, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела. 

15.07.2018 ФИО9 заявлено чистосердечное признание в совершении преступления, в содеянном раскаивался.

Постановлением от 16.07.2018 ФИО7 привлечен по уголовному делу в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ.

Постановлением следователя СО МО МВД РФ «Усольский» от 18.07.2018 истец ФИО4 признан потерпевшим по уголовному делу.

08.11.2018 года приговором Усольского городского суда Иркутской области ФИО7 признан виновным в преступления, предусмотренного частью 4 статьи 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 (два) года. Приговор вступил в законную силу 30.11.2018. 

Таким образом, из обозреваемых материалов уголовного дела в отношении ФИО7, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ, следует, что действия водителя ФИО7 состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Определяя компенсацию морального вреда истцам в связи со смертью сына, суд принимает во внимание, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1099 основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что совершенным ФИО7 преступлением истцам нанесена невосполнимая потеря, истцы лишились дорогого и любимого человека, их малолетнего сына, который был для них надеждой вырастить и воспитать достойного человека, будущую опору для семьи, утрата любимого человека для истцов невосполнимая потеря, боль, причиненная в связи со смертью ребенка неизлечима, за все время своей жизни дарил им счастливые моменты, они радовалась его успехам, планам на будущее и достижениям, всей семье после этой трагедии нанесена неизгладимая травма. 

Из пояснений истца ФИО5 следует, что в результате причиненных ей моральных страданий, ей пришлось обращаться за квалифицированной медицинской психологической помощью. Согласно представленных медицинских справок и документов, ФИО5 обращалась в ОГБУЗ «Ангарская областная психиатрическая больница» с жалобами нарушение сна, тревогу, беспокойство, трудностями на работе, отвлекаемостью, вызванных гибелью ребенка. Поставлен диагноз: расстройство приспособительных реакций, смешанное, тревожное и депрессивное расстройство (л.д. 46-53).

В свою очередь ФИО4 также обращался за квалифицированной медицинской помощью. 17.07.2018 ему потребовался вызов неотложной помощи в связи с потерей сознания, судорогами, отсутствием реакции на обращение, что было вызвано сложившейся стрессовой ситуацией (похороны сына), что подтверждается копией карты вызова неотложной медицинской помощи №134 от 17.07.2018.

Свидетель ФИО10 подтвердила, что истцам причинен моральный вред, на похоронах ребенка их состояние было очень тяжелым, они и плакали, и в обморок падали, им было плохо. Родителям несколько раз скорую помощь вызывали. В настоящее время вся семья находится в депрессии, с ними работает психолог.

Удовлетворяя требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд учитывает ч. 2 ст. 61 ГПК РФ преюдициальное значение вышеприведенного приговора Усольского городского суда от 08.11.2018, которым установлена причинная связь между виновным действиями ответчика и причинением тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, вследствие которого наступила смерть ФИО8

Пунктом 2 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" предусмотрено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд исходил из степени эмоционального потрясения истцов, степени их нравственных страданий, выразившихся в долговременных душевных переживаниях после смерти сына.

Таким образом, суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий истцов, а так же принимая во внимание что, согласно пояснений истца ФИО5, родственниками ответчика им были выплачены денежные средства в размере 100 000 руб., предназначенные для компенсации расходов на похороны ФИО8, а также с учетом принципа разумности и справедливости. Также суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, вызванных невосполнимой утратой близкого человека, определяет размер компенсации морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп. в пользу каждого из истцов.

Суд, исследовав и оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, считает, что требования истцов подлежат удовлетворению, поскольку смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Таким образом подлежит взысканию с ответчика государственная пошлина в размере 600 руб. 00 коп. в муниципальный бюджет г. Усолье-Сибирское.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО7 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО7 государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) руб. 00 коп. в муниципальный бюджет г. Усолье-Сибирское. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в Иркутский областной суд через Усольский городской суд.

Судья О.В. Янова