РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2017 года г. Азов 

Азовский городской суд Ростовской области в составе

председательствующего судьи Акименко Н.Н.,

при секретаре Исаевой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым требованиям ФИО1 к Государственному унитарному предприятию Ростовской области «Ростовавтодор» о взыскании материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

В суд обратился ФИО1 с исковыми требованиями к Государственному унитарному предприятию Ростовской области «Ростовавтодор» о взыскании материального ущерба.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ произошло столкновение двух автомобилей, двигающихся во встречных направлениях, а именно двигавшегося в направлении города Краснодара автомобиля ВАЗ 21074 под управлением ФИО2 и двигавшегося в направлении города Ростова-на-Дону автобуса Вольво под управлением ФИО6. В результате столкновения водитель автомобиля ВАЗ-21074 ФИО2 и его пассажир ФИО3 погибли.

В действиях водителей нарушений правил дорожного движения не усмотрено. Столкновение стало возможным по той причине, что сотрудники ГУП РО «Азовское ДРСУ» при производстве ремонтных работ на дороге неправильно организовали дорожное движение, выполнение работ не отвечало требованиям безопасности жизни и здоровья людей. 

Приговором Азовского городского суда Ростовской области от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что дорожно-транспортное происшествие 

<

данные изъяты>. Данный приговор вступил в законную силу. В феврале 2016 года ГУП РО «Азовское ДРСУ» было переименовано в ГУП РО «Ростовавтодор». 

Автомобиль марки ВАЗ-21074 регистрационный номер №, которым в момент дорожно-транспортного происшествия управлял ФИО2, принадлежал истцу на основании договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО5.

В результате дорожно-транспортного происшествия кузов данного автомобиля был снят с учета для утилизации, поскольку восстановлению не подлежал. 

В целях определения стоимости возмещения вреда истец обратился в 

<

данные изъяты>. В соответствии с заключением специалиста 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость автомобиля в неповрежденном виде составила 96444 рубля. Стоимость годных остатков с учетом затрат на их демонтаж, дефектовку, хранение и продажу – 2 413 рублей 50 копеек.

При указанных обстоятельствах обратился в суд и просил взыскать с Государственного унитарного предприятия Ростовской области «Ростовавтодор» возмещение вреда, причиненного его имуществу, в размере 94000 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в размере 2 000 рублей, расходы на составление искового заявления в размере 3000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, уведомлялся о дне и времени судебного заседания, направил в суд заявление, в котором просил рассматривать дело в его отсутствие.

Представитель ответчика в суд явился, исковые требования не признал, приобщил отзыв, в котором указал, что представленный в дело договор купли-продажи транспортного средства является подложным доказательством, поскольку иные материалы дела свидетельствуют о регистрации права на автомобиль за иным лицом, на основании чего считал ФИО1 ненадлежащим истцом, и поэтому просил исковые требования оставить без удовлетворения.

Третье лицо – ФИО7 в судебное заседание не явился, 

<

данные изъяты>, при этом надлежащим образом уведомлялся о дне и времени судебного разбирательства, что подтверждается материалами дела. 

Выслушав представителя ответчика, и изучив собранные по делу материалы, суд приходит к следующему выводу.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

На основании ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 Гражданского кодекса Российской Федерации), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно п. 1 и п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из материалов дела следует, что в впериод с 17 июня 2013 года по 19 августа 2013 года сотрудниками ГУП РО «Азовское ДРСУ» производились подрядные работы по ремонту автомобильной дороги М-4 «Дон» в Ростовской области, в том числе на участке с 

<

адрес> – на территории Азовского района Ростовской области. 

Ответственным за проведение был ФИО7, который являлся начальником производственных участков 20 и 25 ГУП РО «Азовское ДРСУ», и в соответствии с приказом №а от ДД.ММ.ГГГГ директора ГУП РО «Азовское ДРСУ» ответственным за организацию и производство комплекса работ по содержанию автомобильной дороги М-4 «Дон» на участке с 1091 км по 1119 км + 500 м.

В указанный период в ходе проведения ремонтных работ на участке автодороги М-4 «Дон» 1105км+100м по распоряжению ФИО7 в центральной части проезжей части автодороги М-4 «Дон» на участке 1105км+100м были проведены работы по изготовлению дорожной разметки, в результате чего была образована полоса движения шириной 4,3 метра, выделенная нанесенной «временной» разметкой жёлтого цвета вместо установленного ГОСТами и ПДД РФ оранжевого, а также не были установлены соответствующие временные дорожные знаки, регламентирующие порядок движения транспортных средств по обозначенной полосе, однозначный порядок движения по которой в соответствии с требованиями ПДД РФ не мог быть установлен для водителей, двигавшихся во встречных направлениях, то есть как в направлении г. Краснодара, так и г. Ростова-на-Дону, и, как следствие этого, в данной дорожной обстановке, с учетов вида нанесенной разметки и имевшихся иных дорожных знаков, по данной полосе проезжей части основания (право) для движения имели как те, так и другие. 

В результате выполнения работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, ДД.ММ.ГГГГ на указанном участке автодороги М-4 «Дон» 

<

адрес> произошло столкновение двух двигавшихся во встречных направлениях транспортных средств, а именно двигавшегося в направлении г. Краснодара автомобиля ВАЗ-21074 государственный регистрационный знак № регион под управлением ФИО2 и двигавшегося в направлении г. Ростова-на-Дону автобуса Вольво В10М65 государственный регистрационный знак № регион под управлением ФИО6 

В действиях обоих водителей каких-либо нарушений требований ПДД РФ не было установлено, поскольку с учетом имевшейся на данном участке автодороги разметки и требований ПДД РФ они оба имели основания (право) для движения по данной полосе, а также не имели технической возможности предотвратить встречное столкновение. 

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия произошло столкновение автомобиля ВАЗ-21074 и автобуса Вольво В10М65, в результате которого водителю ФИО2 были причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте ДТП, пассажиру указанного автомобиля - ФИО3, находившейся на переднем пассажирском сидении, также были причинены телесные повреждения, от которых она скончалась на месте ДТП.

Приговором Азовского городского суда Ростовской области от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что дорожно-транспортное происшествие 

<

данные изъяты>. Данный приговор вступил в законную силу.

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, истец указал на то, что он является собственником поврежденного транспортного средства марки ВАЗ-21074 регистрационный номер №, в связи с чем, просил компенсировать его стоимость.

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. В силу ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Истцом в обоснование своих доводов о переходе к нему права собственности на автомобиль марки ВАЗ-21074 регистрационный номер № представлен договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что по сведениям ОГИБДД собственником автомобиля марки ВАЗ-21074 регистрационный номер № значится ФИО4.

По смыслу п. 3 ст. 15 ФЗ "О безопасности дорожного движения", реализация права пользования в отношении транспортного средства (использование его по назначению), как одного из трех составляющих права собственности, может быть осуществлена при условии соблюдения порядка допуска транспортного средства к участию в дорожном движении посредством процедуры регистрации с выдачей соответствующих документов. Несоблюдение вышеуказанных требований закона влечет ограничение прав пользования и распоряжения транспортным средством, являющихся составными элементами права собственности.

Анализ приведенных выше норм материального права и иных нормативных актов, позволяет сделать вывод о том, что законодатель хоть и не приравнивает регистрацию транспортного средства к государственной регистрации применительно к ст. 131 ГК РФ, но исходит из того, что ее осуществление является обязательным условием для того, чтобы лицо, называющее себя собственником транспортного средства, могло реализоваться в таком качестве как полноправный участник дорожного движения, исходя из целей и специфики предназначения данного имущества, как объекта имущественных прав.

Таким образом, обязанность прежнего собственника транспортного средства не ограничивается лишь физической передачей по договору отчуждения данного объекта новому собственнику для осуществления им полноправно полномочий собственника, а обязывает его осуществить установленную процедуру, а именно - снять передаваемое транспортное средство с регистрационного учета, в связи с чем, у нового собственника возникает обязанность поставить транспортное средство на учет для допуска его к участию в дорожном движении посредством государственной регистрации транспортного средства.

Поскольку спорное транспортное средство не было зарегистрировано в органах учета в соответствии с требованиями ФЗ "О безопасности дорожного движения" и Правилами регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных Приказом МВД РФ № 1001, истец не может в полном объеме осуществлять правомочия собственника.

В п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключены договоры купли-продажи или доверительного управления и составлены акты о передаче данного имущества, при этом за ним сохранен контроль соответственно продавца или учредителя управления. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ. Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле. Суд не вправе уклониться от оценки таких доказательств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать следующие обстоятельства. 

Так, в справке о дорожно-транспортном происшествии от 19 августа 2013 года собственником транспортного средства указан ФИО4.

В материалы дела представлена копия свидетельства о регистрации транспортного средства №, где собственником транспортного средства указан ФИО4

Справка об утилизации транспортного средства содержит информацию о собственнике ФИО4 со ссылкой на договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Из ответа 

<

данные изъяты> от 30 августа 2017 года следует, что ФИО4 за получением страхового возмещения не обращался.

Кроме того, в ходе уголовного расследования при допросе истца в качестве потерпевшего ФИО1 указывал, что машина по документам принадлежит племяннику ФИО4.

Истцом также не было представлено доказательств несения бремени расходов на принадлежащее ему, по его мнению, транспортное средство (оплата транспортного налога, оплата страховой премии по договору обязательного страхования автогражданской ответственности и иные платежи). 

Оценив представленные истцом доказательства применительно к положениям о возникновении права собственности, в соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из их совокупности и установленных по делу обстоятельств, руководствуясь положениями ст. ст. 170, 209, 218, 223, 454 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что само по себе наличие договора купли-продажи, без доказанности обстоятельств фактической передачи предмета договора не может свидетельствовать о переходе права собственности на автотранспортное средство. В этой связи, поскольку право собственности истца на спорный автомобиль не возникло в предусмотренном законом порядке, то в удовлетворении исковых требований следует отказать, поскольку требования заявлены ненадлежащим истцом. 

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному унитарному предприятию Ростовской области «Ростовавтодор» о взыскании материального ущерба.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 25 декабря 2017 года.

Судья