РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации

25апреля 2019 года город Иваново 

Ивановский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Чумакова В.С., при секретаре Клеминой А.Е., с участием административного истца ФИО7 и его представителя ФИО8, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело № 2а-48/2019 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего, проходившего военную службу по контракту в войсковой части 0000, ФИО7 оспаривании решения начальника отделения (территориального,г. Иваново) федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, которым он снят с учета нуждающихся в жилых помещениях,

у с т а н о в и л:

Старший лейтенант запасаФИО7 обратился в суд с административным исковым заявлениемв котором указал, что проходил военную службу по контракту в войсковой части 0000, в мае 2015 года был досрочно уволен с нее в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями и 10 ноября 2015 года исключен из списков личного состава воинской части.

При этом решением начальника отделения (территориального, г. Иваново) федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – начальник территориального отделения) от 23 июля 2015 года он был поставлен на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма с составом семьи (он и его дочь – ФИО2).

Решением того же должностного лица от 09 ноября 2018 года он вместе с дочерью был снят с названного учета поскольку непредставил документы, подтверждающие безвозмездный характер сделки по приобретению его супругой – ФИО1.квартиры № №, расположенной по адресу:

<

адрес>, а затем намеренно ухудшил свои жилищные условия с целью получения средств жилищной субсидии путем дарения указанной квартиры, являющейся совместно нажитым в браке имуществом.

Полагая, что вышеуказанным решением его право на получение жилья для постоянного проживания было нарушено, ФИО7, обратился в военный суд с настоящим административным исковым заявлением, попросив о нижеследующем:

- признать незаконным решение начальника территориального отделения от 09ноября 2018 года № № снятии его с учета нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма;

- обязать начальника территориального отделения отменить вышеуказанное решение и восстановить его на учете нуждающихся в получении жилых помещений с составом семьи – он и его дочь ФИО2

В судебном заседании административный истец доводы административного иска, как и заявленные требования, поддержал и просил их удовлетворить. ФИО7 обратил внимание суда на то обстоятельство, что с конца 2015 года он не проживает со своей супругой и не ведет с ней совместного хозяйства, а проживает со своей дочерьюв съемной квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В сентябре 2016 года, как пояснил ФИО7, его супруга приобрела в том же городе квартиру по договору долевого участия в строительстве жилого дома за счет своих личных денежных средств, вырученных от продажи собственной квартиры в городе Кохма и суммы беспроцентного займа, взятого у отца – ФИО3., при этом он какого-либо участия в покупке данной квартиры не принимал.Как пояснил далее ФИО7, в феврале 2018 года его супруга подарила названную квартиру своему отцу – ФИО3., на что он (ФИО7) дал нотариальное согласие. При этом как указал административный истец, принадлежавшая его супруге квартира в интересах семьи не использовалась, денежные средства, потраченные на ее приобретение являлись личной собственностью ФИО1. и на общие семейные нужды не расходовались.Соглашения о разделе общего имущества между ним и супругой не заключалось, с требованием о разделе такого имущества в судебном порядке они не обращались.

В судебном заседании представитель административного истца ФИО8 поддержавдоводы, изложенные в административном иске, просила удовлетворить заявленные ее доверителем требования. Кроме того, ФИО8 отметила, что на момент принятия административным ответчиком решения о постановке ФИО7 на жилищный учет в 2015 году начальнику территориального отделения было известноо наличии у его супруги в собственности квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> которая являлась в силу статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) ее личным имуществом, полученным во время брака в дар. Квартира в городе Кинешма была приобретена супругой административного истца в период раздельного проживания с ФИО7, который с ней совместного хозяйства не вел, на денежные средства, вырученные от продажи собственной квартиры (в городе Кохма) и взятые взаймы у отца. С учетом пояснений ФИО7 о неиспользовании указанных денежных средств на общие семейные нужды, эта квартира, а также возникшие в связи с ее приобретением финансовые обязательства, являлисьличным имуществом ФИО1 в силу статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), а также статьи 36, пункта 4 статьи 38 и статьи 45 СК РФ, а сам ФИО7 прав на половину указанной квартиры никогда не имел. По мнению ФИО8, довод начальника территориального отделения о намеренном ухудшении ФИО7 своих жилищных условий с целью получения средств жилищной субсидии в связи с передачей в дар вышеуказанной квартиры ФИО3 со ссылкой на статью 53 и пункт 8 статьи 57 ЖК РФ и об утрате им в связи с этим оснований для нахождения в едином реестре военнослужащих, признанных нуждающимися в получении жилых помещений для постоянного проживания, является необоснованным, так как последствия применения названных правовых норм относится к праву граждан быть признанными нуждающимися в получении жилого помещения, а на момент принятия оспариваемого решения административный истец уже был признан таковым и стоял на соответствующем учете. 

Согласно поступившему в суд от представителя федерального государственного казенного учреждения «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – ФГКУ «ЗРУ ЖО» МО РФ) ходатайству, последняя возражала против удовлетворения требований административного иска и просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Начальник территориального отделения, выступающая одновременно и представителем ФГКУ «ЗРУ ЖО» МО РФ, в письменных возражениях требования административного истца не признала, поддержав доводы, приведенные в оспариваемом решении, просила рассмотреть административное дело по административному иску ФИО7 ее отсутствие. Кроме того, начальник территориального отделения заявила о пропуске ФИО7 срока, установленного для обжалования оспариваемого решения, в связи с чем просила применить положения части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ).

Заслушав объяснения административного истца и его представителя, показания свидетелей ФИО1., ФИО4., исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Исследуя вопрос о пропуске административным истцом трехмесячного срока на обращение в суд с административным исковым заявлением, суд исходит из следующего.

Согласно требованиям частей 1, 5 и 7-8 статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов.

Начальник территориального отделения, ссылаясь на то, что ФИО7 получил оспариваемое решение 10 декабря 2018 года, а обратился в суд с административным исковым заявлением о его обжаловании лишь 26 марта 2019 года, делает вывод о том, что срок, установленный для обращения с таким требованием в суд, административным истцом был пропущен. В связи с этим административный ответчик просила применить положения части 8 статьи 219 КАС РФ, отказав в удовлетворении административного иска.

Вместе с тем, как установлено судом, административное исковое заявление ФИО7 поступило в военный суд посредством почтовой связи 26 марта 2019 года, при этом согласно штемпелю на почтовом конверте оно было сдано в организацию почтовой связи 11 марта 2019 года.

В связи с вышеизложенным, с учетом положений частей 2 и 4 статьи 93 КАС РФ, срок, установленный для обжалования оспариваемого решения, ФИО7 пропущен не был, а потому вышеуказанный довод административного ответчика об обратном судом отклоняется как несостоятельный.

Рассматривая заявленные административным истцом требования суд исходитиз следующего.

Абзацем 1 пункта 1 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Федеральный закон № 76-ФЗ) установлено, что государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Пунктом 1 статьи 15 этого же Федерального закона было предусмотрено, что на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями обеспечиваются, в том числе военнослужащие, назначенные на воинские должности после получения профессионального образования в военной профессиональной образовательной организации или военной образовательной организации высшего образования и получения в связи с этим офицерского воинского звания (начиная с 1998 года), и совместно проживающие с ними члены их семей. Военнослужащим - гражданам, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанным нуждающимися в жилых помещениях, при увольнении с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 Федерального закона№ 76-ФЗ.

Как следует из материалов дела ФИО7, назначенный на первую воинскую должность в 2004 году после окончания в том же году Серпуховского военного института ракетных войск и получения в связи с этим офицерского воинского звания – «лейтенант», подлежал обеспечению на весь период военной службы служебным жилым помещением.

В соответствии с абзацем тринадцатым пункта 1 статьи 15 Федерального закона № 76-ФЗ военнослужащие признаются федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным статьей 51ЖК РФ, в порядке, утверждаемом Правительством Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 51 ЖК РФ нуждающимися в жилых помещениях признаются, в том числе граждане, являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

Решением Ивановской городской Думы от 24 мая 2005 года № 513 «Об установлении учетной нормы площади жилого помещения (учетная норма) и нормы предоставления площади жилого помещения (нормы предоставления)»учетная норма, установленная в целях принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в городе Иваново, равняется 10 м2.

Согласно части 2 статьи 51 ЖК РФ при наличии у гражданина и (или) членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной общей площади всех указанных жилых помещений.

В соответствии с абзацем 18 пункта 1 статьи 15 Федерального закона № 76-ФЗ порядок предоставления жилищной субсидии и жилого помещения гражданам устанавливается федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.В соответствии с частью 2 названной статьи имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также полученное одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования, является его собственностью.

Этим положениям ГК РФ корреспондируют положения статьи 34 и части 1 статьи 36 СК РФ, согласно которымимущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся в том числе движимые и недвижимые вещии любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. Имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

В соответствии с положениями части 3 статьи 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Поскольку представленными доказательствами (копией послужного списка и военного билетаФИО7, справками военного комиссариата по городу Кинешма и Кинешемскому району от 05 февраля 2019 года №№ №, № и №, выпиской из приказа командующего 

<

данные изъяты> от 27 мая 2015 года №, выпиской из приказа командира войсковой части 00000 от 23 ноября 2015 года № №, копиями паспортов ФИО7, ФИО1., копией свидетельства о заключении брака между ФИО7 и ФИО1 (№), копией свидетельства о рождении ФИО2 (№), копией выписки из домовой книги, справкой Ремонтно-эксплуатационного участка № 10 жилищно-эксплуатационного участка «Верхневолжское» обособленного подразделения «Западное» общества с ограниченной ответственностью «Главное управление жилищным фондом» от 21 февраля 2018 года, копией свидетельства о регистрации по месту ФИО2 от 21 августа 2012 года, копией свидетельства о государственной регистрации права № от 26 июня 2009 года) подтверждается, а сторонами не оспаривается, то суд считает установленным, что ФИО7, заключивший первый контракт о прохождении военной службы 01декабря 2000 года, уволенный с неедосрочно с зачислением в запас 27 мая 2015 годав связи с организационно-штатными мероприятиями и исключенный 10 ноября 2015 года из списков личного состава войсковой части 0000, имел на указанную дату (10 ноября 2015 года) выслугу более 16 лет; при этом ФИО7, состоящий в браке с ФИО1 с 2007 года, с 25 марта 2005 года зарегистрирован при воинской части, его дочь – ФИО2 зарегистрирована там же с 21 августа 2012 года, а его супруга – ФИО1 зарегистрирована с 15 февраля 2014 года в доме, принадлежащемее отцу (ФИО3 расположенномпо адресу: 

<

адрес>

Как следует из копий свидетельств от 02 марта 2017 года № № и от 10 июля 2018 года № № соответственно ФИО7 был зарегистрирован по месту пребывания по адресу: 

<

адрес> в период с 01 марта 2017 года по 01 марта 2018 года и зарегистрирован в настоящее время там же на срок с 10 июля 2019 года по 05 июля 2019 года.

Как следует из пункта 1.1 заключенного между ФИО5., как наймодателем, и ФИО7, как нанимателем, договора найма квартиры (временного пользования) от 01 ноября 2015 года (далее – Договор от 01 ноября 2015 года) административному истцу были предоставлены во временное безвозмездное владение и пользование для проживания две комнаты в четырехкомнатной квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>.В соответствии с пунктом 1.2 Договора от 01 ноября 2015 года наниматель вселяется в эту квартиру не в качестве члена семьи собственника жилого помещения и не приобретает самостоятельного права пользования им.Пунктом 1.3 Договора от 01 ноября 2015 года совместно с ФИО7 в качестве члена его семьи вселяется его дочь – ФИО2

В соответствии с договором найма жилого помещения от 13 января 2018 года № № ФИО1 сняла дом № №, расположенный в городе 

<

адрес>. При этом в соответствии с пунктом 2.3 названного договора вместе с ней в нем имеют право проживать ФИО7 и ФИО2.Исследованием копии договора дарения от 27 сентября 2013 года, копии решения Ивановского районного суда Ивановской области по делу № № от 16 апреля 2013 года, копии определения того же суда от 13 июня 2013 года, а также копии выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах ФИО1 на имевшиеся (имеющиеся) у нее объекты недвижимости от 06 февраля 2018 года и копии свидетельства о государственной регистрации права серии №, выданного 11 октября 2013 года, установлено, что в период нахождения в браке с административным истцом ФИО1 было получено в дар недвижимое имущество – квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, право собственности на которую, было зарегистрировано в установленном порядке 11 октября 2013 года.

Поскольку сторонами не оспаривается, а материалами дела подтверждается, то суд при принятии настоящего решения исходит из того, что вышеуказанная квартира с учетом обстоятельств ее приобретения ФИО1. в силу положений части 1 статьи 36 СК РФ являлась ее личной собственностью.

Решением начальника территориального отделения от 23 июля 2015 года № № подтверждается факт постановки ФИО7 совместно с дочерью на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма с 25 июня 2015 года по избранному месту жительства в городе Иваново.

При этом, как видно из материалов учетного дела при принятии вышеуказанного решения начальником территориального отделения было учтено наличие у ФИО7 в собственности вышеуказанной квартиры, что само по себе подтверждает признание административным ответчиком вышеизложенного вывода суда.

Копией договора купли-продажи квартиры от 18 марта 2016 года подтверждается факт продажи ФИО1 вышеуказанной квартиры, принадлежащей ей, гражданину ФИО6

Факт государственной регистрации прекращения права собственности ФИО1 на названную квартиру 23 марта 2016 года подтверждается сведениями, содержащимися в копии выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах ФИО1 на имевшиеся (имеющиеся) у нее объекты недвижимости от 06 февраля 2018 года.

Исследованием копии договора долевого участия в строительстве жилого дома от 19 сентября 2016 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты> (застройщик) и ФИО1 (дольщик), и копии акта приема-передачи от 20 сентября 2016 года установлено, что ФИО1 посредством участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

адрес> приобрела трехкомнатную квартиру № № в названном доме, общей площадью 90,4 м2, с кадастровым номером №. Как следует из отметки государственного регистратора Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ивановской области на названном договоре регистрация права собственности ФИО1 на приобретенную квартиру произведена 04 октября 2016 года.

Судом установлен факт заключения между ФИО1 (заемщиком) и ФИО3 (займодавцем) договора беспроцентного займа, оформленного распиской от 20 сентября 2016 года, в соответствии с которым заемщик получила от займодавца беспроцентный займ в размере 1 000 000 рублей со сроком возврата не ранее 01 октября 2019 года. При этом из текста расписки следует, что беспроцентный займ получен ФИО1. для приобретения в личную собственность жилого помещения по адресу: 

<

адрес>

В соответствии с договором дарения от 16 февраля 2018 года ФИО1 подарила вышеуказанную квартиру ФИО3 Согласно отметки государственного регистратора Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ивановской области на названном договоре регистрация права собственности ФИО3 на подаренную квартиру произведена 27 февраля 2018 года (запись о регистрации №), что также подтверждается сведениями, содержащимися в выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 27 февраля 2018 года.

Материалами дела подтверждается, что ФИО7 19 февраля 2018 года дал нотариальное согласие (№) ФИО1 на передачу в дар на ее условиях и по ее усмотрению ФИО3 нажитого ими в браке имущества, а именно квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. При этом как указано в названном соглашении, ФИО7 были разъяснены и понятны положения части 1 и 3 статьи 256 ГК РФ, статьи 34, 35 и части 2 статьи 38 СК РФ. Кроме того, при подписании нотариального согласия ФИО7 сообщил, что установленный законом режим совместной собственности всего имущества, то есть принадлежащего как ему, так и его супруге, не изменен.

Как усматривается из материалов учетного дела административного истца, в соответствии с заявлением административного истца, зарегистрированным в отделении (территориальном, г. Иваново)ФГКУ «ЗРУ ЖО» МО РФ за входящим № № от 02 ноября 2017 года в едином государственном реестре военнослужащих, состоящих на учете нуждающихся в предоставлении жилых помещений для постоянного проживания, внесены изменения, в соответствии с которыми избранная форма жилищного обеспечения ФИО7 изменена на жилищную субсидию для приобретения (строительства) жилого помещения, что подтверждается уведомлением начальника территориального отделения от 07 ноября 2017 года №, направленным административному истцу.

Решением начальника территориального отделения от 09ноября 2018 года № № был снят с учета нуждающихся в жилых помещениях, в связи с утратой им оснований, дающих право на получение жилого помещения по договору социального найма. При этом в обоснование принятого решения начальник территориального отделения, сославшись на положения статей 34, 36 и 35 СК РФ, указала, что административным истцом не было представлено документов, подтверждающих безвозмездный характер сделки по приобретению жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с учетом площади которого (90,4 м2), в силу части 2 статьи 51 ЖК РФ, ФИО7, его супруга и их дочь являлись обеспеченными жилым помещением в соответствии с нормами действующего законодательства Российской Федерации и установленной в целях принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в городе Иваново в соответствии с решением Ивановской городской Думы от 24 мая 2005 года № 513 «Об установлении учетной нормы площади жилого помещения (учетная норма) и нормы предоставления площади жилого помещения (нормы предоставления)» учетной нормой, равной 10 м2, поскольку на каждого из них приходилось по 30,13 м2. Действия супруги административного истца по отчуждению совместно нажитого имущества (вышеуказанной квартиры) путем передачи ее в дар другому лицу начальник территориального отделения расценила как намеренное ухудшение жилищных условий с целью получения средств жилищной субсидии ее супругом, которые в соответствии со статьей 53 и частью 8 статьи 57 ЖК РФ учитываются за установленный законом субъекта Российской Федерации период, предшествующий предоставлению жилого помещения для постоянного проживания, но не менее чем за пять лет.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО1., являющаяся супругой административного истца, показала, что с 2007 года состоит в браке с ФИО7 и имеет с ним общую дочь – ФИО2 С конца 2015 года она стала проживать раздельно со своим супругом и дочерью, перестала вести с ними совместное хозяйство. Обстоятельство нахождения в официальном браке с ФИО7 при фактическом прекращении семейных отношений с ним свидетель объяснила нехваткой времени на ведение бракоразводного процесса. Как пояснила свидетель, ее супруг и дочь совместно проживают в съемной квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. При этом она периодически общается с дочерью по согласованию с супругом. ФИО1 подтвердила факт приобретения ею по договору долевого участия в строительстве жилого дома от 19 сентября 2016 года квартиры в городе Кинешма общей площадью 90,4 м2. При этом свидетель пояснила, что названную квартиру она приобрела за счет денежных средств, полученных в результате продажипринадлежащей ей квартиры в городе Кохма в сумме 1 850 000 рублей и денежных средств в сумме 1 000 000 рублей, взятых взаймы у своего отца – ФИО3 а также за счет денежных средств от собственного дохода. Как указала ФИО1 договор дарения названной квартиры от 16 февраля 2018 года был оформлен ею с нотариального согласия своего супруга с целью получения денежных средств в сумме 500 000 рублей по договору займа от 27 февраля 2018 года с ФИО3 При этом заключение указанного договора дарения выступало в качестве обеспечения обязательств по договору займа, было осуществлено формально без намерения создать какие-либо правовые последствия.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4., проживающий в доме 

<

адрес>, показал, что знаком с административным истцом около 3 лет и подтвердил факт совместного проживания ФИО7 со своей дочерью ФИО2 в течение этого периодапо настоящее время в квартире 

<

адрес>

Решением Кинешемского городского суда Ивановской области от 07 марта 2019 года в удовлетворении исковых требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного 16 февраля 2018 года между ФИО1 и ФИО3 применении последствий недействительности сделки было отказано.

Согласно части 2 статьи 64 КАС РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному им гражданскому делуне доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

С учетом положений части 2 статьи 64 КАС РФ, суд при принятии настоящего решения, исходит также из следующих обстоятельств, установленных вышеуказанным решением суда, вступившим в законную силу.

Так, из мотивировочной части названного решения следует, что судом был установлен факт заключения между ФИО1заемщиком) и ФИО3 (займодавцем) договора беспроцентного займа, оформленного распиской, в соответствии с которым заемщик получила от займодавца беспроцентный займ в размере 500 000 рублей со сроком возврата не ранее 01 июня 2019 года. При этом из текста расписки следует, что беспроцентный займ получен ФИО1 взамен оформления договора дарения на принадлежащую ей квартиру в городе Кинешма.

Суд пришел к выводу, что действия сторон договора дарения от 16 февраля 2018 года, совершенные при заключении сделки, свидетельствуют об их намерении совершить именно сделку по дарению спорной квартиры и не подтверждают иных намерений сторон. Кроме того, о намерении ФИО1 совершить сделку по фактическому отчуждению квартиры свидетельствует тот факт, что на совершение сделки по дарению квартиры, нажитой в период брака, было получено нотариально удостоверенное согласие супруга истицы – ФИО7.

Как установлено судом при рассмотрении настоящего дела, раздел общего имущества в порядке, предусмотренном статьей 38 СК РФ, между ФИО7 и его супругой не производился, что подтверждается также объяснениями административного истца и показаниями свидетеля ФИО1

При таких обстоятельствах, при определении режима имущества, к которому относится квартира, приобретенная ФИО1 в городе Кинешма и впоследствии подаренная с нотариального согласия ФИО7 гражданину ФИО3., суд, исходя из положений пункта 1 статьи 256 ГК РФ, статьи 34 и части 3 статьи 35 СК РФ, приходит к выводу о том, что она является совместной собственностью супругов, режим которой в установленном порядке изменен не был.

Ссылки административного истца и его представителя на источник денежных средств, за счет которых ФИО1 была приобретена спорная квартира, в подтверждение ее принадлежности к личной собственности супруги административного истца, не влияют на вышеуказанный вывод суда, поскольку для заключения впоследствии ФИО1 договора дарения этого имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, в порядке, установленном для распоряжения общим имуществом супругов,было получено нотариально удостоверенное согласие другого супруга, то есть ФИО7.

При этом суд учитывает, что надлежащих доказательств, позволяющих установить соответствие сделки, в результате которой названная квартира перешла в собственность ФИО1., критериям отнесения данного имущества к ее личной собственности, установленным в части 1 статьи 36 СК РФ,в материалы дела представлено не было, как не представлено и доказательств, подтверждающих факт приобретения названной квартиры исключительно за счет личных денежных средств ФИО1 Не свидетельствуют об обратномни факт заключения между ФИО1 и ФИО3 договора займа от 20 сентября 2016 года, ни факт продажи принадлежащей ФИО1 квартиры в городе Кохма на основании договора купли-продажи квартиры от 18 марта 2016 года.

При этом ссылки административного истца и его представителя на возможность применения части 4 статьи 38 СК РФ в связи с тем обстоятельством, что спорная квартира в городе Кинешма была приобретена ФИО1 в период ее раздельного проживания с супругом и неведения ими совместного хозяйства, признается судом несостоятельной, поскольку реализация закрепленного в названной правовой норме положения возможна лишь приразделе общего имущества супругов в судебном порядке при разрешении соответствующих исковых требований, а названные обстоятельства сами по себе не влияют на установленный законом режим совместного имущества супругов.

С учетом вышеприведенных положений нормативно-правовых актов иисследованной совокупности доказательств, оценивая оспариваемое решение, суд приходит к выводу о правильности положенных в его основу выводов, в том числе о том, что квартира, купленная ФИО1 в городе Кинешма, доказательств безвозмездности приобретения которой в материалы дела не представлено, относилась к совместно нажитому имуществу, и, что с учетом ее площади, ФИО7 и члены его семьи являлись обеспеченными жилым помещением выше учетной нормы и не являлись нуждающимися в жилых помещениях, а действия ФИО1 связанные с передачей в дар указанной квартиры с согласия административного истца, являются намеренным ухудшением жилищных условий их семьи, учитываемые не менее чем за пять лет.

Таким образом, суд полагает, что обстоятельства, связанные с действиями супруги административного истца, совершенными с его нотариального согласия, по отчуждению совместно нажитого ими имущества, с учетом площади которого уровень обеспеченности ФИО7, его супруги и дочери общей жилой площадью составлял более учетной нормы, установленной в городе Иваново, свидетельствуют о намеренном создании ФИО7 ситуации нуждаемости в жилье.

Согласно статье 53 ЖК РФ граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

В связи с изложенным, вывод административного ответчика о том, что ФИО7 утратил основания, дающие право на получение жилого помещения по договору социального найма, является обоснованным.

При этом доводпредставителя административного истца ФИО8, о необоснованности довода начальника территориального отделения о намеренном ухудшении ФИО7 своих жилищных условий с целью получения средств жилищной субсидии в связи с передачей в дар вышеуказанной квартиры ФИО3 со ссылкой на статью 53 и пункт 8 статьи 57 ЖК РФ и об утрате им в связи с этим оснований для нахожденияв едином реестре военнослужащих, признанных нуждающимися в получении жилых помещений для постоянного проживания, является необоснованным, так как последствия применения названных правовых норм относятся к праву граждан быть признанными нуждающимися в получении жилого помещения, а на момент принятия оспариваемого решения административный истец уже был признан таковым и стоял на соответствующем учете, признается судом ошибочным,как основанный на неверном толковании материальных норм права, поскольку незаконное нахождение ФИО7 на жилищном учете, не наделяет его правом на обеспечение жильем.

При таких обстоятельствах оснований для признания оспариваемого решения незаконным суд не усматривает, в связи с чем не находит и оснований к удовлетворению заявленных ФИО7 требований административного искового заявления.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, военный суд, -

р е ш и л:

ФИО7 в удовлетворении его административного искового заявления – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский окружной военный суд через Ивановский гарнизонный военный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.