Дело № 2-232/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 февраля 2018 года г. Пенза

Октябрьский районный суд г. Пензы

в составе

председательствующего судьи Николаевой Л.В., 

при секретаре Горшениной И.И., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Пензе, гражданское дело по иску ФИО1 к АО «ППО ЭВТ им. Ревунова» о признании дополнительного соглашения к трудовому договору недействительным, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратилась в суд с иском, указав, что она работала в АО«ППО ЭВТ им. Ревунова» в должности инспектора по учету и бронированию граждан, пребывающих в запасе группы мобилизационной подготовки службы безопасности. 27 сентября 2017 года работодатель в лице ее непосредственного руководителя, начальника службы безопасности ФИО7 предъявил ей на подпись Дополнительное соглашение №13 о расторжении трудового договора от 27.10.1998 г. №2006 от 31 августа 2017 года, в котором говорится о том, что «Стороны пришли к соглашению о расторжении трудового договора с 29 декабря 2017 года». На ее вопрос почему вышеуказанное Дополнительное соглашение от 31 августа, а подписать истец его обязана 27 сентября 2017 года ФИО7 ответил, что не успели вовремя оформить переводные документы и это общепринятая практика. Прочитав данное дополнительное соглашение, она была обескуражена и ответила, что желания расторгать трудовой договор не имела, и не имеет. В ответ на это ФИО3 указал на то, что то общепринятая практика при проведении реорганизационных мероприятий. На тот момент на предприятии проходили изменения в структурных подразделениях. На ее вопрос о том, что будет 29 декабря 2017 года, ФИО7 ответил, что с ней будет заключен новый трудовой договор и такие дополнительные соглашения подписаны со всеми сотрудниками службы безопасности. Одновременно он обязал подписать еще один документ – заявление об изменении ее должности. Истец от руки заполнила форму предложенного заявления, в котором другими службами предприятия не были заполнены соответствующие графы, такие как: размер ежемесячной премии, форма доступа к секретности, не указан размер доплаты за секретность. По словам ФИО7, заявление также необходимо было датировать 31 августа 2017 года. В тот день она получила очень много разноречивой информации. О новых для нее обстоятельствах, размере заработной платы, новой должности, новом допуске к секретным документам. При том, со слов ФИО7, она должна будет исполнять свои прежние функции. Несоответствие, между написанным в документах и действительности, ФИО7 объяснил все той же общепринятой практикой и тут же давал на подпись лист о том, она теперь ознакомлена. Находясь в состоянии эмоционального стресса, она подписала все документы. Впоследствии проанализировав состоявшийся разговор она поняла, что была введена в заблуждение. После разговоров с остальными коллегами из службы безопасности, она узнала, что такие документы были подписаны только с сотрудниками ее отдела, который и потерпел реорганизацию. Заключение дополнительного соглашения №13 о расторжении трудового договора от 27.10.1998 года от 31 августа 2017 года фактически и юридически сделало трудовой договор имеющим ограничение во времени, т.е. срочным, однако никаких условий для заключения срочного договора не возникло. В «Инструкции по обеспечению режима секретности в РФ» содержится прямой запрет на заключение трудовых договоров, имеющих срок с сотрудниками, имеющим формы доступа к секретности.Считает, что ее права как работника нарушены в момент, когда обманным путем, путем введения ее в заблуждение относительно заключения нового трудового договора в день, следующий за днем расторжения старого трудового договора, ФИО7 вынудил подписать Дополнительное соглашение №13 о расторжении трудового договора от 27.10.1998 №2006 от 31 августа 2017 года.Просит признать дополнительное соглашение № 13 о расторжении трудового договора от 27.10.1998 №2006 от 31 августа 2017 года недействительным. 

В судебном заседании истец ФИО1, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, подтвердив доводы, изложенные в иске, представив письменные пояснения. Дополнительно пояснила, что согласно Дополнительного соглашения, подписанного ей 27 сентября 2017 года, ее должность на основании Единой тарифной сетки стала называться инспектор по учету и бронированию граждан, пребывающих в запасе, что одно и тоже с инспектором мобилизационной группы службы безопасности. Ее прежняя должность является инженерной, инспектор – это намного ниже. Доплата за секретность снижена до 15 %. Если бы она осознавала, что 28.12.2017г. с ней действительно будет расторгнут трудовой договор, то она не подписала бы заявление о переводе на другую должность с меньшей оплатой и не ушла бы в отпуск, а получила бы компенсацию за него и выходной пособие, уволившись по собственному желанию. Считает, что ее ввели в заблуждение, пообещав со стороны работодателя 29 декабря 2017 года заключить новый трудовой договор, однако данного обещания выполнено не было. На данном предприятии истец работает уже 43 года. Не имея нареканий и дисциплинарных взысканий на протяжении всей трудовой деятельности. Кроме того, просила учесть, что она не заключала с ответчиком трудовой договор от 27.10.1998г., № 2006, между ней и работодателем был заключен контракт без номера от 30.12.1998г. Просила признать недействительным оспариваемое соглашение так же по указанному основанию. 

Представители ответчика АО «ППО ЭВТ им. Ревунова» по доверенности ФИО4, ФИО5 в судебном заседании с предъявленным исковым заявлением не согласились, в их удовлетворении просили отказать, в письменном возражении указав следующее. ФИО1 была принята на работу в АО «ППО ЭВТ им. В.А, Ревунова» 08.04.1997 на должность экономиста ФЭК на основании заявления в соответствии с приказом «О приеме на работу» от 08.04.97 г. №228. При переводе на новую систему трудовых отношений с ФИО1, был заключен контракт от 27.10.98 г., на основании которого был издан приказ от 28.10.98 г. 31190 « О переводе на новую систему трудовых отношений». Действующий ТК РФ, а также КЗоТ РФ, действующий на дату приема ФИО1 на работу, не устанавливают обязанности работодателя присваивать номер трудовому договору, а также дополнительным соглашениям к трудовому договору. Позднее контракту 27.10.98 г. был присвоен номер 2006. 31.08.17 г. между ФИО1 и АО «ППО ЭВТ им. В.А, Ревунова» было заключено в письменной форме дополнительное соглашение №13 о расторжении трудового договора от 27.10.98 г. №2006 по соглашению сторон 28.12.17г.. Указанное соглашение было №13 было подписано начальником отдела кадров ФИО5, которая действовала на основании доверенности от Общества от 07.07.17г., которой предусмотрено право ФИО5 подписывать от имени Работодателя трудовой договор и дополнительное соглашение к нему. Соглашением №13 предусмотрено, что стороны пришли к соглашению о расторжении трудового договора от 27.10.98 №2006 на следующих условиях: трудовой договор расторгается 28.12.17г. по соглашению сторон, в соответствии с п.1ч.1 ст. 77 ТК РФ. На момент подписания настоящего соглашения стороны подтверждают, что претензий друг к другу не имеют. Данное соглашение было подписано и составлено в 2 экземплярах, имеющих равную юридическую силу. В соглашении №13 имеется подпись ФИО1 о том, что она 31 августа 2017 года получила на руки экземпляр дополнительного соглашения. Своей подписью ФИО1 в соглашении подтвердила, что дополнительное соглашение ей прочитано и понятно. Приказом от 28.12.17г. №1965 «О прекращении трудового договора» 28.12.17г. ФИО1 была уволена по соглашению сторон, п.1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Таким образом, истец путем подписания Соглашения №13 выразила свое согласие на расторжение трудового договора по п.1 ч.1 ст. 7 ТК РФ. Просила в иске отказать. 

Суд, выслушав пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 37 Конституцией РФ Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.Признается право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения, включая право на забастовку.

Согласно ст. 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Статьей 72 ТК РФ определено, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Изменение условий трудового договора в одностороннем порядке по инициативе работодателя не допускается, за исключением случаев изменения организационных или технологических условий труда, что предусмотрено ст. 74 ТК РФ.

В судебном заседании установлено, что 08.04.97 года приказом №288л/с от 08.04.1997г.. ФИО1 принята на работу в АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» на должность экономиста ФЕК на основании заявления.

27.10.98 г. между ФИО1 и ППО электронно-вычислительной техники заключен контракт о назначении ФИО1 на должность руководителя аналитической группы экономической деятельности предприятия На основании данного контракта издан приказ №1190 л/с от 28.10.98 г. и внесены сведения в трудовую книжку ФИО1 под №16 от 01.10.98 г. 

Приказом №645 от 24.09.99 г. в контракт внесены изменения, относительно размера оплаты труда ФИО1

Дополнительным соглашением №2 срок действия контракта от 27.10.98 г., заключенного с ФИО1, продлен до 30.11.00 г., издан приказ 3821 л/с от 14.12.99 г. Изменениями №3 к Контракту ФИО1 ( приказ 3797 л/с от 17.11.00г.) произведены изменения относительно оплаты труда ФИО1

Соглашением №4, приказ 169 л/с от 16.03.01г. ФИО1 переведена на должность начальника бюро ( по планированию и отчетности) ПЭО ФЭК. 

Изменениями №5( приказ №732 л/с от 24.07.02г.), №6 ( приказ 1314 л/с от 12.10.03 г.), внесены изменения в контракт от 27.10.98г., относительно размера оплаты труда ФИО1

Изменением №7 (приказ 3215 л/с) от 20.02.08 г. к указанному контракту ФИО1 переведена на должность инженера 2 категории во 2 отел. 

Соглашением №8 от 27.04.12г. ( приказ №542 от 28.04.12г.), №9 ( Приказ 724 Л/С ОТ 28.05.13Г.) в трудовой контракт от 27.10.98г. внесены изменения относительно размера заработной платы ФИО1 

Дополнительным соглашением №11 к трудовому контракту от 27.10.98 г. также внесены изменения в отношении оплаты труда истца. 

28.08.17г. АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» и ФИО1 заключили дополнительное соглашение №12/2017 к трудовому договору от 27.10.98 г. №2006. По настоящему договору работник обязуется лично выполнять обязанности по должности инспектор по учету и бронированию военнообязанных в Обществе. За выполнение работы работодатель устанавливает работнику 6 разряд по ЕТС и обязуется выплачивать Работнику должностной оклад в размере 17500 рублей. 

Согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

В соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Как установлено в судебном заседании 31.08.17 г. между ФИО1 и АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» было заключено в письменной форме дополнительное соглашение №13 о расторжении трудового договора от 27.10.98 г. №2006 по соглашению сторон 28.12.17г. Указанное соглашение №13 было подписано начальником отдела кадров ФИО5, которая действовала на основании доверенности от Общества от 07.07.17г., которой предусмотрено право ФИО5 подписывать от имени работодателя трудовой договор и дополнительное соглашение к нему, и ФИО1.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст. 123 Конституции и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт введения в заблуждение истца работодателем (АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова»), при подписании дополнительного соглашении №13 о расторжении трудового договора возлагается на истца. 

Вместе с тем, доводы истца о введении ее в заблуждение при его подписании и относительно факта вынуждения со стороны ФИО7 на его подписание, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного заседания. 

Так, исходя из текста соглашения №13 от 31.08.2017г., усматривается, что стороны пришли к соглашению о расторжении трудового договора от 27.10.98 №2006 на следующих условиях: трудовой договор расторгается 28.12.17г. по соглашению сторон, в соответствии с п.1ч.1 ст. 77 ТК РФ. На момент подписания настоящего соглашения стороны подтверждают, что претензий друг к другу не имеют.

Указанное соглашение подписано обеими сторона и составлено в 2 экземплярах, имеющих равную юридическую силу. В соглашении №13 имеется подпись ФИО1 о том, что она 31 августа 2017 года получила на руки экземпляр дополнительного соглашения. Своей подписью ФИО1 подтвердила, что дополнительное соглашение ей прочитано и понятно.

Подпись ФИО1 в дополнительном соглашении №13 к контракту от 27.10.98 г., а также подпись о ее ознакомлении с ним, отражают, по мнению суда, волеизъявление истца на совершение указанных действий, направленных на заключение дополнительного соглашения к трудовому контракту. ФИО1 является взрослый, дееспособнымчеловеком, способный отдавать отчет своим действиям и руководить ими.ее в заблуждение, обмана со стороны руководства АО «ППО ЭВТ им В.А.Ревунова», истцом не представлено. 

При этом, рассматривая довод ФИО1 о том, что дополнительное соглашение №13 от 31.08.17г. было подписано ей фактически 27.09.17г., суд учитывает, что в данном случае, ФИО1 имела возможность указать на указанный факт при подписании или получении указанного соглашения поставив фактическую дату, однако этого сделано ей не было, достоверных доказательств того, что она подписала оспариваемое соглашение в другой день истцом не представлено. 

В судебном заседании ФИО1, не отрицая самого факт подписания ей соглашения, не предоставила суду доказательств подписания дополнительного соглашения №13 от 31.08.17г. в другой день. 

Из текста дополнительного соглашения №13 следует, что оно подписано и получено на руки истцом 31 августа 2017г. Иной даты подписания дополнительного соглашения, а также получения и ознакомления с ним, как установлено судом, ФИО1 поставлено не было. 

Допрошенный в качестве свидетель ФИО11, ФИО12(бывшие работники АО «ППО ЭВТ им В.А, Ревунова»), показали каждый в отдельности, что об обстоятельствах подписания ФИО1 дополнительного соглашения от 31 августа 2017г. им известно со слов ФИО1. С каждым из них по отдельности общался главный инженер Общества на предмет заключения дополнительных соглашений о расторжении трудового договора по соглашению сторон. Истцом, в свою очередь, по поводу заключения дополнительного соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон, общался начальник службы безопасности Общества ФИО7.

Из свидетельских показаний ФИО11, ФИО12 следует, что они не присутствовали при разговоре начальника службы безопасности Общества ФИО7 с истцом, в связи с чем достоверно им не известно при каких обстоятельствах ФИО1 подписала оспариваемое соглашение. 

Данные свидетели очевидцами подписании спорного дополнительного соглашения не были, с каждым из них заключались отдельные соглашения, в связи с чем, их показания не могут быть бесспорным доказательством обоснованности требований истца.

Что касается доводов истца о расхождении номера и даты трудового договора, указанного в дополнительном соглашении №13 от 31.08.17г. как №2006, с первоначально заключенным контрактом, то суд исходит из следующего. 

Как установлено судом, ФИО1 была принята на работу в АО «ППО ЭВТ им. В.А, Ревунова» 08.04.1997 на должность экономиста ФЭК на основании заявления в соответствии с приказом «О приеме на работу» от 08.04.97 г. №228. При переводе на новую систему трудовых отношений с ФИО1 был заключен контракт от 27.10.98 г., на основании которого был издан приказ от 28.10.98 г. 31190 « О переводе на новую систему трудовых отношений». 

Таким образом, из представленных суду материалов дела, а так же пояснений истца и представителей ответчика следует, что на протяжении длительного времени работы у ответчика, между истцом ФИО1 и АО №ППО ЭВТ им В.А, Ревунова» был заключен единственный трудовой договор – контракт от 27.10.98 г., в который в дальнейшем вносились лишь изменения и дополнения. 

Номер указанному контракту присвоен не был. Действующий на дату приема ФИО1 на работу КЗоТ РФ, не устанавливал обязанности работодателя присваивать номер трудовому договору, а также дополнительным соглашениям к трудовому договору. Позднее, как поясняла в судебном заседании представитель ответчика, контракту от 27.10.98 г. был присвоен номер №2006.

Все принятые к контракту от 27.10.98г. изменения и дополнения, как следует из материалов дела, подписаны ФИО1, в том числе дополнительное соглашение №13 от 31.08.17г. 

Из оспариваемого соглашения следует, что оно заключено как дополнение именно к контракту от 27.10.98г., в котором содержится прямое на то указание, и заключено между теми же сторонами, а именно АО «ППО ЭВТ им В.А. Ревунова» и ФИО1

Приказом №1965 л/с от 28.12.17г. на основании дополнительного соглашения №13 от 31.08.17г. о расторжении трудового договора, ФИО1. инспектор по учету и бронированию военнообязанных службы безопасности уволена, по соглашению сторон ( п.1.ч.1 ст. 77 ТК РФ). 

С приказом ФИО1 ознакомлена, о чем свидетельствует ее подпись. 

Как установлено судом, 28.08.17г. АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» и ФИО1 заключили дополнительное соглашение №12/2017 к трудовому договору от 27.10.98 г. №2006, по которому ФИО1 на должность инспектора по учету и бронированию военнообязанных в Обществе. 

Должность ФИО1 в приказе об увольнении от 28.12.17г., указана как инспектор по учету и бронированию военнообязанных службы безопасности, то есть она была уволена именно с должности, на которую была переведена 28.08.17г. на основании дополнительного соглашения № 12/2017.

В оспариваемом соглашении должность истца поименована как инспектор мобилизационной группы службы безопасности, которая является аналогичной должности инспектор по учету и бронированию военнообязанных службы безопасности, что не оспаривалось сторонами по делу. 

Указанное свидетельствует о бесспорной относимости оспариваемого дополнительного соглашения № 13 о расторжении трудового договора от 27.10.1998г. № 2006 к контракту заключенному между истцом и ответчиком 27.10.1998г.. 

Таким образом, судом признано установленным, что все действия направленные на подписание дополнительного соглашения №13 от 31.08.2017г. проводились по волеизъявлению сторон. Личная подпись истца является неопровержимым доказательством указанного. Доказательств обратного истцом не представлено. 

В силу ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В судебном заседании установлено, что принятое дополнительное соглашение №13 от 31.08.2017г. не противоречат нормам трудового законодательства, заключено по соглашению сторон, в письменной форме, соглашения об изменении условий данного дополнительного соглашения между сторонами не достигнуто. 

Оценив имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, с учетом установленных обстоятельств дела и вышеизложенных норм закона, суд считает, что оснований для признания недействительным дополнительного соглашения № 13от 31.08.2017г. к трудовому договору от 27.10.1998г. не имеется, а исковые требованияФИО1 к АО «ППО ЭВТ им. Ревунова» о признании оспариваемого соглашения недействительным подлежат оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к АО «ППО ЭВТ им. Ревунова» о признании недействительным дополнительного соглашения № 13 от 31.08.2017г. о расторжении трудового договора от 27.10.1998г., оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 февраля 2018 года

Председательствующий