РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

 12 августа 2025 года адрес                              

 Бутырский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Королевой Е.Е., с участием прокурора фио, при ведении протокола помощником фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3540/25 по иску ФИО1 к ООО «А7» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с настоящим иском, указав, что 23 декабря 2024 года был принят на работу ответчиком на должность специалиста по вексельному обороту в финансовый отдел на основании трудового договора №155. Истец работал добросовестно, без замечаний, без нареканий. 14 марта 2025 года истцу посредством корпоративной почты пришло письмо – приглашение на встречу 18 марта 2025 года, посвященную подведением итогов испытательного срока истца. Встреча состоялась, однако, истцу рассказать о результатах работы возможности не предоставили. Сразу после встречи, на которой истца понудили подписать соглашение о расторжении трудового договора, истцу заблокировали доступ к двум рабочим группам в корпоративном мессенджере. 19 марта 2025 года истец уволен. Намерения увольняться у истца не было. Истец имеет несовершеннолетнего ребенка на иждивении, престарелые родители, истец достиг возраста 52 года, в связи с чем, трудоустройство затруднено. Соглашение, не предполагающая каких-либо выплат, подписано им в стрессовой ситуации. Последствия подписания такого соглашения истцу ответчиком не разъяснялись. 19 марта 2025 истцу ответчиком выплачена премия в размере сумма. С учетом уточнения, истец просил суд признать увольнение незаконным, восстановить на работе в должности специалиста по вексельному обороту в финансовом отделе ООО «А7»; взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 20 марта 2025 года сумма; компенсацию морального вреда сумма, расходы на представителя сумма.

Истец в судебное заседание явился, требования с учетом уточнения поддержал.

Представитель ответчика в судебное заседание явилась, требования не признала. В обоснование возражений указывала, что 18 марта 2025 года сторонами принято решение о расторжении трудового договора по Соглашению сторон по инициативе истца. Истец знал и понимал последствия подписания им Соглашения, поскольку ранее такое соглашение уже подписывал. После подписания Соглашения претензий не предъявлял, к ответчику не обращался. Просила в иске отказать. Одновременно пояснила, что нареканий к работе истца в течение испытательного срока не было, истец в связи с намерением руководства увеличить его нагрузку, самостоятельно выразил желание уволиться, в связи с чем, ему было предложено подписать Соглашение о расторжении трудового договора, которое истцом и было подписано добровольно, без какого-либо принуждения. Истец, как во время встречи, так и после, вел себя спокойно, оформил все необходимые документы, включая обходной лист, попрощался и покинул рабочее место. Уточненный расчет истца ответчик не оспаривал, признавал верным расчет среднедневного заработка сумма и количество рабочих дней при пятидневной рабочей неделе, на день вынесения решения 98.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, допросив свидетелей, заслушав мнение прокурора, полагавшую требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминацию в сфере труда (абз. 1, 2,3 ст. 2 ТК РФ).

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, трудовой договор может быть прекращен по соглашению сторон (ст. 78 кодекса).

В соответствии со ст. 78 ТК РФ, трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора. 

Как разъяснено в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника. 

В пункте 22 этого же Постановления разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Таким образом, по смыслу приведенных норм, основанием для расторжения трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ является соглашение между работником и работодателем о расторжении трудового договора в определенный срок (определенную дату). Данное основание расторжения трудового договора подразумевает наличие свободного волеизъявления обеих сторон трудовых правоотношений и достижение ими соглашения относительно прекращения данных правоотношений и срока их прекращения.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, 23 декабря 2024 года был принят на работу ответчиком на должность специалиста по вексельному обороту в финансовый отдел на основании трудового договора №155. 

Истец работал без замечаний, отсутствие претензий со стороны работодателя представитель ответчика подтвердила.

До истечения трехмесячного испытательного срока, 14 марта 2025 года истцу посредством корпоративной почты пришло письмо – приглашение на встречу 18 марта 2025 года, посвященную подведением итогов испытательного срока истца. 

Как указывает истец, встреча состоялась, однако, истцу рассказать о результатах работы возможности не предоставили, оказали давление и понудили к увольнению. При этом, на вопрос, почему он не может уволиться по собственному желанию, истцу настоятельно предложили подписать уже изготовленное Соглашение. Истец подписал соглашение в состоянии стресса. Возвратившись на рабочее место, он не мог продолжить работу, поскольку ему уже был заблокирован доступ к двум рабочим группам в корпоративном мессенджере. Находясь в сильном душевном волнении, истец покинул рабочее место. Возможности вернуться у истца не было. 19 марта 2025 года истец уволен. Намерения увольняться у истца не было, поскольку истец имеет несовершеннолетнего ребенка, алиментные обязательства в отношении которого, истец исполняет, заботиться о престарелых родителях, сам достиг возраста 52 года, в связи с чем, трудоустройство затруднено. Соглашение, не предполагает каких-либо выплат, в отличие от Соглашения, подписанного им ранее с другим работодателем, что свидетельствует о его подписании именно в стрессовой ситуации. Последствия подписания такого соглашения истцу ответчиком не разъяснялись. 19 марта 2025 года истцу ответчиком выплачена премия в размере сумма, что свидетельствует об отсутствии у работодателя претензий.

С настоящим иском истец обратился 17 апреля 2025 года.

 В ходе судебного разбирательства допрошены в качестве свидетелей фио и фио

Свидетель фио показал, что работает руководителем отдела векселей, знает истца с декабря 2024 года. Причин для оговора не имеет. 18 марта 2025 года действительно состоялось встреча, на которой подведены итоги сотрудничества за неполных три месяца испытательного срока истца. На встрече. Кроме истца и свидетеля присутствовали также руководитель фио главный бухгалтер фио Истцу сообщено, что он работал с нагрузкой незначительной, около 20% и руководство поинтересовалось готовностью истца работать с большей нагрузкой, на что фио сразу выразил желание немедленно уволиться по собственному желанию. В связи с этим, ФИО1 предложено подписать Соглашение о расторжении трудового договора, которое им было подписано сразу, без замечаний, добровольно. фио М.Э. во время встречи был спокоен, волнения не выказывал. После встречи пожал руку, попрощался и убыл при отсутствии возражений руководства.  

Свидетель фио показала, что работает в должности руководителя отдела труда и заработной платы с 21 ноября 2024 года. ФИО1 оформляла при приеме на работу. 18 марта 2025 года по заданию руководства ею было оперативно, буквально за пять минут, изготовлено Соглашение о расторжении трудового договора с фио ФИО1 приходил вечером узнать, когда будут готовы документы. Свидетель сообщила, что документы будут готовы завтра и выдала истцу обходной лист.

К показаниям свидетеля фио в части инициативы истца уволиться немедленно, суд относится критически, учитывая отсутствие логической последовательности. Также, суд отмечает, что нагрузка 20-25% о которой указано свидетелем, ни в договоре, ни в иных документах не предусмотрено.

Так, имея намерение продолжить работу, именно на встрече по подведению итогов, истец принимает спонтанное решение уволиться немедленно, без какой-либо компенсации, без раздумий, в то время как истец имеет алиментные обязательства, осуществляет заботу о престарелых родителях, достиг возраста 52 лет, в связи с чем, трудоустройство на новом месте явно затруднено и в любом случае потребует времени, в течение которого фио не будет иметь работы, а соответственно, дохода. 

Оснований ставить под сомнение показания фио у суда нет оснований, на встрече она не присутствовала лично, однако, та оперативность, с которой свидетель по заданию руководителя изготовила Соглашение, и то, что это соглашение не обсуждалось, не корректировалось, а было подписано немедленно, без замечаний, свидетельствуют скорее о том, что Соглашение ФИО1 подписано в состоянии стресса, под принуждением, с целью лишить работника возможности отозвать заявление.

Последовательность дальнейших действий истца, а именно, вернулся на рабочее место, обнаружил отсутствие коммуникации, возможности продолжить работу, обратился в суд до истечения месяца со дня увольнения при незамедлительном обращении за юридической помощью, подтверждает доводы истца о том, что намерения уволиться у него не было, а после спонтанного подписания им соглашения, не было возможности возобновить обсуждение увольнения в отсутствии доступа к руководству компании.

 Оформление обходного листа не опровергает доводов истца, равно как не опровергает доводов истца то, что ранее истец имел опыт увольнения по Соглашению сторон, которое предполагало выплату денежных средств при увольнении по Соглашению.

 Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2019 года № 1091-О-О, возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон как форма реализации свободы труда обусловлена необходимостью достижения такого соглашения на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя, без принуждения кого-либо к подписанию данного соглашения. 

Такая договоренность должна быть достигнута между работником и работодателем, желание расторгнуть трудовой договор должно быть обоюдным, не допускающим его иного толкования, особенно со стороны работника как экономически слабой стороны в трудовых отношениях. 

Несмотря на то, что трудовое законодательство не содержит определенных правил заключения соглашения о прекращении трудового договора, правовая природа указанного основания прекращения трудового договора, зависящего от взаимного добровольного волеизъявления двух сторон договора, предполагает необходимость установления того, что каждая из сторон должна дать согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по указанному основанию, но и понимать форму и моменты заключения соглашения, когда оно будет считаться окончательно оформленным и наступят установленным им юридические последствия.   

Оценив доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что увольнение является незаконным, волеизъявление работника на увольнение по Соглашению сторон на предложенных условиях, отсутствовало.

В силу ст. 396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению. 

фио М.Э. подлежит восстановлению на работе в ООО «А7» в прежней должности специалиста по вексельному обороту Финансового отдела.

В соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных указанным Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).

Согласно п. п. 4, 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

При определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях: для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска; для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 указанного Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

За время вынужденного прогула, с 20 марта 2025 года по 12 августа 2025 года за 98 дней исходя из среднедневного заработка сумма, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма, согласно представленному расчету, который является верным.

Какие-либо денежные средства по Соглашению не выплачивались, Соглашением не предусмотрены.

То обстоятельство, что истец был некоторое время трудоустроен в период спора, иного вывода суда, вопреки доводам ответчика, не влечет, на размер, подлежащей выплате суммы, никак не влияет.

Разрешая вопрос в части компенсации морального вреда, на основании ст. 327 ТК РФ, суд определяет компенсацию равной сумма, с учетом обстоятельств дела, последствий допущенного ответчиком нарушений прав истца, полагая компенсацию в таком размере справедливой и достаточной.

На основании ст.103 ГПК РФ, с ответчика в доходы бюджета адрес суд взыскивает госпошлину в размере в размере сумма.

Расходы на представителя в сумме сумма на момент разрешения спора не подтверждены документально, в связи с чем, оснований для их возложения на ответчика при вынесении решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194- 199 ГПК РФ, суд  

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «А7» о признании увольнения незаконным, о восстановлении на работе, удовлетворить частично.

Признать увольнение по Соглашению от 19 марта 2025 года незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «А7» в должности специалиста по вексельному обороту в финансовом отделе ООО «А7».

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «А7» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (4518 457017) средний заработок за время вынужденного прогула с 20 марта 2025 года по 12 августа 2025 года в размере сумма; компенсацию морального вреда сумма.

В остальной части компенсации морального вреда, отказать.

Взыскать с ООО «А7» (ИНН 

<

***>) в доходы бюджета адрес госпошлину в размере сумма.

 Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Бутырский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Е. Королева     

Мотивированное решение изготовлено 14 августа 2025 года