Судья Третьяков А.Ф. 

В апелляции судьи: Артюшкина Т.И. (предс., докл.),

ФИО1, ФИО2 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Президиума Самарского областного суда

№ 44у – 94,122,123 /2019 

г. Самара 26 апреля 2019 года

Президиум Самарского областного суда в составе:

председательствующего Кудинова В.В.,

членов президиума – Шкурова С.И., Бондаревой Л.М., Сказочкина В.Н., Горбуль Н.А.,

с участием заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю.,

осужденного ФИО3, 

осужденного ФИО4 и адвоката Видьманова А.Д., действующего в защиту его интересов, 

при секретаре Родионовой А.И. 

рассмотрел уголовное дело по кассационной жалобе осужденного ФИО3, кассационной жалобе осужденного ФИО4, кассационному представлению заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю. на приговор Кировского районного суда г.Самары от 10 мая 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14 сентября 2018 года.

Приговором Кировского районного суда г.Самары от 10 мая 2018 года

ФИО3, 

<

данные изъяты>, судимый:

1) 02.06.2010 года Кировским районным судом г.Самары по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году лишения свободы;

2) 07.07.2010 года Кировским районным судом г.Самары по п.«б» ч.2 ст.158, п.«а» ч.3 ст.158, ч.3 ст.69 УК РФ к 2 годам 2 месяцам лишения свободы;

3) 02.08.2010 года Кировским районным судом г.Самары по ч.1 ст.161, ч.1 ст.158, ч.2 ст.69 УК РФ, ч.5 ст.69 УК РФ с присоединением приговоров от 02.06.2010 года и 07.07.2010 года к 2 года 6 месяцам лишения свободы;

4) 15.11.2010 года Кировским районным судом г.Самары (с учетом постановления Волжского районного суда Самарской области от 20.09.2011г.) по ч.2 ст.162, ст.64 УК РФ, ч.5 ст.69 УК РФ с присоединением приговора от 02.08.2010 года к 3 годам 11 месяцам лишения свободы, освобожден условно-досрочно на 1 год 9 месяцев 18 дней по постановлению Волжского районного суда Самарской области от 29.06.2012 года;

5) 26.06.2013 года Кировским районным судом г. Самары по ч.2 ст.159, п.«в» ч.2 ст.158, п. «а» ч.3 ст.158, ч.3 ст.69 УК РФ, в силу ст.70 УК РФ с присоединением неотбытого наказания по приговору от 15.11.2010 года окончательно назначено к отбытию 3 года 6 месяцев лишения свободы; освобожден по отбытию срока наказания 14.09.2016 года; 

осужден по ч.3 ст.162 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима;

срок отбывания наказания постановлено исчислять с 10 мая 2018 года, засчитав в него время содержания под стражей с 5 ноября 2017 года по 9 мая 2018 года включительно из расчета день содержания под стражей за день лишения свободы;

ФИО4, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч.3 ст.162 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок отбывания наказания постановлено исчислять с 10 мая 2018 года, засчитав в него время содержания под стражей с 5 ноября 2017 года по 9 мая 2018 года включительно из расчета день содержания под стражей за день лишения свободы.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14 сентября 2018 года приговор Кировского районного суда г.Самары от 10 мая 2018 года изменен: 

- действия ФИО4 переквалифицированы на п.п. «а,в,г» ч.2 ст.161 УК РФ, по которой назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- из осуждения ФИО3 исключен квалифицирующий признак «совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору», а также из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на явку с повинной ФИО3 как на доказательство его виновности; снижено назначенное ФИО3 наказание по ч.3 ст.162 УК РФ с применением правил ст.64 УК РФ до 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима;

в остальной части приговор оставлен без изменения. 

В кассационной жалобе осужденный ФИО3 выражает несогласие с приговором суда первой инстанции и апелляционным определением суда второй инстанции, считает их незаконными, необоснованными и подлежащими изменению в связи с допущенными судами существенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела. 

Указывает, что судом апелляционной инстанции допущены нарушения норм уголовно-процессуального закона, согласно которому в апелляционном процессе уголовное дело рассматривается повторно и разрешается вновь, при этом выводы суда апелляционной инстанции должны быть основаны на доказательствах, непосредственно исследованных в судебном разбирательстве. Ссылается на то, что обвинительный приговор не может быть постановлен на показаниях потерпевшего, противоречащих материалам уголовного дела.

Обращает внимание на то, что показания потерпевшего В.С.В., данные им в ходе предварительного следствия, о наносимых им (ФИО3) уколах ножом в область затылка не подтверждаются медицинскими документами. Кроме того, считает, что при наличии травм В.С.В. не мог быть передан сотрудникам полиции для разбирательства инцидента, а был бы направлен в медицинское учреждение либо на судебно-медицинскую экспертизу, а следы побоев были бы зафиксированы в протоколе досмотра и в протоколе допроса. Ссылается на то, что из материалов уголовного дела и из показаний В.С.В. следует, что у В.С.В. не осталось следов от ударов, а поэтому выводы суда о том, что потерпевшему наносились удары ногами и молотком, являются голословными и противоречащими материалам уголовного дела.

Указывает, что судом безосновательно не приняты во внимание последовательные показания обвиняемых об отсутствии у него (ФИО3) умысла на применение ножа, при этом показания потерпевшего, не имеющие подтверждений, учтены судом как правдивые, в то время как все сомнения должны трактоваться в пользу обвиняемого. 

Считает, что предварительное следствие и судебное разбирательство в судах первой и второй инстанций осуществлялось с обвинительным уклоном.

Полагает, что с учетом положений, изложенных в постановлении Пленума ВС РФ №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» о том, что, если угроза применения оружия носила неопределенный характер, действия должны квалифицироваться по ч.2 ст.162 УК РФ, в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.3 ст.162 УК РФ. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства совершения разбойного нападения на В.С.В., применения молотка, проникновения в квартиру против воли потерпевшего. 

Просит приговор Кировского районного суда г.Самары от 10.05.2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14.09.2018 года изменить, переквалифицировав его действия на ч.2 ст.162 УК РФ со снижением размера наказания. 

В кассационной жалобе осужденный ФИО4, не оспаривая факт совершения преступления и его квалификацию, выражает несогласие с апелляционным определением и считает, что суд апелляционной инстанции не учел все смягчающие его наказание обстоятельства в полном объеме. Указывает, что после переквалификации его действий с ч.3 ст.162 УК РФ на ч.2 ст.161 УК РФ срок наказания остался без изменения, т.е. необоснованно не было снижено назначенное ему приговором суда наказания. Просит с учетом смягчающих обстоятельств, а именно, что он служил в ВМС Северного флота на подводной лодке, всю жизнь трудился, характеризуется положительно по месту жительства, а также с учетом его возраста и условий жизни семьи смягчить назначенное наказание. 

В кассационном представлении заместитель прокурора Самарской области просит апелляционное определение Самарского областного суда от 14.09.2018г. отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение ввиду неправильной переквалификации действий осужденного ФИО4 с ч.3 ст.162 УК РФ на п.п. «а,в,г» ч.2 ст.161 УК РФ и, соответственно, исключения из осуждения ФИО3 квалифицирующего признака «совершения разбоя группой лиц по предварительному сговору». Кроме того, прокурорм указывается на необоснованное применение судом апелляционной инстанции положений ч.1 ст.62 УК РФ при назначении наказания ФИО4

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Штейн Э.Г., изложившей обстоятельства дела, содержание судебного решения, мотивы кассационных жалоб и кассационного представления и вынесения их для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выслушав доводы осужденного ФИО3, осужденного ФИО4 и адвоката Видьманова А.Д. в поддержание кассационных жалоб, заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю., поддержавшего доводы кассационного представления, президиум Самарского областного суда,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО3 и ФИО4 признаны виновными в совершении разбойного нападения в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения такого насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище.

Как следует из описания фактических обстоятельств преступного деяния, изложенного в приговоре и признанного судом доказанным, 05.11.2017 года примерно в 15 часов ФИО3, ФИО4 и неустановленное следствием лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, реализуя преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества, против воли проживающего в комнате общежития В.С.В. зашли внутрь, ничем не мотивируя своего противоправного поведения, подошли к В.С.В., сидящему в комнате на стуле, применяя насилие, не опасное для жизни и здоровья, стали поочередно наносить ему многократные удары руками и ногами по различным частям тела, причинив последнему сильную физическую боль. Далее ФИО3 потребовал от В.С.В., чтобы последний передал им денежные средства в сумме 3000 рублей, при этом пояснив, что в противном случае они продолжат его избивать. Затем ФИО3, действуя из корыстных побуждений, увидев на столе в комнате кухонный нож, взял его и, применяя вышеуказанный нож как предмет, используемый в качестве оружия, поднес его к голове В.С.В., после чего вновь повторил в адрес В.С.В. требования о передаче денежных средств в сумме 3000 рублей, в противном случае угрожая применением вышеуказанного ножа, то есть, угрожая применением насилия, опасного для жизни или здоровья. Желая подавить волю В.С.В., ФИО3, держа вышеуказанный нож в своей руке, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, стал подносить нож острием к голове В.С.В., тем самым причиняя физическую боль последнему, то есть применяя насилие, опасное для жизни и здоровья последнего, при этом повторяя свои неправомерные требования о передаче им денежных средств в сумме 3000 рублей. Воспринимая угрозы со стороны ФИО3 как реальные, реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, В.С.В., будучи сильно напуганным противоправными действиями ФИО3 на неправомерные требования последнего никак не отреагировал. Тогда ФИО3, обнаружив на полу молоток, взял его и, применяя вышеуказанный молоток как предмет, используемый в качестве оружия, применяя насилие, не опасное для жизни или здоровья, нанес В.С.В. молотком не менее трех ударов по правой ноге в районе бедра выше колена, сопровождая свои действия требованиями о передаче им денежных средств в сумме 3000 рублей.

В это время ФИО4, действуя согласно своей роли в преступной группе, находясь в комнате у В.С.В., в целях отыскания ценностей обыскал ее и, обнаружив в комнате имущество потерпевшего, завладел им, после чего совместно с ФИО3 скрылись с места преступления, причинив В.С.В. ущерб на сумму 3000 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14.09.2018г. приговор Кировского районного суда изменен:

действия ФИО4 переквалифицированы с ч.3 ст.162 УК РФ на п.п. «а,в,г» ч.2 ст.161 УК РФ, назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

из действий осужденного ФИО3 исключен квалифицирующий признак «совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору». 

Принимая вышеуказанное решение, судебная коллегия посчитала, что между осужденными не имелось сговора на совершение разбойного нападения с применением насилия, опасного для жизни или здоровья потерпевшего и с угрозой применения такого насилия. Также сговором осужденных не охватывалось применение предмета, используемого в качестве оружия, поскольку нож принадлежал потерпевшему и был взят одним ФИО3 на месте преступления. ФИО4 нож не применял, договоренности с ФИО3 о его применении в отношении потерпевшего при завладении имуществом не было. Суд апелляционной инстанции пришел к выводы, что ФИО4 совместно с ФИО3 зашли в квартиру потерпевшего, избили его, а потом похитили цветной лом. ФИО3 при этом самостоятельно применил предмет, используемый в качестве оружия, взяв его на месте преступления, предварительно не согласовав свои действия с ФИО4, фактически выйдя за пределы состоявшегося сговора, в связи с чем судебная коллегия установила в действиях ФИО3 эксцесс исполнителя.

Между тем, выводы суда апелляционной инстанции в этой части противоречат материалам дела и опровергаются исследованными и приведенными в приговоре судом первой инстанции доказательствами.

Согласно установленным фактическим обстоятельствам дела 05.11.2017 года примерно в 15 часов ФИО3 и ФИО4, действуя по предварительному сговору и в группе друг с другом, зашли в квартиру против воли потерпевшего В.С.В., стали избивать его, наносили удары руками и ногами по различным частям тела. ФИО3, взяв кухонный нож и применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, поднес его к голове В.С.В., после чего вновь стал высказывать требование потерпевшему о передаче денежных средств в сумме 3000 рублей, в противном случае угрожая применением вышеуказанного ножа, то есть угрожал применением насилия, опасного для жизни и здоровья. Желая подавить волю В.С.В., ФИО3, держа вышеуказанный нож в своей руке, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, стал подносить нож острием к голове В.С.В., тем самым причиняя физическую боль последнему.

В этот момент ФИО4, действуя совместно и согласованно с ФИО5, не пресекая его противоправных действий, видя, что ФИО3 угрожает ножом потерпевшему и подносит нож острием к голове В.С.В., причиняя ему физическую боль, находясь с ним в одной комнате, складывал в сумки имущество потерпевшего.

Из показаний потерпевшего В.С.В. следует, что 05.11.2017г. ФИО3 и ФИО4 пришли к нему в комнату, не говоря ни слова, стали избивать его, наносили удары руками и ногами по разным частям тела. ФИО3 ему говорил за то, чтобы они его не избивали, он должен платить ФИО4 по 3000 рублей за день, угрожая при этом ножом, который был им взят с его стола. ФИО3 несколько раз подносил к его голове нож, угрожая воткнуть его в голову, если не будет денег. Также ФИО3 ударил его молотком по ноге. ФИО4 в этот момент, видя действия ФИО3, не пытался каким-либо образом пресечь их, складывал в сумки цветной металл.

Согласно п.14.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» в тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабеж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям ст.ст. 161, 162 УК РФ. Если другие члены преступной группы продолжили свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным соисполнителем насилием либо угрозой его применения для завладения имуществом потерпевшего или удержания этого имущества, они также несут уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками.

Однако указанным обстоятельствам совершенного преступления - совместным и согласованным действиям ФИО3 и ФИО4, охваченным единым умыслом, направленным на достижение единой цели - завладение имуществом потерпевшего В.С.В., при наличии осведомленности обоих осужденных и осознания ими применения к потерпевшему ножа для психологического давления в целях достижения своей цели, суд должной оценки в апелляционном определении не дал.

При таких обстоятельствах вывод суда о наличии в действиях ФИО3 эксцесса исполнителя нельзя признать соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, суд первой инстанции, квалифицируя действия осужденных как разбой, в том числе по признаку применения насилия, опасного для жизни и здоровья, оставил без внимания тот факт, что описание преступного деяния, установленного судом, не содержит данных о том, что разбойное нападение совершено с применение насилия, опасного для жизни или здоровья, в ходе рассмотрения дела не установлено причинение какого-либо вреда здоровью В.С.В., в том числе в момент поднесения ФИО3 ножа острием к голове потерпевшего, чем потерпевшему причинена физическая боль. 

Каких-либо доказательств того, что В.С.В. причинен тяжкий, средней тяжести вред здоровью либо причинен легкий вред здоровью, в материалах уголовного дела не имеется. Судебно-медицинское освидетельствование потерпевшего не проводилось. 

Согласно абз.2 п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» под насилием, опасным для жизни или здоровья (статья 162 УК РФ), следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

Поднесение ножа острием к голове (со слов потерпевшего, ФИО3 несколько раз как бы уколол его в область затылка, показывая реальность своей угрозы (л.д.102 т.1) не означает, что произведенные ФИО3 действия, повлекшие причинение физической боли потерпевшему, в момент причинения создавали реальную опасность для жизни и здоровья потерпевшего.

Однако данные обстоятельства должной оценки суда апелляционной инстанции не получили.

Следует согласиться с доводами кассационного представления и о том, что судом апелляционной инстанции при назначении наказания ФИО4 необоснованно применены правила ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку смягчающие наказание ФИО4 обстоятельства, предусмотренные п.п. «и,к» ч.1 ст.61 УК РФ, отсутствуют.

Более того, суд апелляционной инстанции при отсутствии предусмотренных ч.1 ст.389.24 УПК РФ оснований для изменения приговора в сторону ухудшения (не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего), фактически принял решение об исключении из приговора указания о применении при назначении ФИО4 наказания положений ст.64 УК РФ, что недопустимо. 

Также во водной части апелляционного определения судебная коллегия неверно указала на рассмотрение апелляционных жалоб на приговор «Автозаводского районного суда г.Тольятти от 19.04.2017», поскольку рассматривались жалобы на приговор Кировского районного суда г.Самары от 10.05.2018.

Таким образом, соглашаясь с доводами кассационного представления, президиум считает, что выводы суда апелляционной инстанции не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании и содержат существенные противоречия, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности осужденных в инкриминируемом им деянии и на правильность применения уголовного закона при квалификации их действий.

Согласно положениям ч.4 ст.7, ст.297 УПК РФ постановление (определение) судьи, приговор должны быть законными, обоснованными и справедливыми, постановленными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела вступления его в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

При таких обстоятельствах президиум полагает, что апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14.09.2018г. является незаконным и полежит отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение в суд апелляционной инстанции, в ходе которого необходимо принять все предусмотренные законом меры для полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, дать оценку собранным по делу доказательствам, учесть и проверить доводы кассационного представления, кассационных жалоб ФИО3 и ФИО4, в случае признания ФИО3 и ФИО4 виновными, правильно квалифицировать их действия и назначить справедливое наказание.

В обсуждение доводов, содержащихся в кассационных жалобах осужденных ФИО3 и ФИО4, президиум не входит, они могут быть проверены в ходе нового апелляционного рассмотрения дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.401.14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

Кассационное представление заместителя прокурора Самарской области Шевцова А.Ю. удовлетворить.

Кассационную жалобу осужденного ФИО3 удовлетворить частично.

Кассационную жалобу осужденного ФИО4 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 14 сентября 2018 года в отношении ФИО3 и ФИО4 отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в апелляционную инстанцию Самарского областного суда в ином составе судей.

В соответствии с п.2 ч.2 ст.401.3 УПК РФ настоящее постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.В.Кудинов