Дело № 1-6/19

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Волгоград 14 марта 2019 года

Красноармейский районный суд г. Волгограда в составе председательствующего судьи Яковлева Д.М., 

при секретаре Лобыревой О.Ю., 

с участием:

- государственных обвинителей Иванова А.В., Юрченко А.В., 

- подсудимого ФИО3, 

- защитников – адвокатов Шамыхиной Л.В., Сухоруковой О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

Ковбасея ФИО25, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, проживавшего по адресу: 

<

адрес> имеющего среднее общее образование, не состоящего в браке, не имеющего иждивенцев, не работающего, ранее не судимого, 

в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Ковбасей ФИО26 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 00 минут он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на лестничной площадке у 

<

адрес>, в ходе возникшего на бытовой почве конфликта решил причинить тяжкий вред здоровью своей матери ФИО27ДД.ММ.ГГГГ. Реализуя возникший у него преступный умысел, осознавая общественную опасность своих действий, посягающих на здоровье гражданина, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде повреждения здоровья потерпевшей, толкнул руками ФИО8 в грудь, отчего она упала на лестничный пролет, после чего, продолжая реализовывать свой преступный умысел, поднял ФИО8 с лестницы и нанес ей множественные удары обоими кулаками по голове и туловищу, отчего последняя вновь упала на лестничный пролет, после чего ФИО4 нанес ФИО8 не менее двух ударов левой ногой в область ребер с правой стороны. В результате умышленных преступных действий ФИО4 ФИО8 были причинены телесные повреждения в виде 20 кровоподтеков левой и правой кистей, левого и правого предплечий, лицевой, заушной областей, не менее 37 осаднений груди, право и левой голеней, левой кисти, лицевой области, кровоизлияния в склеру левого глаза слева, тупой травмы грудной клетки, переломов 8-9 ребер справа, гемоторакса справа, закрытой внутричерепной травмы с сотрясением головного мозга, причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшей по признаку опасности для жизни. 

В судебном заседании ФИО4 вину в инкриминируемом деянии полностью не признал. Показал, что в 2015 году проживал со своей матерью ФИО8 Жили на ее пенсию, так как он нигде постоянно не работал, иногда подрабатывал на сборе помидоров. Иногда на деньги матери он выпивал. Утром 22 августа 2015 года он со своим знакомым ФИО10 поехали на дачу в районе керамического завода, где находились примерно до 14-15 часов, при этом употребили бутылку водки. Вернувшись домой около 16 часов, он встретил у подъезда своего знакомого ФИО35, потом прошел в квартиру и лег спать. В это время мать была дома. Поздно вечером около 22 часов он встал и обнаружил, что его матери ФИО8 нет дома. Одевшись, он выбежал на улицу, прошел по окрестностям, но ее нигде не было. Вернувшись домой, он лег спать, а утром часов в 6-7 пошел к участковому, но того не было на месте. Тогда он позвонил в отдел полиции и сообщил об уходе матери. Также он позвонил и сообщил о пропаже ФИО8 родственникам ФИО2 и ФИО17 Примерно через полчаса ему перезвонили и пригласили в отдел полиции, где сообщили, что мать находится в ГУЗ «КБ СМП №». Придя в больницу, он застал там ФИО9 с его двоюродной сестрой. Зайдя в приемное отделение, он увидел мать в «ужасном» состоянии, в кровоподтеках, начал ее расспрашивать о случившемся, но она ничего внятного пояснить о произошедшем не могла. Он знает, что «скорая помощь» доставила его мать от 131-й школы в районе канатного завода. Зашедшие за ним ФИО2 и сестра ФИО36 стали обвинять его в избиении матери. Осмотревший ФИО8 врач не обнаружил у нее серьезных травм, но ФИО2 и ФИО40 уговорили, чтобы мать положили в больницу. Из больницы ФИО8 забрала ФИО2 В 2016 году мать умерла, но он об этом узнал не сразу, так как ФИО2 ему об этом сразу не сказала. Когда он жил с ФИО8, то заботился о ней, кормил, купал, получал за нее пенсию, не ложился в больницу, так как боялся оставить мать одну, чтобы она не забыла выключить газ или воду. Пока мать лежала в больнице, к нему приходил участковый уполномоченный ФИО37, допрашивал его. Потом к нему с утра приехали сотрудники полиции и забрали его в отдел. На тот момент он плохо себя чувствовал, болел, выпивал спиртное и не ел. В отделе полиции работавший с ним оперуполномоченный ФИО38 потребовал написать явку с повинной, применил к нему физическую силу, бил, угрожал, в том числе использованием в отношении него извлеченного из сейфа металлического фаллоимитатора. Воспринимая угрозы всерьез, не желая допустить применения фаллоимитатора в силу собственных взглядов и убеждений, он выполнил требование и написал явку с повинной, рассчитывая в последующем ее опровергнуть. Затем ему вызвали адвоката, в присутствии которого он повторил следователю ФИО14 показания, а затем по требованию говорившего с ним оперуполномоченного ФИО16 и под угрозами со стороны последнего изменил их, «подогнав» под выводы экспертизы. Затем он по требованию сотрудников полиции на манекене показал, как якобы бил мать, хотя в действительности этого не было, при этом по требованию следователя он снова подгонял показания под выводы эксперта. После этого его отпустили домой, а через сутки он был госпитализирован в противотуберкулезную больницу. По поводу угроз и насилия со стороны сотрудников полиции он никуда не обращался. Его мать ФИО8 психическим расстройством не страдала, но могла забыть, куда идет, забывала выключить воду или газ, не узнавала привычные ей места. Считает, что уголовное дело в отношении него сфабриковано по «заказу» ФИО2 и ее родственников с целью завладения квартирой, в которой он проживал с матерью. 

Однако, несмотря на занятую подсудимым ФИО3 позицию и полное непризнание им вины в инкриминируемом деянии, его вина в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО8 нашла полное подтверждение в ходе судебного следствия и подтверждается совокупностью представленных суду доказательств, а именно следующим:

- показаниями ФИО3, данными в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и обвиняемого и оглашенными в соответствии со ст. 276 УПК РФ, о том, что 22 августа 2015 года на протяжении дня он был на дачном участке, расположенном вблизи керамического завода в Красноармейском районе г. Волгограда, точный адрес ему не неизвестен, у своего знакомого ФИО10, где они распивали спиртные напитки. Употребив около 1 литра водки на двоих, они примерно в 16 часов 00 минут вернулись с дачного участка, ФИО39 пошел к себе домой, а он к себе. Примерно в 17 часов 00 минут он пришел домой, его мать ФИО8 при этом находилась в квартире. Примерно в 18 часов 00 минут в то время, когда он находился в одной из комнат квартиры и собирался ложиться спать, то услышал, как закрылась входная дверь в квартиру. Он сразу вышел на лестничную площадку, где увидел мать. На его вопрос, куда собралась, она четкого ответа не дала и сказала, что ей куда-то нужно. Не получив четкого ответа, он ей сказал, что никуда не отпустит. После этого мать начала ему высказывать, что он слишком часто употребляет спиртные напитки, ведет антиобщественный образ жизни. На этой почве между ними произошел словесный конфликт, во время которого он подошел вплотную к матери и толкнул ее основаниями обеих ладоней в грудь, от чего она упала на лестничный пролет, ведущий на верхний (восьмой) этаж, при этом ударившись правой стороной тела об ступеньки данного лестничного пролета. Затем он подошел к ней и, взяв за руки, попытался несколько раз поднять, при этом говоря, что надо пойти домой. Подняв, он в очередной раз позвал ее домой, но мать ответила отказом, сказав, что ей куда-то нужно. Его разозлило то, что она не хотела заходить в квартиру, в связи с этим он нанес ей еще несколько ударов кулаками в область лица и груди, сколько именно нанес ударов - не помнит. После этого она упала, и он нанес еще несколько ударов левой ногой в область ее ребер с правой стороны. В очередной раз позвав мать в квартиру и услышав ее отказ, он зашел домой и лег спать, при этом оставив входную дверь открытой. Мать в этот момент оставалась на лестничной площадке и в квартиру не заходила. Проснувшись около 21 часа 00 минут того же дня и обойдя квартиру, он понял, что его матери дома нет, в связи с этим вышел на улицу и обошел прилегающие дворы, не найдя ее вернулся домой. 23 августа 2015 года примерно в 08 часов 00 минут он обратился в полицию с информацией о том, что мать пропала. При допросе в качестве свидетеля 13 мая 2016 года он давал ложные показания, так как боялся ответственности за содеянное. В момент причинения матери телесных повреждений он находился в состоянии опьянения. Будучи в трезвом состоянии, он причинить вред здоровью матери не смог бы (т. 1 л. 

<

...>);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО3 на месте, согласно которому ФИО4, подтвердив факт умышленного причинения им тяжкого вреда здоровью ФИО8 около 18 часов 00 минут 22 августа 2015 года на лестничной площадке у 

<

адрес>, подробно и обстоятельно повторил данные им об обстоятельствах содеянного показания, описал, как он толкнул свою мать в грудь, отчего она упала и ударилась правой стороной тела об ступеньки, а затем нанес ей удары кулаками в область лица и груди, а когда она вновь упала, также несколько ударов левой ногой в область ребер с правой стороны, а затем зашел в квартиру, оставив мать на лестничной площадке подъезда. Свои показания на месте подозреваемый ФИО4 сопроводил их демонстрацией на манекене (т. 1 л. д. 96-111); 

- показаниями свидетеля ФИО2 о том, что ФИО4 - ее племянник, который проживал со своей матерью - ее сестрой ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> Как ей известно, ФИО4 отбирал у матери пенсию, не кормил и не поил ее, но та замалчивала конфликты, боялась. Примерно 24 августа 2015 года утром ФИО4 позвонил ей и сказал, что его мать куда-то ушла. Она приехала, застала его дома в неадекватном состоянии с незнакомым мужчиной лет 50. На вопрос, где мать, он ответил, что всю ночь искал и не нашел. Она позвонила в полицию, после чего около 4 часов ждала у подъезда. В это время приехала ее дочь. Они вместе пошли в отдел полиции, где узнали, что ФИО8 нашли, она в больнице. Они с дочерью поехали в больницу, где уже находился ФИО4 со своим другом, которые хотели забрать мать из больницы, но та была сильно избита, ноги и лицо были в кровоподтеках, но кто это сделал, не говорила. При разговоре врач, осматривавший ФИО8, сказал, что со слов сестры ее избил сын, то есть ФИО4 Позже в больнице они узнали, что у ФИО8 сломаны ребра, и надо было откачивать жидкость в легком. Когда сестра, пролежав в больнице около 10 дней, немного пришла в себя, она забрала ее из больницы домой. ФИО8 также сообщила ей, что была избита сыном, а именно он ударил ее, толкнул, она упала, ударилась головой и потеряла сознание. Сестра могла адекватно воспринимать окружающую обстановку, отдавала отчет своим действиям, действиям окружающих, понимала все происходящие вокруг, у психиатра не наблюдалась, могла ходить, готовить, стирать. Беспомощной ее назвать нельзя. 27 февраля 2016 года ФИО8 скончалась, причину смерти она не помнит;

- показаниями свидетеля ФИО11 о том, что она постоянно проживает в 

<

адрес>. В августе 2015 года она гостила у родственников в Волгограде. Ей позвонила мать ФИО2 и сказала, что пропала ее сестра ФИО8 Она и мать поехали домой к ее тете по адресу: 

<

адрес>. Мать вызвала полицию, а потом они пошли в отдел полиции, где им сообщили, что ФИО8 находится в больнице ГУЗ КБ СМП №. Они поехали в больницу, где возле приемного отделения находилась избитая ФИО8 Там же находился ее брат ФИО4 с каким-то мужчиной. Брат сказал, что ее тетя упала, но было видно, что она не упала, а избита. У нее была шишка на лбу, ссадины на щеке, в области рта, синий подбородок, синие затекшие глаза, которые не открывались, свезен нос, шея, подбородок. Позже на экспертизе она видела множество «синяков» на теле, ногах, в области ребер. ФИО4 хотел забрать ФИО8 из больницы, но она настояла на госпитализации тети, а также позвонила в полицию и сообщила, что та избита. При госпитализации врач, осматривавший ФИО8, спросил, что случилось, и последняя в ее присутствии сказала, что это сын ее толкнул, после чего она ничего не помнит. Когда они заходили в кабинет врача, где осматривали тетю, мужчина, находившийся с братом, сказал тому: «Ты же говорил, что будет все тихо». Также она слышала, как ФИО4 просил ФИО8 сказать, что ее сбила машина. В больнице ФИО8 пробыла больше недели. От матери она слышала, что брат избил ее тетю на лестнице у квартиры. Ей известно, что до произошедшего ФИО4 забирал у ФИО8 пенсию, в связи с чем последняя голодала. Когда приезжала в гости, она всегда покупала тете продукты. Когда ее мать ездила к своей сестре, то также покупала продукты, так как у ФИО21 их никогда не было. Примерно в феврале 2016 года или в 2017 году ФИО8 скончалась, связано ли это с избиением, она не знает;

- показаниями свидетеля ФИО12, работающего врачом – нейрохирургом ГУЗ КБ СМП № 

<

адрес>, о том, что, ознакомившись с копиями медицинской документации в отношении ФИО8, а также копией ее фотографии из паспорта, он может пояснить, что она лежала в его отделении в первой палате, так как была избита сыном, который ее то ли толкнул, то ли ударил и толкнул, она упала на лестнице. У нее был гемофтальм слева, ее консультировали хирург, травматолог. Он контактировал с ней после госпитализации, и она сама ему об этом рассказала. Он помнит, что ФИО8 не обнаруживала признаков психического расстройства, была контактна, в разговоре логична. Из меддокументации ФИО8 усматривается, что имелись основания для ее госпитализации. Предъявленная ему для обозрения копия справки с указанием на амбулаторное лечение действительно выполнена его почерком, но с учетом госпитализации и меддокументации полагает, что это было указано ошибочно;

- протоколом осмотра места происшествия от 10 мая 2018 года, согласно которому было осмотрено и зафиксировано место совершения преступления в отношении ФИО8 – лестничная площадка у 

<

адрес> по 

<

адрес> 

<

адрес> (т. 1 л. д. 208-210);

- заключением эксперта (судебно-медицинской экспертизы медицинской документации) № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ у ФИО8 имелись телесные повреждения: кровоподтеки (20) левой и правой кистей, левого и правого предплечий, лицевой области, заушной области; осаднения (не менее 37) груди, правой и левой голеней, левой кисти, лицевой области; кровоизлияние в склеру левого глаза слева; тупая травма грудной клетки; перелом 8-9 ребер справа; гемоторакс справа; ЗВЧТ с сотрясением головного мозга. Данные телесные повреждения получены за 3-6 суток до указанной даты и могли образоваться в результате действий тупого предмета, конструктивные особенности которого не отобразилось №).

Стороной защиты в обоснование доводов о невиновности ФИО3 кроме его показаний, данных суду, были представлены следующие доказательства:

- показания свидетеля ФИО13 о том, что он знаком с ФИО3, с которым проживает в соседних подъездах. Также он знал мать подсудимого – ФИО8 ФИО4 жил с матерью на ее пенсию, при этом не работал. Она жаловалась на него, что сын выпивает. В день происшествия он встретил на улице ФИО8, которая, по его мнению, страдала «маразмом», имела «запоздалое» мышление. Она сказала ему, что идет на базар взять картошки, хотя стояла сильная жара. На его вопрос, не может ли ее сын купить картошки, она махнула рукой. Более он ее не видел. В тот же день примерно в 17 часов 30 минут он сидел на лавочке у подъезда. К нему подошел ФИО4, бывший с похмелья, но трезвым, и спросил, не видел ли он его мать. Он сообщил, что та пошла на базар. Они просидели примерно до 18 часов 30 минут. После чего он ушел, а ФИО4 остался на лавочке. На следующий день от общего знакомого он узнал, что ФИО8 попала в больницу, так как ее избили, а нашли у остановки «Пятый километр»;

- копия справки дежурного нейрохирурга ГУЗ КБ СМП № от ДД.ММ.ГГГГ, в которой отражено, что компьютерная томограмма головного мозга ФИО8 без патологии, диагноз: «ушибы мягких тканей головы», даны рекомендации по лечению в травмпункте;

- копии материалов гражданского дела по иску ФИО2 к Ковбасею ФИО28 о снятии с регистрационного учета – копия договора дарения ФИО8 ФИО2 квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, копия свидетельства о государственной регистрации права ФИО2 на подаренную ей квартиру, копия доверенности ФИО2 на имя ФИО17, копия акта о непроживании ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, копия искового заявления ФИО2, копия протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, копия решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, копия апелляционной жалобы ФИО3 на решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, копия определения Красноармейского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о восстановлении ФИО4 пропущенного процессуального срока для обжалования решения суда, копия судебного извещения Волгоградского областного суда; 

- сообщение (справка) ОП № УМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 45 минут ФИО1 обратился в отдел полиции с заявлением о пропаже своей матери ФИО8 Сообщение приобщено к материалам номенклатурного дела, поскольку в тот же день в 14 часов 33 минут ФИО8 обратилась в ГУЗ КБ СМП № с диагнозом «СГМ»;

- копия талона ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» (подстанции №), из которого следует, что ФИО8 возрастом 77 лет была найдена на улице у 

<

адрес> и в 10 часов 35 минут 23 августа 2015 года доставлена в ГУЗ КБ СМП № с диагнозом «СГМ?», обстоятельства получения травмы назвать затруднилась, а также выписной эпикриз ФИО8, согласно данным которого она находилась на стационарном лечении в хирургическом отделении в ГУЗ КБ СМП № с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «Тупая травма грудной клетки. Перелом 8-9 ребер справа. Гемоторакс справа. ЗВЧТ с сотрясением головного мозга».

Анализируя представленные стороной обвинения доказательства в их совокупности, суд признает их относимыми как подтверждающие умышленное виновное причинение ФИО3 тяжкого вреда здоровью своей матери ФИО8 при описанных в приговоре обстоятельствах, допустимыми как полученные с соблюдением требований УПК РФ кроме явки с повинной и достаточными для постановления обвинительного приговора и назначения ФИО4 наказания.

При этом суд не может согласится с доводами подсудимого о неотносимости доказательств, якобы свидетельствующих о получении ФИО8 телесных повреждений не 22 августа 2015 года, а в декабре 2015 года, поскольку из заключения эксперта (судебной-медицинской экспертизы медицинской документации) видно, что телесные повреждения были получены потерпевшей за 3-6 суток до осмотра 26 августа 2015 года, то есть как раз 22 августа 2015 года. 

Судом тщательно проверена версия подсудимого о даче им признательных показаний под давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов, и его соответствующие доводы не нашли какого-либо объективного подтверждения в ходе судебного следствия.

Так, суд учитывает, что согласно протоколам допроса ФИО3 в качестве подозреваемого и обвиняемого, проверки его показаний на месте признательные показания были даны им в присутствии защитника – адвоката, допущенного к его защите в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, после предварительного разъяснения ему права не свидетельствовать против себя и возможности использования данных показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе в случае последующего отказа от этих показаний. Протоколы подписаны всеми участниками следственных действий, удостоверивших правильность их содержания и полученные результаты, а также отсутствие в том числе у допрошенного ФИО3 и его защитника каких-либо замечаний по поводу содержания протоколов.

Допрошенные судом в качестве свидетелей следователь ФИО14 и бывший следователь СО-№ СУ УМВД России по 

<

адрес> ФИО15, принимавшие участие в осуществлении предварительного расследования, каждый в отдельности показали суду, что строго соблюдали требования уголовно процессуального закона при проведении следственных действий с участием ФИО3, обеспечивали его право на защиту, разъясняли ему права на предварительном следствии и фиксировали ход и результаты следственных действий в соответствии с их содержанием, не допускали какого-либо психологического или физического давления на него с целью склонения к даче определенных показаний и самооговору. 

Аналогичные показания дал допрошенный в качестве свидетеля бывший оперуполномоченный ОУР ОП № УМВД России по 

<

адрес> ФИО16, который опроверг оказание им на ФИО1 незаконного давления с целью склонения его к самооговору, а также подтвердил добровольное сообщение последним органам полиции о совершенном преступлении.

Поскольку в ходе судебного следствия признательные показания подсудимого, данные в ходе предварительного следствия, подтверждены совокупностью иных исследованных судом доказательств, в том числе показаниями свидетелей, а также заключением эксперта, суд признает их достоверными и кладет в основу обвинительного приговора, отвергая как недостоверные показания, данные подсудимым в ходе судебного разбирательства, которые расценивает как попытку уклониться от привлечения к уголовной ответственности.

Судом не установлено оснований для оговора ФИО3 со стороны свидетелей ФИО17, ФИО11, ФИО12, поскольку, вопреки утверждению ФИО3, дача его тетей и двоюродной сестрой показаний против него не может являться само по себе средством к завладению квартирой, в которой он проживал, а свидетель ФИО12 является посторонним для них лицом. При этом показания всех трех указанных свидетелей согласуются как между собой, так и с другими доказательствами, в том числе признанными судом достоверными показаниями ФИО3, данными в ходе предварительного следствия. 

Однако суд не может признать допустимым доказательством вины ФИО3 принесенную им явку с повинной (т. 1 д. 

<

адрес>), поскольку согласно зафиксировавшему ее принесение протоколу ему предварительно не было разъяснено, что в случае дачи им признательных показаний эти показания могут быть использованы как доказательства по уголовному делу, в том числе в случае последующего отказа от этих показаний, а также не было обеспечено право воспользоваться помощью защитника. В связи с изложенным суд исключает явку с повинной из числа доказательств вины ФИО3 как недопустимое. 

Анализируя доказательства, на которые ссылается сторона защиты, суд признает их не опровергающими выводы суда о виновности ФИО3 

Так, показания свидетеля ФИО13, обеспечившего подсудимому алиби во время совершения преступления, не могут быть признаны судом достоверными, поскольку они существенно противоречат не только совокупности иных доказательств по делу, но и показаниям самого ФИО3, в том числе данным в судебном заседании, согласно которым он пришел домой и лег спать около 16 часов 00 минут. Кроме того, суд ставит под сомнения показания данного свидетеля и потому, что он не смог убедительно обосновать свои доводы о «маразме» потерпевшей лишь потому, что она ходила на рынок за картошкой и вместо слово «купить» употребила «взять». Кроме того, в части негативных сведений о поведении ФИО3 в быту, злоупотреблении спиртным и использовании пенсии матери показания данного свидетеля подтверждают показания изобличивших ФИО3 свидетелей ФИО2 и ФИО11 

Оспаривание стороной защиты показаний допрошенного свидетеля ФИО12 фактически основано на голословных утверждениях о невозможности запомнить и воспроизвести сведения о событиях более чем трехлетней давности. Однако в ходе допроса свидетель подробно и обстоятельно ответил на все заданные ему вопросы, обосновав свои ответы, которые являются последовательными, убедительными и не вызывают сомнений у суда, соотносятся с другими доказательствами и не противоречат им. 

Таким образом, суд полагает обоснованными и подтвержденными в ходе судебного следствия утверждения стороны обвинения о том, что именно ФИО4 нанес ФИО8 множественные удары руками и ногами, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшей. Непризнание подсудимым, ранее полностью признававшим вину и ходатайствовавшим о рассмотрении уголовного дела в особом порядке, суд расценивает как избранный им способ защиты, направленный на избежание уголовной ответственности. 

Органами предварительного следствия действия ФИО3 были квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека по признаку его опасности для жизни, совершенное в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Однако суд констатирует, что каких-либо доказательств беспомощности потерпевшей ФИО8, скончавшейся до рассмотрения дела судом не в связи с совершенным в отношении нее преступлением, стороной обвинения не представлено. Так, свидетель ФИО2, отвечая на вопросы суда, опровергла беспомощность своей сестры, свидетель ФИО11 не смогла подтвердить и обосновать ее беспомощность, из показаний свидетеля ФИО12 беспомощность ФИО29 не следует. Какие-либо письменные доказательства беспомощного состояния потерпевшей суду не представлено, а ее преклонный возраст на момент совершения в отношении нее преступления сам по себе не может свидетельствовать о беспомощности в уголовно-правовом смысле.

С учетом изложенного суд, признавая квалифицирующий признак «совершенное в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии», излишне вменными, считает необходимым его исключить и квалифицирует действия ФИО3 по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Оснований для освобождения ФИО3 от уголовной ответственности и наказания не установлено.

При назначении ФИО4 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории тяжких, данные о личности подсудимого, влияние наказания на его исправление, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание.

Предусмотренные ч. 6 ст. 15 УК РФ основания для изменения категории инкриминированного ФИО4 преступления на менее тяжкую судом не установлены, поскольку обстоятельств, свидетельствующих о меньшей степени общественной опасности совершенного деяния, чем это предусмотрено Уголовным законом, не установлено. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает принесение им явки с повинной в отсутствие у него сведений о наличии в распоряжении органов предварительного следствия доказательств его причастности к преступлению, а также активное способствование расследованию преступления, выразившееся в даче им на стадии предварительного следствия подробных последовательных признательных показаний об обстоятельствах совершения преступления, в том числе о неизвестных следствию, а в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – наличие у него 

<

данные изъяты> 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, признает состояние его опьянения, поскольку, как установлено при рассмотрении дела, в том числе на основании показаний самого подсудимого, именно состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, повлияло на проявление им агрессии в отношении матери, причинение ей телесных повреждений, а в трезвом состоянии он преступление совершить не смог бы. 

ФИО4 ранее не судим, в настоящее время имеет постоянное место жительства, не имеет собственной семьи и иждивенцев, не состоит в браке, не работает и не имеет постоянного заработка, участковым уполномоченным полиции характеризуется крайне отрицательно, родственниками – отрицательно, соседом – удовлетворительно. Не состоит на учете у врача-психиатра, после совершения инкриминирумого деяния с 14 октября 2016 года поставлен на учет у 

<

данные изъяты> 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 

<

данные изъяты> В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО4 обнаруживал признаки вышеуказанного психического расстройства, временного психического расстройства не обнаруживал, сознание у него было не помрачено, он правильно ориентировался в окружающих лицах и в ситуации, поддерживал адекватный речевой контакт, совершал целенаправленные действия, которые не диктовались болезненными переживаниями, а потому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими. По психическому состоянию ему возможно назначение и исполнение наказания. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО4 не нуждается. Признаков синдрома зависимости вследствие употребления наркотических средств (наркомании) ФИО4 не обнаруживает, в прохождении лечения от наркомании и медицинской и (пли) социальной реабилитации в порядке, установленном ст. 72.1, УК РФ не нуждается (т. 1 л. д. 165-166).

В соответствии с ч. 2 ст. 22 УК РФ суд при назначении ФИО4 наказания учитывает наличие у него психического расстройства, не исключающего вменяемости. 

При назначении наказания ФИО4 наказания положения ч. ч. 1, 5 ст. 62 УК РФ применению не подлежат в связи с отказом подсудимого от применения особого порядка судебного разбирательства и наличием отягчающего наказание обстоятельства.

Оснований для применения в отношении ФИО3 положений ст. 64 УК РФ не установлено, поскольку какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно активного содействия участника группового преступления раскрытию этого преступления не выявлено. 

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, влияния наказания на исправление подсудимого, установленных судом обстоятельств, смягчающих и отягчающего наказание, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО4 предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 111 УК РФ наказания в виде лишения свободы на срок в пределах санкции статьи и признает невозможным достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, без реального отбывания наказания. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО4 подлежит назначению отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Срок отбывания наказания в виде лишения свободы подлежит исчислению с момента провозглашения приговора, то есть с 14 марта 2019 года.

В связи с назначением ФИО4 наказания в виде лишения свободы ранее избранная в отношении него мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит оставлению без изменения на основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) в срок отбывания ФИО3 наказания подлежит зачету время его содержания под стражей с 16 августа 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы с учетом требований ч. 3.3 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ). 

В ходе судебного разбирательства ФИО2 был заявлен иск о взыскании в ее пользу с ФИО3 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1 000 000 рублей.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как отражено в обвинении и установлено в ходе судебного разбирательства, преступными действиями ФИО3 был причинен вред здоровью ФИО8, которая в связи с этим могла испытывать физические и нравственные страдания. Таким образом, именно потерпевшей ФИО8 был причинен неимущественный вред. В то же время действия ФИО3 не посягали на личные неимущественные права ФИО2, которые не были затронуты, в связи с чем она не вправе требовать компенсацию морального вреда, причиненного его преступными действиями ФИО8, а право требования компенсации морального вреда в данном случае от скончавшейся ФИО8 переходу по наследству не подлежит. 

С учетом изложенного правовые и фактические основания для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований отсутствуют, и в удовлетворении ее иска к ФИО4 следует отказать. 

Руководствуясь ст. ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать Ковбасея ФИО30 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. 

Срок отбывания наказания Ковбасеем ФИО31 исчислять с 14 марта 2019 года. В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) зачесть Ковбасею ФИО32 в срок отбывания наказания время его задержания и содержания под стражей с 16 августа 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы с учетом требований ч. 3.3 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ). 

Меру пресечения в виде заключения под стражу, избранную в отношении Ковбасея ФИО33, оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Ковбасею ФИО34 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, отказать. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке за исключением основания, предусмотренного п. 1 ст. 389.15 УПК РФ, в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд г. Волгограда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Д.М. Яковлев