дело № 2-1117/2019

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

20 мая 2019 года город Уфа 

Орджоникидзевский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Климиной К.Р.,

с участием истца С.Э,С., ее представителя С.О.В., действующего на основании доверенности №-н/03-2019-2-402 от 17.05.2019г., ответчика Р.В.С., его представителя К.Д.Е., действующего на основании доверенности 03/106-н/03-2019-2-211 от 06.02.2019г., представителя ответчика Р.Г.Ф. - К.Д.Е., действующего на основании доверенности 03/106-н/03-2019-1-469 от 20.02.2019г.

при секретаре М.Л.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.Э,С. к Р.В.С., Р.Г.Ф. о признании недействительным договора дарения, прекращении права собственности на жилое помещение,

УСТАНОВИЛ:

С.Э,С., с учетом уточнения в порядке ст. 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратилась в суд с иском к Р.В.С., Р.Г.Ф. о признании недействительным договора дарения, прекращении права собственности на жилое помещение, указывая на то, что из справки о регистрации № от 21.12.2018г. С.Э,С. стало известно, что в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, с 04.12.2018г. был зарегистрирован Р.В.С. Из выписки из ЕГРН от 26.12.2018г. С.Э,С. стало известно, что право собственности на данную квартиру с 19.11.2018г. зарегистрировано на Р.В.С. на основании договора дарения, заключенного между Р.Г.Ф. и Р.В.С. Согласно завещания Р.Г.Ф. от 31.10.2018г. данная квартира была завещана в пользу Р.В.С. Полагает, что данная сделка является притворной, чтоб лишить ее права в будущем на обязательную долю в наследстве. Кроме того, полагает, что сделка дарения между ее матерью Р.Г.Ф. и братом Р.В.С. недействительна по основаниям ст.177ГК РФ, так как на момент подписания договора мать страдала заболеваниями, перенесла инфаркт, находится в престарелом возрасте, следовательно не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Она, истица является дочерью ответчицы Р.Г.Ф., является пенсионером, нетрудоспособным лицом по старости, следовательно, в случае смерти матери у нее есть право на обязательную долю в наследстве, по нормам ст.1149 ГК РФ. Однако, ввиду заключения оспариваемого договора дарения истица лишается этого права. Просила суд признать недействительной сделкой договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 15.11.2018г. между Р.Г.Ф. и Р.В.С., прекратить зарегистрированное право собственности Р.В.С. на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГг.

Истец С.Э,С. в судебном заседании заявленные требования поддержала, пояснив, что после смерти отца Р.С.Г., умершего в 2001г. была устная договоренность между ними, что спорная квартира, принадлежащая родителям будет разделена поровну, между ней и братом. Ответчик, брат Р.В.С. все 17 лет не участвовал в жизни матери, не помогал, всегда был занят. Ответчик обеспечен жильем, построил дом в районе. Несмотря на то, что всю жизнь она ухаживала за матерью, она полагала справедливым, чтобы имущество было поделено поровну. У матери большая пенсия, поэтому она брала у матери ее деньги и покупала ей продукты. Она не ожидала, что матерью будет принято такое решение и она будет лишена своего права на долю после смерти матери.

Представитель истца С.Э,С. – С.О.В., действующий на основании вышеуказанной доверенности, исковые требования поддержал, просил удовлетворить, просил признать сделку недействительной по основаниям ст. 177 ГК РФ и притворной. Также пояснил, что была устная договоренность о распределении спорного имущества в равных долях между С.Э,С. и Р.В.С. У истца было право на спорное имущество в виде обязательной доли в наследстве, так как С.Э,С. является пенсионером, поэтому было право на долю в спорной квартире, кроме того, истица длительное время ухаживала за своей престарелой матерью. Полагает, что в результате противоправных действий ответчиками была совершена притворная сделка, это также подтверждается выпиской из ЕГРП о том, что ответчик распорядился принадлежащей ему долей в другом имуществе, чтобы показать, что у него нет иного имущества. 

Ответчик Р.В.С., его представитель К.Д.Е., действующий на основании вышеуказанной доверенности, исковые требования не признали, просили отказать в удовлетворении иска. Поддержали возражения, указав, что Р.Г.Ф., являясь дееспособной, в здравом уме, распорядилась принадлежащей ей квартирой при жизни, оформив при этом договора дарения, выразив свою волю на распоряжение своим имуществом. В судебном заседании Р.Г.Ф. пояснила, что это было ее самостоятельное решение, все последствия ей известны. А довод истца о том, что она лишена права на обязательную долю, которое могло бы возникнуть после смерти Р.Г.Ф. и если бы Р.Г.Ф. не распорядилась своим имуществом при жизни – не могут являться основанием для признании сделки недействительной.

Представитель ответчика Р.Г.Ф. - К.Д.Е., действующий на основании вышеуказанной доверенности, исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении иска, пояснил, что Р.Г.Ф. в судебном заседании ранее участвовала, пояснила, что сделку по договору дарения заключила прекрасно понимая все последствия данной сделки. Она самостоятельно приняла данное решение, под влиянием давления либо угрозы не находилась. Р.Г.Ф. является дееспособной, адекватной и грамотной, том числе и в правовых вопросах. 

Ответчик Р.Г.Ф., в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, обратилась с заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Третье лицо С.Р.О. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, причина неявки суду неизвестна.

Представитель 3 лица УФРС по РБ в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Суд, с учетом мнения сторон полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц, на основании ст. 167 ГПК РФ

Выслушав стороны, представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.218ГК РФ право собственности на имущество, котороеимеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основаниидоговора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этогоимущества.

При этом сделкой, на основании ст. 153 ГК РФ, признаются действияграждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Статьей 564 ГК РФ предусмотрено, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В судебном заседании судом установлено и материалами дела подтверждено, что согласно завещанию Р.Г.Ф. от ДД.ММ.ГГГГ.18г. ее квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, была завещана Р.В.С.

Согласно договору дарения от 15.11.2018г., заключенного между Р.Г.Ф. и Р.В.С., квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> была подарена Р.В.С.

Право собственности было зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> 19.11.2018г, о чем в государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации о праве собственности на указанную квартиру.

04.12.2018г. Р.В.С. был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес> как новый собственник жилого помещения.

Квартира принадлежала дарителю Р.Г.Ф. на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 19.07.2002г.

На основании ст.ст.168 - 179 ГК РФ, определяющих основания признания сделки недействительной, установлено четыре требования действительности сделки:

- сделка должна по содержанию соответствовать закону;

- форма сделки должна соответствовать требованиям закона;

- сделка должна быть совершена дееспособным лицом;

- волеизъявление должно соответствовать подлинной воле сторон.

По требованиям истца о признании сделки недействительным по основаниям ст.177 ГК РФ, истцом указывается на наличие у ответчика Р.Г.Ф. заболеваний, а в силу того, что ответчик принимает лекарственные средства, поэтому в момент заключения договора не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суд отказывает в силу следующего.

Согласно п.1 ст. 177 ГК РФ Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В ходе рассмотрения дела Р.Г.Ф. поясняла, что психическими заболеваниями не страдает, за психиатрической помощью не обращалась, о чем представила справку, не согласна проходить какие либо экспертизы, так как полностью дееспособна, сделку договор дарения от 15.11.2018г. совершила осознанно, понимала значение сделки, ее безвозмездный характер и правовые последствия в виде перехода права собственности сыну Р.В.С., желала наступление указанных последствий, свои права нарушенными не считает, совершенную сделку поддерживает, пояснив, при этом также, что это было ее собственное решение, без какого –либо давления и влияния. Подарить квартиру она решила в связи с тем, что сын никогда не оставлял ее без внимания, навещает не менее двух раз в неделю, помогает продуктами. Дочь и внук (С.Р.О.) с ней не проживают и не проживали, у них есть свое жилье. Дочь продукты покупала на ее деньги и даже на бензин просила. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что Р.Г.Ф., заключая договор дарения от 15.11.2018г., действовала в своем интересе, в соответствии со своей волей, направленной на переход своего права собственности к сыну Р.В.С. Оснований сомневаться в дееспособности Р.Г.Ф. ни в момент совершения сделки, ни в настоящее время судом не установлено. По этим основаниям судом было отказано в истребовании медицинской документации и назначении судебно –психиатрической экспертизы в отношении Р.Г.Ф.

Суд также считает необходимым отметить, что доводы стороны истца о том, что Р.Г.Ф. является пенсионером по старости и принимает лекарства для сердца, не является основанием для предположения наличия у нее какого либо психического заболевания, которое бы не позволило ей не понимать свои действия, поступки и руководить ими. 

Заявляя иск о признании указанного договора дарения недействительным ввиду обмана (по основаниям, указанным в ст.179ГК РФ), как притворную сделку (ст.170ГК РФ), истец указывает, что основанием для оспаривания сделки по указанным основаниям является то обстоятельство, что сделка заключена между ответчиками «как прикрывающей передачу именно Р. B.C. права требовать лишения С.Э,С. права пользования жилым помещением - квартирой по адресу : РБ 

<

адрес>, так лишение С.Э,С. права в будущем на обязательную долю в наследстве, в соответствии с нормами п.1 ст. 1149 ГК РФ.» (дополнение к доводам иска л.2). 

В обоснование вышеуказанных доводов истица ссылается на то, что действия ответчиков были направлены на лишение С.Э,С. в будущем права на обязательную долю, которая могла бы причитаться ей после смерти Р.Г.Ф., а также лишения С.Э,С. права на жилое помещение. Так, в 2002г. С.Э,С. отказалась от причитавшейся ей доли в наследстве после смерти отца Р.С.Г. в связи с устной договоренностью, что квартира будет находиться в собственности Р.Г.Ф. пожизненно, а в дальнейшем будет наследоваться в равных долях С.Э,С. и Р.В.С. Указанная договоренность соблюдалась, что подтверждается и собственноручно написанным завещанием Р.Г.Ф. от 22.03.2010г. 

Ответчик Р.В.С. обратился с иском к С.Э,С., С. P.O. о признании утратившими право пользования жилым помещением - квартирой по адресу : РБ 

<

адрес>, и снятии с регистрационного учета. Из представленной Справки УПФ РФ в 

<

адрес> г.Уфы от ДД.ММ.ГГГГ №, с ДД.ММ.ГГГГ С.Э,С. является нетрудоспособным лицом - пенсионером по старости.

Поэтому, истец полагает, при заключении договора дарения квартиры ответчики действовали недобросовестно, в нарушение ранее имевшейся договоренности, путем обмана, а в соответствии со ст. 10 ГК РФ - не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)... В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Рассматривая указанные основание для признания сделки недействительной, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.2 ст. 179 ГК РФ Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обстоятельства применения обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании. 

Исковые требования о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом подлежат удовлетворению, если другая сторона по сделке знала или должна была знать об обмане. Такая осведомленность стороны сделки предполагается, если третье лицо, от которого исходил обман, было привлечено этой стороной для оказания содействия в совершении сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки притворной является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

В связи с этим для разрешения вопроса о притворности договора дарения необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора.

Как установлено судом, допрошенная в судебном заседании (протокол судебного заседания от 27.02.2019г.), ответчик Р.Г.Ф. подтвердила свое намерение подарить свою квартиру сыну, это ее волеизъявление, осознанное, ее собственное решение, давления никакого не оказывалось, последствия сделки ей понятны, известны. Также как и одаряемый – ответчик Р.В.С. принял дар, зарегистрировался в указанной квартире, подтвердив желание принять дар вышеуказанными действиями.

Исходя из вышеизложенного, у суда нет оснований сомневаться в намерении Р.Г.Ф. подарить данную квартиру своему сыну Р.В.С., поскольку до заключении договора дарения она уже завещала данную квартиру Р.В.С., тем самым выразив свое волеизъявление в отношении своего имущества.

Таким образом, юридически значимое обстоятельство того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку, нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Довод истца о недобросовестности сторон сделки, в том числе и путем обмана по основаниям ст. 179 ГК РФ в связи с нарушением ранее имевшейся договоренности, также не подтвержден соответствующими доказательствами, не нашел подтверждение в судебном заседании и не влечет признание сделки недействительной.

Кроме того, суд полагает, что истец не относится к числу лиц, имеющих право на оспаривание сделки, стороной которой не является, по основанию, предусмотренному ст.177, 179,170 ГК РФ, поскольку в отношении предмета сделки не имеет каких-либо прав или охраняемых законом интересов. Сам по себе факт регистрации в спорной квартире, при наличии иного постоянного места жительства, не свидетельствует о нарушении прав истца. Таким образом, оспариваемой сделкой права истца не нарушаются.

Доводы истца о том, что она является наследником первой очереди матери Р.Г.Ф. также не свидетельствуют о нарушении ее прав, поскольку заинтересованными лицами являются участники материально-правовых отношений, в данном случае отношения по наследованию имущества Р.Г.Ф. не возникли. При этом предположительные доводы истца о том, что спорная квартира в будущем может являться наследственной массой и впоследствии она будет лишена права на данное имущество в порядке наследования на обязательную долю по правилам ст. 1149 ГК РФ, правового значения не имеют, поскольку право распоряжения квартирой принадлежит только его собственнику, следовательно, ее требования не подлежат судебной защите.

Исходя из вышеизложенного, исковые требования истца о признании недействительным договора дарения удовлетворению не подлежат, так же как и производное требование о прекращении права собственности на жилое помещение.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований С.Э,С. к Р.В.С., Р.Г.Ф. о признании недействительной сделки договора дарения, заключенной между Р.Г.Ф. и Р.В.С., прекращении права собственности Р.В.С. на жилое помещение квартиру по адресу: 

<

адрес>, отказать за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Орджоникидзевский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан 

Судья: К.Р. Климина

Мотивированное решение изготовлено 24 мая 2019г.