Судья Вакурова О.Н. Дело № 33-94/2026

УИД 44RS0003-01-2025-000652-35

№ дела в суде 1 инстанции 2-557/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Кострома 18 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ильиной И.Н.

судей Зиновьевой Г.Н., Королевой Ю.П.

при секретаре Балдиной Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области о взыскании недополученной пенсии, индексации, компенсации морального вреда

с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Шарьинского районного суда Костромской области от 24 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Ильиной И.Н., выслушав ФИО1, представителей Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области ФИО2 и ФИО3, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Костромской области (далее – ОСФР по Костромской области), в котором просит взыскать недополученную страховую пенсию за период с 17 июля 2008 г. по 1 сентября 2017 г. в размере 395 539,40 руб., индексацию недополученной страховой пенсии с 01 января 2012 г. по 1 сентября 2017 г. в размере 22 444 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование иска указано, что ФИО1 являлась получателем пенсии по выслуге лет. 17 июля 2008 г. в связи с достижением возраста 55 лет она обратилась в пенсионный орган с заявлением о переводе её на пенсию по старости, но специалист Н. у нее заявление не приняла, пояснив, что получаемая ею пенсия и есть пенсия по старости, и пенсия рассчитана правильно. После этого ФИО1 отработала еще 3 года, её стаж 40 лет, и она повторно обратилась в пенсионный орган, но её заявление вновь не приняли. Впоследствии её пенсионное дело было проверено, после чего специалист Н. сообщила, что размер пенсии будет больше, и за 3 месяца ей пенсию пересчитают. При назначении истцу пенсии для определения размера пенсии был взят её доход за 24 месяца, а не за 60 месяцев, что являлось бы более выгодным для истца, однако специалист соответствующих разъяснений не дала, бездействовала. В июле 2017 г. ФИО1 снова обратилась в пенсионный фонд к другому специалисту, который сообщил, что сам направит архивный запрос о заработной плате за 60 месяцев, когда истец занимала должность заведующей. С 1 сентября 2017 г. истец стала получать пенсию ежемесячно на 3181 руб. больше. ФИО1 полагает, что из-за действий сотрудника пенсионного фонда Н. она в течение более 9 лет недополучала пенсию, в связи с чем взысканию подлежат недополученные суммы пенсии, их индексация и компенсация морального вреда.

Решением Шарьинского районного суда Костромской области от 24 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по Костромской области о взыскании недополученной ею страховой пенсии за период с 17 июля 2008 г. по 1 сентября 2017 г., индексации недополученной страховой пенсии с 01 января 2012 г. по 1 сентября 2017 г., компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1, выражая несогласие с решением суда, просит удовлетворить её требования и взыскать с ответчика недополученную пенсию за период с 17 июля 2008 г. по 1 сентября 2017 г. в размере 421 189 руб., недополученную индексацию за период с 1 января 2012 г. по 1 сентября 2017 г. в размере 23 556 руб. и компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Указывает, что в материалы дела ответчикам были представлены копии якобы поданных от её имени заявлений, которые она не составляла. Суд указал, что пенсия назначена исходя из сведений о заработной плате за два года, предшествующих выходу на пенсию, однако не учел, что пенсия назначалась в 1996 году, а справка о заработной плате внесена в пенсионное дело только в 2001 году. Одна из представленных ею справок в пенсионном деле отсутствует, исходя из пояснений сотрудника, была передана в архив. Настаивает на том, что сотрудником ответчика при первом её обращении в 2008 году по вопросу перехода с пенсии по выслуге лет на пенсию по старости было допущено бездействие, поскольку ей не выдали бланк заявления, не предоставили перечень документов, необходимых для перерасчета пенсии, не приняли рукописное заявление, также сотрудник не предприняла никаких действий при повторном обращении истца, и это говорит о некомпетентности сотрудника. Полагает, что суд предвзято отнесся к представленным ею доказательствам, встав на сторону ответчика.

Изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, и судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, обратилась ДД.ММ.ГГГГ в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в соответствии со ст.80 Закона РФ от 20 ноября 1990 г. № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» (т.1 л.д. 29), приложив копию трудовой книжки, справки о заработной плате за последние 12 месяцев, предшествующих назначению пенсии: справку о заработной плате в ОРГАНИЗАЦИЯ1 за период с сентября 1994 г. по август 1996 г. включительно и справку о заработной плате в ОРГАНИЗАЦИЯ2 за период с ноября 1995 г. по март 1996 г. (т.1 л.д.31, 31 оборот).

Согласно протоколу-представлению заседания комиссии по назначению пенсии при исполкоме 

<

данные изъяты> райсовета народных депутатов от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.27) ФИО1 назначена пенсия за выслугу лет с ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты> руб.

После назначения пенсии ФИО1 продолжала работать.

Впоследствии размер пенсии неоднократно индексировался, производилась деноминация, с 1 ноября 2000 г. размер пенсии составил 

<

данные изъяты> руб. (л.д.34).

8 декабря 2000 г. ФИО1 обратилась в комиссию по назначению пенсии 

<

данные изъяты> с заявлением о перерасчете пенсии, предоставила выданную администрацией 

<

данные изъяты> района справку о своей заработной плате в ОРГАНИЗАЦИЯ1 за период с декабря 1998 г. по ноябрь 2000 г. включительно.

Распоряжением от 8 декабря 2000 г. истцу произведен перерасчет пенсии, с 1 января 2001 г. пенсия составила 

<

данные изъяты> руб. (л.д.35).

В связи с принятием Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» назначенная истцу пенсия за выслугу лет трансформировалась в досрочную трудовую пенсию по старости, её размер был исчислен в соответствии с п.4 ст.30 указанного Федерального закона.

После вступления в силу Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» трудовая пенсия с 1 января 2015 г. трансформировалась в страховую пенсию по старости, пенсионные права переведены (конвертированы) в индивидуальные пенсионные коэффициенты.

Впоследствии на основании заявлений ФИО1 от 19 сентября 2002 года, 30 декабря 2002 года, 11 февраля 2004 года, 9 марта 2005 года, 3 апреля 2006 года, 3 мая 2007 года, которая продолжала работать и уплачивать страховые взносы, неоднократно производился перерасчет пенсии в период с 2002 г. по 2007 г.

2 июня 2008 г. ФИО1 вновь обратилась с заявлением о перерасчете пенсии с учетом уплаченных за 2007 год страховых взносов (т.1 л.д. 65). На основании её заявления был произведен перерасчет, и с 1 июля 2008 г. пенсия составила 

<

данные изъяты> руб. (т.1 л.д.64 оборот).

Впоследствии размер пенсии индексировался, с 1 января 2010 г. составил 

<

данные изъяты> руб. (т.1 л.д.70 оборот).

31 марта 2010 г. ФИО1 обратилась с заявлением о перерасчете пенсии в связи с «переконвертацией пенсионных прав» (т.1 л.д.72), с 1 августа 2010 г. размер пенсии составил 

<

данные изъяты> руб. (т.1 л.д.73 оборот). В дальнейшем размер пенсии индексировался, с 1 апреля 2017 г. составил 

<

данные изъяты> руб. (в том числе страховая пенсия – 

<

данные изъяты> руб., фиксированная выплата – 

<

данные изъяты> руб.) (т.1 л.д.90 оборот).

27 июля 2017 г. ФИО1 обратилась за консультацией по вопросу перерасчета размера страховой пенсии, после чего специалистом клиентской службы в 

<

данные изъяты> районе был сделан запрос в администрацию 

<

данные изъяты> муниципального района Костромской области, получены данные о заработной плате истца за период с 1985 г. по 1996 г.

28 августа 2017 г. ФИО1 подала в пенсионный орган заявление (т.1 л.д.95), в котором просила произвести перерасчет размера пенсии за период с 1 января 2015 г. по п.1 ч.2 ст.18 Федерального закона «О страховых пенсиях» (за счет изменения сумм расчетного пенсионного капитала в связи с предоставлением документов о среднемесячном заработке).

Поскольку наиболее выгодное отношение заработной платы истца к заработной плате по стране составило 0,985 за 60 месяцев подряд с сентября 1987 г., истцу в соответствии с пп.2 п.1 ст.23 ФЗ «О страховых пенсиях» был произведен перерасчет пенсии с 1 сентября 2017 г. по наиболее выгодному варианту пенсионного обеспечения с применением п.3 ст.30 ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и размер пенсии составил 

<

данные изъяты> руб. (т.1 л.д.91). Впоследствии размер пенсии неоднократно индексировался, с 1 января 2022 г. составил 15 691,52 руб. (т.1 л.д.99).

25 февраля 2022 г. ФИО1 обращалась с заявлением (т.1 л.д.101) о перерасчете пенсии с учетом представленных сведений о рождении детей и заработной плате за период с января 1975 г. по декабрь 1978 г. Однако данный вариант оказался менее выгодным для истца, и размер пенсии был оставлен без изменения.

Впоследствии на основании заявления ФИО1 и распоряжения руководителя территориального органа СФР от 24 июля 2025 г. истцу произведен перерасчет пенсии, и с 1 июня 2022 г. пенсия установлена в размере 

<

данные изъяты> руб. (в том числе страховая пенсия 

<

данные изъяты> руб., фиксированная выплата – 

<

данные изъяты>). Пенсия неоднократно индексировалась, и с 1 января 2024 г. её размер составил 

<

данные изъяты> руб.

Указывая на то, что при первоначальном назначении пенсии за выслугу лет, а также при её обращении в июле 2007 года за назначением пенсии по старости сотрудник пенсионного органа не разъяснил ей право выбора подсчета среднемесячного заработка (за 24 последних месяца работы перед обращением за пенсией либо за любые 60 месяцев работы подряд в течение всей трудовой деятельности перед обращением за пенсией), и это повлекло назначение ей пенсии по менее выгодному варианту, и, соответственно, недоплате пенсии, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Установив приведенные выше обстоятельства, исследовав представленные сторонами доказательства, в том числе пенсионное дело истца, показания свидетелей, суд пришел к выводу о том, что правовые основания для перерасчета истцу страховой пенсии по старости ранее 27 августа 2017 г. отсутствуют.

При этом суд, проанализировав положения Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», «Правил обращения за пенсией, назначения пенсии и перерасчета размера пенсии, перехода с одной пенсии на другую в соответствии с Федеральными законами «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утвержденных постановлением Минтруда РФ №17, Пенсионного фонда РФ № 19пб от 27 февраля 2002 г., положения Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Федерального закона от 26 мая 2021 г. № 153-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», ст.4 ГК РФ, исходил из того, что законодательство, действовавшее в период спорных правоотношений, не предусматривало обязанность пенсионного органа самостоятельно выяснять наиболее выгодный вариант назначения пенсии, так как до 1 января 2022 г. перерасчет страховой пенсии по старости был возможен только на основании заявления пенсионера.

Суд указал, что с заявлением о перерасчете пенсии в связи с наличием обстоятельств, влекущих увеличение размера страховой пенсии, ФИО1 в пенсионный орган впервые обратилась только 27 августа 2017 г., в связи с чем правовых оснований для перерасчета страховой пенсии по старости ранее этой даты не имеется.

Доводы истца о том, что в июле 2008 г. она обращалась в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии по старости, но оно не было принято, суд посчитал несостоятельными, указав на отсутствие в деле доказательств.

Судебная коллегия полагает, что вывод суда об отсутствии оснований для перерасчета пенсии основан на неправильном применении закона.

Как разъяснено в п.1 Обзора практики рассмотрения судами дел по пенсионным спорам (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2024), из положений статей 7, 39 Конституции Российской Федерации, Федерального закона «О страховых пенсиях» о целях этого закона (статья 1), о периодах работы и (или) иной деятельности, включаемых в страховой стаж (статьи 11, 14), о порядке установления страховой пенсии и сроках ее назначения (статьи 21, 22, 26) следует, что назначение и выплата страховой пенсии по старости осуществляется пенсионными органами, которые при выполнении обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения и исполнении положений пенсионного законодательства должны соблюдать государственные гарантии по обеспечению прав граждан в области пенсионного обеспечения в целях защиты их прав на страховую пенсию с учетом особого ее значения для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров. В рамках исполнения этих обязанностей пенсионный орган при обращении гражданина по вопросу установления пенсии независимо от формы такого обращения (телефонный звонок, устное обращение, письменное обращение) должен зарегистрировать такое обращение в журнале регистрации заявлений и разъяснить гражданину его права, связанные с пенсионным обеспечением, а именно: имеет ли он право на получение пенсии; о нормативных правовых актах, регулирующих вопросы назначения пенсии (основания и условия назначения пенсии): о документах, необходимых для оценки его права на назначение пенсии; о подаче заявления о назначении пенсии в письменном виде по соответствующей форме, а при рассмотрении документов, представленных для установления пенсии, дать оценку документам, представленным гражданином, содержащимся в них сведениям, запросить документы (сведения), находящиеся в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, в случае если такие документы не были представлены заявителем по собственной инициативе. Решение по вопросу установления страховой пенсии пенсионный орган должен принимать, соблюдая права гражданина на пенсионное обеспечение, на основе всестороннего, полного и объективного рассмотрения всех представленных гражданином и полученных самим пенсионным органом документов. Таким образом, при обращении гражданина в пенсионный орган по вопросу назначения ему страховой пенсии по старости в связи с достижением возраста, дающего право на такую пенсию, независимо от формы такого обращения (в устной или в письменной форме) на пенсионный орган возложена обязанность разъяснять гражданину его права и обязанности, связанные с пенсионным обеспечением, в частности о том, имеет ли гражданин право на получение страховой пенсии, о подаче заявления о назначении страховой пенсии в письменном виде по соответствующей форме, о документах, необходимых для установления страховой пенсии и оценки его пенсионных прав, а также уведомлять гражданина об этих обстоятельствах по установленной форме. В случае невыполнения пенсионным органом названной обязанности, приведшего к несвоевременному обращению гражданина, достигшего возраста, дающего право на назначение страховой пенсии по старости, в пенсионный орган с заявлением установленной формы о назначении страховой пенсии по старости, указанное лицо применительно к части 2 статьи 26 Федерального закона «О страховых пенсиях» имеет право на выплату недополученных сумм страховой пенсии по старости за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком. В противном случае будут нарушены государственные гарантии в области пенсионного обеспечения граждан.

Аналогичным образом пенсионный орган должен действовать и при обращении гражданина с заявлением о перерасчете пенсии, в случае неисполнения обязанности по разъяснению прав, порядка действий, если это привело к назначению пенсии в меньшем размере, гражданин вправе требовать перерасчета пенсии без ограничения сроком, что подтверждается правовой позицией, содержащейся в пунктах 5 и 6 этого же Обзора.

Следует отметить, что в п.1 Обзора судебной практики по рассмотрению дел, связанных с пенсионным обеспечением лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.12.2025) прямо отмечено, что граждане, уволенные с военной службы, при обращении в военный комиссариат по вопросам пенсионного обеспечения имеют право на получение от этого органа разъяснений их пенсионных прав, в том числе в связи с изменением пенсионного законодательства. В случае невыполнения военным комиссариатом обязанности по проведению разъяснительной работы по вопросам правового регулирования пенсионного обеспечения граждан, уволенных с военной службы, приведшего к несвоевременному обращению гражданина в военный комиссариат с заявлением о перерасчете размера пенсии в сторону увеличения, такой гражданин имеет право на выплату неполученных сумм пенсии за прошлое время без ограничения каким-либо сроком.

Обязанность пенсионного органа разъяснять обратившему гражданину особенности пенсионного обеспечения, предлагать ему представить документы, необходимые для более выгодного варианта расчета пенсии, впервые была обозначена задолго до введения в действие ФЗ «О страховых пенсиях в Российской Федерации».

Так, с 1 января 2002 года вступил в силу Федеральный закон от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (Закон о трудовых пенсиях).

Согласно пункту 2 статьи 30 Закона о трудовых пенсиях в Российской Федерации расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном пунктом 6 настоящей статьи. При определении расчетного размера трудовой пенсии по пункту 3 статьи 30 Закона о трудовых пенсиях в Российской Федерации во внимание принимается отношение среднемесячного заработка застрахованного лица за 2000-2001 годы по сведениям индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования либо за любые 60 месяцев подряд на основании документов, выдаваемых в установленном порядке соответствующими работодателями либо государственными (муниципальными) органами, к среднемесячной заработное плате в Российской Федерации, учитываемое в размере не свыше 1,2. В соответствии с частью 1 статьи 20 Закона о трудовых пенсиях перерасчет размера трудовой пенсии (части трудовой пенсии) в соответствии с пунктами 2 - 4 статьи 17 настоящего Федерального закона, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи, производится:

с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором наступили обстоятельства, влекущие за собой перерасчет размера трудовой пенсии в сторону уменьшения;

с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера трудовой пенсии (части трудовой пенсии) в сторону увеличения.

Заявление пенсионера о перерасчете размера трудовой пенсии (страховой части трудовой пенсии по старости) принимается при условии одновременного представления им необходимых для такого перерасчета документов, обязанность по представлению которых возложена на заявителя (часть 2 статьи 20).

В случае, если к заявлению приложены не все необходимые документы, обязанность по представлению которых возложена на заявителя, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, дает лицу, обратившемуся за трудовой пенсией (частью трудовой пенсии по старости), разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно (часть 3 статьи 19 Закона о трудовых пенсиях; пункт 17 Правил обращения за пенсией, назначения пенсии и перерасчета размера пенсии, перехода с одной пенсии на другую в соответствии с Законом трудовых пенсиях и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Минтруда России № 17, ПФР № 19пб от 27.02.2002).

На основании статьи 23 Закона о трудовых пенсиях трудовая пенсия (часть трудовой пенсии по старости), не полученная пенсионером своевременно по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выплачивается ему за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком.

В силу требований пунктов 1, 2, 9 и 11 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 2122-1, Пенсионный фонд Российской Федерации осуществлял государственное управление финансами пенсионного обеспечения в Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации ведет свою деятельность через региональные отделения. Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает разъяснительную работу среди населения и юридических лиц по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации (пункт 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из изложенного выше, реализация целей социальной политики Российской Федерации, как они определены Конституцией Российской Федерации, является одной из основных конституционных обязанностей государства, осуществляемых им через соответствующие органы.

Обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения возложены на Пенсионный фонд Российской Федерации, в рамках исполнения которых Пенсионный фонд Российской Федерации и его региональные отделения в числе прочего обеспечивают разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Таким образом, гражданин, являющийся пенсионером, при обращении в территориальный пенсионный орган по вопросам пенсионного обеспечения имеет право на получение от пенсионного органа информации о его правах, в том числе о праве на трудовую (страховую) пенсию, о порядке определения ее размера и условиях перерасчета, и этому праву корреспондирует обязанность пенсионного органа предоставить гражданину указанную информацию в полном объеме. В случае невыполнения пенсионным органом названной обязанности, приведшего к установлению такому гражданину пенсии в заниженном размере, несвоевременному обращению такого гражданина с заявлением о перерасчете пенсии, данное лицо имеет право на выплату недополученных сумм за прошлое время без ограничения каким-либо сроком.

По делу установлено, что в период с 19 сентября 2002 года по 2010 год ФИО1 ежегодно обращалась в отделение Пенсионного фонда по месту жительства за перерасчетом пенсии, на приеме всегда говорила, что размер ее пенсии слишком мал, интересовалась, нельзя ли как-то пересчитать пенсию в сторону увеличения. Ни разу за это время сотрудники пенсионного органа не разъяснили, что в связи с вступлением в силу ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» размер пенсии можно рассчитать не только исходя из размера зарплаты за 2000-2001 годы по сведениям индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования размера заработной платы, но и из размера заработной платы за 60 месяцев подряд за любой другой период, если это даст возможность увеличить коэффициент отношения среднемесячного заработка застрахованного лица, к среднемесячной заработное плате в Российской Федерации, учитываемого как при расчете трудовой пенсии, так впоследствии и при расчете страховой пенсии, и не предложили ей представить документы о её заработной плате за 60 месяцев.

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 не могла не знать о таком варианте расчета, а также о том, что ей разъяснили о наличии такой возможности по месту работы и в пенсионном органе, доказательствами не подтверждены.

Напротив, эти доводы опровергаются дальнейшим поведением ФИО1, которая, узнав в 2017 году от сотрудника Пенсионного фонда РФ о возможности такого перерасчета, сразу написала соответствующее заявление.

То обстоятельство, что расчет пенсии исходя из заработной платы ФИО1 за 60 месяцев подряд за период её работы заведующей ОРГАНИЗАЦИЯ1 выгоднее для нее, чем расчет за два года периода её работы воспитателем, подтверждается представленным ответчиком расчетом из которого видно, что коэффициент соотношения зарплаты за 60 месяцев начиная с сентября 1987 года к среднемесячной зарплате по стране составит 0,985, в то время как во всех остальных случаях этот коэффициент не превысит 0,538 (т.1 л.д.40).

При таких обстоятельствах требования ФИО1 о взыскании в её пользу недополученной пенсии за период с 17 июля 2008 года до 01 сентября 2017 года подлежат удовлетворению.

При этом коллегия отмечает, что оснований полагать, что впервые за перерасчетом ФИО1 обратилась в июле 2008 года, поэтому перерасчет должен быть сделан с 1 августа 2008 года, не имеется, поскольку, как указано выше, за перерасчетом она обращалась и ранее, и ранее ей не было разъяснено о наличии возможности пересмотреть размер пенсии в случае представлении справки за 60 месяцев работы подряд.

Как следует из представленного ответчиком расчета, размер недополученной пенсии за период с 17 июля 2008 года по 31 августа 2017 года составил: 

<

данные изъяты> руб. (пенсия, начисленная с использованием коэффициента соотношения зарплат 0,985) – 

<

данные изъяты> руб. (фактически выплаченная пенсия) = 252426,03 рублей.

Вместе с тем, принимая во внимание, что ответчиком был произведен лишь предварительный расчет возможной пенсии истца за период с 1 июля 2008 года по 31 августа 2017 года вручную неформализованно, поэтому он может быть некорректным и содержать ошибку, коллегия полагает возможным, удовлетворяя требования ФИО1, указать не конкретную сумму, подлежащую взысканию, а возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования по Костромской области произвести истцу перерасчет пенсии по старости исходя из того, что соотношение заработков составляет 0,985, и выплатить ФИО1 разницу между пенсией, рассчитанной за период с 17 июля 2008 года по 31 августа 2017 года исходя из соотношения заработков 0,985, и фактически выплаченной за этот же период пенсией.

Оснований для взыскания индексации с 01.01.2012 года отдельно от недополученной пенсии коллегия не усматривает, поскольку это требование основано на ошибочном понимании закона. Индексация страховых пенсий работающих пенсионеров в соответствии со статьей 26.1 Федерального закона «О страховых пенсиях» не производилась лишь с 2016 года по 2024 год. ФИО1 прекратила трудовую деятельность в 2012 году, поэтому её пенсия индексировалась ежегодно. При этом индексация осуществляется без заявления (автоматически) и включена в расчет недополученной пенсии.

Поскольку ответчиком были нарушены пенсионные права ФИО1 как то право на справедливое пенсионное обеспечение и расчет пенсии по наиболее выгодному для неё варианту, то требование о взыскании компенсации морального вреда также подлежит удовлетворению.

Делая такой вывод, коллегия исходит из правой позиции, приведенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2025 № 48-КГ25-11-К7 (УИД 74RS0017-01-2023-005265-95), а также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», в соответствии с которой отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности (абзац третий пункта 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33).

В данном случае было нарушено права истца на пенсионное обеспечение, гарантированное государством, а пенсия для истца за период с 01 января 2012 года являлась единственным средством к существованию.

При определении размера компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей, коллегия исходит из принципа разумности и принимает во внимание, что до 2012 года истец работала и помимо пенсии имела иной доход, который обеспечивал ей достойный уровень жизни, перерасчет пенсии был произведен в 2017 году, с этого времени истица получает пенсию в надлежащем размере, за защитой своих прав ФИО1 обратилась спустя длительное время после того, как узнала о допущенном нарушении, что в значительной степени снизило остроту моральных страданий.

Руководствуясь ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Шарьинского районного суда Костромской области от 24 сентября 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального Российской Федерации по Костромской области удовлетворить частично.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования по Костромской области произвести перерасчет пенсии по старости, выплаченной ФИО1 (СНИЛС 

<

данные изъяты>) за период с 17 июля 2008 года по 31 августа 2017 года исходя из того, что отношение заработков с учетом ограничения составляет 0,985, и выплатить ФИО1 разницу между пенсией, рассчитанной за период с 17 июля 2008 года по 31 августа 2017 года исходя из соотношения заработков 0,985, и фактически выплаченной за этот период пенсией.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования по Костромской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Шарьинский районный суд Костромской области в течение трех месяцев со дня составления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 20 февраля 2026 года