Дело№10-5557/2018

Суцья Обвинцева Л.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 16 ноября 2018 года

Челябинский областной суд в составе председательствующего судьи Гладковой С.Я.,

при секретаре Ушаковой П.Е., 

с участием:

прокурора Тарасовой Н.П., осужденного ФИО1, адвоката Чукиевой Б.З., переводчика ***.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Шаповаловой Л.Н., апелляционным жалобам потерпевшего ***. и адвоката Валеева В.У, на приговор Златоустовского городского суда Челябинской области от 22 августа 2018 года, которым

ФИО1, ***, несудимый,

- осужден по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ к лишению свободы на срок один год шесть месяцев.

На основании ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в два года с возложением обязанностей, указанных в резолютивной части приговора.

Заслушав мнение прокурора Тарасовой Н.П., поддержавшей доводы апелляционного представления, выступление осужденного ФИО1 и адвоката Чукиевой Б.З., полагавших приговор подлежащим отмене, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении потерпевшему *** средней тяжести вреда здоровью, совершенном с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Преступление совершено им 20 сентября 2016 года на территории г. Златоуста Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шаповалова Л.Н. ставит вопрос об изменении приговора ввиду неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона, несправедливостью наказания. Отмечает, что в судебном заседании ФИО1 вину не признал, однако его признательные показания в ходе дознания были оглашены в суде и положены в основу обвинительного приговора. Вместе с тем, суд не обсудил вопрос о признании в качестве смягчающего наказания обстоятельства факт активного способствования ФИО1 в раскрытии преступления. При таких обстоятельствах, по мнению прокурора, приговор нельзя признать законным, обоснованным и справедливым.

В апелляционной жалобе потерпевший *** просит изменить приговор, полагая его несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания. Просит учесть, что ФИО1 не раскаялся в содеянном, виновным себя не признал, намеренно затягивал предварительное и судебное следствие, после постановления приговора оказывает неприязнь по отношению к нему (***) и его семье. Объясняя свою позицию в суде относительно назначения подсудимому наказания («на усмотрение суда»), указывает, что рассчитывал на назначение осужденному более строгого наказания. Условное наказание, по мнению потерпевшего, не будет способствовать исправлению осужденного. В связи с чем, он просит назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы.

В апелляционной жалобе адвокат Валеев В.У. в защиту осужденного ФИО1 высказывает несогласие с приговором и просит его отменить. Считает, что суд неправильно установил фактические обстоятельства дела, не учел все обстоятельства, которые могли существенным образом повлиять на выводы о виновности осужденного, при наличии противоречивых доказательств не указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие. Также при рассмотрении дела и вынесении приговора суд допустил нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры производства повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора. Суд первой инстанции принял позицию стороны обвинения, полностью проигнорировав доводы стороны защиты. По мнению адвоката, не все доказательства получили свою оценку в приговоре, содержание ряда доказательств не раскрыто, а доказательства стороны защиты приведены в

приговоре и проанализированы лишь в той части, в которой подтверждает доводы обвинения. Защитник утверждает, что в ходе судебного разбирательства не доказаны ни умысел ФИО1 на причинение вреда здоровью потерпевшего, ни факт применения им предмета, используемого в качестве оружия. Далее адвокат излагает версию стороны защиты о причинах образования у потерпевшего телесных повреждений (не по вине осужденного) и считает, что показания свидетелей ***., *** и заключение специалистов НИИСЭ «СТЭЛС» полностью опровергают показания потерпевшего о причинении ему телесных повреждений бейсбольной битой. Показания потерпевшего и свидетелей с его стороны подлежат критической оценке ввиду заинтересованности их в исходе дела. В подтверждение виновности ФИО1 суд сослался на его показания в ходе дознания и следствия, которые были получены с нарушением УПК РФ, поскольку в следственных действиях принимал участие некомпетентный переводчик *** Таким образом, все доказательства, полученные с нарушением закона, не могли быть положены в основу обвинения. При этом адвокат ссылается на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 октября 1995 года №8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия».

Выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб потерпевшего и защитника осужденного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора по доводам стороны защиты.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления являются верными, основанными на исследованных доказательствах, подробно приведенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В основу обвинительного приговора суд правомерно положил показания потерпевшего ***., свидетелей ***., ***., ***., ***., ***, ***., ***., письменные доказательства, подтверждающие факт умышленного причинения осужденным телесных повреждений потерпевшему.

В судебном заседании ***., не отрицая факта конфликта с потерпевшим 20 сентября 2016 года, утверждал, что *** первым ударил его головой по лицу, поэтому он вынужден был взять бейсбольную биту для самообороны. Однако умышленных ударов по голове и руке потерпевшего он не наносил, ударял по доске, находившейся в руках ***., которая «отлетела и ударила» того по голове. Травму руки потерпевший мог получить во время падения.

Однако, из последовательных показаний потерпевшего и очевидцев преступления - свидетелей ***., ***., ***., ***. следовало, что ФИО1 умышленно нанес удар битой по голове и руке потерпевшего.

Вопреки мнению стороны зашиты, у суда отсутствовали основания подвергать показания свидетелей со стороны потерпевшего критической оценке. Скрупулезно исследовав сообщенные ими сведения и сопоставив с другими, в том числе, объективными письменными доказательствами, суд первой инстанции пришел к верному выводу о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей - очевидцев конфликта.

По заключению судебно-медицинской экспертизы №740-Д от 11 октября 2016 года у ***. имели место: рана мягких тканей головы лобной области справа, которая образовалось от одного травмирующего воздействия твердым тупым предметом; закрытый перелом шиловидного отростка левой лучевой кости (кость левого предплечья), также образовавшийся от одного травмирующего воздействия твердым тупым предметом. Закрытый перелом шиловидного отростка левой лучевой кости влечет вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья.

Все повреждения образовались до времени обращения пострадавшего за медицинской помощью (20 сентября 2016 года), не исключается в срок, указанный обследуемым (том №1, л.д. 86-88).

При проведении следственных экспериментов и очных ставок с ФИО1 потерпевший *** и его супруга ***., свидетель *** давали последовательные показания о причинах образования у потерпевшего телесных повреждений - удары ФИО1 битой по голове и руке ***. (том №1, л.д. 176-180, 184-189, 160-164, том №2, л.д. 3-5, 6-8, 9-11).

Дата и время появления у потерпевшего телесных повреждений установлена и показаниями свидетеля ***, сообщившей суду, что 20 сентября 2016 года утром видела потерпевшего без телесных повреждений, а после обеда - с гипсом на руке и повязкой на голове. Потом она узнала, что во время конфликта из-за открытия в жилом доме столовой, ФИО1 нанес ***удар битой.

Свою вину в умышленном причинении вреда здоровью потерпевшего признавал в ходе предварительного расследования и сам ФИО1

Из его показаний от 10 ноября 2016 года, оглашенных в порядке ст.276 УПК РФ, следовало, что во время конфликта он (ФИО1)

нанес *** удар палкой по голове, в область лба, а затем - по руке, когда тот прикрывал голову (том №1, л.д. 53-54). Допрос ФИО1 происходил в присутствии защитника - адвоката Борисова Е.В., при этом подозреваемому разъяснялось, что его показания будут использоваться в суде в качестве доказательств, даже в случае последующего отказа от них.

Допрошенные в ходе расследования свидетели *** (двоюродный брат осужденного) и ***., чьи показания были оглашены в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, сообщали о своей осведомленности о случившемся между *** и ФИО1, и попытках примирить последних. В этих целях все участники конфликта встретились в кафе, где ФИО1 «повинился» перед *** Также свидетель *** пояснял, что видел у ***. перебинтованную руку. В травмпункте при выяснении обстоятельств конфликта, *** сказал ему (***.), что первым ударил ФИО1, а тот ударил его (том №2, л.д. 173-175, 179-180).

Суд первой инстанции проверил версию стороны защиты об иных причинах образования у потерпевшего раны мягких тканей головы и перелома кости левого предплечья, но обоснованно отверг её как несостоятельную, противоречащую иным доказательствам.

При производстве дополнительной судебно-медицинской экспертизы, эксперт, проанализировав характер имевшихся у потерпевшего телесных повреждений и сопоставив их с пояснениями сторон об обстоятельствах их возникновения, пришел к выводу, что образование всех повреждений не исключается при обстоятельствах указанных ***, а при обстоятельствах, указанных ФИО1, получение травм представляется маловероятным (заключение судебно-медицинского эксперта №740-Д от 13 июня 2017 года (том №1, л.д. 223-240)).

Об отсутствии умышленных ударов со стороны ФИО1 утверждал свидетель ***., который впервые был допрошен на следствии только 13 июня 2017 года (спустя девять месяцев после случившегося), однако, суд первой инстанции справедливо поставил показания данного свидетеля под сомнение, указав на наличие в них противоречий.

Заключение специалистов НИИСЭ СТЭЛС не имело для суда заранее установленной силы, оно проанализировано судом наряду с другими доказательствами и обоснованно подвергнуто критической оценке.

Отвергая показания подсудимого и его супруги, суд верно указал на непоследовательность и противоречивость сообщенных ими сведений. По материалам уголовного дела ФИО1 первоначально признавал себя виновным в нанесении умышленных ударов потерпевшему, но после отмены прокурором постановления о прекращении уголовного дела, выдвинул новую версию.

В то же время показания потерпевшего отличались стабильностью, они являлись достаточно подробными и согласовывались с показаниями незаинтересованных очевидцев случившегося. Причин для оговора потерпевшим осужденного суд не выявил. Отсутствие у ***. исковых требований к виновному опровергает доводы осужденного о наличии у пострадавшего материальной заинтересованности в его (ФИО1) осуждении.

Также несостоятельны утверждения стороны защиты о допущенных в ходе следствия нарушениях конституционных прав обвиняемого. Из содержания допроса подозреваемого от 10 ноября 2016 года следует, что у него выяснялся вопрос владения им русским языком, на что он пояснял в присутствии адвоката, что «свободно пишу и читаю на русском языке, русскую речь понимаю хорошо, поэтому помощи в переводчика не нуждаюсь». Принимавший участие в допросе адвокат каких-либо заявлений о нарушении прав ФИО1 не подавал, письменных замечаний в протокол не вносил (том №1, л.д. 53-54).

Переводчик *** привлечен к участию в деле на основании постановления следователя от 02 мая 2017 года (том №1, л.д. 121) и ФИО1 не предъявлял к нему претензий по качеству перевода, отводов переводчику не заявлял.

Таким образом, вышестоящий суд разделяет выводы суда первой инстанции о допустимости доказательств, представленных стороной обвинения.

Совокупность исследованных судом доказательств являлась достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. И 2 УК РФ - умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, совершенном с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Оценивая приговор с точки зрения справедливости назначенного осужденному наказания, на что обращают внимание государственный обвинитель и потерпевший, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Назначая ФИО1 наказание, суд учел характер и степень общественной опасности преступления, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление и условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал наличие у ФИО1 малолетнего ребенка, а также отсутствие у него судимости.

Личность виновного изучена судом достаточно подробно. С учетом положительных сведений о ФИО1,. совершение им преступления средней тяжести, суд пришел к правильному выводу о назначении осужденному наказания в виде лишения свободы, но с применением ст.73 УК РФ.

Оснований для изменения категории преступления, для применения ст.64 УК РФ суд первой инстанции не нашел, не усматривает таковых и вышестоящий суд.

В то же время доводы апелляционного представления о необходимости изменения приговора заслуживают внимания.

Показания подозреваемого ФИО1 от 10 сентября 2016 года признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора, однако вопрос об учете этих показаний в качестве обстоятельства, смягчающего наказание в соответствии с п. «и» ч.1 ст.62 УК РФ, суд в приговоре не обсудил. Между тем, государственный обвинитель, выступая в судебных прениях, просила учесть признание вины ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого при назначении наказания (протокол судебного заседания (том №4, л.д. 94)).

Помимо этого суд первой инстанции не обсудил вопрос о признании в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

В то же время из установленных судом обстоятельств следует, что во время словесного конфликта, инициированного ФИО1, потерпевший первым применил к последнему насилие, ударив своей головой по его лицу. Тем самым, по мнению вышестоящего суда, потерпевший спровоцировал последующие действия со стороны осужденного.

Незаконность, т.е. противоправность первоначальных действий потерпевшего ***. подтверждается постановлением по делу об

административном правонарушении от 26 сентября 2017 года (том №2, л.д. 141 -142). Согласно данному судебному акту *** признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.6.1.1 КоАП РФ, за причинение физической боли (побои) ФИО1 около 16 часов 20 сентября 2016 года.

Положения ч.З ст.60 УК РФ обязывают суд учитывать при назначении осужденному наказания все смягчающие наказание обстоятельства. В данном случае суд нарушил эти требования закона, что в силу п.1 ч.1 ст.389.18 УПК РФ является основанием для изменения приговора.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым изменить приговор, признав смягчающими наказание обстоятельствами активное способствование ФИО1 раскрытию преступления (на первоначальной стадии расследования) и противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Соответственно, назначенное осужденному наказание подлежит смягчению, в том числе с учетом правил ч.1 ст.62 УК РФ.

Мнение потерпевшего о чрезмерной мягкости приговора суд апелляционной инстанции считает ошибочным, поскольку назначение ФИО1 условного наказания отвечало принципу справедливости.

По смыслу закона, суд не связан с позицией потерпевшего при определении вида и размера наказания, подлежащего назначению виновному.

При рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1 суд выполнил требования уголовно-процессуального закона, обеспечил равенство участников процесса, создал им необходимые условия для представления доказательств в обоснование своей позиции. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке.

Постановленный обвинительный приговор содержит анализ доказательств, как стороны обвинения, так и стороны защиты, в нем приведены убедительные мотивы, по которым суд отдал предпочтение одним доказательствам и отверг другие, противоправным действиям виновного дана правильная юридическая оценка.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не находит иных, помимо указанных выше оснований, для изменения приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28,

389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя Шаповаловой Л.Н. удовлетворить.

Приговор Златоустовского городского суда Челябинской области от 22 августа 2018 года в отношении ФИО1 изменить.

Признать обстоятельствами, смягчающим наказание: активное способствование раскрытию преступления и противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Смягчить назначенное ФИО1 наказание по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ до одного года трех месяцев.

Снизить период испытательного срока, назначенного в соответствии со ст.73 УК РФ, до одного года шести месяцев.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы потерпевшего ***. и адвоката Валеева В.У. - без удовлетворения.

Судья