УИД 68RS0001-01-2024-004292-51

Дело № 2-2813/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2025 г. г. Тамбов

Октябрьский районный суд города Тамбова в составе судьи Нишуковой Е.Ю., при секретаре Сысоеве Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО6 обратились в суд с вышеназванным иском, указав, что вступившим в законную силу приговором Кирсановского суда Тамбовской области от 8 февраля 2023 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а,г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Вступившим в законную силу приговором Уметского районного суда Тамбовской области от 20 октября 2023 г. ФИО4 также признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а,г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

По данным уголовным делам ФИО1 и ФИО2 были признаны потерпевшими. Полагая, что действиями ответчиков им были причинены физические и нравственные страдания, ФИО2 и ФИО1 просят суд (с учетом последующего уточнения) взыскать с каждого из ответчиков в их пользу по 1 000 001 рублей.

Заочным решением Октябрьского районного суда города Тамбова исковые требования ФИО6 были удовлетворены в полном объеме.

Определением Октябрьского районного суда города Тамбова от 2 июля 2025 г. заочное решение было отменено, производство по делу возобновлено.

В судебное заседание истцы ФИО1 и ФИО2, ответчики ФИО3 и ФИО4 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

От ФИО3 поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования не признаёт. Второй ответчик о причинах неявки суду не сообщил. Истцы направили своего представителя по доверенности, поддерживают свои исковые требования.

На основании ст. 117 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ суд признал извещение сторон и прокурора надлежащим и, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представитель истцов по доверенности ФИО5 поддержал исковые требования своих доверителей. На вопрос суда ответил, что доказательств, подтверждающих обоснованность заявленной суммы компенсации (ухудшение состояния здоровья в результате действий ответчиков и иных доказательств, связанных с их личностью) со стороны его доверителей не будет.

Заслушав объяснения представителя истцов, изучив доводы ответчиков, исследовав письменные материалы дела в качестве доказательств, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

В пунктах 5, 14, 17, 27, 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы;

под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека: чувства страха, беспомощности, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья.

Судом установлено, что совершили в отношении ФИО3 и ФИО4 совершили в отношении истцов преступления, предусмотренные п. «а,г» ч. 2 ст. 163 УК РФ – вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Данное обстоятельство подтверждается вступившими в законную силу приговором Кирсановского суда Тамбовской области от 8 февраля 2023 г. (в отношении ФИО3) и приговором Уметского районного суда Тамбовской области от 20 октября 2023 г. (в отношении ФИО4).

Поскольку требования, о которых заявлено в рамках настоящего гражданского дела, относятся к гражданско-правовым последствиям, возникшим в результате действий ответчиков, установленных приговорами суда, то в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вышеназванные приговоры имеют преюдициальное значение и при рассмотрении настоящего гражданского дела и обязательны для суда. Поэтому обстоятельства, с которыми ФИО6 связывают причинение им морального вреда, повторному исследованию и доказыванию не подлежат.

Учитывая, что приговорами суда вина ответчиков в совершении вышеназванных преступлений - установлена, то в силу закона они являются лицами, ответственными за те последствия гражданско-правового характера, которые возникли в результате их действий, при их доказанности.

В исковом заявлении истцы указали, что в ходе совершения в отношении них преступных действий, образующих состав преступления – вымогательство, ответчики в течение продолжительного времени (с февраля по июль 2020 года) подвергали их моральному воздействию, направленному на подавление их воли, и к склонению к совершению действий, направленных на передачу имущества в их собственность. При этом использовались запугивания о причинении физического вреда жизни и здоровью потерпевших и близких им людей.

В приговорах судов отражено, что ответчики в ходе совершения вымогательства использовали предмет, похожий на пистолет, с целью подавлению воли к сопротивлению истцов (потерпевших). Применение пистолета в ходе вымогательства причинило истцам сильнейшую психотравмирующую травму. Угроза жизни и здоровью потерпевших (истцов по настоящему иску) была реальной, что сломило их волю к сопротивлению и они дали согласие на выполнение требований вымогателей.

Поскольку факт нарушения личных неимущественных прав может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными статьей 55 ГПК РФ, в том числе объяснениями сторон (пункт 66 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33), то суд считает возможным учесть в части объема физических и нравственных страданий и объяснения истцов, изложенные в исковом заявлении; а также на приговоры судов как на письменные доказательства объема причиненных страданий.

Несмотря на то, что в результате совершенных преступлений ФИО6 не был причинен вред здоровью (в части телесных повреждений, травм и т.п.), и преступления в большей степени связаны с посягательством на имущественные права истцов, суд, вместе с тем, учитывает, что в соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени. А в данном случае - характер совершенных преступлений свидетельствует о том, что ФИО3 и ФИО4 этот принцип нарушили, посягнув – как на имущественные права истцов.

Таким образом, учитывая обстоятельства, при которых были совершены преступления, суд полагает, что действия ответчиков повлекли для истцов наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий. Причинная связь между противоправным поведением ответчиков и страданиями истцов в данном случае установлена.

При определении размера компенсации, подлежащей взысканию с ответчиков, суд учитывает, что ФИО3 не представил суду доказательств материального положения, не позволяющего нести материальную ответственность при компенсации морального вреда. Ответчик ФИО4 представил суду только сведения о состоянии его индивидуального лицевого счета с указанием небольшого размера заработка.

Истцы, в свою очередь, не представили суду доказательств ухудшения состояния их здоровья в результате действий ответчиков и не привели иных доводов, свидетельствующих о высокой степени нравственных страданий, возникших в результате действий ответчиков, которая давала бы основание для удовлетворения исковых требований в заявленном размере.

Таким образом, учитывая характер страданий, причиненных истцам; отсутствие доказательств об их индивидуальных особенностях; отсутствие, свидетельствующих о высокой степени физических и нравственных страданий, соразмерной заявленному размеру компенсации; фактические обстоятельства, при которых эти страдания были причинены; суд считает разумным и справедливым взыскать с ФИО4 в пользу каждого из истцов по 50 000 рублей; с ФИО3 в пользу каждого из истцов – по 60 000 рублей.

Соответственно, в остальной части исковые требования о компенсации морального вреда подлежат отклонению как не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, с каждого из ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей как за неимущественное требование, не подлежащее оценке (в силу статей 98, 103 ГПК РФ).

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 и ФИО2 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...> (паспорт РФ серии №), в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №), компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...> (паспорт РФ серии №), в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №), компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...> (паспорт РФ серии №), в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №), компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...> (паспорт РФ серии №), в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №), компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 и ФИО2 - отказать.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...> (паспорт РФ серии №), в доход бюджета муниципального образования городской округ - город Тамбов государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серии №), в доход бюджета муниципального образования городской округ - город Тамбов государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Октябрьский районный суд города Тамбова в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 29 декабря 2025 г.

Судья Е.Ю. Нишукова