Копия 

Дело № 2-1108/2024 

УИД 66RS0003-01-2023-007508-31

Мотивированное 

решение

 изготовлено 11.03.2024.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 марта 2024 года г. Екатеринбург 

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лесняк Д.В., при секретаре судебного заседания Горелкиной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» о признании незаконным отказ в заключении трудового договора, оспаривании приказа о внесении изменений в штатное расписание,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» с требованиями о признании незаконным отказ в заключении трудового договора, оспаривании приказа о внесении изменений в штатное расписание. 

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 работала в ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» с *** на условиях внешнего совместительства. С 

<

***> года была переведена на должность профессора кафедры народных инструментов на основании дополнительного соглашения к трудовому договору от *** сроком до ***. Уведомлением от *** истец была поставлена в известность о прекращении трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Выпиской из приказа от *** истец поставлена в известность о прекращении трудового договора и увольнении ***. 

Считает, что прекращение трудового договора после 26 лет успешной работы в УГК связано с единственной дискриминационной причиной – принадлежности истца к неугодной руководству вуза профсоюзной организации. С 

<

***> года истец являлась заместителем председателя профкома первичной профсоюзной организации УГК Межрегионального профсоюза работников высшей школы «Университетская солидарность», с 2021 года являлась председателем ППО УГК Профсоюза. В связи с неоднократными обращениями в государственные органы, как представителя профсоюзной организации, о систематических нарушениях трудовых прав педагогических работников УГК истец стала лично подвергаться преследованию со стороны руководства УГК. Решениями судов подтверждены незаконные действия работодателя в отношении истца с умышленным нарушением трудовых прав истца в ответ на ее активную профсоюзную деятельность, направленную именно на соблюдение трудового законодательства в УГК, которое постоянно нарушается в этом вузе. *** последовало дискриминационное нарушение трудовых прав путем прекращения с истцом срочного трудового договора и необоснованным отказом заключить новый трудовой договор в нарушение ст. 64 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Поскольку ФИО1 являлась внешним совместителем, не обязанным в силу ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации проходить конкурс на замещение должностей ППС, а имела право работать на условиях трудового договора без конкурса сроком до года с целью непрерывности учебного процесса, то *** истец обратилась с заявлением с просьбой заключить новый (либо продлить действующий) трудовой договор с ***. Ответа на данное заявление не имеется, никаких причин отказа в заключении трудового договора с целью завершения обучения студентки 5 курса ***5 работодатель не указал. *** ФИО1 обратилась с заявлением на основании ст. 64 Трудового кодекса Российской Федерации с требованием сообщить причину отказа.

На основании изложенного просит признать незаконным и необоснованным отказ работодателя в заключении трудового договора с ФИО1 с *** при наличии на эту дату вакантной должности профессора по кафедре народных инструментов на 0,35 ставки, признать дискриминацией по признаку принадлежности к профсоюзной организации в качестве председателя ППО УГК отказ ответчика в заключении трудового договора с истцом на работу в должности профессора кафедры народных инструментов с *** сроком на один год, обязать ответчика в целях непрерывности учебного процесса заключить новый трудовой договор с истцом на 0,35 ставки должности профессора кафедры народных инструментов с *** сроком на один год, обязать ответчика заключить дополнительное соглашение к трудовому договору от *** по действующему эффективному контракту с *** по *** по итогам эффективной деятельности в 

<

***> учебном году, взыскать с ответчика в пользу истца материальный ущерб, причиненный с *** в результате незаконного лишения возможности трудиться, по дату вынесения решения суда, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда за нарушение трудового права при незаконном отказе в заключении трудового договора с *** в размере 

<

***> руб., взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда за дискриминацию по признаку принадлежности в профсоюзной организации МПРВШ «Университетская солидарность» размере 

<

***> руб., взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 

<

***> руб.

Впоследствии требования искового заявления были увеличены, истец просит взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплаты неполученного заработка на день вынесения решения суда, признать незаконным приказ и.о. ректора ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» *** от ***.

Истец, представитель истца в судебном заседании настаивали на доводах, изложенных в исковом заявлении, просили исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского», в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом. В соответствии с представленным отзывом, заключение ответчиком с ФИО1 трудового договора с *** является правом, а не обязанностью ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского». Трудовой кодекса Российской Федерации не содержит норм, устанавливающих сроки рассмотрения заявлений о заключении трудового договора, позволяющих сделать вывод о нарушении ответчиком сроков рассмотрения обращения о заключении трудового договора. По смыслу положений ст. 332 Трудовой кодекса Российской Федерации заключение такого трудового договора не является обязательным для ответчика и может производиться им только в целях обеспечения непрерывности учебного процесса. В 

<

***> учебном году ФИО1 осуществляла обучение единственного обучающегося – ***6 связи с чем ответчику, в целях сохранения непрерывности учебного процесса достаточно было произвести зачисление обучающегося ***5 в учебный класс другого преподавателя. ***5 переведена в класс заведующего кафедрой – профессора ***7 ФИО1 ранее совершала приписки в индивидуальных учебных журналах о фактически проведённых ей с обучающимися учебных занятий, фактически не проводя их. ФИО1 не проводила занятия в установленное ответчиком время проведения занятий с обучающимися. Истец отрицательно характеризуется заведующим кафедры народных инструментов и коллегами по кафедре, что непосредственно подтверждается прилагаемым обращением преподавателей кафедры к и.о. ректора Уральской консерватории. ФИО1 неуважительно относится к коллегам и коллегиальным управлениям ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» допуская публичные оскорбительные высказывания в их адрес. В удовлетворении требований просит отказать. 

Представитель третьего лица в судебном заседании поддержала доводы письменного отзыва на исковое заявление. В соответствии с представленным отзывом, доводы истца являются обоснованными, подтверждаются прилагаемыми к исковому заявлению документами, следовательно, подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ***5 пояснила, что долго учиться у педагога ФИО1, специально перевелась на платную форму обучения, чтобы закончить еще 1 год у своего педагога и получить квалификацию выше. Свидетеля уведомили о том, что дисциплина «ансамбль» теперь будет проходить в классе ***10 По специальности ***5 будет обучаться у профессора ***7 С ***7 урок был 1 раз, это была дисциплина «камерный ансамбль». Был неполный урок, минут 20 без концертмейстера, потому что она не явилась на урок. При подготовке к экзаменам, ***5 была несильно этим довольна, потому что привыкла к тому, что ее специальность проходит стабильно последние 5 лет в полном объеме и также потому, что оплачивает свое обучение сама и хотела бы получать свои уроки в полном объеме. 

Заслушав истца, представителя истца, представителя третьего лица, свидетеля, исследовав материалы дела, оценив доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, следует из материалов дела и сторонами не оспаривалось, между ФИО1 и Уральской государственной консерваторией заключен трудовой договор *** от ***, в соответствии с которым ФИО1 принята на должность доцента УГК на кафедру оркестровые народные инструменты по совместительству на срок с *** по ***.

Дополнительным соглашением *** к трудовому договору *** от ***, в связи с избранием на должность профессора УГК по кафедре народных инструментов установлен срок действия договора с *** по ***.

Приказом ***к от *** ФИО1 переведена на основании конкурса на повышение в должности на должность профессора УГК ставка 0,35 на кафедре народных инструментов с *** по ***.

*** ФИО1 вручено уведомление о том, что в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор *** от *** прекращается *** в связи с истечением срока действия трудового договора.

Приказом ***к от *** трудовой договор с ФИО1 прекращен в связи с истечением срока по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации ***, ФИО1 уволена с должности профессора ФИО2.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец ссылается на необоснованность отказа в заключении трудового договора в соответствии со ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Давая оценку заявленным требованиям истца, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием прекращения трудового договора.

Согласно ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В настоящем деле судом установлено, что с истцом был заключен срочный трудовой договор с *** по ***.

В соответствии со ст. 79Трудового кодекса Российской Федерации*** истец была ознакомлена с уведомлением о прекращении действия трудового договора.

Особенности заключения и прекращения трудового договора с педагогическими работниками, относящимися к профессорско-преподавательскому составу, установлены в статье 332 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовые договоры на замещение должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, могут заключаться как на неопределенный срок, так и на срок, определенный сторонами трудового договора (часть 3 статьи 332).

Заключению трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, а также переводу на такую должность предшествует избрание по конкурсу на замещение соответствующей должности (часть 2 статьи 332).

В целях сохранения непрерывности учебного процесса допускается заключение трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, в организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации образовательных программ высшего образования и дополнительных профессиональных программ, без избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности при приеме на работу по совместительству или в создаваемые образовательные организации высшего образования до начала работы ученого совета - на срок не более одного года, а для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы, - до выхода этого работника на работу (часть 4 статьи 332).

Часть четвертая статьи 332 Трудового кодекса Российской Федерации, допускающая в исключение из общего правила в целях сохранения непрерывности учебного процесса возможность заключения срочного трудового договора на замещение должности педагогического работника, относящегося к профессорско-преподавательскому составу, без избрания по конкурсу, направлена на обеспечение баланса интересов обучающихся, осваивающих образовательные программы высшего образования и дополнительные профессиональные программы, организации, осуществляющей образовательную деятельность по реализации названных программ, и работника, в равной мере распространяется на всех работников из числа профессорско-преподавательского состава (Определение Конституционного Суда РФ от 29.01.2019 N 200-О).

При этом суд отмечает, что заключение трудового договора в соответствии с ч. 4 ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации без избрания по конкурсу, является правом, а не обязанностью работодателя. Само по себе обращение истца с заявлением о заключении трудового договора, без избрания по конкурсу не влечет за собой безусловную обязанность ответчика по заключению трудового договора, поскольку работодатель вправе самостоятельно осуществлять подбор работников.

Относительно доводов истца о необходимости сохранения непрерывности учебного процесса суд учитывает, что принятие решения о распределении учебной (педагогической) нагрузки в интересах учебного процесса относится к компетенции работодателя.

Так, ФИО1 имея специальность – домра, замещая должность профессора УГК на кафедре народных инструментов по совместительству, в соответствии с индивидуальным планом работы и индивидуальным учебным журналом в 

<

***> учебном году осуществляла обучение одного обучающегося – ***5

При этом, согласно сведений штатного расписания и штатной расстановки ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» на кафедре народных инструментов штатными преподавателями по основному месту работы являлись три специалиста по инструменту домра: ***7, ***8, ***9, а также внештатным сотрудником – ***10 (т.2 л.д.112-114)

В связи с прекращением трудовой деятельности ФИО1 в ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского», обучающаяся ***5 была переведена в класс заведующего кафедрой профессора ***7, что подтверждается учебным планом последнего. (т.2 л.д.140-143)

Студенту ***5 с *** утверждено расписание, в соответствии с которым занятия проходят по вторникам по дисциплинам «Специальность» - 3 занятия, по дисциплине « Реферат» - 1 занятие, по дисциплине «Камерный ансамбль» - 2 занятия. (т.2 л.д.164)

При таких обстоятельствах, учитывая, что учебная нагрузка ранее выполняемая ФИО1 была перераспределена, обучающаяся переведена в класс другого преподавателя, нарушений непрерывности учебного процесса судом в данном случае не установлено.

Доводы свидетеля относительно отсутствия фактически учебных занятий с другими преподавателями после ***, не свидетельствует о нарушениях непрерывности учебного процесса, поскольку опровергаются представленными в материалы дела доказательствами. 

Как установлено судом истец был принят на работу ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» по срочному трудовому договору на условиях внешнего совместительства. Для заключения трудового договора на основании с ч. 4 ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо волеизъявление обеих сторон трудового договора. Истец такое желание высказал, направив в адрес ответчика заявление с просьбой заключить с ней трудовой договор. Однако, у ответчика такого желания не возникло, а обязанности в силу закона продлить трудовые отношения по совместительству, у ответчика не имеется. Не может такая обязанность быть возложена на ответчика и решением суда, поскольку понуждение работодателя заключить срочный трудовой договор по совместительству не предусмотрена нормами действующего трудового законодательства. В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работником и работодателем и если волеизъявление одной из сторон трудовых отношений отсутствует на его изменение, договор нельзя признать заключенным на новых условиях.

На основании совокупности всех представленных суду доказательств, и руководствуясь указанными положениями закона, суд приходит к выводу о законности действий ответчика, выразившихся в отказе истцу в заключении трудового договора в соответствии с ч. 4 ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации без избрания по конкурсу.

Суд исходит из того, что срочный трудовой договор с истцом заключен по должности профессора УГК, указанная должность относится к научно-педагогическим, входит в перечень профессорско-преподавательского состава, замещение указанных должностей производится по результатам конкурса на замещение соответствующей должности. В связи с истечением срока действия указанного трудового договора, в отсутствие основания для его продления, которым могло явиться только избрание истца по конкурсу на замещение ранее занимаемой им должности, чего в данном случае не произошло, у работодателя имелись правовые основания для расторжения трудового договора по окончании срока его действия, о чем ФИО1 была заблаговременно уведомлена. 

При этом в виду отсутствия волеизъявления работодателя на заключение с ФИО1 трудового договора на основании с ч. 4 ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации без избрания по конкурсу, при соблюдении со стороны ответчика сохранения непрерывности учебного процесса, оснований для продления срока действия трудового договора не имелось и не препятствовало работодателю расторгнуть срочный трудовой договор с истцом. 

Нормам статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондируют требования статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющие гарантии при заключении трудового договора и устанавливающие запрет на какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ, не связанных с деловыми качествами работника.

Частями первой и второй статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что запрещается необоснованный отказ в заключении трудового договора.

Согласно части 5 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации по письменному требованию лица, которому отказано в заключении трудового договора, работодатель обязан сообщить причину отказа в письменной форме в срок не позднее чем в течение семи рабочих дней со дня предъявления такого требования.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с отказом в приеме на работу, необходимо иметь в виду, что труд свободен и каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также иметь равные возможности при заключении трудового договора без какой-либо дискриминации, то есть без какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работников, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статьи 19, 37 Конституции Российской Федерации, статьи 2, 3, 64 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 1 Конвенции Международной организации труда N 111 1958 г. о дискриминации в области труда и занятий, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 января 1961 г). При этом необходимо учитывать, что запрещается отказывать в заключении трудового договора по обстоятельствам, носящим дискриминационный характер (абзацы первый, второй пункта 10 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Отказывая в заключении трудового договора, работодатель обязан объяснить обратившемуся к нему лицу конкретную причину такого отказа в трудоустройстве. По письменному требованию лица, которому отказано в заключении трудового договора, работодатель обязан сообщить причину отказа в письменной форме и в срок не позднее чем в течение семи рабочих дней со дня предъявления такого требования.

*** ФИО1 обратилась в адрес ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» с заявлением на основании ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации о заключении (или продлении) трудового договора с *** на один год. (т.1 л.д.33)

*** ФИО1 в адрес ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» подано повторно заявление на основании ст. 64 Трудового кодекса Российской Федерации, в котором просит сообщить причину отказа в заключении (продлении) трудового договора с ***. (т.1 л.д.34)

При проверке законности отказа ФИО1 в заключении трудового договора, с учетом всей совокупности обстоятельств данного дела и норм, содержащихся в статье 64 Трудового кодекса Российской Федерации, в их взаимосвязи со ст. 332Трудового кодекса Российской Федерации, а также положений абзаца второго части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающих право работодателя самостоятельно принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), принимая во внимание наличие предшествующих трудовых отношений между сторонами следует, что в данном случае работодатель на законных основаниях воспользовался предусмотренным законом правом на отказ истцу в заключении срочного трудового договора, предусмотренного положениями ч. 4 ст. 332 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, в нарушение части 5 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик на письменное обращение истца не сообщил истцу о причинах отказа в приеме его на работу в установленный законом срок. Ответ на обращение истцу направлен ***. (т.1 л.д.137)

При таких обстоятельствах, не направление в адрес истца по её заявлению уведомления о причинах отказа в заключении с истцом трудового договора в установленные законом сроки, следует считать не соблюдением установленных статьей 64 Трудового кодекса Российской Федерации требований. В данном случае ответчиком не соблюдены индивидуальные трудовые права истца, в связи с чем подлежит взысканию компенсация морального вреда в пользу истца.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлено нарушение трудового законодательства со стороны ответчика, повлекшие нарушение трудовых прав истца, с учетом требований разумности и справедливости, характера причиненных нравственных страданий, характера нарушения трудовых прав истца, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 

<

***> руб.

Разрешая требование истца о признании приказа *** от *** «Об изменении в штатном расписании» незаконным, суд исходил из следующего.

Абзац второй части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, называя в числе прав работодателя право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками, имеет целью предоставление работодателю свободы в вопросах подбора, расстановки, увольнения персонала в рамках, установленных федеральным законодательством, корреспондирует аналогичному праву работника (абзац второй части первой статьи 21 названного Кодекса), а также обязанности работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части второй статьи 22 указанного Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что, реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года N 411-О-О, от 29 сентября 2011 года N 1164-О-О, от 16 июля 2015 года N 1625-О и др.).

Так, в соответствии с выпиской из приказа *** от *** «Об изменении в штатном расписании», в связи с производственной необходимостью в штатное расписание профессорско-преподавательского состава и иных педагогических работников (концертмейстеров) вносятся изменения с ***: Кафедра народных инструментов- исключить 0,35 ставки профессора УГК. В основание приказа положена служебная записка заведующего кафедрой народных инструментов ***7 (т.1 л.д.163)

Согласно служебной записки заведующего кафедрой народных инструментов ***7 от ***, в связи с окончанием срока трудового договора профессора УГК ФИО1, просит вывести из штатного расписания кафедры народных инструментов 0,35 ставки профессора УГК с ***. (т. 1 л.д.164)

Служебной запиской заведующего кафедрой народных инструментов от *** предложено для обеспечения непрерывности учебного процесса студентки 5 курса ***5 в связи с окончанием трудового договора профессора УГК ФИО1 внести изменения в индивидуальные планы преподавателей кафедры.

Согласно выписки из штатного расписания по кафедре народных инструментов на *** следует, что по кафедре народных инструментом 15,13 ставки, по должности профессора УГК – 1 ставка.

По штатной расстановке на *** по кафедре народных инструментов в должности профессора по специальности домра состояли ***8 1,2 ставки, ***7 1,1 ставки; в должности профессора УГК по специальности домра состояли ***9 1 ставка, ФИО1 0,35 ставки, в должности старшего преподавателя по специальности домра ***11 0,45 ставки.

По штатной расстановке на *** по кафедре народных инструментов в должности профессора по специальности домра состояли ***8, 1,2 ставки, ***7 1,35 ставки; в должности профессора УГК по специальности домра состояли ***9 1 ставка, в должности старшего преподавателя по специальности домра ***11 0,5 ставки.

Поскольку право определять численность и штат работников принадлежит работодателю и в силу положений действующего трудового законодательства, издание приказа об изменении штатного расписания относится к компетенции работодателя, как хозяйствующего субъекта, вследствие чего суд не вправе вмешиваться в вопросы расстановки кадров и законности изменения штатного расписания работодателем. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый приказ был издан неуполномоченным лицом, в материалы дела не представлено.

Поскольку принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников, относится к исключительной компетенции работодателя, данное право предоставлено работодателю законом и не может рассматриваться как противоправные действия в отношении истца, и издание приказа в виде исключения занимаемой должности истца, не свидетельствует о допущенной ответчиком дискриминации по отношению к истцу, с учетом того что истец на момент издания оспариваемого приказа уволена с ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского».

Доводы истца о дискриминации в сфере труда, суд признает несостоятельными, поскольку никакими доказательствами по делу данные доводы объективно не подтверждаются, признаки дискриминации, перечисленные в статье 3 Трудового кодекса Российской Федерации, в действиях работодателя отсутствуют.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при разрешении вопроса о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе, расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из материалов дела следует, что *** между Центром Юридической Защиты в лице ИП ***12 и ФИО1 заключен договор № ***, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство оказывать следующие услуги: оспаривание незаконного отказа в заключении трудового договора по дискриминационному признаку – принадлежности к профсоюзной организации, возложении обязанности заключить трудовой договор, возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов. (т.1 л.д.181-182)

Согласно п. 2.2.4 договора исполнитель имеет право привлекать для исполнения настоящего договора ***13 и ***14

Стоимость услуг установлена в п. 4.1 договора и составляет 

<

***> руб.

В соответствии с представленным в материала дела чеком от *** ФИО1 произведена оплата услуг по договору № *** в размере 

<

***> руб. (т. 1 л.д.180)

С учетом требований разумности и справедливости, категории и сложности рассмотренного спора, с учетом фактических обстоятельств дела, удовлетворения исковых требований в части, объема работы, проделанной представителем истца, суд считает понесенные расходы обоснованными, связанными с рассмотрением настоящего дела, и определяет размер данных расходов как 

<

***> руб. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к ФГБОУ ВО «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» о признании незаконным отказ в заключении трудового договора, оспаривании приказа о внесении изменений в штатное расписание – удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уральская государственная консерватория имени М.П. Мусоргского» (ОГРН ***) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации ***) компенсацию морального вреда 

<

***> руб., судебные расходы по оплате услуг представителя 

<

***> руб.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г.Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья подпись Д.В. Лесняк