№ 1-12/2019

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г.Кострома 19 февраля 2019 года

Ленинский районный суд г.Костромы в составе:

председательствующего судьи Тумакова А.А.

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г.Костромы Мельника А.В.,

подсудимых: ФИО1, ФИО2,

защитников: Царевой А.В. представившей удостоверение № и ордер №, ФИО3 представившего удостоверение № и ордер №,

потерпевшей С.,

при секретаре Лисенко Н.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимого

- приговором Ленинского р/с г.Костромы от 10.12.2009 года по п.п. «а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. На основании постановления Ленинского р/с г.Костромы от 18.05.2010 испытательный срок был продлен на 2 месяца. На основании постановления Ленинского р/с г.Костромы от 30.03.2011 условное осуждение было отменено, ФИО1 был направлен в места лишения свободы сроком на 2 года 4 месяца с отбыванием наказания в колонии общего режима. На основании постановления Шарьинского р/с Костромской области от 19.12.2011 приговор Ленинского районного суда г.Костромы был изменен, ФИО1 было постановлено считать осужденным по п.п.«а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ в редакции ФЗ от 07.03.2011 № 26, по которой назначить наказание в виде 2 лет 2 месяцев лишения свободы. 18.09.2012 был освобожден от отбывания наказания условно-досрочно на неотбытый срок 8 месяцев и 22 дня; 

- приговором Ленинского р/с г.Костромы от 07.05.2015 года по п.п.«а», «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Освобожден 23.05.2017 по отбытии срока наказания.

ФИО2, 

<

данные изъяты> ранее не судимого

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 в период с 23 часов 43 минут до 23 часов 54 минут dd/mm/yy, более точное время установить не представилось возможным, находясь в состоянии алкогольного опьянения на участке местности возле бара 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: ..., на почве личной неприязни, в ходе ссоры, действуя умышленно, желая причинить Г. вред здоровью, допуская возможность причинения вреда любой степени тяжести, в том числе и тяжкого, но безразлично относясь к возможным последствиям своих действий, нанес Г. удар кулаком в область лица, в результате которого потерпевший упал с высоты собственного роста, ударившись головой о достоверно неустановленную часть кузова припаркованного рядом с местом конфликта автомобиля 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №

В дальнейшем, ФИО2 в период с 23 часов 43 минут до 23 часов 54 минут dd/mm/yy, более точное время установить не представилось возможным, но после совершения вышеописанных противоправных действий в отношении Г. ФИО1, находясь на участке местности возле бара 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: ..., на почве личной неприязни, в ходе ссоры действуя умышленно, желая причинить Г. вред здоровью, допуская возможность причинения вреда любой степени тяжести, в том числе и тяжкого, но безразлично относясь к возможным последствиям своих действий, нанес Г. удар кулаком в область лица, в результате которого потерпевший упал с высоты собственного роста на плоскость, ударившись головой о бетонированную площадку описанного участка местности.

После этого ФИО1 и ФИО2, осознавая, что в результате причиненных как каждым из них в отдельности, так и в совокупности Г. телесных повреждений последний неизбежно находится в тяжелом состоянии, поскольку потерял сознание и не смог подняться с земли, и может наступить его смерть, не оказывая ему какой-либо помощи, самонадеянно рассчитывая на не наступление смерти Г., оставили потерпевшего на вышеописанном участке местности возле бара 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: ..., а сами с места совершения преступления скрылись.

В дальнейшем, ФИО1 в период с 00 часов 34 минут до 00 часов 49 минут dd/mm/yy, более точное время установить не представилось возможным, находясь в состоянии алкогольного опьянения, обнаружив, что Г. на вышеуказанном участке местности возле бара 

<

данные изъяты> отсутствует, получил от С1 и Б. информацию о том, что Г. проследовал от бара 

<

данные изъяты> по проспекту Текстильщиков г.Костромы в сторону площади Сусанинской г.Костромы, после чего проследовал в том же направлении и, обнаружив Г. на участке местности в районе ..., подошел к Г. сзади и, действуя умышленно, на почве ранее возникших неприязненных отношений, желая причинить Г. вред здоровью, допуская возможность причинения вреда любой степени тяжести, в том числе и тяжкого, но безразлично относясь к возможным последствиям своих действий, осознавая, что в результате ранее нанесенных им и ФИО2 потерпевшему ударов, последующих падений Г. в каждом из случаев с высоты собственного роста и ударов головой о кузов автомобиля и бетонированную площадку соответственно, а также последующей потери Г. сознания, последнему неизбежно причинены телесные повреждения, и он находится в тяжелом состоянии, а повторное нанесение потерпевшему ударов может значительно усугубить уже полученную им травму, без какого-либо повода нанес Г. не менее одного удара кулаком в область головы, в том числе, не менее одного удара в правый боковой отдел головы, в результате которого потерпевший упал с высоты собственного роста на плоскость, ударившись головой об асфальтовую поверхность описанного участка местности.

После этого ФИО1, осознавая, что в результате причиненных им и ФИО2 Г. телесных повреждений последний неизбежно находится в тяжелом состоянии, и может наступить его смерть, не оказывая ему какой-либо помощи, самонадеянно рассчитывая на не наступление смерти Г., оставил потерпевшего на вышеописанном участке местности в районе ... и с места совершения преступления скрылся.

В результате описанных умышленных совокупных преступных действий ФИО1 и ФИО2 Г. была причинена опасная для жизни, повлекшая тяжкий вред здоровью потерпевшего тупая закрытая непроникающая травма головы, выразившаяся в наличии 

<

данные изъяты> при этом каждое последующее воздействие усугубляло действие предыдущего, способствуя нарастанию объема травмы, а образующиеся в результате повреждения в области головы, сочетаясь во времени, взаимно отягощали друг друга. 

От полученных телесных повреждений Г. dd/mm/yy в 10 часов 50 минут скончался в ОГБУЗ «Городская больница г.Костромы».

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал полностью. Дал показания в целом аналогичные предъявленному обвинению. Пояснил, что действительно dd/mm/yy в ночное время он нанес два удара в область головы потерпевшему Г.. Первый удар он нанес потерпевшему на улице возле бара 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: .... От удара потерпевший упал и ударился о припаркованный автомобиль. Затем к потерпевшему, который уже поднялся на ноги подошел ФИО2 и нанес последнему удар кулаком область лица. От удара потерпевший упал на землю и потерял сознание. Потерпевший довольно длительное время находился в безсознательном состоянии. ФИО2 после произошедшего куда то уехал, а он ушел обратно в бар. Когда он вышел на улицу, то потерпевшего уже не было. Он спросил у С1 и Б. в какую сторону ушел потерпевший и когда те указали направление, в котором удалился потерпевший, то проследовал вслед за ним. Он хотел извиниться за произошедшее. Когда он догнал потерпевшего, то между ними опять произошла ссора, в ходе которой он еще раз нанес удар кулаком в область лица последнего. При этом повредил себе руку. От полученного удара потерпевший упал на землю и больше не поднимался. Он со своего мобильного телефона позвонил в скорую помощь и сообщил о случившемся. Конфликт с потерпевшим произошел, поскольку тот стал курить в помещении бара. На замечания персонала, а также замечания посетителей не обращал внимание. Выражался в его адрес нецензурно. 

dd/mm/yy ФИО1 была написана явки с повинной, согласно которой он пояснил, что в ночь на dd/mm/yy около 01 часа он нанес Г. побои. (т.1 л.д.44)

В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО1 подтвердил ранее данные им показания в качестве подозреваемого и указал обстоятельства совершенного им и ФИО2 преступления. (т.1 л.д.200-212)

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину также признал в полном объеме, дал показания в целом аналогичные показаниям подсудимого ФИО1 Пояснил, что в ночь с dd/mm/yy он находился в баре 

<

данные изъяты> расположенном по адресу: .... От Ш. ему стало известно, что потерпевший начал дебоширить в баре, его вывели на улицу, но он продолжал конфликт и не успокаивался. Ш. попросила его помочь в урегулировании конфликта. Когда он вышел на улицу, то увидел, что между Ч. и потерпевшим происходил конфликт. Потерпевший стоял рядом с Ч. и ФИО1 и кричал на последнего. Он подошел к Г. и нанес ему удар правой рукой, сжатой в кулак, в область челюсти с левой стороны для того, чтобы его утихомирить. От удара потерпевший упал на спину на землю. После этого он еще немного постоял у бара, в это время ФИО1 с кем-то пытался поднять Г., посадить, прислонив к стене. Он к потерпевшему больше не подходил. После этого он на такси со своим знакомым уехал домой. 

В ходе проведения проверки показаний на месте ФИО2 подтвердил ранее данные им показания в качестве подозреваемого и указал обстоятельства совершенного им и ФИО1 преступления. (т.1 л.д.191-199)

Вина подсудимых, кроме их собственных показаний подтверждена всей совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Так, потерпевшая С. пояснила, что она Г. являлся ее супругом. dd/mm/yy ей от сотрудников полиции стало известно о том, что ее муж находится в больнице и что его избили. dd/mm/yy Г. скончался. Последний раз видела мужа dd/mm/yy около 22 часов 00 минут, когда он выходил из дома. Охарактеризовала мужа с положительной стороны. 

Свидетель Ш. пояснила, что она работает в должности бармена в кафе-баре 

<

данные изъяты> расположенном по адресу: .... В районе 00 часов 30 минут dd/mm/yy в бар пришел Г., который находился в состоянии алкогольного опьянения. Г. купил 1,5 литра пива, после чего стал курить в помещении бара. На этой почве между ним и посетителями бара, а именно Ч. и ФИО1 произошел конфликт. Далее потерпевшего вывели на улицу. На улице конфликт продолжился. ФИО1 в ходе конфликта нанес удар потерпевшему в область лица, от которого тот упал и ударился об стоящую автомашину. Затем на улицу вышел ФИО2, которому она сказала по телефону, что происходит конфликт и попросила его урегулировать. ФИО2 также нанес удар по лицу Г., от которого тот упал на землю и потерял сознание. ФИО1 при этом находился рядом, пытался поднять потерпевшего. После этого ФИО2 уехал. ФИО1 спрашивал ее, не знает ли она, в какую сторону ушел потерпевший, она ответила, что нет. Через некоторое время ФИО1 пришел в бар, при этом показал ей руку и сказал «Ну, все. Я его добил». Что произошло, она не знает, поскольку больше она с ФИО1 не разговаривала.

В ходе проведения dd/mm/yy проверки показаний на месте свидетель Ш. на месте происшествия рассказала об обстоятельствах событий, очевидцем которых она оказалась в ночь с 05 на dd/mm/yy в баре 

<

данные изъяты> по адресу: .... (т.2 л.д.106-111)

Свидетель Ч. по существу расследуемого уголовного дела, своего конфликта в баре с Г., а также конфликта Г. с ФИО1, нанесения последним, а также ФИО2 Г. ударов на улице возле бара дал показания, в целом аналогичные показаниям свидетеля Ш. 

Свидетель Л.., указала, что последний раз была в баре 

<

данные изъяты> в начале dd/mm/yy года совместно со своей подругой Г1., где произошел конфликт между посетителями бара, в ходе которого был избит один молодой человек (Г.). На улице около кафе она видела, как потерпевшему нанесли удар по лицу. От удара потерпевший, упал и ударился о машину, стоявшую рядом. Затем потерпевший поднялся с земли, а она в это время направлялась в сторону бара. Когда она повернулась в сторону, где находились конфликтующие, то увидела, что потерпевший лежит на земле без сознания. Она пыталась оказать помощь потерпевшему после того, как он пришел в сознание, хотела его отправить на такси домой, но он отказался. Через некоторое время она вышла из бара, но потерпевшего уже на улице не было. 

В ходе проведения dd/mm/yy проверки показаний на месте свидетель Л. на месте происшествия рассказала об обстоятельствах событий, очевидцем которых она оказалась в ночь с dd/mm/yy в баре 

<

данные изъяты> по адресу: .... (т.2 л.д.90-94)

Свидетель Г1, полностью подтвердила показания данные на предварительном следствии. Указала, что последний раз была в баре 

<

данные изъяты> в начале dd/mm/yy года совместно со своей подругой Л. В целом дала показания аналогичные показаниям свидетеля Л. 

Свидетель К., чьи показания в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ были оглашены в судебном заседании, по существу нанесения ФИО1 и ФИО2 Г. ударов на улице возле бара 

<

данные изъяты> dd/mm/yy дала показания, в целом аналогичные показаниям свидетелей Ш., Л. (т.2 л.д.134-138)

Свидетель С2 пояснил, что он подрабатывает в качестве таксиста. dd/mm/yy он находился возле бара 

<

данные изъяты> в автомобиле марки 

<

данные изъяты> темно-серого цвета. В один момент он почувствовал довольно сильный удар о свою машину, как будто что-то упало, машину даже качнуло. При этом у автомашины находилось несколько молодых людей. Удар пришелся в область левого переднего крыла машины. Он вышел из машины и увидел, что рядом с его машиной стоял молодой человек, которого как он понял, ударили. Самого удара он не видел. Из всех кто присутствовал на улице, он знал лишь только бармена Ш. и ФИО2. В один момент, как ему показалось, ФИО2 то ли ударил, то ли толкнул потерпевшего, и тот упал на землю и потерял сознание. Через некоторое время к нему подошел ФИО2 и попросил отвезти его на улицу Осыпную. Подъехав к дому ФИО2, он дождался, пока тот выйдет, и снова отвез его к бару 

<

данные изъяты> На тот момент, когда он привез ФИО2 обратно к бару 

<

данные изъяты> потерпевший сидел на отмостке здания, расположенного напротив бара 

<

данные изъяты> Охарактеризовал ФИО2 с положительной стороны.

Свидетель Б. пояснила, что в начале dd/mm/yy в ночное время она пришла в бар 

<

данные изъяты> где находилась ее знакомая К.. Когда она подходила к бару, то обратила внимание, что на отмостке у здания напротив бара 

<

данные изъяты> сидел мужчина (Г.). Было видно, что мужчине плохо, он сидел на отмостке, склонив голову вниз, локтями упирался об ноги в области колен. Когда она разговаривала с К. возле бара, вышел ФИО1, который направился в сторону Г.. Следом за ФИО1 к Г. направилась К. ФИО1 и К. что-то говорили Г. Затем ФИО1 вернулся обратно в бар. Она в это время стояла у бара и общалась со своим знакомым С1. В один момент Г. кое-как встал и направился в сторону улицы Комсомольской г.Костромы. Через несколько минут после этого из бара вышел ФИО1, который, подойдя к ней и С1, спросил, где Г.. Они сказали, что он пошел в сторону улицы Комсомольской, после чего ФИО1 направился в ту же сторону. 

Свидетель К1., пояснила, что dd/mm/yy она со С1 и ФИО1 употребляла спиртные напитки. В районе 20.30 часов они вместе приехали в бар 

<

данные изъяты> где продолжили употреблять спиртное. Затем в районе 22.30 она ушла домой и когда дошла до дома, ей позвонила мать ФИО1 и сообщила, что приехали сотрудники полиции с проверкой исполнения наложенных на ФИО1 ограничений административного надзора. В связи с этим она вернулась обратно в бар и сообщила ФИО1 о данном факте и сразу же ушла домой. 

Свидетель К2 пояснил, что в начале dd/mm/yy в ночное время после полуночи он ехал к себе домой на автомобиле. Двигаясь по проспекту Текстильщиков г.Костромы (от центра) в сторону Речного проспекта, в районе ... он обратил внимание, что на проезжей части лежит мужчина. Остановив машину, он включил аварийный сигнал, вышел из машины и подошел к данному мужчине. Мужчина лежал на спине, был без сознания, при этом немного похрипывал. На губах мужчины была кровь. Других каких-то повреждений он на теле мужчины не заметил. Одежда на мужчине была грязная. Он подумал, что это какой-то пьяница или наркоман, которому стало плохо, и он упал на дороге. Мужчину он не трогал. Затем откуда-то появился молодой человек, ранее ему не знакомый, который также подошел к данному мужчине (в ходе судебного заседания установлен как ФИО1 М.Н). Потом подъехали сотрудники полиции. Один из полицейских сказал ФИО1, чтобы тот шел к себе домой, так как находился под административным надзором. Затем приехала бригада скорой медицинской помощи, после чего он сразу же уехал.

При проведении dd/mm/yy проверки показаний на месте свидетель К2 на месте происшествия рассказал об обстоятельствах событий, очевидцем которых он оказался в ночь dd/mm/yy у ... .... (т.2 л.д.115-117) 

Свидетель П., пояснил, что с dd/mm/yy он находился на дежурстве по охране общественного порядка на территории г.Кострома совместно со стажером полицейского Б1. Около 01 часа dd/mm/yy из дежурной части ОП № 1 УМВД России по г.Костроме поступило сообщение о необходимости проследовать на пересечение улиц Комсомольской и проспекта Текстильщиков, где должен был находиться пьяный мужчина. Прибыв с Б1 по указанному адресу, они обнаружили, что на проезжей части у ..., лежал мужчина (Г.). К ним обратился гражданин К2, который пояснил, что, проезжая на автомобиле, он увидел лежащего на проезжей части мужчину. Остановившись, он вышел из машины, подошел к данному мужчине, увидел, что мужчина без сознания и сразу же вызвал бригаду скорой медицинской помощи. Он (П.), подойдя к Г., попытался привести его в чувства, однако тот в сознание не приходил, на раздражители не реагировал. От Г. резкого запаха алкоголя не исходило. Кроме К2 рядом с данным мужчиной также находился ФИО1, который ему знаком в связи с тем, что является административно-надзорным лицом. Он спросил у ФИО1, что последний делает в ночное время на улице, на что тот ответил, что выходил из дома в магазин за сигаретами. После этого он отпустил ФИО1, и тот направился в сторону дома. Также он спрашивал у ФИО1, знаком ли ему мужчина, который лежал на проезжей части, на что тот пояснил, что с ним не знаком. Затем приехала бригада скорой медицинской помощи и госпитализировала мужчину. На тот момент, когда приехали врачи скорой медицинской помощи, Г. также был без сознания. После того как Г. увезли в больницу, он опросил К2, а затем заступил на дальнейшее патрулирование территории. В отношении ФИО1 были составлены административные протоколы по ст.ст.19.24 и 20.21 КоАП РФ. Из повреждений кроме запекшейся крови на губах у Г. других видимых повреждений не имелось.

Свидетель К3, пояснил, что ночью dd/mm/yy в отдел полиции поступило сообщение о доставлении в больницу Г. с тяжелыми черепно-мозговыми травмами. Было установлено, что Г. был доставлен с участка местности, расположенного неподалеку от бара 

<

данные изъяты> В ходе ОРМ при выезде на место было установлено, что Г. находился в названном баре, где у него произошел конфликт с посетителями бара, два из которых нанесли ему телесные повреждения. Кроме того, было установлено, что как в помещениях бара, так и на улице имеется видеонаблюдение. О наличии видеозаписей он спрашивал у бармена, которая его проводила к монитору и пояснила, что просмотреть записи можно, но записать их на диск нет технической возможности. Тогда он стал просматривать видео и записывать его на свой мобильный телефон, снимая изображение на мониторе. Затем на работе он записал данную видеозапись на диск. Кроме того, он записал на этот же диск еще одно видео, полученное им в ходе ОРМ аналогичным способом с камеры наблюдения расположенного неподалеку дома. 

Свидетель П1 пояснила, что dd/mm/yy 00 часов 40 минут на станцию скорой помощи поступил вызов о том, что у ... лежит мужчина. На момент когда они приехали рядом с мужчиной находился сотрудник полиции. Мужчина был осмотрен и среди видимых повреждений была лишь кровь на губах, зубы были целые. Других видимых телесных повреждений они не нашли. Мужчина на момент их прибытия был без сознания. В дальнейшем данный мужчина был доставлен в ОГБУЗ «Городская больница г.Костромы» и передан сотрудникам данной больницы.

Свидетель И., чьи показания в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ были оглашены в судебном заседании, дала показания в целом аналогичные показаниям свидетеля П1 (т.2 л.д.78-79)

Вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления подтверждается также материалами дела:

- рапортом от dd/mm/yy, согласно которому dd/mm/yy в 00 часов 43 минуты в ОП-1 УМВД России по г. Костроме от ФИО1 поступило сообщение о том, что на ... лежит пьяный мужчина. (т.1 л.д.3);

- рапортом от dd/mm/yy, согласно которому dd/mm/yy в 01 час 47 минут в ОП-1 УМВД России по г.Костроме из ОГБУЗ «Городская больница г.Костромы» поступило сообщение о том, что бригадой скорой медицинской помощи в больницу был доставлен неизвестный мужчина в возрасте 30 лет (установлен как Г.) с ... Диагноз «ЗЧМТ-? Кома», в реанимации. (т.1 л.д.6);

- протоколом осмотра места происшествия от dd/mm/yy, согласно которому с участием ФИО1 был осмотрен участок местности на проезжей части ..., где со слов ФИО1 находился мужчина с признаками алкогольного опьянения. (т.1 л.д.12-16);

- протоколом осмотра места происшествия от dd/mm/yy, согласно которому было осмотрено помещение ОГБУЗ «Городская больница г.Костромы», где была обнаружена и изъята одежда и обувь Г. (т.1 л.д.18-21);

- протоколом осмотра места происшествия от dd/mm/yy, согласно которому было осмотрено помещение бара 

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: .... (т.1 л.д.23-25/

- рапортом от dd/mm/yy, согласно которому dd/mm/yy в ОП-1 УМВД России по г.Костроме из травмпункта поступило сообщение об обращении ФИО1 по поводу перелома кости правой кисти, полученного dd/mm/yy в баре 

<

данные изъяты>т.1 л.д.87);

- протоколом освидетельствования ФИО1 от dd/mm/yy, согласно которому в бюро СМЭ по Костромской области был освидетельствован ФИО1, при осмотре которого была обнаружена отечность правой кисти, каких-либо иных телесных повреждений обнаружено не было. (т.1 л.д.77-78);

- протоколом освидетельствования ФИО2 от dd/mm/yy, согласно которому в бюро СМЭ по Костромской области был освидетельствован ФИО2, у которого каких-либо телесных повреждений обнаружено не было. (т.1 л.д.80-83);

- протоколом выемки от dd/mm/yy, согласно которому у свидетеля Ш. был изъят компакт-диск с видеозаписями с наружных камер видеонаблюдения бара «У Гриши». (т.1 л.д.40-42);

- протоколом выемки от dd/mm/yy, согласно которому у ФИО1 была изъята одежда, в которой он находился на момент совершения преступления. (т.1 л.д.50-51);

- протоколом осмотра предметов от dd/mm/yy, согласно которому был осмотрен компакт-диск с видеозаписями, изъятый dd/mm/yy в ходе выемки у свидетеля Ш. В ходе осмотра видеозаписей были установлены обстоятельства, при которых потерпевшему Г. были причинены телесные повреждения. Указанный компакт-диск с видеозаписями был признан вещественным доказательством и приобщен в качестве такового к материалам уголовного дела. (т.1 л.д.227-230, 231); 

- протоколом осмотра предметов от dd/mm/yy, согласно которому был осмотрен автомобиль марки 

<

данные изъяты> с регистрационным знаком №, принадлежащий свидетелю С2 (т.2 л.д.95-97);

- протоколом осмотра предметов от dd/mm/yy, согласно которому была осмотрена одежда и обувь Г. (футболка, трусы, безрукавка, толстовка, штаны, джинсы, кроссовки, куртка), одежда (куртка, толстовка, брюки) обвиняемого ФИО1. Указанные предметы были признаны вещественными доказательствами и приобщены в качестве таковых к материалам уголовного дела (т.2 л.д.192-195, 196-197);

- протоколом осмотра документов от dd/mm/yy, согласно которому была осмотрена детализация телефонных переговоров с абонентского номера №, используемого потерпевшей С.. Указанная детализация телефонных соединений была признана вещественным доказательством и приобщена в качестве такового к материалам уголовного дела. (т.1 л.д.216-225, 226);

- картой вызова скорой медицинской помощи от dd/mm/yy №, согласно которой dd/mm/yy в 00.40 часов от прохожего на станцию скорой медицинской помощи поступило сообщение о необходимости выезда по адресу: ..., где было плохо мужчине. По выезду на дороге на боку был обнаружен Г., губы которого были в крови. Г. был транспортирован в ОГБУЗ «Городская больница г.Костромы». (т.1 л.д.190);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому смерть Г. наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся 

<

данные изъяты> острой правосторонней субдуральной гематомой, осложнившейся отеком головного мозга и острым дислокационным синдромом. Смерть наступила dd/mm/yy в 10 часов 50 минут. 

При судебно-медицинской экспертизы обнаружены следующие повреждения: ЗЧМТ: 

<

данные изъяты> (по медицинским данным). 

Данные повреждения образовались прижизненно, от контакта с твердым тупым предметом (предметами), одномоментно или в быстрой последовательности друг за другом, в совокупности являются опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью.

Данные телесные повреждения характерны для падения на плоскости (с высоты собственного роста).

При указанных телесных повреждениях Г. мог осуществлять активные действия до момента развития коматозного состояния, обусловленного травмой.

В связи с длительным пребыванием в стационаре и приводимой инфузионной терапией исследование крови на алкоголь не проводилось. В медицинской карте имеется качественный анализ крови на алкоголь. (т.3 л.д.34-40);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому на основании изучения представленных медицинских документов, материалов уголовного дела и в соответствии с поставленными вопросами, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к следующему заключению. 

В представленных медицинских документах у Г. отмечены следующие телесные повреждения:

Закрытая черепно-мозговая травма: 

<

данные изъяты>по данным медицинской карты № стационарного больного ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы») 

<

данные изъяты> (по карте стационарного больного).

Операция - декомпрессивная трепанация черепа (дугообразный разрез в правой лобно-теменно-височной области, дефект костной ткани в правой теменно-височной области) с удалением острой субдуральной гематомы справа.

Принимая во внимание локализацию и характер повреждений, следует полагать, что имело место не менее двух травматических воздействий: в правую теменно-височную область и правую теменно-затылочную область.

При совпадении травматических воздействий по местам контактов, травматических воздействий могло быть и больше.

Принимая во внимание однородность признаков, выявленных при макро- и микроисследованиях, следует полагать, что данные повреждения образовались в короткий промежуток времени до нескольких десятков минут.

Макроморфологические признаки, выявленные в повреждениях при нахождении в стационаре (кровоподтёк в правой височной области, наличие кровоизлияния в мягкие ткани правой теменно-височной области, наличие гематомы в виде жидкой крови и в сгустках), степень выраженности клеточной реакции в повреждённых мягких тканях, выявленной при судебно-гистологическом исследовании, соответствуют давности их образования 48-60 часам от момента их образования до смерти.

Закрытая черепно-мозговая травма, отмеченная в пункте выводов, состоит в прямой причинной связи со смертью.

Принимая во внимание локализацию и характер повреждений, следует полагать, что имело место ударное травматическое воздействие тупым твёрдым предметом в правую теменно-височную область и ударное травматическое воздействие тупым твёрдым предметом в правую теменно-затылочную область под прямым или близком к прямому углом по отношению к местам контактов на поверхностях головы.

Принимая во внимание наличие контактного повреждения в виде кровоизлияния в мягкие ткани правой теменно-затылочной области, характер и направление линейного перелома, наличие очагов противоудара (ушиба правой лобной доли, наличие изолированного перелома на внутренней стенке правой лобной пазухи), возможно образование данных повреждений при падении из положения стоя с последующим ударом правой затылочно-лобной областью о тупой твёрдый предмет.

Учитывая характер и локализацию повреждений в правой теменно-височной области (кровоизлияния в мягкие ткани, очаг ушиба на выпуклых поверхностях правой височной и теменной долей), следует полагать, что имел место удар тупым твёрдым предметом в правую теменно-височную область, что не характерно для падения из положения стоя с последующим ударом правой теменно-височной областью о тупой твёрдый предмет.

Принимая во внимание локализацию и характер телесных повреждений, выявленных при судебно-медицинском исследовании трупа и в ходе нахождения в стационаре, следует полагать, что имело место два травматических воздействия: одно в правую теменно-височную область и одно в правую затылочно-теменную область.

Принимая во внимание наличие контактного повреждения в виде кровоизлияния в мягкие ткани правой теменно-затылочной области, характер и направление линейного перелома, наличие очагов противоудара (ушиба правой лобной доли, наличие изолированного перелома на внутренней стенке правой лобной пазухи), возможно образование данных повреждений при падении из положения стоя, с последующим ударом правой затылочно-лобной областью о тупой твёрдый предмет.

На основе медицинских данных нельзя исключить возможность причинения телесных повреждений, обнаруженных в ходе проведения судебно- медицинской экспертизы трупа Г., повлекших тяжкий вред его здоровью и состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО2 в ходе его допроса в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте, а также с учетом его действий, отображенных на видеозаписях расследуемого события, то есть в результате нанесения ФИО2 на улице возле бара одного удара в область челюсти слева потерпевшему Г. и последующего падения Г. с высоты собственного роста на спину на плоскость.

Принимая во внимание наличие контактного повреждения в виде кровоизлияния в мягкие ткани правой теменно-затылочной области, характер и направление линейного перелома, наличие очагов противоудара (ушиба правой лобной доли, наличие изолированного перелома на внутренней стенке правой лобной пазухи), возможно образование данных повреждений при падении из положения стоя с последующим ударом правой затылочно-лобной областью о тупой твёрдый предмет.

На основе проверки показаний на месте, видеозаписей расследуемого события, то есть в результате нанесения ФИО1 на улице возле бара одного удара в область челюсти справа потерпевшему Г. без последующего падения на спину невозможно получение телесных повреждений, обнаруженных в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа Г., повлекших тяжкий вред его здоровью и состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

На основе медицинских данных и представленных материалов дела исключается образование телесных повреждений, обнаруженных в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы трупа Г., повлекших тяжкий вред его здоровью и состоящих в прямой причинной связи с наступлением его смерти, при обстоятельствах, указанных подозреваемым ФИО1 в ходе своего допроса в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте, то есть в результате нанесения ФИО1 на улице возле ... удара потерпевшему Г. в область челюсти справа и последующего падения Г. на плоскость.

Принимая во внимание характер и локализацию черепно-мозговой травмы, непосредственную причину смерти, травматический отёк головного мозга с последующим сдавлением, следует полагать, что в данном конкретном случаев, каждое последующее воздействие вне зависимости от очерёдности усугубляло действие предыдущего.

Таким образом, учитывая результаты судебно-медицинского исследования и данные материалов дела, Г. мог получить черепно-мозговую травму, приведшую к смерти в результате удара ФИО2 с последующим падением и ударом правой теменно-затылочной областью о тупой твёрдый предмет, чем могло быть твёрдое покрытие дороги, последствия указанного воздействия могли быть усугублены последующим нанесением Г. удара в теменно-височную область. (т.3 л.д.52-61);

Допрошенный в ходе судебного заседания эксперт Ш1. подтвердил результаты проведенной экспертизы. Пояснил, что травматические воздействия в правую теменно-височную и в правую теменно-затылочную область головы Г., повлекшие возникновение у него закрытой черепно-мозговой травмы, были нанесены со значительной силой.

- протоколом эксгумации и осмотра трупа от dd/mm/yy, согласно которому dd/mm/yy была проведена эксгумация трупа Г., в ходе которой был изъят череп с нижней челюстью от трупа Г. для проведения повторной судебной медицинской экспертизы. (т.3 л.д.98-106);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому судебно-медицинская экспертная комиссия ГБУЗ Архангельской области «Бюро судебной медицинской экспертизы» пришла к следующим выводам.

1.1. Согласно данным карты вызова скорой медицинской помощи № от dd/mm/yy, медицинской карты стационарного больного № ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», данным КТ исследования головного мозга от dd/mm/yy, данным аутопсии трупа («заключение эксперта №№), данным, полученным в ходе исследования головы эксгумированного трупа Г., данным судебно-гистологических и медико-криминалистических экспертиз, проведенных в рамках настоящей экспертизы в ГБУЗ Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о наличии у Г. тупой закрытой непроникающей травмы головы, выразившейся в наличии следующих повреждений:

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

1.2. Выявленные повреждения у Г. и указанные в п.п. 1.1. выводов образовались незадолго до оказания потерпевшему медицинской помощи dd/mm/yy в 0:50 часов бригадой скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Костромская областная станция скорой медицинской помощи и медицины катастроф» и поступления Г. dd/mm/yy в 01:15 часов в стационар ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», что не противоречит данным материалов уголовного дела и представленным видеозаписям. Вывод о давности образования повреждений подтверждается объективными данными (клиническая картина, дополнительные лабораторные исследования, характер и морфологические признаки повреждений), в том числе, данными медицинской документации, КТ исследования головного мозга от dd/mm/yy, данными протокола операции «Декомпрессивная трепанация черепа справа с удалением острой субдуральной гематомы справа» от dd/mm/yy, данными аутопсии трупа («заключение эксперта №»), данными повторного судебно-гистологического экспертного исследования, проведенного в рамках экспертизы в ГБУЗ Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», данными повторного судебно-гистологического экспертного исследования мягких тканей головы эксгумированного трупа Г., проведенного в рамках экспертизы в ГБУЗ Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», данными повторного судебно-гистологического экспертного исследования мягких тканей головы эксгумированного трупа Г. после длительной фиксации лоскута головы в растворе формалина, проведенного в рамках экспертизы в ГБУЗ Архангельской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

1.3. Выявленные повреждения, указанные в п.п. 1.1. выводов, имеют одинаковую макро- и микроскопическую картину, следовательно, они образовались в короткий промежуток времени, что исключает возможность достоверного определения последовательности их образования.

1.4. Характер выявленных повреждений, свидетельствует о неоднократных воздействиях твердых тупых предметов (предмета). 

1.5. Окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, приведшей к смерти Г., был обусловлен совокупностью имевших место травмировавших воздействий в область головы потерпевшего, при этом каждое последующее воздействие усугубляло действие предыдущего, способствуя нарастанию объёма травмы (увеличению площади повреждений оболочек и вещества мозга, продолжению, усилению внутричерепного кровотечения), а образующиеся в результате повреждения в области головы, сочетаясь во времени, взаимно отягощали друг друга. 

Согласно п.13 действующих медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в случае, если множественные повреждения взаимно отягощают друг друга, определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, производится по их совокупности. 

На основании изложенного, повреждения, составляющие тупую закрытую непроникающую травму головы, по своему характеру непосредственно создавали угрозу жизни Г. и по этому квалифицирующему признаку согласно п.п. 6.1.2., 6.1.3., п.13. медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, и п.п. «а» п.4 «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью.

2. Смерть Г. наступила от тупой закрытой непроникающей травмы головы, выразившейся в наличии повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов, закономерно осложнившейся сдавлением, отеком и дислокацией головного мозга.

Вывод о причине смерти Г. подтверждается наличием повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов, данными указанными, в п.п. 1.2. настоящих выводов, а также данными КТ исследования головного мозга от dd/mm/yy, данными протокола операции «Декомпрессивная трепанация черепа справа с удалением острой субдуральной гематомы справа» от dd/mm/yy, данными представленной медицинской документации, данными аутопсии трупа («заключение эксперта №».

3. На основании характера, количества, взаиморасположения и объема выявленных повреждений в области головы Г., судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о том, что тупая закрытая непроникающая травма головы, указанная в п.п. 1.1. выводов, образовалась от совокупности не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), а именно:

не менее одного локального ударного травматического воздействия в правые боковые отделы головы в преимущественном направлении справа налево относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего, о чем свидетельствует наличие кровоподтека правой височной области, правой ушной раковины, правой околоушно-жевательной области, правой заушной и сосцевидной областей, кровоизлияния в мягкие ткани правых отделов свода черепа, наличие повреждений оболочек и вещества правых теменной и височной долей,

не менее одного локального ударного травматического воздействия в левую щечную область в преимущественном направлении слева направо относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего, о чем свидетельствует наличие кровоизлияния в мягкие ткани левой щечной области, выявленное в ходе проведения исследования головы эксгумированного трупа, проведенного в рамках настоящей экспертизы,

не менее одного локального ударного травматического воздействия в правый отдел лобной области и правую глазничную область в преимущественном направлении спереди назад относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего, о чем свидетельствует наличие кровоизлияний в мягкие ткани правой глазничной области и в области переносья справа, в мягкие ткани лобной области справа,

не менее двух локальных ударных воздействий тупого твердого предмета (предметов) с широкой (преобладающей) травмирующей поверхностью, пришедшихся в задние отделы головы Г.: 

- первого воздействия в левые отделы теменно-затылочной области волосистой части головы (в область задневнутреннего квадранта левой теменной кости и в левые верхние отделы чешуи затылочной кости),

- второго воздействия в задние центральные отделы теменной области волосистой части головы (в область задневнутренних квадрантов правой и левой теменных костей),

С учетом топографии конструкционных отделов линейного перелома, направление вышеуказанных внешних воздействий при причинении повреждений – сзади наперед, слева направо и сверху вниз, относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего. 

не менее одного локального ударного воздействия в мягкие ткани правого отдела затылочно-теменной области в преимущественном направлении сзади наперед относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего, о чем свидетельствует наличие кровоизлияния в мягкие ткани правого отдела затылочно-теменной области.

О трех ударных воздействиях в задние отделы головы Г. свидетельствуют наличие кровоизлияния в мягкие ткани правого отдела затылочно-теменной области, кровоизлияния в мягкие ткани центральных и левых отделов лямбдовидного шва, расположенное в проекции теменных и затылочной костей (выявленное в ходе проведения исследования головы эксгумированного трупа, проведенного в рамках настоящей экспертизы), наличие переломов костей свода и основания черепа, повреждений оболочек и вещества правой и левой лобных долей.

Объективных судебно-медицинских данных, позволяющих достоверно установить силу ударных воздействий, с которой наносились повреждения Г., в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы экспертной комиссией не установлено. Данной травмирующей силы было достаточно для образования повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов. 

Авторы научных исследований по судебной медицине (ФИО5 и ФИО6) в ходе экспериментов на головах биоманекенов определили пороговую величину ударного воздействия, при котором возникали очаговые ушибы коры при травме лобной и затылочной областей 300-400 кгс (килограмм-сила равна силе, сообщающей телу массой один килограмм, ускорение 9,80665 м/с2).

Согласно данным судебно-медицинской литературы («Черепно-мозговая травма» ФИО7) соотношение силы удара и объема повреждения черепа и головного мозга, такого как у потерпевшего Г. (удары расположены выше затылочного бугра предметом с широкой травмирующей поверхностью) позволяют экспертной комиссии сделать вывод, что сила удара в задние отделы головы потерпевшего могла соответствовать 820-880 кгс.

4.1. Характер выявленных повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов, является признаком действия тупых твердых предметов. 

Суждение о механизме образования перелома, то есть обстоятельства его возникновения возможно лишь на основании анализа морфологии разрушения костей черепа, что позволяет проводить диагностику видов и характера деформация, устанавливать локализацию начального разрушения и последовательность его развития (ФИО8, 1986). 

Согласно данным специальной судебно-медицинской литературы («Судебно-медицинская диагностика переломов костей свода черепа при ударах плоскими твердыми тупыми предметами» ГОУ ВПО «Алтайский государственный медицинский университет» Межрегиональная ассоциация «Судебные медики Сибири», Барнаул 2008 год, ФИО9, ФИО10; «Переломы черепа» ФИО10, Барнаул 2009) особенности анатомического строения черепа дают возможность выделить в нем три зоны прочности:«Шлем» - включает в себя кости свода черепа – теменные, чешуя лобной и затылочной костей, при этом данные кости также имеют «ребра жесткости», а их центральная часть часто упрочнена участком большой кривизны (лобные, теменные и затылочный бугры). Участки костей свода черепа, расположенные между буграми и «балками прочности» выполняют не столько прочностную, сколько покровную функцию. Такие особенности «шлем»-зоны обусловлены ее функциональными задачами, которые сводятся к отражению внешнего воздействия за счет собственных прочностных возможностей, а также перераспределению «запредельной нагрузки» на нижележащие отделы черепа.

Ниже «шлема» располагается «амортизационная» зона черепа. На передней поверхности эту зону представляют лобно-скуловые швы, носолобный и носоверхнечелюстной швы переносья, а также лобные пазухи. На боковых поверхностях - это височные ямки с выраженной вогнутостью (обратной кривизной) свода и выгнутостью скуловой дуги, чешуйчатый шов. В задней части - это большое отверстие затылочной кости, скат и окружающие его швы с естественными отверстиями. «Амортизационная» зона черепа гасит энергию внешнего воздействия, поступающего с «шлем»-зоны и рассеивает нагрузку по нижним отделам черепа для предотвращения его разрушения или ограничения распространения уже зародившегося перелома. Прямое воздействие в «амортизационную» зону сопровождается преимущественно локальным разрушением и является крайней формой гашения повреждающей энергии. «Амортизационная» зона, являясь концентратором напряжений, чаще повреждается конструкционно, при нанесении травматических воздействий в зону «шлема». 

«Базальная» зона прочности выполняет функцию опоры, или фундамента, для всего черепа; она включает в себя кости лицевого черепа и основания, на уровне передней и средней черепных ямок.

При воздействии предмета с широкой плоскостью соударения, независимо от вида и степени локального разрушения, самостоятельно возникают и конструкционные повреждения (ФИО8, 1986).

Исследования ФИО11 (1991) показали, что при падениях навзничь (падение на заднюю поверхность тела, лицом вверх), когда точка соударения приходится на затылочную кость, наблюдались множественные и массивные переломы не только задней, но и средней и передней черепных ямок.

Наиболее полно характер и особенности повреждений костей черепа, возникающие в случаях падения человека навзничь, изучены ФИО12 (Судебно-медицинская оценка повреждений костей черепа в зависимости от условий падения на плоскость и характера поверхности соударения: Автореф. дис.. канд. мед. наук – 1975). Автор указывает, что при самопроизвольном падении навзничь точки соударения с плоскостью могут располагаться на уровне затылочного бугра или несколько выше, что связано с положением головы в момент удара. При самопроизвольном падении навзничь формируется линейный перелом проходящий по чешуе затылочной кости, распространяющийся на основание черепа. При падении человека навзничь с предшествующим ускорением отмечаются другие закономерности в распространении линейного перелома. При таких условиях травмы голова пострадавшего резко запрокидывается назад, место соударения значительно смещается кверху (выше затылочного бугра), приближаясь к вершине лямбдовидного шва или задним отделам теменных костей. Формирующиеся при этом переломы распространяются как на основание черепа, так и, в отличии от повреждений при самопроизвольном падении, на свод черепа.

ФИО12 отмечено, что в этих условиях травмы, помимо локальных переломов, возможно образование конструкционных (изолированных) переломов «волосовидных трещин» в передней черепной ямке на верхней глазничной стенке, вблизи решетчатой пластинки. Симметричное расположение этих трещин свидетельствует об ударе в проекции сагиттальной плоскости, несимметричное – о диагональном направлении. Формирование таких трещин на горизонтальной пластинке лобной кости (передняя черепная ямка) сопряжено с ушибом вещества коры лобных долей со стороны основания. На характер повреждений костей черепа оказывает существенное влияние степень жесткости поверхности соударения. Переломы костей свода черепа чаще возникают при падении на жесткие поверхности соударения (асфальт, гранит, бетон, кафель и т.п.), так как у этих материалов отсутствуют амортизирующие свойства.

4.2. Описание переломов костей свода и основания черепа, оболочек и вещества головного мозга, содержащиеся в исследовательской части «Заключения эксперта» № не соответствуют общепринятым судебно-медицинским правилам и последовательности описания переломов костей черепа, вещества и оболочек головного мозга. 

В рамках настоящей экспертизы проведено медико-криминалистическое исследование костей черепа от трупа Г. («Заключение эксперта № при этом на черепе установлены следующие повреждения:

- трепанационный дефект правой теменной кости,

- линейные локально-конструкционные переломы левых отделов чешуи затылочной кости, задневнутреннего квадранта левой теменной кости, задневнутреннего квадранта правой теменной кости,

- линейный конструкционный перелом передних отделов правой височной кости, височной части правого большого крыла основной кости, переходящий на основание черепа в средней черепной ямке справа, 

- изолированные конструкционные трещины костей основания черепа в передней черепной ямке: правой и левой глазничных частей лобной кости, продырявленной и правой глазничной пластинок решетчатой кости. 

При изучении представленных на медико-криминалистическую экспертизу компьютерных томограмм головы Г., выполненных ему dd/mm/yy в стационаре ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы», установлено наличие линейного перелома задневнутренних квадрантов правой и левой теменных костей, центральных и передненаружных отделов правой теменной кости, передних отделов чешуи правой височной кости, а также наличие перелома задней стенки лобной пазухи справа. 

При сопоставлении характера, топографии, пространственной ориентации, морфологических особенностей повреждений костей черепа от трупа Г., установленных при изучении компьютерных томограмм головы от dd/mm/yy, с характеристиками повреждений костей черепа от трупа Г., установленными при непосредственном их исследовании, выявлены признаки сходства повреждений по вышеперечисленным параметрам, при разной степени их выраженности и при отсутствии между ними существенных различий. 

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что у Г., при его поступлении в стационар ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» dd/mm/yy имелись следующие повреждения костей черепа: 

<

данные изъяты> 

- 

<

данные изъяты> 

Морфологические свойства повреждений костей черепа, их локализация, топография, пространственная ориентация, наличие и характер дополнительных повреждений костной ткани, позволяют сделать вывод о том, что повреждения черепа образовались в результате не менее чем двух локальных ударных воздействий тупого твердого предмета (предметов) с широкой (преобладающей) травмирующей поверхностью, пришедшихся в задние отделы головы Г.: 

- первого воздействия в левые отделы теменно-затылочной области волосистой части головы (в область задневнутреннего квадранта левой теменной кости и в левые верхние отделы чешуи затылочной кости); 

- второго воздействия в задние центральные отделы теменной области волосистой части головы (в область задневнутренних квадрантов правой и левой теменных костей). 

С учетом топографии конструкционных отделов линейного перелома, направление внешних воздействий при причинении повреждений – сзади наперед, слева направо и сверху вниз, относительно стандартного вертикального положения тела потерпевшего. 

В соответствии с данными специальной литературы наличие изолированных трещин костей основания черепа в передней черепной ямке, топография и распространенность линейного перелома, топография точек локального воздействия на черепе свидетельствуют об имевшей место выраженной общей деформации черепа при формировании повреждений, и указывают на инерционный механизм их образования, то есть в результате падений Г. «навзничь» с дополнительно приданным его телу ускорением, с соударением задними и задними левыми отделами волосистой части головы потерпевшего с широкой (преобладающей) травмирующей поверхностью тупого твердого предмета (предметов). 

Выявленные морфологические свойства повреждений костей черепа не позволяют высказать достоверное суждение о других размерно-конструктивных особенностях травмировавшей части действовавшего предмета (предметов). Частные, индивидуализирующие конкретный предмет (предметы) признаки в повреждениях черепа не установлены. 

4.3. Таким образом, судебно-медицинская экспертная комиссия в своих суждениях о механизме образования тупой закрытой непроникающей травмы головы у Г. базировалась на данных представленной медицинской документации, судебно-медицинских данных аутопсии трупа, данных медико-криминалистических исследований черепа и СКТ-исследований головного мозга, данных судебно-гистологических экспертиз, проведенных в рамках экспертизы, а также личного профессионального опыта в танатологии и знаний по судебной медицине.

На основании вышеизложенного (п.п. 1.1., 3., 4.1., 4.2. настоящих выводов), судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о том, что тупая закрытая непроникающая травма головы, то есть совокупность повреждений, в которых она выразилась, указанных в п.п. 1.1. выводов, явилась следствием не менее чем шести травматических воздействий. 

4.3.1. Учитывая характер, локализацию, объем и взаиморасположение повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов, наличие локально-конструкционного перелома костей свода и основания черепа, наличие изолированных конструкционных (не прямых) переломов костей основания черепа в передней черепной ямке, признаков противоударного повреждения оболочек и вещества головного мозга (оболочечные кровоизлияния и ушибы лобных долей), которые свидетельствуют об имевшей место выраженной общей деформации черепа при формировании повреждений, а также с учетом данных медико-криминалистических экспертиз, снимков компьютерной томографии головного мозга, оптического диска с СКТ-исследованиями головного мозга и костей черепа, проведенных в рамках экспертизы, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к однозначному выводу, что в область задних отделов головы Г. действовал твердый тупой предмет (предметы), твердость которого/которых была сравнима либо больше твердости кости, масса его/их значительно превышала массу головы, предмет/предметы имел/имели широкую (преобладающую) ударяющую поверхность и большую удельную энергию удара. 

Повреждения подобного вида и локализации наиболее характерны для тупой травмы головы, образующейся в результате падения (падений) человека навзничь, с соударением задними отделами головы с широким твердым тупым предметом.

В рассматриваемом случае, в результате трех ударов по задним отделам головы Г. в мягких тканях образовались повреждения 

<

данные изъяты> Вследствие большой удельной энергии ударов произошла общая деформация костей черепа с образованием изолированных конструкционных линейных трещин костей основания черепа в передней черепной ямке: 

<

данные изъяты> Одновременно, образовались противоударные повреждения оболочек и вещества головного мозга, в виде ушибов правой и левой лобных долей. Следовательно, повреждение мягких тканей задних отделов головы, переломы свода и основания черепа, а так же повреждения оболочек и вещества головного мозга у Г. причинно связаны между собой и являются частями одного травматического процесса (инерционной травмы головы).

Инерционная травма головы или травма ускорения - это одностороннее кратковременное травматическое воздействие (воздействия) на голову, при котором (которых) травмирующий предмет имеет твердость равную или больше твердости кости, масса его значительно превышает массу головы (а иногда и всего тела), предмет имеет широкую ударяющую поверхность и большую удельную энергию удара. Как правило, данная травма возникает в результате соударения свободно подвижной головой о неподвижный предмет (плоский твердый тупой предмет с преобладающей травмирующей поверхностью), то есть при падении потерпевшего на плоскости («с высоты собственного роста»). 

Учитывая анатомическое расположение зон травматических воздействий в области задних отделов головы Г. (выше затылочного бугра), а также наличие двух повреждений в области лица и одного повреждения на правой боковой поверхности головы, данных материалов дела в части нанесения Г. не менее трех ударов кулаками в переднебоковые отделы головы с последующими падениями после каждого удара кулаками потерпевшего на заднюю/заднебоковую поверхности тела, судебно-медицинская экспертная комиссия приходит к однозначному выводу о том, что данные падения Г. происходили с предшествующим ускорением (инерционными движениями) при ударах (не менее трех) кулаками по переднебоковым отделам головы (п.п. 4.1. выводов). 

4.3.2. Говоря о наличии не менее чем шести травматических воздействий в область головы Г., судебно-медицинская экспертная комиссия не исключила возможность, что ударных воздействий в область головы потерпевшего было больше, о чем может свидетельствовать наличие кровоподтека в правых отделах головы (правой височной области, правой ушной раковины, правой околоушно-жевательной области, правой заушной и сосцевидной областей) и наличие большого объема повреждений в правых теменной и височной долей головного мозга, объем которых мог увеличиваться в условиях нарушения цельной прочностной конструкции черепа, т.е. после образования переломов костей свода и основания черепа с повреждением оболочек и вещества головного мозга.

5. Способность к совершению самостоятельных действий и передвижению при тупой закрытой травме головы согласно литературным данным обуславливается локализацией и объемом повреждений. Окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, обусловлен постепенным скоплением крови над и под оболочками головного мозга, нарастанием сдавления головного мозга, развитием посттравматического отека головного мозга и дислокационного синдрома, приводящего к потере сознания. Таким образом, у потерпевшего был «светлый» промежуток, во время которого он мог сохранять способность к совершению самостоятельных активных действий вплоть до развития угрожающего жизни состояния - отека головного мозга и дислокационного синдрома. Достоверно высказаться о продолжительности «светлого» периода невозможно, длительность его может составлять от нескольких десятков минут до нескольких часов. 

6.1. Судебно-медицинская экспертная комиссия рассматривала не только прочность конструкции черепа и упругие свойства травмирующего предмета (ребро жесткости переднего крыла легкового автомобиля), но и представленные на экспертизу видеозаписи.

Из протокола осмотра предметов от dd/mm/yy следует, что «…При воспроизведении файла с названием «VID 20171006 222619» установлено, что … к Г. подходит ФИО1 и наносит ему удар в правую часть головы своей правой рукой (03 секунда видеозаписи), в результате чего Г. падает на землю заднебоковую поверхность тела слева, опираясь на левую руку, а спиной прислоняется к стоящему рядом автомобилю, при этом, возможно, ударяется об автомобиль затылочной областью головы (достоверно данный факт по видеозаписи определить невозможно). После этого Г. сразу поднимается с земли на ноги...».

При анализе указанной выше видеозаписи экспертная комиссия пришла к выводу о следующем механизме травмирования: в результате инерционного движения (удара кулаком в переднеправые отделы головы) по законам взаимодействия твердых тел потерпевший падает на противоположную от удара сторону тела и тангенциально (под углом) соударяется заднебоковой поверхность тела слева об переднюю левую боковую поверхность автомобиля (возможно в области крыла, колеса, дверцы и переднего зеркала) и далее об асфальт, при этом опирается на левую верхнюю конечность. Удар Г. затылочной часть головы о ребро жесткости переднего крыла легкового автомобиля 

<

данные изъяты> как и о другие детали автомобиля, на представленной видеозаписи не визуализируется. 

Как указано в материалах дела свидетелями Л. и С2, удар о машину был сильный, машину качнуло, однако повреждения на машине отсутствовали, ввиду чего свидетелями было сделано предположение о том, что удар в область головы Г. пришелся о ребро жесткости переднего крыла машины.

6.2. Согласно данным судебно-медицинской литературы еще с 1880 года установлено, что прочность черепа стоит между деревянным и латунными шарами. При взаимодействии двух тел наибольшей пластической деформации всегда подвергается объект, имеющий более низкие показатели твердости. Твердые предметы, имея высокие упругие показатели, обладают более выраженными травмирующими свойствами. При ударе это проявляется расходованием всей энергии на разрушение кости. Для травмы костной ткани, в том числе и черепа, твердыми следует считать предметы, показатели твердости которых, существенно превышают таковые у кости (например, у плиты из металла /стали/ 20000 - 21000 кг/мм2). Именно эти объекты являются наиболее идентификационно пригодными, отражая в переломе максимальное количество своих свойств. 

При условии преобладания твердости кости над твердостью предмета последний следует относить к нетвердым (например, у кордовой резины модуль Юнга 0,8-1,0 кг/мм2). При воздействии таким предметом большая часть энергии идет на деформацию самого предмета. При этом увеличивается площадь контакта, что ведет к снижению показателей удельной энергии нагружения, а для формирования разрушения требуется большая нагрузка. Свойства же травмирующего орудия в разрушении кости не отображаются. Более того, при ударах резиновыми объектами макроразрушения костей свода черепа вообще может не возникать. Нарушение целостности кости, в таких случаях, как правило, выявляется лишь на микроуровне в виде различных микротрещин компактных слоев и диплоэ. 

Если твердость предмета и кости примерно равные, то следует говорить о предметах, сопоставимых по твердости с костью (например, модуль Юнга для плоской кости черепа в среднем составляет 1380-1940 кг/мм2, дерево-береза имеет модуль Юнга 1300-1500 кг/мм2). Образующийся перелом является результатом одновременной деформации кости и бойка.

6.3. Как указано в п.п. 1.5. выводов, окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, приведшей к смерти Г., был обусловлен совокупностью имевших место травмировавших воздействий в область головы потерпевшего, которые подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью. 

В пункте 3 выводов указано, что тупая закрытая непроникающая травма головы, указанная в п.п. 1.1. выводов, образовалась от совокупности не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействия были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействия были нанесены в задние отделы головы Г.

6.5. Таким образом, всё вышеизложенное и отображенные на видеозаписях этапы травмирования Г., прочностные особенности костей свода черепа, установленный механизм образования повреждений в области головы потерпевшего (п. 4. выводов) позволило судебно-медицинской экспертной комиссии исключить возможность образования полного объема тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, в результате нанесения ФИО1 одного удара в область лица потерпевшему Г., с последующим однократным падением Г. с высоты собственного роста на спину и удара затылочной часть головы о твердый тупой предмет.

Однако экспертная комиссия обратила внимание на механизм образования тупой закрытой непроникающей травмы головы (тупая закрытая непроникающая травма головы образовалась от совокупности не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействий были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействий были нанесены в задние отделы головы Г. Таким образом, возможность образования части повреждений из всей совокупности (одного повреждения в области лица от удара кулаком и второго повреждения в области заднего отдела головы потерпевшего вследствие удара о твердый тупой предмет), объединенных в понятие «тупая закрытая непроникающая травма головы» в результате нанесения ФИО1 одного удара в область лица потерпевшему Г. с последующим падением Г. с высоты собственного роста на спину и удара затылочной часть головы о твердый тупой предмет не исключается.

7.1. Из протокола осмотра предметов от dd/mm/yy следует, что «…При воспроизведении файла с названием «VID 20171006 222619» установлено, что … Богданов оборачивается вокруг себя, осматриваясь, а затем поворачивается к Г. и наносит ему удар своей правой рукой в область лица слева (29 секунда видеозаписи). От удара Г. падает на землю и остается лежать на ней. Далее к Г. подходит ФИО1, который совершает небольшое движение в сторону Г. своей правой ногой…В начале второй минуты записи к Г. подходит ФИО1 и хлопает его руками по лицу (58 секунда видеозаписи). Далее ФИО1 и еще один мужчина (предположительно С1 берут Г. под руки и подтаскивают к стене здания… где его сажают, облокотившись о стену… В период с 03 минуты 10 секунд и до 05 минут 14 секунд Г. продолжает лежать на земле, не подавая признаков жизни… На 05 минуте 17 секунде видеозаписи к Г. подходят неизвестные мужчина и девушка в светлой куртке, которые начинают приводить Г. в чувства, он садится на земле, облокотившись о подмосток… Далее водитель автомобиля с мужчиной поднимают Г. на ноги. Далее через некоторое время молодой человек с Г. подходят к задней правой пассажирской двери автомобиля, возле которой некоторое время стоят. Затем к ним подходит и вышеуказанная девушка. На мониторе просматривается время 23:58:03. Далее Г. отходит от машины в правую сторону по объективу видеокамеры и пропадает из ее поля зрения…».

Из протокола осмотра предметов от dd/mm/yy следует, что «…При воспроизведении файла с названием «VID 20171006 164955» установлено, что… На записи видно, как с дальней от камеры стороны по направлению к ней, шатаясь, движется мужчина (установлен следствием как Г. за ним следует другой мужчина (установлен следствием как ФИО1)…».

При анализе указанной выше видеозаписи экспертная комиссия пришла к выводу о следующем механизме травмирования: в результате инерционного движения (удара кулаком правой руки ФИО2 в левые отделы головы Г.) по законам взаимодействия твердых тел потерпевший падает навзничь на противоположную от удара сторону тела и соударяется задней/заднебоковой поверхность тела об асфальт, в том числе задними отделами головы. После данного падения Г. находился без сознания около пяти минут (согласно представленным видеозаписям).

7.2. При изучении экспертной комиссией CD-диска с КТ исследованиями головного мозга на имя Г. установлено наличие ушибов головного мозга (контузионные очаги геморрагического пропитывания без четких контуров, наибольший - до 11x8 мм в поперечнике (в аксиальной плоскости). Размеры данных очагов ушибов позволили экспертной комиссии отнести их к ушибам головного мозга средней степени, которые клинически характеризуются выраженными общемозговыми и очаговыми полушарными симптомами, а у части пострадавших стволовыми нарушениями. Потеря сознания при ушибах головного мозга средней степени продолжается от нескольких минут до нескольких часов в виде оглушения, сопора или комы. После выхода из бессознательного состояния отмечается длительный период заторможенности, спутанности и психомоторного возбуждения с дезориентировкой и иллюзорными восприятиями.

7.3. Как указано в п.п. 1.5. выводов, окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, приведшей к смерти Г., был обусловлен совокупностью имевших место травмировавших воздействий в область головы потерпевшего, которые подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью. 

В пункте 3 выводов указано, что тупая закрытая непроникающая травма головы, указанная в п.п. 1.1. выводов, образовалась от совокупности не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействия были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействия были нанесены в задние отделы головы Г.

7.4. На основании вышеизложенного, с учетом установленного механизма образования повреждений в области головы потерпевшего (п. 4 выводов), возможность образования полного объема тупой закрытой непроникающей травмы головы, в результате одного удара в область челюсти слева потерпевшему Г. и последующего однократного падения Г. с высоты собственного роста на спину на плоскость (забетонированную площадку) исключается.

Однако экспертная комиссия обратила внимание на механизм образования тупой закрытой непроникающей травмы головы (тупая закрытая непроникающая травма головы образовалась от не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействия были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействия были нанесены в задние отделы головы Г. Таким образом, с учетом жесткости поверхности соударения (забетонированная площадка), экспертная комиссия пришла к выводу о том, что возможность образования части повреждений из всей совокупности (одного повреждения в области лица от удара кулаком и второго повреждения в области заднего отдела головы потерпевшего вследствие удара о забетонированную площадку), объединенных в понятие «тупая закрытая непроникающая травма головы», указанной в п.п. 1.1. выводов, в результате одного удара в область челюсти слева потерпевшему Г. и последующего падения Г. с высоты собственного роста на спину на плоскость (забетонированную площадку) не исключается.

8.1. Из протокола допроса подозреваемого ФИО1 от dd/mm/yy следует, что «…Догнав мужчину я правой рукой с размаху, кулаком нанес ему один удар в область лица - по челюсти справа, от удара он упал на левый бок и потерял сознание. Так как я нанес ему удар из неудобного для меня положения - я сильно ушиб правую руку в области кисти, отчего у меня образовалась опухлость…». 

Из протокола проверки показаний на месте от dd/mm/yy следует, что «…ФИО1 демонстрирует на манекене, как наносил удар потерпевшему, а именно из за спины потерпевшего, нанес правой рукой удар в область челюсти с правой стороны… ФИО1 меняет свое расположение относительно манекена, выйдя из-за спины, на три четверти, со стороны правого плеча, все еще находясь сзади манекена. Затем, повторно демонстрирует, как наносил удар потерпевшему, а именно находясь на три четверти со стороны правого плеча сзади потерпевшего, нанес правой рукой удар в область челюсти с правой стороны… Ответ обвиняемого: да, и он упал на бок. ФИО1 демонстрирует, как после удара потерпевший, упал на асфальт, на левый бок… Ответ обвиняемого: потом поехала машина, и я перевернул его, на спину, посмотрел, он моргал, увидел меня. Все потом я вызвал скорую и милицию. Вопрос следователя-криминалиста: а Вы с дороги то его убрали? Ответ обвиняемого: нет, он так и лежал на дороге…».

Из дополнительного допроса обвиняемого ФИО1 от dd/mm/yy следует, что «…третий удар позже, после того, как догнал потерпевшего на ..., как я указывал при проверке показаний на месте…».

8.2. При анализе вышеуказанных обстоятельств причинения повреждений экспертная комиссия пришла к выводу о следующем механизме травмирования: в результате инерционного движения (удара кулаком правой руки в правые отделы лица потерпевшего – «челюсть с правой стороны») по законам взаимодействия твердых тел потерпевший падает на противоположную от удара сторону тела и соударяется левой боковой поверхность тела об асфальт. Ударился ли Г. при падении головой, в материалах дела не отражено.

8.3. Как указано в п.п. 1.5. выводов, окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, приведшей к смерти Г., был обусловлен совокупностью имевших место травмировавших воздействий в область головы потерпевшего, которые подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью. 

В пункте 3 выводов указано, что тупая закрытая непроникающая травма головы, указанная в п.п. 1.1. выводов, образовалась от совокупности не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействия были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействия были нанесены в задние отделы головы Г.

На основании установленного механизма образования (п. 4 выводов) тупой закрытой непроникающей травмы головы, указанной в п.п. 1.1. выводов, возможность образования полного объема травмы головы при однократном ударе потерпевшего в область челюсти справа с последующим однократным падением Г. с высоты собственного роста на плоскость (на асфальт) и соударения левой боковой поверхность тела, исключается. 

Однако экспертная комиссия обратила внимание на механизм образования тупой закрытой непроникающей травмы головы (тупая закрытая непроникающая травма головы образовалась от не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом не менее трех ударных воздействия были нанесены в переднебоковые отделы головы и не менее трех ударных воздействия были нанесены в задние отделы головы Г. Таким образом, с учетом жесткости поверхности соударения (асфальт), экспертная комиссия пришла к выводу о том, что возможность образования части повреждений из всей совокупности (одного повреждения в области лица от удара кулаком и второго повреждения в области заднего отдела головы потерпевшего вследствие удара об асфальт), объединенных в понятие «тупая закрытая непроникающая травма головы», указанной в п.п. 1.1. выводов, при однократном ударе потерпевшего в область челюсти справа с последующим однократным падением Г. с высоты собственного роста на плоскость (на асфальт) и соударения левой боковой поверхностью тела, в том числе головой, не исключается.

9. На основании характера, количества, локализации и объема повреждений, указанных в п.п. 1.1. выводов, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к однозначному выводу о том, что окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, приведшей к смерти Г., обусловлен совокупностью имевших место травмирующих ударных воздействий (не менее шести) в области головы потерпевшего, при этом каждое последующее травматическое воздействие усугубляло действие предыдущего, а образующиеся в результате повреждения отягощали друг друга и через развитие закономерных осложнений, указанных в п. 2 выводов, привели к смерти Г.

Как следует из материалов дела, Г. было нанесено не менее трех ударов в передние отделы головы, после каждого удара потерпевший падал на заднюю/заднебоковую поверхность тела.

Как указано в п. 3 выводов, тупая закрытая непроникающая травма головы образовалась от не менее чем шести ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов), при этом три ударных воздействия приходились в область лица и правой боковой поверхности головы потерпевшего, а три воздействия приходились в задние отделы головы потерпевшего (инерционная травма головы).

Таким образом, при сопоставлении характера, топографии, пространственной ориентации, морфологических особенностей повреждений в области головы Г. и материалов уголовного дела в части причинения повреждений ФИО1 и ФИО2 установлены признаки сходства повреждений по вышеперечисленным параметрам, при разной степени их выраженности и при отсутствии между ними существенных различий. Следовательно, возможность образования тупой закрытой непроникающей травмы головы в результате не менее трех ударов кулаками, нанесенных ФИО1 и ФИО2, с последующими не менее тремя падениями Г. на заднюю/заднебоковую поверхность тела и тремя соударениями задними отделами головы, при условии предшествующих ускорений, не исключается. (т.3 л.д.114-175);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому при исследовании толстовки, джинсов, ветровки, изъятых в ходе ОМП dd/mm/yy по адресу: 

<

...> ОГБУЗ ГБ г.Костромы, брюк и толстовки ФИО1 установлено наличие на них крови, принадлежащей человеку. (т.3 л.д.222-226);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому кровь Г. относится к группе А? MN. Кровь ФИО13 относится к группе А? MN. Кровь ФИО1 относится к группе В?.

При определении групповой принадлежности крови (заключение эксперта № от dd/mm/yy) в пятнах на толстовке, джинсах, ветровке, изъятых в ходе ОМП от dd/mm/yy по адресу: 

<

...> ОГБУЗ ГБ г. Костромы, брюках ФИО1 установлено наличие крови А? группы, которая может принадлежать как Г., так и ФИО2, исключается ее происхождение от ФИО1

В пятне крови на толстовке ФИО1 установлена В? группа. Таким образом, кровь может принадлежать ФИО1, исключается ее происхождение от Г. и ФИО2 (т.3 л.д.240-242);

- заключением эксперта от dd/mm/yy №, согласно которому у ФИО1 dd/mm/yy согласно представленным медицинским документам имелась закрытая тупая травма правой кисти в виде 

<

данные изъяты>, которая могла образоваться от действия твердого тупого предмета (предметов) или при ударе о таковой (таковые).

Эта травма опасности для жизни не имела, причинила средней тяжести вред здоровью, т.к. повлекла длительное расстройство здоровья на срок свыше 21 дня.

Достоверно точно судить о времени образования вышеуказанной травмы невозможно по причине отсутствия описания в травмкарте морфологических особенностей гематомы (цвет, выраженность). (т.4 л.д.50-51);

Допрошенный в рамках судебного заседания эксперт К4 подтвердил выводы указанные в заключении № от dd/mm/yy. Пояснил, что образование выявленной у ФИО1 закрытой тупой травмы правой кисти в результате нанесения им удара (ударов) этой рукой по лицу другого человека, в том числе, и при ударе этой рукой по лицу Г., как показано на видеозаписи, не исключается. 

Давая оценку показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения, суд учитывает, что они последовательны, не имеют существенных разногласий и в целом не противоречат фактическим обстоятельствам дела. Каких-либо, мотивов у потерпевшей и свидетелей для оговора подсудимых в ходе судебного заседания не установлено. Стороной защиты не представлено убедительных доказательств, сомневаться в таких выводах. При таких обстоятельствах у суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей. При этом потерпевшие и свидетели изложили известные им обстоятельства, очевидцами которых они были. В целом данные показания, как подсудимых ФИО2 и ФИО1, так и потерпевшей и свидетелей, взаимодополняют друг друга, подтверждая виновность подсудимых.

Оценив приведенные доказательства в их совокупности, которые подтверждают и дополняют друг друга, суд признает их достоверными, допустимыми и достаточными и кладет их в обоснование вывода о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении вышеназванного преступления.

Выводы экспертов не вызывают у суда сомнений в их правильности, поскольку они сделаны специалистами, имеющими определенный стаж и опыт работы по избранной специальности. Проведенные экспертные заключения не противоречат требованию ст.199 УПК РФ, а также ФЗ № 73 от 31 мая 2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Они полностью согласуются с другими доказательствами, исследованными судом. Изложенное, позволяет суду признать заключения экспертов объективными. 

Таким образом, оценивая в совокупности имеющиеся по делу доказательства, суд признает вину ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления доказанной и квалифицирует их действия с учетом мнения государственного обвинителя по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В пользу данной квалификации свидетельствует, то, что подсудимые действовали совместно, все выполняли действия, составляющие объективную сторону преступления, будучи объединены единым умыслом, направленным на причинение вреда здоровью потерпевшего.

В силу ч.1 ст.35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителей без предварительного сговора.

Применительно к ст.111 УК РФ, с учетом принципа вины, установленного ст.5 УК РФ, данные положения уголовного закона означают, что ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное группой лиц, наступает в том случае, если каждое из указанных лиц осознает, что участвует в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего совместно с другим лицом.

Из фактических обстоятельств дела, установленных в ходе судебного заседания, усматривается, что dd/mm/yy в вечернее время подсудимый ФИО1, находясь на улице перед входом в бар 

<

данные изъяты> умышленно нанес один удар в лицо потерпевшему Г., от которого последний упал, ударившись о припаркованный автомобиль, после нанесенного удара встал, при этом конфликт и драка между потерпевшим и ФИО1 продолжились путем взаимных толчков, захватов и агрессии. В этот момент ФИО2 присоединился к действиям ФИО1, нанеся сильный, акцентированный удар в левую часть лица потерпевшего, от которого последний упал, ударившись задней частью головы об асфальтовую поверхность, потерял сознание. При этом ФИО2 в момент нанесения удара, видел, что ФИО1 и Г. находятся в состоянии конфликта и драки. От удара, нанесенного ФИО2 и последующего соударения задней частью головы об асфальт, потерпевший потерял сознание и находился в указанном состоянии длительный период времени. При совершении ФИО2 указанных действий присутствовал ФИО1, который постарался совместно со свидетелями привести в чувство потерпевшего. Далее ФИО1 осознавая, что потерпевший уже находится в тяжелом состоянии, так как ранее ему уже были нанесены удары им и подсудимым ФИО2, от которых потерпевший терял сознание, значительное время не мог самостоятельно передвигаться, умышленно, с целью причинения Г. тяжкого вреда здоровью, проследовав за потерпевшим, нанес последнему удар со значительной силой в область лица. От удара потерпевший упал, ударившись с ускорением о твердую поверхность головой.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы приведенного выше, окончательный объем тупой закрытой непроникающей травмы головы, приведшей к смерти Г., был обусловлен совокупностью имевших место травмировавших воздействий в область головы потерпевшего, при этом каждое последующее воздействие усугубляло действие предыдущего, способствуя нарастанию объёма травмы (увеличению площади повреждений оболочек и вещества мозга, продолжению, усилению внутричерепного кровотечения), а образующиеся в результате повреждения в области головы, сочетаясь во времени, взаимно отягощали друг друга. 

Повреждения, составляющие тупую закрытую непроникающую травму головы, по своему характеру непосредственно создавали угрозу жизни Г. и по этому квалифицирующему признаку подлежат оценке в совокупности как тяжкий вред здоровью.

Мотивом к совершению преступления у обоих соучастников послужила личная неприязнь, вызванная у ФИО1 конфликтом, произошедшим с потерпевшим незадолго в помещении бара. Личная неприязнь, вызванная у подсудимого ФИО2, как следует из его собственных показаний, агрессивным поведением потерпевшего на улице, громкими высказываниями. ФИО2 подтвердил, что по телефону о потасовке ему сообщила свидетель Ш. и попросила помочь, указав, что один из посетителей «буянит». На месте происшествия, определив, что данным посетителем является Г., ФИО13 нанес ему удар кулаком в лицо.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимых.

Согласно заключению комиссии экспертов № от dd/mm/yy, ФИО1 в настоящее время обнаруживает признаки 

<

данные изъяты> с другими нарушениями поведения, как и обнаруживал данное психическое расстройство на момент совершения правонарушения. Однако данное психическое расстройство у ФИО1 на момент совершения правонарушения и в настоящее время, не достигало и не достигает психотического уровня. В каком-либо временном болезненном расстройстве психической деятельности ФИО1 на момент совершения правонарушения не находился и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и значение своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается. С учетом психического состояния ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. ФИО1 не находился в состоянии аффекта во время совершения инкриминируемого ему деяния (т.4 л.д.8-10)

Согласно заключению комиссии экспертов № от dd/mm/yy, ФИО2 в настоящее время каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает, как и не страдал им во время совершения противоправных действий. Психически здоров. По психическому состоянию ФИО2 во время совершения инкриминируемого ему деяния мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и значение своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается. По психическому состоянию ФИО2 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. В состоянии аффекта в момент совершения инкриминируемых ему деяний ФИО2 не находился /т.4 л.д.22-24).

Поведение подсудимых до, во время и после совершения преступления не вызывает каких-либо сомнений в их психической полноценности. В суде они правильно воспринимают обстоятельства, имеющие значение по делу, дают о них показания.

С учетом заключений экспертов, которые не вызывают сомнений в правильности выводов, иных данных о психическом состоянии подсудимых, суд признает их в отношении деяния, признанного доказанным, вменяемыми.

При назначении наказания ФИО1 и ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

ФИО2 не судим, имеет постоянное место жительства и работы, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы положительно, на учете у психиатра и нарколога не состоит, к административной ответственности не привлекался. У него на иждивении находятся 

<

данные изъяты> несовершеннолетних ребенка. 

Свидетель В. допрошенный по ходатайству стороны защиты охарактеризовал ФИО2 с положительной стороны.

ФИО1 имеет постоянное место жительства, работает, на учетах у психиатра и нарколога не состоит. На момент совершения преступления был дважды судим за совершение тяжких умышленных насильственных преступлений, отбывал наказание в виде лишения свободы (судимости в обоих случаях не сняты и не погашены), в его действиях содержится рецидив преступлений, который суд учитывает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого. Кроме этого он совершил инкриминируемое ему преступление в период нахождения под административным надзором, неоднократно привлекался к административной ответственности за совершение правонарушений, связанных с нарушением общественного порядка и несоблюдением ограничений установленных ему судом как лицу, находящемуся под административным надзором. 

По месту жительства ФИО1 участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, в браке не состоит, детей не имеет.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимым являются: явки ФИО14 и ФИО2 с повинной, в качестве которой суд признает первоначальное объяснение ФИО2 от dd/mm/yy (т.1 л.д.43, 44), признание ими своей вины, раскаяние в содеянном.

Смягчающим наказание обстоятельством в отношении подсудимого ФИО2 суд признает частичное возмещение причиненного вреда, также учитывает, что он является опекуном 

<

данные изъяты> несовершеннолетних детей. Заведующим отделом опеки и попечительства администрации Костромского муниципального района ФИО2 характеризуется только с положительной стороны.

Обстоятельств отягчающих наказание подсудимому ФИО2, судом не установлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ также является совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Как пояснил подсудимый, он перед совершением преступления употреблял спиртное в значительном количестве, в момент совершения преступления находился в состоянии опьянения. Утвердительно ответил, что если бы он был трезвый, то преступления не совершил бы. Таким образом, суд приходит к мнению, что именно состояние опьянения явилось одним из факторов, спровоцировавших совершение преступления. 

По мнению суда, наказание ФИО1 и ФИО2 следует назначить в виде лишения свободы, поскольку данный вид наказания более чем иной другой будет способствовать исправлению подсудимых. С учетом обстоятельств совершенного подсудимыми преступления, оснований для применения ст.73 УК РФ суд не находит. При этом суд считает правильным не применять к ним дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Поскольку ранее ФИО1 дважды был судим за совершение тяжких преступлений (судимости в обоих случаях не сняты и не погашены), в его действиях содержится особо опасный рецидив преступлений, то наказание он должен отбывать согласно п.«г» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии особого режима.

Наказание подсудимый ФИО2 должен отбывать согласно п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

По настоящему делу потерпевшей С. заявлен гражданский иск, она признана в установленном законом порядке гражданским истцом. 

Потерпевшая С. исковые требования о возмещении морального вреда поддержала в полном объеме. Просила взыскать в ее пользу с ФИО1 и ФИО2 1 500 000 рублей с каждого.

В судебном заседании подсудимые ФИО1 и ФИО2 исковые требования признали полностью. 

Рассматривая данные исковые требования, суд исходит из следующего.

В силу ст.44 УПК РФ гражданский истец вправе требовать возмещения имущественного вреда, а также может предъявить иск и для имущественной компенсации морального вреда, причиненных ему непосредственно преступлением. В соответствии с требованиями закона возместить материальный ущерб, а также компенсировать причинение морального вреда обязаны их причинители.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 24 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 17 от 29 июня 2010 года «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке с учетом степени вины каждого из них, роли каждого виновного в совершении преступления в отношении потерпевшего.

Решая вопрос о размере исковых требований С. в части компенсации морального вреда, суд исходит из требования ст.1101 ГК РФ. 

В результате умышленных действий подсудимых потерпевшей С. причинен моральный вред, выразившийся в сильных нравственных страданиях вызванных смертью мужа и невосполнимой потерей близкого человека.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает разумность и справедливость заявленных требований, характер и глубину нравственных страданий, материальное положение подсудимых и их реальные возможности по возмещению указанного вреда.

Таким образом, на основании ст.ст.151, 1099-1101 ГК РФ, суд приходит к выводу, что исковые требования С. о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично. Компенсация морального вреда должна быть взыскана с подсудимых ФИО1 и ФИО2

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 07 (семи) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима без ограничения свободы. 

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 05 (пяти) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима без ограничения свободы. 

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - заключение под стражу.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с dd/mm/yy. Зачесть ФИО1 в срок наказания время содержания под стражей с dd/mm/yy по dd/mm/yy включительно.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменить, избрав меру пресечения в виде заключения под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с dd/mm/yy. Зачесть ФИО2 в срок наказания время содержания под стражей с dd/mm/yy по dd/mm/yy включительно.

Исковые требования С. удовлетворить частично.

Взыскать в пользу С. с ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать в пользу С. с ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: компакт-диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения бара 

<

данные изъяты> по адресу: ..., а также с камеры видеонаблюдения, установленной на ..., детализацию телефонных соединений абонентского номера № - хранить при уголовном деле; одежду Г. (футболка, трусы, безрукавка, толстовка, штаны, джинсы, кроссовки, куртка) – по вступлению приговора в законную силу возвратить по принадлежности потерпевшей С. одежду ФИО1 (куртка, толстовка, брюки) – по вступлению приговора в законную силу возвратить по принадлежности ФИО1 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Костромской областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора с соблюдением требований ст. 317 УПК РФ. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен заявить в тот же срок.

Судья А.А. Тумаков