Дело №2-157/2019 

РЕШЕНИЕ

 СУДА

Именем Российской Федерации

05 февраля 2019 года г. Ногинск Московской области

Ногинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Жуковой О.В.,

с участием прокурора Паученко Т.И., 

адвоката Бутова П.П.,

при секретаре Дроздюк Л.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ч. М. к ФИО1 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Ч. М. обратилась в суд с иском к ФИО1 о компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований ссылаясь на следующее.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был зарегистрирован брак, в котором родились общие дети ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В ходе совместной жизни Ч. Д.А. вел себя неадекватным образом, на воне неприязненных отношений угрожал истцу, нецензурно ругался в ее адрес в присутствии несовершеннолетних детей. Ч. Д.А. проходил курс реабилитации в связи с употреблением наркотических веществ. На протяжении длительного периода времени Ч. Д.А. наносил истцу Ч. М. телесные повреждения и унижал ее честь и достоинство.

ДД.ММ.ГГГГ, в утреннее время, когда Ч. Д.А. находился вместе с истцом и двумя детьми в поликлинике НЦЧ РАН, расположенной по адресу: 

<

адрес>, 

<

...> 

<

адрес>, на 5 этаже, начал оскорблять ее (истца Ч. М.) и высказывать недовольство по поводу того, что их ребенок находится в больнице, на что она (истец) ответила, что не виновата в этом, так как сама находилась на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ МО «НЦРБ» 

<

адрес> и попала туда в результате его же избиения, однако Ч. Д.А. стал оскорблять ее, а потом толкнул в спину и начал наносить удары руками по голове и другим частям тела. После данных действий Ч. Д.А. истец увидела на своем теле различные телесные повреждения.

После данного факта Ч. М. незамедлительно обратилась с заявлением в отдел полиции по г.о. 

<

адрес>, после чего направилась в Травмпункт 

<

адрес>, где истцу диагностировали СГМ, ушибы мягких тканей волосистой части головы, ссадины левого лучезапястного сустава, кровоподтек левого локтевого сустава. Истцу была предложена госпитализация, от которой она отказалась. Вернувшись домой, Ч. Д.А. устроил скандал, сказав, что заявление в полицию ничего не изменит и никто его к ответственности не привлечет. После данного события Ч. Д.А. ежедневно угрожал истцу, однако она отказывалась забрать заявление. Через некоторое время истца Ч. М. вызвали в отдел полиции по г.о. Черноголовка, где пояснили о необходимости прохождения медицинской экспертизы, при этом уточнили, что она будет проходить ее в морге и истец какое-то время из-за этого не сможет увидеть своих детей, так как нужно будет время, чтобы бактерии, находящиеся в «трупном яде», выветрились. Испугавшись данных обстоятельств, Ч. М. написала заявление об отказе в прохождении судебно-медицинской экспертизы.

В начале октября 2017 года истец получила постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного, ссылаясь на нормы ст.ст. 1099, 151 ГК РФ, п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 и Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2018), утв. Президиумом ВС РФ 04.07.2018 года, истец ФИО4 Мээрим просила суд взыскать в качестве моральной компенсации с ФИО1 денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> за причинение телесных повреждений, нравственных страданий, имевших место ДД.ММ.ГГГГ. 

В судебном заседании истец Ч. М. и ее представитель – адвокат Бутов П.П. заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, дали суду объяснения, аналогичные доводам иска. Дополнительно Ч. М. пояснила, что в поликлинику на УЗИ ДД.ММ.ГГГГ она приехала с детьми со знакомым на машине из 

<

адрес>, где она примерно в течении уже недели находилась в реабилитационном центре «Страна живых», в котором ранее ответчик Ч. Д.А. проходил лечение и реабилитацию от наркозависимости. Она вынуждена была туда уехать с детьми из-за того, что Ч. Д.А. вел себя неадекватно и угрожал ей. Когда она – Ч. М. поднялась с детьми на 5 этаж больницы, то там увидела Ч. Д.А. с его родственниками – матерью, отцом и двоюродным братом Олегом. Ч. Д.А. в присутствии детей стал оскорблять ее, забрал старшего ребенка, схватил больно за руку, оттолкнул ее обратно в лифт, а после того, как все зашли в лифт, стал наносить удары руками по голове. На втором этаже она смогла выбежать из лифта и побежала на 

<

адрес>, который их привез в больницу. На улице она увидела двоюродного брата ответчика, у которого на руках был младший ребенок, забрав ребенка и позвав с собой знакомого Ивана, истец вернулась в больницу искать старшего ребенка, однако ни ответчика, ни ребенка она не нашла, после чего она поехала в полицию, а оттуда в Травмпункт и обратно в 

<

адрес> с младшим сыном.

В судебном заседании ответчик Ч. Д.А. и его представитель ФИО5 исковые требования не признали в полном объеме, просили суд в удовлетворении иска отказать. Ч. Д.А. пояснил суду, что ДД.ММ.ГГГГ он обращался о органы полиции, а также в органы опеки и попечительства, с просьбой установить местонахождение его супруги Ч. М., которая забрала детей и уехала в неизвестном направлении. С помощью органов полиции 

<

адрес> удалось установить ее местонахождение, а именно, она находилась в реабилитационном центре «Страна живых», где он действительно 10 (десять) назад проходил реабилитацию. При этом, на учете он никогда не состоял и не состоит, около десяти лет не употребляет никаких вредных веществ, реабилитация была еще до знакомства с истцом и рождения детей. На протяжении всех совместных лет жизни он – Ч. Д.А. руку на супругу не поднимал и не унижал ее честь и достоинство. Ответчик считает, что действия Ч. М. по обращению в органы полиции об избиении направлены на его оговор и дискредитацию, поскольку он стал настаивать на ее трудоустройстве, прекратил материальное содержание ее родственников, в связи с чем она стала высказывать угрозы, что она увезет детей и он их не увидит. Попытка увезти младшего ребенка в Киргизию (на родину истца) имела место быть в конце августа 2017 года, где ее на границе задержали пограничники. Старший сын М. был записан на УЗИ печени и желчного пузыря на ДД.ММ.ГГГГ, однако Ч. М. уехала и ребенка к врачу не привезла. В поликлинике ему – Ч. Д.А. стало известно о том, что Ч. М. перезаписала М. на УЗИ на ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, он и приехал в указанный день ДД.ММ.ГГГГ в поликлинику со своими родителями и братом во избежание дискредитации со стороны истца и с целью забрать детей, так как они находились в небезопасном для них месте, поскольку органы полиции этого сделать не смогли. ДД.ММ.ГГГГ он со своими родственниками приехали в поликлинику на 5 этаж к кабинету УЗИ. Немного подождав, они увидели, что из лифта выходит М. с детьми, младшего она держала на руках, а старший, увидев его (ответчика Ч. Д.А.) побежал на встречу. Он - Ч. Д.А. взял ребенка на руки и сразу последовал к лифту, младший ребенок остался у Ч. М. на руках. Ч. Д.А. один спустился на лифте с ребенком к машине, а его родственники еще на какое-то время задержались в поликлинике. С Ч. М. он – Ч. Д.А. не общался, не толкал и не причинял ей телесных повреждений. Младшего ребенка родственникам забрать не удалось, и они все вернулись домой. Около 5 вечера его – Ч. Д.А. вызвали в полицию 

<

адрес>. В полиции он увидел М., следователь ему сообщил, что от нее на него поступило заявление об избиении. Ч. Д.А. дал свои объяснения и больше по данному поводу его никуда не вызывали. В указанный день Ч. М. домой не вернулась, и только в конце августа 2017 года ему стало известно о попытке увезти младшего сына в Киргизию, его родители летали в 

<

адрес> и забирали М. с ребенком, вернув в 

<

адрес>.

Представитель Ч. Д.А. по доверенности – ФИО5 дополнительно пояснила суду, что факт причинения телесных повреждений ответчиком Ч. Д.А. со стороны истца не доказан, производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с добровольным отказом истца от заявления, также Ч. М. отказалась и от прохождения судебной медицинской экспертизы. Кроме того, одна справка из травмпункта не может служить доказательством вины ответчика. Кроме того, свидетели происходивших событий в поликлинике ДД.ММ.ГГГГ полностью опровергли доводы иска Ч. М., также как и не соответствуют действительности доводы иска о ежедневных угрозах со стороны ответчика после случившегося, поскольку сама истец Ч. М. подтвердила тот факт, что в 

<

адрес> она вернулась в конце августа 2017 года, а до этого времени она жила в 

<

адрес> МО и с ответчиком не общалась.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязательными условиями наступления ответственности за причинение вреда в соответствии со ст. 1069 ГК РФ являются: факт причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, вина причинителя вреда, а также причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.

Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, связанных с физической болью, связанной с причинением увечья, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ стороны по делу - Ч. М. и Ч. Д.А. состояли в зарегистрированном браке, в котором родились общие несовершеннолетние дети: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ брак был расторгнут.

Из справки, выданной травмпунктом Ногинской ЦРБ усматривается, что Ч. М. обратилась ДД.ММ.ГГГГ за медицинской помощью по поводу СГМ, ушибов мягких тканей волосистой части головы, ссадин левого лучезапястного сустава, кровоподтека левого локтевого сустава.

Из постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, вынесенного ДД.ММ.ГГГГ начальником отдела полиции по г.о. Черноголовка, усматривается, что Ч. М. ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 02 мин. обратилась в ОП по г.о. Черноголовка с заявлением по факту причинения ей телесных повреждений в виде СГМ, ушиба мягких тканей головы около 12 час. 00 мин. по адресу: 

<

адрес> поликлиники НЦЧ РАН, где ее муж – Ч. Д.А. в ходе конфликта толкнул ее рукой в спину и ударил правой рукой по голове, чем нанес ей побои, причинившие физическую боль. ДД.ММ.ГГГГ Ч. М. обратилась в отдел полиции по г.о. Черноголовка с письменным заявлением с просьбой прекратить проверку по факту причинения ей телесных повреждений и с отказом от прохождения СМЭ. В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении по ст. 6.1.1 КоАП РФ по факту причинения телесных повреждений гр. Ч. М. прекращено за отсутствием состава административного правонарушения.

Судом был запрошен материал проверки по факту обращения Ч. М. в отдел полиции по г.о. Черноголовка МО, однако по сообщению Межмуниципального управления Министерства внутренних дел РФ «Ногинское» ГУ МВД России по 

<

адрес>, данный материал проверки не сохранился, поскольку был поврежден.

В судебном заседании по ходатайству сторон были допрошены свидетели.

Свидетель Ч. И.Н. показала суду, что является матерью ответчика Ч. Д.А. и бывшей свекровью истца Ч. М., неприязненных отношений к сторонам не испытывает. ДД.ММ.ГГГГ она, свидетель Ч. И.Н., действительно с сыном (ответчиком по делу), своим супругом и племянником приехали в поликлинику при больнице НЦЧ РАН 

<

адрес>, в надежде встретить Ч. М. с детьми, которых она увезла в 

<

адрес> МО и находилась в опасном для детей месте – реабилитационном центре для наркоманов «Страна живых». До этого несовершеннолетний внук М. был записан на УЗИ, однако Ч. М. проигнорировала прием и в регистратуре поликлинике стало известно о дате, на которую Ч. М. перезаписалась. В указанный день они прибыли на этаж поликлиники к назначенному времени и ждали истца с детьми. Когда открылись двери лифта, свидетель увидела М. с детьми, младший был у нее на руках, а старший шел рядом. Старший внук побежал к отцу (ответчику по делу), Ч. Д.А. взял его на руки и сразу последовал к лифту. С Ч. М. Ч. Д.А. в конфликт не вступал, никаких телесных повреждений ей не причинял, сразу уехал с ребенком вниз, а она – свидетель, осталась с Ч. М. поговорить, чтобы убедить ее вернуться домой, отдать младшего ребенка, поскольку нахождение в 

<

адрес> опасно для них. Не добившись желаемого результата, свидетель Ч. И.Н. также на лифте со всеми остальными спустилась вниз к машине к сыну. В этот день Ч. Д.А. позвонили из отдела полиции, куда она поехала вместе с ним. В отделе полиции г.о. Черноголовка стало известно, что Ч. М. написала заявление на Ч. Д.А. о нанесении. ей телесных повреждений.

Свидетель ФИО6 пояснил суду, что ДД.ММ.ГГГГ он приехал на прием к врачу в поликлинику больницы НЦЧ РАН 

<

адрес> по поводу закрытого перелома правой руки, сидел в коридоре поликлиники на 5 этаже недалеко от кабинета УЗИ. Он, свидетель ФИО6, увидел в коридоре Ч. Д.А. с его родственниками, подошел поздороваться, поскольку городок не большой и практически все друг друга знают. Затем он увидел, что из дверей лифта вышла супруга Ч. Д.А. – Ч. М. с двумя детьми. Старший ребенок побежал к отцу навстречу, Д. взял его на руки и уехал на лифте, а Ч. М. осталась на этаже с родственниками ответчика. Никаких криков и драк при этом он не видел. Каких-либо повреждений на лице Ч. М. он также не заметил.

Свидетель ФИО7 пояснил суду, что летом 2017 года он находился в реабилитационном центре «Страна живых», проходил там лечение. В указанный период там находилась Ч. М. с детьми. Его попросили отвезти ее – Ч. М. на машине в 

<

адрес> МО в больницу с детьми. Свидетель привез М. в больницу, она ушла с детьми и минут через детей прибежала в слезах, сказав, что ее ударил по голове ее муж Дима, запихнул в лифт и отобрал детей. Затем они побежали в поликлинику, но Димы там уже не было. На улице она увидели родственника Д., у него на руках был ребенок, М. забрала у него ребенка и он (свидетель) повез ее отдел полиции. На то, были ли у М. видимые телесные повреждения, свидетель не обратил внимания.

В судебном заседании факт причинения телесных повреждений истцу ответчик Ч. Д.А. категорически отрицал.

Поскольку компенсация морального вреда по своей природе является не только способом защиты гражданских прав, но и мерой ответственности, для применения этого правового института необходимо наличие общих условий деликтной ответственности.

Первым условием является факт причинения вреда. В данном случае речь идет о моральном вреде, который выражается в физических или нравственных страданиях потерпевшего. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" в качестве примеров морального вреда, в частности, называет нравственные переживания в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью из-за причиненного увечья, иного повреждения здоровья, с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Указанные страдания при определении размера компенсации должны оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред; индивидуальных особенностей потерпевшего.

Наличие данного условия должен доказать потерпевший (истец).

Второе условие - причинно-следственная связь между поведением причинителя вреда и физическими или нравственными страданиями потерпевшего. Бремя доказывания данного условия также лежит на потерпевшем.

Третьим условием является противоправность поведения причинителя вреда. И только при доказанном факте причинения морального вреда действиями причинителя, противоправность его поведения презюмируется. Во избежание деликтной ответственности ему необходимо доказать правомерность своего поведения.

Так, согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" при разрешении требования о компенсации морального вреда суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Оценив представленные в материалы настоящего гражданского дела письменные доказательства, а также показания свидетелей и учитывая объяснения сторон, суд не находит правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено и в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства причинения ответчиком вреда истцу, противоправности поведения ответчика и его вины, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями для истца, ответчик факт причинения истцу вреда здоровью отрицает.

Представленные в материалы дела письменные доказательства – постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ и справка Травмпункта Ногинской ЦРБ от ДД.ММ.ГГГГ не содержат доказательств виновности Ч. Д.А. в совершении вменяемого ему в вину истцом противоправного деяния. Факты обращения истца в полицию и травмпункт сами по себе безусловными доказательствами, свидетельствующими о нанесении именно Ч. Д.А. телесных повреждений Ч. М., не являются. Напротив, факт причинения телесных повреждений Ч. Д.А. опровергаются показаниями свидетелей ФИО6 и Ч. И.Н., которые были непосредственными свидетелями событий в поликлинике ДД.ММ.ГГГГ, а свидетель ФИО7 прямым свидетелем указанных событий не был и о произошедшем ему стало известно со слов истца Ч. М.

На основании изложенного, учитывая отсутствие доказательств тому, что именно действиями ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований Ч. М. в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Ч. М. к ФИО1 о компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Ногинский городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья: