Судья Курносов И.А. Дело № 22-365/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Ростов-на-Дону 25 февраля 2020 года 

Судья Ростовского областного суда Тихонов Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гнездиловой Т.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Кириченко А.А.,

потерпевшей Потерпевший №1,

осужденной ФИО1,

защитника-адвоката Сказкиной О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1 по апелляционным жалобам осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Сказкиной О.А. на приговор Семикаракорского районного суда Ростовской области от 25 ноября 2019 года, которым 

ФИО1, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, гражданка РФ, ранее не судимая,

осуждена по ч.2 ст.292 УК РФ к 1 году лишения свободы с лишением права занимать должности в органах опеки и попечительства сроком на 1 год; 

в соответствие со ст.73 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год с возложением обязанности в период испытательного срока не менять места своего жительства без уведомления уголовно–исполнительной инспекции;

мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу;

в приговоре разрешена судьба вещественных доказательств,

у с т а н о в и л:

ФИО1 осуждена за служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов государства, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности.

Преступление совершено на территории Семикаракорского района Ростовской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 и ее защитник - адвокат Сказкина О.А и в дополнении к апелляционной жалобе адвоката Сказкиной О.А указывается о незаконности приговора ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильном применении уголовного закона и существенном нарушении уголовного-процессуального закона. Авторы жалоб указывают, что ФИО1 не может быть субъектом инкриминируемого ей деяния, поскольку не наделена полномочиями на внесение сведений в акт об оставлении ребенка, в связи с чем в приговоре приведена неверная квалификация ее действий и ее необходимо было оправдать. Считают, что объективных доказательств иной личной заинтересованности ФИО1 не имеется, обращают внимание на противоречивость показаний потерпевшей и свидетелей в этой части. Основанием для передачи ребенка под временную опеку является злостное уклонение ФИО7 от исполнения родительских обязанностей по воспитанию ребенка, а не заявление об отказе от ребенка или акт об оставлении ребенка, факт составления которого именно ФИО1 приговором не установлен. Выводы суда о том, что других кандидатов на усыновление подсудимая не извещала, защитник считает несоответствующими обстоятельствам, установленным в судебном заседании. При этом, по мнению защитника, судом неверно изложены показания ФИО1 о том, какие именно обстоятельства она засвидетельствовала в акте от 22 мая 2018 года. Показания потерпевшей Потерпевший №1 и свидетеля ФИО8 защитник считает недопустимыми, так у них имелись внеслужебные взаимоотношения. Автор жалобы опровергает выводы суда о наличии технических описок в названии операторов связи, допущенных в протоколах выемки и осмотра содержимого сим-карт, изъятых у подсудимой. Осужденная и защитник просят приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Семикаракорского района Ростовской области Арделяну А.И. указывает на законность и обоснованность приговора, а также на справедливость назначенного наказания. Апелляционные жалобы просит оставить без удовлетворения, а приговор суда – без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражениях, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство проведено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом были соблюдены права участников процесса, обеспечено равенство прав сторон, соблюден принцип состязательности и созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. 

Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, как на стадии предварительного следствия, так и при рассмотрении уголовного дела в суде, влекущих за собой безусловную отмену состоявшегося судебного решения, не допущено.

Исследовав представленные доказательства – показания потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО8 ФИО13, ФИО14, ФИО15, а также письменные доказательства - копии решения Семикаракорского районного суда Ростовской области от 20 сентября 2018 года (т.1, л.д.47-52), апелляционного определения Ростовского областного суда от 22 января 2019 года (т.2, л.д.147-149), приказа о приеме ФИО1 на работу (т.1, л.д.89), должностной инструкции ФИО1(т.1, л.д.91-104), акта об оставлении ребенка в организации (т.2, л.д.195-196), протоколы обыска в жилом доме ФИО2 (т.2, л.д.7-17), выемки (т.2, л.д.107-117), осмотра предметов (т.2, л.д.47-52, 55-63, 70-73, 79-89), и другие доказательства по делу, приведенные в приговоре, проверив их в порядке, установленном ст.87 УПК РФ и оценив по правилам оценки доказательств, установленных ст.88 УПК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в служебном подлоге, то есть во внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов государства, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции соглашается, и считает, что положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, существенных противоречий между собой они не имеют, в полном объеме подтверждают обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст.73 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб оснований ставить под сомнение показания потерпевшей Потерпевший №1 и свидетеля ФИО8 не имеется, поскольку они последовательны, согласуются друг с другом и с иными доказательствами по делу, положенными в основу приговора. Утверждение осужденной и ее защитника о наличии внеслужебных отношений между потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелем ФИО8 проверялись судом первой инстанции и своего подтверждения не нашли. Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции, изложенными в приговоре, соглашается 

Показания свидетеля ФИО17 о том, что ФИО1 не предоставляла ей никаких преимуществ перед другими кандидатами в усыновители малолетнего ФИО7, получили надлежащую оценку судом первой инстанции, который обоснованно признал их недостоверными. Показания указанного свидетеля полностью опровергаются как показаниями свидетеля ФИО8 о том, что ФИО1 вела переписку с ФИО17 еще до момента передачи ребенка, действуя лично, без участия других сотрудников отдела образования, при этом, вопреки требованиям регламента, ФИО17 в отдел образования лично с документами не обращалась, а приехала уже непосредственно забрать ребенка, других кандидатов на усыновление, которые давно стоят в очереди, ФИО1 не оповещала (протокол судебного заседания от 19 июня 2019 года, т.3, л.д.171-172), так и содержанием протокола осмотра предметов от 1 марта 2019 года с фототаблицей к нему, согласно которому по информации из мобильного телефона, изъятого у ФИО1, между нею и ФИО17 велась SMS-переписка, в ходе которой ФИО1, в частности, сообщала ФИО17 о том, что «для тебя отбивают от всех кандидатов и от больницы», «мы никому ничего не говорим», кроме того они обсуждали дату, время и порядок передачи ребенка и свои действия при этом (т.2, л.д.79-89).

Изложенные обстоятельства, вопреки доводам осужденной и ее защитника, свидетельствуют как об обоснованности выводов суда первой инстанции о том, что мотивом совершения преступления ФИО1 являлось ложно понятое чувство товарищества, так и о недостоверности утверждения осужденной ФИО1 о наличии иных кандидатов на усыновление, отказавшихся принимать малолетнего ФИО7 ввиду наличия у него очевидных заболеваний. 

При этом наличие в системном блоке компьютера ФИО1 служебной информации относительно других кандидатов на усыновление, на что обращает внимание сторона защиты, выводов суда первой инстанции не опровергает, поскольку работа с кандидатами в усыновители являлась служебной обязанностью осужденной, и она, безусловно, владела информацией и о других кандидатах на усыновление, но объективных доказательств того, что указанным кандидатам предоставлялась информация относительно малолетнего ФИО7 стороной защиты не представлено. 

Оснований признавать недопустимым доказательством протокол осмотра предметов от 5 февраля 2019 года, которым были осмотрены мобильный телефон с сим-картой и флеш-картой, изъятые у ФИО1, о чем ставится вопрос в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не находит. 

Согласно указанному протоколу, объектом осмотра являлись телефон, сим-карта и флеш-карта, изъятые в ходе выемки 18 января 2019 года, согласно которой у ФИО1 была изъята сим-карта «Мегафон» (а не «Теле-2») (т.2, л.д.107-117). 

При этом имеющаяся в протоколе осмотра предметов от 5 февраля 2019 года фотография осматриваемых предметов позволяет категорично утверждать, что следователем осматривается именно сим-карта «Мегафон» (т.2, л.д.72).

С учетом изложенного описка в тексте протокола осмотра предметов от 5 февраля 2019 года в наименовании сим-карты, вопреки доводам защитника, не ставит под сомнение содержание указанного процессуального действия и не свидетельствует о недопустимости использования данного доказательства.

Не может суд апелляционной инстанции согласиться и с доводами осужденной и ее защитника относительно того, что ФИО1 не является субъектом указанного преступления.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО1, работая в должности ведущего специалиста по опеке и попечительству в отношении несовершеннолетних, в соответствие со своей должностной инструкцией являлась лицом, наделенным действующим законодательством полномочиями как по выявлению несовершеннолетних граждан, нуждающихся в установлении над ними опеки или попечительства, так и по обеспечению устройства детей, оставшихся без попечения родителей, под опеку или попечительство, и подготовке соответствующих материалов, необходимых для принятия юридически значимых решений об этом. 

Как следует из пояснений осужденной ФИО1 в заседании суда апелляционной инстанции, акт об оставлении ребенка в медицинской организации составляется с целью фиксации факта оставления матерью ребенка, что в дальнейшем является основанием для передачи ребенка под предварительную опеку, а сам акт передается в суд в подтверждение оснований для лишения матери родительских прав (т.4, л.д.117-118). 

Следовательно, составление ФИО1 акта об оставлении ребенка в организации являлось одним из способов выявления ребенка, оставленного без попечения родителей, что полностью соответствует ее служебным обязанностям как сотрудника органа опеки и попечительства. 

Из показаний главного врача МБУЗ «ЦРБ» Семикаракорского района ФИО13 в суде первой инстанции следует, что сотрудники больницы в случае, если мать оставила ребенка в больнице, не составляют акты, а сообщают об этом в комиссию по делам несовершеннолетних, поскольку задача медицинского учреждения – лечить больного, оказать ему медицинскую помощь, а социальные вопросы не входят в его обязанность (т.3, л.д.198-199). Из показаний свидетеля ФИО18 – ответственного секретаря комиссии по делам несовершеннолетних Администрации Семикаракорского района в заседании суда первой инстанции, следует, что акт об оставлении ребенка в организации составляет любой сотрудник, имеющий профессиональное отношение к этому, но подписывает и заверяет этот акт только система здравоохранения, это документ внутреннего взаимодействия между больницей и опекой (т.3, л.д.236). 

При таких обстоятельствах, подписание составленного ФИО1 акта об оставлении ребенка в организации главным врачом больницы ФИО13, не осведомленным об его несоответствии действительности, являлось формой выполнения требований п.7 приказа Министерства образования и науки РФ от 17 февраля 2015 года №101, в то время как сами по себе ложные сведения в указанный документ были внесены ФИО1 как сотрудником органа опеки и попечительства при реализации ею своих служебных обязанностей. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что ФИО1 является надлежащим субъектом преступления, и выводы суда первой инстанции об этом являются обоснованными.

Доводы осужденной и ее защитника о том, что акт от 22 мая 2018 года об оставлении ребенка в организации ФИО1 не составлялся, ею составлялся иной акт, с другим содержанием, тщательно проверялись судом первой инстанции и своего подтверждения не нашли. Приведенные в приговоре мотивы принятого решения суд апелляционной инстанции находит убедительными и соглашается с ними, поскольку они основаны на совокупности исследованных судом первой инстанции доказательств, приведенных в приговоре.

Вопреки доводам защитника, не соответствующий действительности акт от 22 мая 2018 года об оставлении Потерпевший №1 своего ребенка в медицинской организации, составленный ФИО1, в дальнейшем использовался как основание для вынесения Администрацией г. Сургута постановления №5672 от 25 июля 2018 года о назначении ФИО17 опекуном ФИО19 на постоянной основе (т.2, л.д.174-175), а также наряду с вынужденно написанным Потерпевший №1 заявлением об отказе от своего малолетнего ребенка, использовался как доказательство отказа от исполнения Потерпевший №1 своих родительских обязанностей при обращении Отдела образования Семикаракорского района к Потерпевший №1 о лишении родительских прав в отношении малолетнего сына ФИО7 (т.1, л.д.47-52). 

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд первой инстанции обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст.292 УК РФ как служебный подлог, то есть во внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов государства, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности.

Оснований не согласиться с указанной квалификацией суд апелляционной инстанцией не находит.

При назначении наказания виновной суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства дела, в том числе данные о личности подсудимой, отсутствие у нее предыдущих судимостей, положительные характеристики по месту жительства и работы, наличие смягчающего наказания обстоятельства – малолетнего ребенка, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Выводы суда о назначении ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ условно, а также назначение ей дополнительного реального наказания в виде лишения права занимать должности в органах опеки и попечительства сроком на 1 год, в приговоре мотивированы, и не согласиться с ними оснований не имеется. 

Суд апелляционной инстанции признает назначенное ФИО1 наказание справедливым, соответствующим требованиям ст.ст.6, 60 УК РФ и не усматривает оснований для его смягчения.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления из материалов уголовного дела не усматривается, в связи с чем оснований для применения положений ст.64 УК РФ также не имеется.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит обжалуемый приговор законным, обоснованным и справедливым, оставляет его без изменения, а апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Сказкиной О.А. – без удовлетворения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор Семикаракорского районного суда Ростовской области от 25 ноября 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Сказкиной О.А. – без удовлетворения.

Судья