66RS0008-01-2019-001399-84

Дело №2-1135/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 августа 2019 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижнего Тагила Свердловской области в составе: председательствующего судьи Филатьевой Т.А.,

с участием истца ФИО1, 

представителя ответчика НТ МУП «Горэнерго» ФИО2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил ФИО3,

при секретаре Сычевой Н.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Нижнетагильскому муниципальному унитарному предприятию «Горэнерго» о признании увольнения незаконным, признании записи в трудовой книжке недействительной, восстановлении на работе, возложении обязанности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, задолженности по выплате заработной плате и иных компенсационных выплат, компенсации морального вреда, возмещения судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Нижнетагильскому муниципальному унитарному предприятию «Горэнерго» (далее сокращенно НТ МУП «Горэнерго») о признании приказа об увольнении незаконным, недействительной записи об увольнении в трудовой книжке, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда, взыскании неначисленной и невыплаченной заработной платы и компенсационных выплат в размере 103 998 рублей, компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, возмещении расходов по оплате юридических услуг в сумме 19800 рублей.

В обоснование требований указал, что состоял в трудовых отношениях с ответчиком по профессии 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ с ним расторгнут трудовой договор на основании п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с ликвидацией организации.

Считает увольнение незаконным, поскольку работодатель не предупредил его заблаговременно о предстоящем увольнении. Просит восстановить на работе в прежней должности с выплатой среднего заработка за весь период вынужденного прогула. Полагает, что поскольку работодатель расторг трудовой договор до истечения двухмесячного срока предупреждения о предстоящем увольнении, то обязан был выплатить ему дополнительную денежную компенсацию в размере среднего заработка, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до окончания срока предупреждения, то есть за два месяца, что составит 52 350 рублей. Просит взыскать указанную сумму с ответчика. Кроме этого, с момента приема на работу ответчик начислял ему заработную плату менее установленного минимального размера оплаты труда. В соответствие с условиями трудового договора, ему установлена повременно-премиальная система оплаты труда, с часовой тарифной ставкой 51, 36 рублей, с применением районного коэффициента 15%. Установлен сменный режим рабочего времени, 40 часовая рабочая неделя. Минимальная заработная плата в 2018 году с учетом районного коэффициента для него составляла 12 837,4 рублей, с ДД.ММ.ГГГГ – 12837,4 рубля. Однако его фактическая заработная плата за месячную норму составляла 9695,95 рублей, из расчета 164,16 час. х 51,36 руб.(часовая тарифная ставка). Большую сумму он получал только потому, что ежемесячно перерабатывал установленную норму, выполнял работу по совместительству, получал премию. Таким образом, за девять месяцев работы сумма недоплаты составила 28 946 рублей, которые просит взыскать с ответчика. С момента приема истца на работу ему начисляли доплату за совмещение работы по ремонту и обслуживанию автомобиля в сумме 2 214 рублей 90 копеек. С января 2019 работодатель перестал оплачивать указанную работу, хотя не уведомлял о прекращении такой работы и фактически истец продолжал ее выполнять. За период с января по май 2019 работодатель не выплатил ему за совмещение 11 074 рубля, которые также просит взыскать с ответчика. Поскольку работодатель необоснованно не начислял ему в полном объеме заработную плату, соответственно, при расчете размера выплаченного ему при увольнении выходного пособия, а также компенсации за неиспользованный отпуск работодатель не учел указанные суммы и не в полном объеме выплатил указанные компенсации. Сумма недоплаченной компенсации за неиспользованный отпуск составила 3 699 рублей, недоплаченная сумма выходного пособия составила 7 929 рублей. Своими действиями работодатель причинил истцу нравственные страдания, компенсацию причиненного морального вреда оценивает в 20 000 рублей. Для восстановления нарушенных трудовых прав истец вынужден был обратиться за юридической помощью, заплатив по договору на оказание юридических услуг 19 800 рублей, которые просит возместить ему за счет ответчика. 

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно изменял и уточнял свои требования. Изменил основание требования о взыскании доплаты за совмещение профессий, указав, что просит взыскать сумму 11 074 рубля не за выполнение работы по ремонту и обслуживанию автомобиля, а за выполнение работ по обслуживанию тепловых камер. Увеличил размер требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск до 4 367,4 рублей. Также заявил дополнительное требование о возложении на ответчика обязанности произвести расчет компенсации за время вынужденного прогула и осуществлять последующее начисление и выплату заработной платы в размере не ниже установленного МРОТ, без учета компенсационных и поощрительных выплат (л.д.184-189). В остальном свои требования оставил без изменения.

В настоящем судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал по основаниям, указанным в исковом заявлении. Суду пояснил, что увольнение является незаконным, поскольку предупреждение от ДД.ММ.ГГГГ утратило свою силу и работодатель должен был вновь предупредить его об увольнении за два месяца. В период работы он регулярно привлекался работодателем к выполнению работ по обслуживанию тепловых камер, поскольку работал на дежурной машине и составе в аварийной бригаде выезжал по вызовам.

Представитель ответчика НТ МУП «Горэнерго» ФИО2 иск признала только в части доплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 4 367 рублей 40 копеек, указав, что при расчете была допущена ошибка в определении количества дней отпуска, подлежащих оплате. В части основного требования о восстановлении на работе и производных от него требований, а также в части требования о взыскании недоначисленной заработной платы иск не признала. Поддержала письменный отзыв на иск, где указала, что Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2014 НТ МУП «Горэнерго» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. ДД.ММ.ГГГГ собранием кредиторов НТ МУП «Горэнерго» принято решение о прекращении хозяйственной деятельности предприятия после окончания отопительного сезона 2018-2019 гг. ДД.ММ.ГГГГ собранием кредиторов НТ МУП «Горэнерго» принято решение о прекращении хозяйственной деятельности должника и передаче социально значимого имущества в муниципальную казну. В соответствие с постановлением Администрации города Нижний Тагил от 31.05.2019 №1131-ПА все социально значимое имущество Ответчика принято в муниципальную казну. С ДД.ММ.ГГГГ предприятие прекратило осуществление хозяйственной деятельности. Для завершения процедуры конкурсного производства в НТ МУП «Горэнерго» продолжают работу 8 человек – бухгалтеры и юристы, иные работники были уволены в связи с ликвидацией предприятия. Уведомление произведено с соблюдением предусмотренной процедуры, работник был уволен об увольнении по указанному основанию ДД.ММ.ГГГГ. По условиям трудового договора ФИО1 установлена повременно-премиальная оплата труда. За период его работы средняя заработная плата истца составила без учета районного коэффициента 15 492, 33 рубля, что значительно выше минимального размера оплаты труда, в связи с чем требование истца о взыскании доплаты в размере 28 946 рублей полагал необоснованными. Также полагала необоснованным требования о выплате дополнительной компенсации в размере двух средних заработков, поскольку работник был уведомлен о предстоящем увольнении. По требованию о взыскании доплаты за совмещение суду пояснила, что на основании приказа ФИО1 В 2018 году привлекался выполнению работ по обследованию теплокамер, данный приказ действовал в течение текущего хозяйственного года. Однако ввиду того, что работы истец выполнял недобросовестно, в 2019 году к таким работам истец не привлекался, в приказ о привлечении к работам по совмещению на 2019 год ФИО1 не был включен, в связи с чем оснований для начисления ему доплаты за совмещение не имелось. Также полагала необоснованным требование о компенсации морального вреда, поскольку истцу было известно о предстоящем увольнении. Размер компенсации морального вреда истцом не доказан, явно завышен и не может быть более 1000 рублей. Также полагала не соответствующими требованию разумности заявленную к возмещению сумму расходов на оплату юридических услуг. Полагала, что аналогичные юридические услуги возможно было получить за сумму от 1500 до 5000 рублей. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уведомлен о предстоящем увольнении на основании п.2.ст.180, п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, п.2 ст.129 ФЗ №127 «О несостоятельности (банкротстве)», на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ истец уволен в связи с ликвидацией организации. В настоящее ответчик прекратил ведение хозяйственной деятельности. 

Прокурор в своем заключении полагал иск подлежащим удовлетворению в части взыскания в пользу истца компенсации за неиспользованный отпуск. В части требования о признании увольнения незаконным, восстановления на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсационных выплат в связи с увольнением, задолженности по выплате заработной платы полагала не подлежащим удовлетворению, поскольку работодателем соблюден предусмотренный трудовым законодательством порядок увольнению работника в связи с ликвидацией организации. 

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего обоснованными только требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, в остальной части требования истца о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка, полагала не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, допросив свидетеля, исследовав собранные по делу письменные доказательства, оценив доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает требования истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе, а также производное требования о взыскании среднего заработка не обоснованными и не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

В части 1 п. 6 ст. 61 ГК Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица по решению суда могут быть признаны несостоятельными (банкротами) и ликвидированы.

Согласно ст.35 Федерального закона от 14.11.2002 №161 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» унитарное предприятие может быть ликвидировано по решению собственника его имущества, а также по решению суда по основаниям и в порядке, которые установлены Гражданским кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами. Ликвидация унитарного предприятия влечет за собой его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам. 

Отношения, связанные с признанием юридических лиц несостоятельными (банкротами) и ликвидацией, регламентируются законодательством о несостоятельности (банкротстве) и ст. 65 ГК Российской Федерации, регулирующей правовые основания несостоятельности (банкротства) юридического лица, а также последствия признания юридического лица банкротом.

Принятие арбитражным судом решения о признании организации банкротом влечет за собой открытие конкурсного производства (ст.124 Закона "О несостоятельности (банкротстве)"), в рамках которого и осуществляется ликвидация.

В случае введения решением суда на предприятии конкурсного производства конкурсный управляющий обязан уведомить работников должника о предстоящем увольнении не позднее месяца со дня введения конкурсного производства (абз. 6 ч. 2 ст. 129абз. 6 ч. 2 ст. 129 Закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Процедура конкурсного производства завершается после рассмотрения арбитражным судом отчета конкурсного управляющего.

После завершения конкурсного производства конкурсный управляющий выполняет обязанности по подготовке документов для государственной регистрации организации в связи с ее ликвидацией. С внесением в ЕГРЮЛ записи о ликвидации организации согласно п.8 ст.63 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется момент прекращения существования юридического лица.

Согласно ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения (ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ).

Согласно п.23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В судебном заседании установлено, что истец с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности 

<

данные изъяты>, что подтверждается копией трудовой книжки, копией трудового договора (л.д.14-15, 21-22). 

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 уволен по п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с ликвидацией организации (л.д.). 

Проверяя законность произведенного ответчиком увольнения, суд установил следующее.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2014 НТ МУП «Горэнерго» признано банкротом как ликвидируемый должник с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства. В настоящее время согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении НТ МУП «Горэнерго» предприятие находится в стадии ликвидации. 

ДД.ММ.ГГГГ истцу вручено уведомление о предстоящем расторжении трудового договора по инициативе работодателя в связи с ликвидацией организации согласно п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ, что подтверждается его подписью на уведомлении и не оспаривается истцом. (л.д.109). 

С приказом об увольнении истец ознакомлен в день его издания, что подтверждается его личной подписью. 

Довод истца о том, что уведомление о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией предприятия от ДД.ММ.ГГГГ утратило свою силу, является недействительным и что работодатель за два месяца до увольнения должен был вновь вручить ему аналогичное уведомление судом отклоняется ввиду следующего. ФИО1 был принят на работу в НТ МУП «Горэнерго», которое на момент заключения трудового договора уже находилось в стадии ликвидации. В связи с чем в день приема истца на работу, соблюдая требования абз.6 ч.2 ст.129 Закона "О несостоятельности (банкротстве)", работодатель уведомил его о том, что ФИО1 будет уволен в связи с ликвидацией предприятия. При этом законодательством не ограничен срок действия такого уведомления. 

Положения ч.2 ст.180 Трудового кодекса Российской Федерации также устанавливают только минимальный срок, за который работодатель должен уведомить работника о предстоящем увольнении, и не определяют максимальный срок такого уведомления. Учитывая, что работник при приеме на работу достоверно знал, что предприятие находится в стадии ликвидации, к тому же из объяснений представителя ответчика, не оспоренных истцом, следует, что работодатель регулярно проводил с работниками собрания, обсуждая вопросы увольнения и варианты трудоустройства работников в иные предприятия города, суд приходит к выводу о том, что в действиях ответчика не имеется признаков злоупотребления правом, работник не был введен в заблуждение относительно возможных сроков увольнения.

С приказом об увольнении истец был своевременно ознакомлен, трудовая книжка ему выдана. 

В материалах дела имеются доказательства фактического прекращения хозяйственной деятельности НТ МУП «Горэнерго». 

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности ответчика является передача пара и горячей воды (тепловой энергии) (л.д.38). 

ДД.ММ.ГГГГ собранием кредиторов НТ МУП «Горэнерго» принято решение о прекращении хозяйственной деятельности предприятия после окончания отопительного сезона 2018-2019 гг.(л.д.111-113).

ДД.ММ.ГГГГ собранием кредиторов НТ МУП «Горэнерго» принято решение о прекращении хозяйственной деятельности должника и передаче социально значимого имущества в муниципальную казну (л.д.114-118). 

В соответствие с постановлением Администрации города Нижний Тагил ото 31.05.2019 №1131-ПА «О принятии имущества в муниципальную казну», от НТ МУП «Горэнерго» принято в муниципальную собственность недвижимое имущество, сети, движимое имущество, в том числе автотранспортные средства, оборудование, малоценные быстроизнашивающие предметы, иное имущество (л.д.92-95, 119-145).

Как пояснила суду представитель ответчика, для завершения процедуры конкурсного производства в НТ МУП «Горэнерго» продолжают работу 8 человек – бухгалтеры и юристы, иные работники были уволены в связи с ликвидацией предприятия. Указанные объяснения подтверждаются копией приказа от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому одновременно с ФИО1 были уволены еще 21 работник. 

Допрошенные в судебных заседаниях свидетели Ч.А.В. и ФИО5, работавшие на предприятии ответчика до ДД.ММ.ГГГГ, подтвердили, что в настоящее время предприятие деятельности не ведет, работники уволены, свидетели приняты на работу в иные организации. 

Таким образом, в настоящее время НТ МУП «Горэнерго» прекратило осуществление хозяйственной деятельности. 

При таких обстоятельствах, расторжение трудового договора с истцом по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ, с соблюдением требований, установленных ст.ст.178, 180 Трудового кодекса РФ, до вынесения арбитражным судом определения о завершении конкурсного производства является правомерным, поскольку осуществлено конкурсным управляющим в рамках полномочий, предоставленных ему Законом N 127-ФЗ. 

Поскольку судом не установлено факта нарушения процедуры увольнения работника, увольнение ФИО1 следует признать законным. В связи с чем исковые требования ФИО1 о признании приказа 

<

№>к от ДД.ММ.ГГГГ об увольнения незаконным, признании недействительной записи 

<

№> в трудовой книжке истца, восстановлении на работе в прежней должности, а также производные требования о взыскании компенсации за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Также не подлежит удовлетворению требование истца о взыскании в его пользу дополнительной компенсации в сумме двух средних заработков ввиду следующего. 

Положения ст.180 Трудового кодекса Российской Федерации о выплате работнику дополнительной компенсации в размере среднего заработка, на которую ссылается истец, применяются в случае расторжения трудового договора по инициативе работодателя и с согласия работника до истечения установленного законом минимального срока предупреждения об увольнении. К рассматриваемым правоотношениям положения данной нормы не применимы, поскольку работник был предупрежден о предстоящем увольнении более чем за два месяца до прекращения трудовых отношений.

Требования истца о взыскании задолженности по выплате заработной платы, образовавшейся ввиду начисления и выплаты работнику заработной платы в размере менее установленного минимального размера оплаты труда, не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу абзацев 1, 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Частью 3 ст.133 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что месячная заработная плата лица, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже МРОТ.

Минимальный размер оплаты труда в Свердловской области на 2018 год установлен в 11 163 рубля в месяц.

Как следует из заключенного сторонами трудового договора, ФИО1 была установлена повременно-премиальная система оплаты труда. Размер оклада (тарифа) установлен 51,36 рублей в час, а также районный коэффициент 15% (п.6.1). 

Кроме трудового договора, отношения работника и работодателя регулируются также действующим на НТ МУП «Горэнерго» Положением об оплате и мотивации труда Работников», согласно которому по результатам работы за месяц работнику начисляет премия в размере, зависящем от результата работы.

Согласно представленным в материалы дела расчетным листкам за период работы истца в НТ МУП «Горэнерго», истцу ежемесячно начислялась оплата по часовому тарифу и премия. Также истцу начислялась оплата за ночные часы, за переработку и расширение зон обслуживания (л.д.17-19).

Так, за сентябрь 2018 истцу начислено по часовому тарифу за 172,5 часа 8 859 рублей и премия в размере 4 872 рубля, что составляет в сумме 13 731 рубль без учета районного коэффициента. При условии выработки истцом за указанный месяц только установленной нормы 164,16 часов (без переработки), его оплата составила бы 13 072,84 рубля без учета уральского коэффициента, а также без учета дополнительно произведенных работодателем доплат за переработку, за работу в ночное время, за совмещение. Таким образом, доводы истца о том, что начисленная ему заработная плата за сентябрь 2018 года составляла менее установленного минимального размера оплаты труда, является необоснованным. Аналогичным образом судом проверены расчеты за период с октября 2018 по май 2019 года, во всех расчетных периодах размер начисленной работнику заработной платы (оплата по часовому тарифу + премия) за норму рабочего времени превышает МРОТ, установленный в Свердловской области. Довод истца о том, что при определении величины заработной платы не следует учитывать размер начисленной премии, суд отклоняет, поскольку премия является составной частью заработной платы истца, повременно-премиальная система оплаты труда установлена условиями заключенного сторонами трудового договора, которые не противоречат положениям ст.135 Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований истца о взыскании задолженности по выплате заработной платы у суда не имеется. 

Поскольку судом установлено, что заработная плата начислялась работнику в соответствие с условиями трудового договора и действующих на предприятии локальных нормативных актов, увольнение работника произведено в соответствие с действующим трудовым законодательством, то есть трудовые отношения между сторонами в настоящее время прекращены, не подлежит удовлетворению и требование истца о возложении на ответчика обязанности произвести расчет компенсации за время вынужденного прогула, а также осуществлять начисление и выплату заработной платы в размере не ниже установленного МРОТ.

Требование истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск подлежит удовлетворению ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, при увольнении истцу произведен расчет компенсации за 21 день неиспользованного отпуска. 

Порядок выплаты компенсации за неиспользованный отпуск установлен Правилами об очередных и дополнительных отпусках, утвержденными НКТ СССР 30.04.1930 N 169 (далее - Правила N 169), которые применяются в части, не противоречащей ТК РФ.

Согласно пп. "а" ч. 3 ст. 28 Правил N 169 работники, проработавшие от 5,5 до 11 месяцев, получают полную компенсацию, если они увольняются вследствие ликвидации предприятия. 

Поскольку увольнение ФИО1 произведено в связи с ликвидацией организации, в которой он проработал более 5,5 месяцев, ему должна быть начислена и выплачена компенсация за неиспользованный отпуск за 28 календарных дней.

Ответчик в судебном заседании признал факт выплаты работнику компенсации в меньшем размере и произвел расчет подлежащей доначислению компенсации за неиспользованный отпуск. Размер доплаты составил 4 367 рублей 40 копеек (л.д.110). С указанным размером согласился и истец, увеличив свои исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск до указанной суммы. При таких обстоятельствах требования истца в указанной части подлежат удовлетворению, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца компенсация за неиспользованный отпуск в сумме 4 367 рублей 40 копеек.

Требование истца о взыскании оплаты за совмещение профессий в размере 11 074 рубля подлежит удовлетворению исходя из следующего.

Согласно ст.60.2 Трудового кодекса Российской Федерации, с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника. 

В судебном заседании установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что при заключении с работником трудового договора по профессии водитель на ФИО1 на основании приказов 

<

№> от ДД.ММ.ГГГГ и 

<

№> от ДД.ММ.ГГГГ были возложены дополнительные обязанности по выполнению работ при обследовании теплокамер (л.д.104, 106). Размер оплаты за выполнение дополнительного объема работ установлен 25% от месячной тарифной ставки за фактически отработанное время.

Указанные работы выполнялись в истцом в его рабочее время по основной работе, то истец выполнял работу по совмещению.

Срок выполнения работы по совмещению приказами не был установлен. Соответственно, совмещение по выполнению указанных работ является постоянным. 

Согласно положениям ст.60.2 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три рабочих дня.

Довод представителя ответчика о том, что приказ распространяет свое действие только на текущий хозяйственный год, то есть на 2018, а в 2019 году для привлечения работника к выполнению данных работ требовался новый приказ, суд отклоняет, как ничем не подтвержденный. Каких-либо доказательств тому, что приказ распространяет свое действие только на 2018 год, в материалах дела не имеется, в самом приказе указание на данное обстоятельство отсутствует. То обстоятельство, что в 2019 году в отношении иных работников предприятия был издан приказ о привлечении к выполнению указанных работ, не опровергает доводов истца о том, что он к выполнению таких работ также привлекался. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5, работавший до ДД.ММ.ГГГГ на предприятии ответчика в должности механика гаража, а с ДД.ММ.ГГГГ начальником транспортного участка суду пояснил, что доплата за совмещение производилась всем водителям в целях повышения заработной платы, привлекался ли фактически истец в выполнению работ по обследованию теплокамер – ему не известно. 

Как следует из материалов дела и объяснений представителя ответчика, работодатель не предупреждал работника об отмене поручения о выполнении работы по обслуживаю тепловых камер.

Из объяснений истца следует, что он на протяжении всего периода работы у ответчика привлекался к выполнению данных работ. 

Между тем, с января 2019 по май 2019 года работодатель не начислял и производил работнику доплату за совмещение профессий, что не оспаривалось стороной ответчика.

Расчет размер доплаты за совмещение профессий истец произвел исходя из среднего размера доплаты за предыдущие месяцы - 2214,9 рублей, всего за период с января по май 2019 года, за 5 месяцев работы размер доплаты составил 11 074 рубля. Ответчиком произведенный истцом расчет не был оспорен, своих расчетов либо иных сведений о размере доплаты за совмещение ответчик суду не представил, в связи с чем суд исходит из представленных истцом сведений о размере произведенных доплат и соглашается с представленным истцом расчетом. Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно ч.1 ст.178 Трудового кодекса Российской Федерации, при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия).

При расчете среднего заработка для выходного пособия при увольнении по сокращению вам используется средний дневной заработок работника, а если ему установлен суммированный учет рабочего времени - средний часовой заработок. 

Поскольку работодатель необоснованно не начислил работнику доплату за совмещение в сумме 11 074 рубля, соответственно, указанная сумма не была учтена и при расчете среднего заработка для исчисления суммы выходного пособия. 

Расчет выходного пособия будет следующий:

190947,55 рублей (начислено ответчиком) + 11074 руб. (доплата за совмещение)/ 1558,5 часов (отработано всего)х 152 часа (норма в июне) = 19703,09 рублей.

19703,09 - 18246,08 (выплачено ответчиком) = 1457,01 х1,15 (район. коэф.) = 1675,56 рублей.

Таким образом, размер подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца недоплаченного выходного пособия составит 1675,56 рублей.

В удовлетворении остальной части требований истца о взыскании выходного пособия надлежит отказать.

Поскольку при рассмотрении спора судом установлено, что работодателем НТ МУП «Горэнерго» было допущено нарушение трудовых прав работника, выразившееся в неначислении оплаты за совмещение профессий, в неполной выплате при увольнении компенсации за неиспользованный отпуск и выходного пособия, суд считает на основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, ст.ст.237, 394 Трудового кодекса Российской Федерации требование истца о компенсации морального вреда подлежащим частичному удовлетворению.

В соответствии с п.2 ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации способ и размер компенсации морального вреда размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца суммы компенсации морального вреда, суд учитывает, что допущено нарушение права истца на получение вознаграждения за труд в полном объеме, а также право на получение компенсационных выплат при увольнении и считает необходимым в качестве компенсации морального вреда взыскать 1 000 рублей, полагая данную сумму разумной и соответствующей принципу справедливости. В удовлетворении остальной части требования о компенсации морального вреда истцу надлежит отказать, поскольку иных нарушений трудовых прав истца, о которых он указывал в исковом заявлении, ответчиком допущено не было. 

В силу ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Истец заявил о возмещении ей ответчиком расходов, которые он понес в связи с обращением за юридической помощью, в подтверждение чего представил договор на оказание юридических услуг, заключенный с ООО «Дигестъ» и квитанцию на сумму 19800 рублей (л.д.83-84). Между тем, как следует из договора, истец уплатил указанную сумму не только за составление искового заявление, но и за иные юридические действия, не связанные непосредственно с обращением в суд за защитой трудовых прав: составление претензий в НТ МУП «Горэнерго», в Администрацию города Нижний Тагил и в прокуратуру. При этом сведений о том, какую сумму истец уплатил за консультацию и составление искового заявления в суд, договор не содержит. 

Учитывая положения ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание объем и качество оказанной истцу услуги, а именно, что в удовлетворении основного требования о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе истцу было отказано, а требование о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск суд удовлетворил исходя из расчета, представленного ответчиком, суд считает возможным удовлетворить заявление частично, в сумме 1000 рублей, полагая такой размер отвечающим требованиям разумности и соразмерности.

Истец при обращении в суд на основании п.1.ч.1. ст. 333.36 Налогового кодекса РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме в сумме 984 рубля 68 копеек.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Нижнетагильскому муниципальному унитарному предприятию «Горэнерго» удовлетворить частично.

Взыскать с Нижнетагильского муниципального унитарного предприятия «Горэнерго» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 4 367 рублей 40 копеек, доплату за совмещение профессий 11074 рубля, недоплаченное выходное пособие в размере 1675 рублей 56 копеек, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, в возмещение расходов по оплате юридических услуг 1000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Нижнетагильскому муниципальному унитарному предприятию «Горэнерго» о признании увольнения незаконным, признании недействительной записи в трудовой книжке, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, возложении обязанности - отказать в полном объеме, также отказать в остальной части требований о взыскании задолженности по выплате заработной платы, пособия при увольнении, компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов. 

Взыскать с Нижнетагильского муниципального унитарного предприятия «Горэнерго» государственную пошлину в доход бюджета Муниципального образования «город Нижний Тагил» в сумме 984 рубля 68 копеек.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в течение месяца со дня составления мотивированного текста решения. 

Судья: Т.А.Филатьева