Дело № 2-763/2021

66RS0043-01-2021-000744-32

Мотивированное 

решение

изготовлено 30 июля 2021 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2021 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Басановой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ктасиной Е.Ю.,

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» к ФИО1 Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области о взыскании задолженности по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года,

УСТАНОВИЛ:

Истец Общество с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» (далее – ООО «УСРДЦ») обратился в суд с иском к наследственному имуществу умершего Х о взыскании с его наследников за счет наследственного имущества задолженность по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года в размере 180431 руб. 14 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины в сумме 4808 руб. 62 коп.

В обоснование иска указано, что 15 июля 2015 года между ОАО «Сбербанк России» (Кредитором, Банком), с одной стороны, и Х (Заемщиком), с другой стороны, заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым Х предоставлен потребительский кредит в сумме 138000 руб. 00 коп. на срок Х месяцев под Х% годовых. В соответствии с условиями кредитного договора Х. принял на себя обязательство погашать кредит и уплачивать проценты за пользование кредитом. Свои обязательства по кредитному договору Банк выполнил полностью. 15.08.2015 года заемщиком согласно согласованному графику платежей была произведена оплата в сумме 1175 руб. 70 коп. После чего обязанности Х., как заемщиком, не исполняются, денежные средства по оплате кредита и начисленных процентов не перечисляются, в результате чего образовалась просроченная задолженность по кредитному договору, которая по состоянию на 23 декабря 2016 года составила 180431 руб. 14 коп., включая 136824 руб. 30 коп. – сумма основного долга, 43606 руб. 84 коп. – проценты за пользование кредитными денежными средствами. 19 декабря 2016 года между ПАО «Сбербанк России» (цедент) и ООО «УСРДЦ» (цессионарий) заключен договор цессии 

<

***>, в соответствии с условиями которого, право требования к Х. по указанному кредитному договору перешло от ПАО «Сбербанк России» к ООО «УСРДЦ». Истцу стало известно, что Заемщик Х. умер. Обязательство по возврату банку денежных средств по настоящее время не исполнено. В силу ст. 1175 Гражданского кодекса Российской федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Таким образом, истец просит взыскать с наследников умершего Х. за счет наследственного имущества задолженность по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года в размере 180431 руб. 14 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4808 руб. 62 коп.

Определением Новоуральского городского суда Свердловской области от 21 мая 2021 года к участию в деле в качестве соответчика был привлечен предполагаемый наследник умершего Х. - ФИО1, определением Новоуральского городского суда Свердловской области от 29 июня 2021 года к участию в деле в качестве соответчика была привлечена Российская Федерация в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области.

В судебном заседании ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения исковых требований и взыскании с него задолженности по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года, заключенному между ОАО «Сбербанк России» и Х., указав в обоснование своих возражений, что наследство после смерти Х ни юридически, ни фактически, ни иным способом он не принимал, к нотариусу с заявлением о принятии наследства не обращался и обращаться не намерен, сведения об имуществе Х у него отсутствуют. Считает, что основания для удовлетворения заявленных к нему исковых требований отсутствуют, поскольку наследником должника он не является, обязанность по выплате задолженности у него не возникает.

Истец Общество с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр», ответчик - Российская Федерация в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, третье лицо - ПАО «Сбербанк России», надлежащим образом уведомленные о месте и времени рассмотрения дела, в том числе публично, посредством размещения информации о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на официальном сайте суда (novouralsky.svd.sudrf.ru), в судебное заседание не явились.

Истец просил о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третье лицо об уважительности причин неявки не сообщило, ходатайств об отложении судебного разбирательства либо о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявляло.

От ответчика Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области в суд поступил письменный отзыв на исковое заявление, в котором ответчик указал, что объем ответственности как наследника по закону выморочного имущества ограничивается стоимостью перешедшего наследственного имущества. При обнаружении выморочного имущества в виде транспортного средства, зарегистрированного на умершего, необходимо установить одновременно следующие факты: факт наличия наследства после смерти, в том числе в виде транспортного средства; местонахождение транспортного средства, а также его техническое состояние; реальная стоимость транспортного средства на день открытия наследства; фактический переход транспортного средства во владение Российской Федерации. Установление данных фактов обусловлено положениями ст. 1175 ГК РФ, поскольку условием удовлетворения иска о взыскании долга с его наследников является фактический переход к ним наследственного имущества, стоимостью которого определяется размер ответственности наследников, или по крайне мере существование реальной возможности вступления во владение наследственным имуществом, для чего требуется подтверждение сохранения имущества в натуре и установление его местонахождения. При этом, данные о наличии зарегистрированного права на автотранспортные средства на имя наследодателя не являются достаточными для вывода о его действительном наличии и возможности его перехода в собственность Российской Федерации. Истцом должно быть представлено доказательство реального наличия имущества, его действительной стоимости на момент открытия наследства, в то время как именно пределами стоимости перешедшего к наследникам имущества ограничена их ответственность по долгам наследодателя. Установление объема состава наследства, его стоимость, имеет существенное значение для разрешения настоящего спора. Отсутствие доказательств фактического наличия транспортного средства не позволяет определить пределы ответственности государства по обязательствам заемщика. Установление рыночной стоимости спорного транспортного средства также обязательно для разрешения данного спора. На основании изложенного, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, просит в иске отказать.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения ответчика ФИО1, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца, ответчика и третьего лица.

Рассмотрев требования иска, заслушав возражения явившегося в судебное заседание ответчика ФИО1, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплен принцип свободы договора. Согласно положениям данной статьи условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено правилами данного параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

В силу ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства заимодавца, а если заимодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

В соответствии с ч. 1, 3 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее заемщику или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет.

В соответствии с ч. 2 ст. 811 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 15 июля 2015 года между ОАО «Сбербанк России» (Кредитором, Банком), с одной стороны, и Х (Заемщиком), с другой стороны, заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым Х. предоставлен потребительский кредит в сумме 138000 руб. 00 коп. на срок Х месяцев под Х% годовых (л.д. 17-18).

Банк свои обязательства по кредитному договору исполнил в полном объеме путем зачисления суммы кредита в соответствии с п. 17 договора на счет заемщика. Доказательств обратного ответчиками суду не представлено, в судебном заседании ответчиками не оспаривалось.

Заемщик Х. в свою очередь обязался возвратить кредит и уплатить банку проценты за пользование кредитом в размере, в сроки и на условиях договора. Пунктом 6 кредитного договора предусмотрены количество, размер и периодичность (сроки) платежей заемщика по договору или порядок определения этих платежей - 60 ежемесячных аннуитетных платежей в размере 3930 руб. 03 коп. в соответствии с графиком платежей (л.д. 19).

В результате неисполнения обязательств по кредитному договору образовалась задолженность. По состоянию на 23 декабря 2016 года сумма задолженности по кредитному договору составила 180431 руб. 14 коп., включая 136824 руб. 30 коп. - просроченный основной долг, 43606 руб. 84 коп. – просроченные проценты (л.д. 16). Представленный истцом расчет задолженности судом проверен, сомнений в правильности не вызывает, ответчиками расчет не оспорен, свой расчет, а также доказательства иного размера задолженности, равно как и ее отсутствия, суду не представлено.

19 декабря 2016 года между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» был заключен договор 

<

***> уступки прав (требований), в соответствии с условиями которого ПАО «Сбербанк России» уступил истцу ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» все имущественные права (требования) Цедента возникшие у Цедента на основании кредитных договоров, заключенных между Цедентом в качестве кредитора и должниками в качестве заемщиков, в том числе право требования по кредитному договору 

<

***> к заемщику Х

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктами 1, 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Из анализа указанных норм, а также разъяснений, данных в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, такая уступка права допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Такая уступка права допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Так, в п. 13 условий кредитного договора 

<

***> от 15 июля 2015 года предусмотрено, что Кредитор вправе полностью или частично уступить свои права по договору любым третьим лицам.

Таким образом, при подписании кредитного договора без замечаний и оговорок, заемщик выразил свое безусловное согласие на уступку Банком своих прав требования в отношении выданного кредита. В рассматриваемом случае стороны сделки согласовали уступку права (требования) третьим лицам.

Согласно ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходят к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а так же другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Таким образом, по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года, сторонами которого являются ОАО «Сбербанк России» и заемщик Х., истец является надлежащим взыскателем.

Таким образом, истец правомерно предъявил требование о взыскании указанной суммы с ответчика.

Судом установлено, что заемщик Х. умер Х года, что подтверждается свидетельством записью акта о смерти 

<

***> года (л.д. 87).

На дату смерти заемщика его кредитные обязательства перед Банком не были исполнены.

Истец предъявил иск к наследственному имуществу умершего о взыскании задолженности с наследников умершего заемщика по кредитному договору. 

Судом установлено, что ответчик ФИО1 - является сыном умершего Х. Иных наследников после смерти Х не имеется, судом не установлено.

Таким образом, из материалов гражданского дела следует, что наследником умершего заемщика Х. первой очереди по закону является - его сын ФИО1 – ответчик по делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Согласно положениям ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пунктах 58, 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под долгами, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 ГК РФ), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства.

В абзаце втором пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Таким образом, наследник должника при условии принятия им наследства становится должником перед кредитором в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. При этом не имеет юридического значения тот факт, является ли наследник совершеннолетним, либо несовершеннолетним лицом.

В соответствии с п. 3 ст. 1175 Гражданского кодекса РФ кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к исполнителю завещания или к наследственному имуществу. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 настоящего Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что при разрешении споров по делам, возникающим из наследственных правоотношений, судам надлежит выяснять, кем из наследников в установленном статьями 1152 - 1154 ГК РФ порядке принято наследство, и привлекать их к участию в деле в качестве соответчиков (абз. 2 ч. 3 ст. 40, ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Судом установлено и подтверждается письменными материалами гражданского дела, в частности ответами нотариусов нотариального округа г. Новоуральска Свердловской области, что наследственное дело после смерти Х умершего Х года, не заводилось (л.д. 90, 91, 97, 98).

Согласно материалам дела недвижимого имущества за Х. не зарегистрировано.

Из ответа ОГИБДД МУД МВД России по Новоуральскому ГО и МО "п.Уральский" судом установлено, что с 2012 года за Х. зарегистрирован автомобиль Х, Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х. Кроме того, согласно базы данных "АИУС-ГИБДД" за период с 31.08.2015 года по 12.07.2021 года на территории Свердловской области дорожно-транспортных происшествий с участием автомобиля Х государственный регистрационный знак Х не зарегистрировано, лиц управлявших данным автомобилем и привлеченных к административной ответственности не выявлено.

Согласно п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», смерть должника не является обстоятельством, влекущим досрочное исполнение его обязательств наследниками. Например, наследник должника по кредитному договору обязан возвратить кредитору полученную наследодателем денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Как было указано, ранее в силу п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Разрешая спор, проанализировав фактические обстоятельства по делу, пояснения ответчика ФИО1, данные им в ходе судебного заседания, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, поскольку истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, принятия ответчиком ФИО1 наследственного имущества после смерти заемщика Х., его наличия и стоимости, данные о том, что указанный ответчик принял наследство после смерти Х. в материалах дела отсутствуют. Таким образом, судом установлено, что к имуществу умершего Х наследников, принявших наследство, не имеется.

Поскольку в материалах дела не имеется никаких достоверных и допустимых доказательств, достоверно подтверждающих, что ответчик ФИО1 фактически принял наследство, оставшееся после смерти Х., с заявлением о принятии наследства к нотариусу данное лицо не обращалось, оснований для удовлетворения иска истца к данному ответчику не имеется.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения иска ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и правовых оснований для взыскания суммы задолженности с ответчика ФИО1 не имеется.

В силу ст. 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным (п. 1). Выморочное имущество, не относящееся к объектам недвижимого имущества, переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации (п. 2). Порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований определяется законом (п. 3).

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что на основании пункта 3 статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 4 Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» впредь до принятия соответствующего закона, определяющего порядок наследования и учета выморочного имущества, переходящего в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации, а также порядок передачи его в собственность субъектов Российской Федерации или в собственность муниципальных образований, при рассмотрении судами дел о наследовании от имени Российской Федерации выступает Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (Росимущество) в лице его территориальных органов, осуществляющее в порядке и пределах, определенных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, полномочия собственника федерального имущества, а также функцию по принятию и управлению выморочным имуществом (пункт 5.35 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432).

Положениями абз. 2 п. 5 Инструкции Министерства финансов СССР от 19.12.1984 г. № 185 «О порядке учета, оценки и реализации конфискованного, бесхозяйного имущества, имущества, перешедшего по праву наследования к государству и кладов» предусмотрено, что документом, подтверждающим право государства на наследство, является свидетельство о праве государства на наследство, выдаваемое нотариальным органом соответствующему налоговому органу не ранее истечения 6 месяцев со дня открытия наследства. Основанием для перехода имущества по праву наследования к государству может быть и соответствующее судебное решение, вынесенное по иску прокурора или налогового органа.

Как следует из материалов дела, каких-либо доказательств того, что вышеуказанный автомобиль - Х, Х года выпуска, государственный регистрационный знак Х, перешел фактически в собственность государства, в том числе свидетельства либо соответствующего судебного акта, которые бы подтверждали факт перехода данного имущества к государству, не представлено.

Действительно, в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании», разъяснено, что неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.), между тем, только лишь наличия сведений о регистрации транспортного средства за умершим должником не достаточно для удовлетворения требований кредитора о взыскании задолженности с Российской Федерации.

Российская Федерация как наследник по закону выморочного имущества несет ответственность по долгам наследодателя в пределах перешедшего к ней наследственного имущества (ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации). За счет выморочного имущества и в пределах его стоимости подлежат возмещению необходимые расходы, в том числе и расходы на охрану наследства и управление им (п. 1 ст. 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации), которые возмещаются до уплаты долгов кредиторам наследодателя (пункт 2 названной статьи).

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что на момент смерти заемщика спорный автомобиль фактически существовал, сам по себе факт записи в карточке учета транспортных средств в ГИБДД о регистрации автомобиля на имя ФИО2 не может свидетельствовать о фактическом наличии данного имущества, и соответственно, нахождение его в обладании Российской Федерации не подтверждено.

Достаточных доказательств наличия имущества, его стоимости на момент рассмотрения дела истцом в материалы дела не представлено. Не содержат они и заключения об ориентировочной стоимости автомобиля, что также свидетельствует о том, что на момент составления данного заключения автомобиль наследодателя в наличии не имелся. Иного истцом не доказано.

Согласно представленному в материалы дела ответу на запрос из ОГИБДД МУД МВД России по Новоуральскому ГО и МО "п.Уральский", срок хранения документов, послуживших основанием для совершения регистрационных действий составляет 5 лет, в связи с чем представить копии запрашиваемых документов послуживших основанием для регистрации перехода права собственности, по истечении срока хранения не представляется возможным в связи с их уничтожением. Кроме того, согласно базы данных "АИУС-ГИБДД" за период с 31.08.2015 года по 12.07.2021 года на территории Свердловской области дорожно-транспортных происшествий с участием автомобиля ВАЗ-21150 государственный регистрационный знак 

<

***> не зарегистрировано, лиц управлявших данным автомобилем и привлеченных к административной ответственности не выявлено.

В соответствии с действующим законодательством объем ответственности наследника, в том числе и Российской Федерации как наследника по закону выморочного имущества, ограничивается стоимостью перешедшего к нему наследственного имущества, в связи с чем, стоимость наследственного имущества подлежит установлению при рассмотрении дела, и не может быть определена в ходе исполнения решения суда. При недостаточности наследственного имущества кредитное обязательство может быть прекращено невозможностью исполнения полностью или в части (п. 1 ст. 416 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отсутствие доказательств фактического наличия упомянутого автомобиля не позволяет определить пределы ответственности государства по обязательству заемщика.

Таким образом, оснований для признания имущества в виде автомобиля Х государственный регистрационный знак Х выморочным, при вышеизложенных обстоятельствах не имеется, в связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и правовых оснований для взыскания с ответчика Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области суммы задолженности.

Кроме того, ответчик Российская Федерация в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, возражая против предъявленных исковых требований, в письменном отзыве заявил о применении срока исковой давности, предусмотренного ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая ходатайство ответчика о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности три года.

Правила определения момента начала течения исковой давности установлены статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В силу абзаца первого пункта 2 названной статьи по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения; в абзаце втором закреплено, что по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока.

В соответствии с условиями кредитного договора 

<

***> от 15 июля 2015 года, кредит в размере 138000 руб. 00 коп. предоставлен на срок Х месяцев под Х% годовых.

Пунктом 6 кредитного договора предусмотрены количество, размер и периодичность (сроки) платежей заемщика по договору или порядок определения этих платежей - 60 ежемесячных аннуитетных платежей в размере 3930 руб. 03 коп. в соответствии с графиком платежей.

Таким образом, кредитным договором установлена периодичность платежей, а также обязанность погашать задолженность по кредиту ежемесячно в размере 3930 руб. 03 коп., в связи с чем, у заемщика возникла обязанность по уплате периодических платежей.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъясняется, по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Поскольку по рассматриваемому договору предусмотрено исполнение заемщиком своих обязательств по частям (путем внесения ежемесячных обязательных платежей, включающих ежемесячное погашение кредита и уплату процентов), что согласуется с положениями статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, то исковая давность подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Поскольку обязательство по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года подлежало исполнению заемщиком путем внесения ежемесячного обязательного платежа, соответственно срок исковой давности на обращение в суд должен определяться по каждому платежу отдельно.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в случае прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также в случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует и установлено судом, что исковое заявление истцом ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» было направлено в суд 29 марта 2021 года, что следует из квитанции об отправке. Передача ПАО «Сбербанк России» прав ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» по договору цессии не изменяет срок исковой давности и порядок его исчисления.

Принимая во внимание, что истец обратился в суд с настоящим иском 29 марта 2021 года, что следует из квитанции об отправке (л.д. 7), суд приходит к выводу, что исковая давность распространяется на период, предшествующий 29 марта 2017 года.

Как следует из материалов дела, истцом заявлено требование о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 180431 руб. 14 коп., включая 136824 руб. 30 коп. - просроченный основной долг, 43606 руб. 84 коп. – просроченные проценты, рассчитанную по состоянию на 23 декабря 2016 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности о взыскании задолженности по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности при обращении в суд с данным иском, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требования истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» к ФИО1, Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области о взыскании задолженности по кредитному договору 

<

***> от 15 июля 2015 года – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.А. Басанова

Согласовано И. Басанова