Дело № 2 - 634/20

22RS0011-02-2019-005106-39

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 февраля 2020 года город Рубцовск

Рубцовский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Сень Е.В., 

при помощнике судьи Кочетковой И.А., 

с участием прокурора Мурамцевой Н.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации, Федеральному казенному учреждению Исправительная колония Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском, к ответчикам о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю и водворении в одну камеру с туберкулезно больным. 

В обоснование своих требований истец указал, что содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю с *** по ***. В период его нахождения в данном изоляторе, он был помещен в одну камеру с туберкулезным больным, что нарушает Закон о содержании обвиняемых и подозреваемых под стражей, в частности право истца на раздельное содержание. Истец просит учесть, что до содержания в СИЗО он туберкулезом не болел. Добровольного согласия на проведение опытов – экспериментов не давал. Находясь, в одной камере с туберкулезно больным истец испытывал страх за свое здоровье, чувство своей неполноценности, чувство умоляющим свое человеческое достоинство. В большинстве случаев организм истца отказывался принимать пищу поскольку, туберкулезно больной находился в одной камере с истцом, постоянно кашлял, сплевывал слюну смешанную с кровью и с запахом тухлого мяса, перемешанного с гноем, говоря при этом, что истца специально посадили в одну камеру с ним, чтобы истец заразился туберкулезом в наказание за то, что не хочет признавать свою вину в совершении преступления. Указанные физические и моральные страдания истец вынужден был терпеть по собственной воле, поскольку все его просьбы к сотрудникам СИЗО-4 о его переводе в другую камеру были проигнорированы. После некоторого времени истец был этапирован в ИВС ОМВД России по Локтевскому району, а потом опять в СИЗО – 4 г. Рубцовска. Он был, водворен в камеру со здоровыми подозреваемыми и обвиняемыми и истцу было назначено лечение, что подтверждается справкой от ***. В качестве таблеток истцу, выдавался, тубозит от которого у него была аллергия, ему было сложно подготовиться к следственному действию. В дальнейшем истца поставили на получение дополнительного питания так называемую диету, но при этом выдавали, только масло никаких иных продуктов не давали, что нарушает закон. В камерах, которых содержался, истец отсутствовали санитарные нормы, бегали по камере крысы, мыши из пола выползали тараканы, двухвостки, поскольку камеры не обрабатывались препаратами для уничтожения бактерий, насекомых, мышей. В камерах были деревянные оконные переплеты со сквозными щелями, которые постоянно выпадали. В камерах отсутствовала норма площади на одного человека в размере 4 кв.м. Спальные кровати были вмонтированы в бетонный пол, имели железное спальное основание, вместо установленной панцирной железной сетки, из – за чего болела спина. Освещение в камерах как искусственное, так и естественное не соответствовало требования СаНпиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 и других. Учитывая, изложенное истец просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в счет компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания и водворения в одну камеру с туберкулезно больным (право на раздельное содержание) 6 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела протокольным определением от *** судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний, из числа соответчиков исключено Федеральное казенное учреждение Следственный изолятор №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю (сокращенное наименование - ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому) к качестве соответчика привлечено Федеральное казенное учреждение Исправительная колония №9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю (сокращенное наименование ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю).

Истец ФИО1 в судебном заседании отсутствовал, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен в установленном законом порядке.

Представитель ответчиков ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России ФИО2, действующая на основании доверенностей в судебном заседании выразила общую позицию ответчиков, возражала против требований истца в полном объеме, полагала, что требования истца являются не обоснованными и не подлежат удовлетворению. Поддержала письменные возражения на исковое заявление. Пояснила, что ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю ликвидировано и ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю является его правопреемником.

Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в судебном заседании отсутствовал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен в установленном законом порядке. В прошлом судебном заседании представитель поддержал представленный отзыв, в котором указал, что Минфин РФ не является надлежащим ответчиком по делу, просил в удовлетворении исковых требований истца отказать в полном объеме.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, выслушав пояснения представителя ответчиков ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России, исследовав материалы дела, обозрев представленные представителем ответчиков в судебное заседание письменные доказательства оригиналы книг количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю, оценив представленные доказательства с учетом положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав заключение прокурора Мурамцевой Н.Я., полагавшей исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению, рассматривая иск, в пределах заявленных требований, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина-обязанность государства.

В силу ст. 3 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 04.11.1950 никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. 

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. 

Права и свободы человека и гражданина в силу ст. 18 Конституции Российской Федерации являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. 

В силу ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В силу ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

В таком же порядке возмещается и моральный вред - физические либо нравственные страдания.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда.

В связи с указанной нормой права обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на истца. Именно истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у истца имущественным и моральным вредом.

Нормативным документом, регулирующим порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, является Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии со ст. 4 Федерального закона «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений» от 15.07.1995 № 103-ФЗ (далее Закон) содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее – подозреваемые и обвиняемые).

Согласно ст. 7 Закона местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются в том числе, следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы

В соответствии со ст.15 Закона, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 17 Закона, подозреваемые и обвиняемые имеют право в том числе: на личную безопасность в местах содержания под стражей; обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях.

В соответствии со ст. 19 Закона, при возникновении угрозы жизни и здоровью подозреваемого или обвиняемого либо угрозы совершения преступления против личности со стороны других подозреваемых или обвиняемых сотрудники мест содержания под стражей обязаны незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности подозреваемого или обвиняемого.

Согласно ст. 23 Закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, предоставляется индивидуальное спальное место, бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин). Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В силу ст. 24 Закона администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Следственные изоляторы являются учреждениями уголовно-исполнительной системы, через которые осуществляются функции органа исполнительной власти Федеральной службы исполнения наказаний, финансируются за счет средств федерального бюджета.

Частью 3 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Согласно приказу Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 №189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов Уголовно исполнительной системы», настоящие Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила) в соответствии со статьей 16 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» регламентируют внутренний распорядок работы следственных изоляторов (далее - СИЗО) уголовно-исполнительной системы (далее - УИС).

В соответствии с п. 2, 3 Правил № 189, в СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании п. 16 Правил № 189, при поступлении в СИЗО подозреваемые и обвиняемые проходят первичный медицинский осмотр и санитарную обработку. Первичный медицинский осмотр, а также необходимое обследование осуществляет дежурный врач (фельдшер) СИЗО с целью выявления больных, требующих изоляции и (или) оказания неотложной медицинской помощи. Результаты осмотра, проведенных лечебно-диагностических мероприятий вносятся в медицинскую амбулаторную карту.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» указано, что к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или, когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. В случае, если представление необходимых доказательств затруднительно (в данном случае для истца), суд по ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств. 

Судом установлено, что в соответствии с приказом Минюста России от 27.07.2018 №154 «О ликвидации федеральных казенных учреждений Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю» согласно приложению №1 к приказу ликвидировано, в том, числе Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор №4 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю». Правопреемник федеральное казенное учреждение «Исправительная колония №9 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Алтайскому краю».

ФИО1, *** года рождения содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю в период с *** по ***, убыл *** в ПФРСИ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, убыл 24.11.2018 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Алтай для дальнейшего отбывания наказания, что подтверждается справкой врио начальника спец.отдела ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, камерной карточкой ФИО1 и сторонами не оспаривается. Доказательств того, что истец содержался в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю в другие дни, суду не представлено, при этом материалы дела иных сведений не содержат. 

Истец в спорный период содержания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю содержался в камерах ...

Доводы истца о ненадлежащих условиях содержания под стражей ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю в период с *** по *** не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Действительно ст. 23 Закона, норма санитарной площади в камере на одного человека установлена в размере четырех квадратных метров. 

Судом в судебном заседании обозревались представленные представителем ответчиков ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России оригиналы книг количественной проверки лиц, содержащихся в СИЗО-4 г. Рубцовска за период с *** по ***; за период с *** по ***; с *** по ***, согласно которым, в спорный период в камерах, где содержался истец, содержалось 2 – 3 человека, но не более 3 человек. Площади камер, в том, числе и тех в которых истец содержался, в спорный период указаны в техническом паспорте СИЗО-4 г. Рубцовска. Судом проведен анализ представленных документов, в том числе обозреваемых в судебном заседании и исходя, из количества лиц содержащихся в камерах и площади этих камер нарушений норм санитарной площади в камере на одного человека в спорный период не усматривается.

При таких обстоятельствах, суд считает несостоятельными доводы истца о том, что площадь камер, в которых он содержался, не соответствовала количеству содержащихся в ней лиц, поскольку они не подтверждены истцом достаточными допустимыми доказательствами, и опровергаются сведениями, указанными в представленных суду техническом паспорте, обозреваемых в судебном заседании книг количественной проверки лиц, содержащихся в следственном изоляторе.

Доводы истца о том, что в камере как искусственное так и естественное освещение не соответствовало требования СаНпиН, в камере отсутствовала вентиляция, кровати были с металлическим основанием вместо панцирной сетки, истец находился в антисанитарных условиях, являются также несостоятельным. Так, из справки представленной представителем ответчиков следует, что камеры обеспечены искусственным и естественным освещением. Искусственное освещение осуществлялось системой дневного и ночного освещения. Для освещения камер применяются люминисцентные лампы марки ЛБ-40-2, согласно СниП 23-05-95 «Естественное и искусственное освещение», норма освещенности составляла 150лк+5% при добавлении естественного освещения, что составляет 158 лк. Согласно пояснениям в судебном заседании представителя ответчиков и письменному отзыву уборка камерных помещений в следственном изоляторе осуществляется, в соответствии с требованиями ПВР, дежурным по камере, которые в порядке очередности, ежедневно назначаются начальником корпусного отделения и объявляются под роспись. Ежедневно контролируется санитарное состояние в камерах режимных корпусов дежурным фельдшером учреждения. Дезобработка всех камер проходила под контролем администрации еженедельно. Последовательность технологического процесса и концентрации применяемых растворов дезинфицирующих средств соблюдалась, что полностью исключает распространение инфекционных заболеваний. Указанное, также подтверждается копиями государственных контрактов от *** и от *** (по проведению дератизации и дезинсекции в зданиях и сооружениях ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю), государственным контрактом на оказание услуг по дератизации и дизенсекции от *** (по проведению дератизации от грызунов, дезинсекции бытовых насекомых и мух на объектах ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю).

Камеры учреждения оборудованы в соответствии с требованиями п.42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС утвержденных приказом Минюста России от *** , в том числе системой приточно – вытяжной вентиляции, которая работает в соответствии с утвержденным графиком, в камерах учреждения окна были оборудованы форточкой для проветривания и остекление не препятствовало естественному освещению. Согласно приказу Федеральной службы исполнения наказаний №407 от 27.07.2007 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных и специализированных учреждений ФСИН России» следует, что кровать камерная КОК – 2 неразборная, крепится к полу на глубину 80 мм. (длина - 1930 мм., ширина – 808 мм., высота 600 мм., масса кровати 41,0 кг.). Кровать состоит из рамы и 4-х ножек. Каркас рамы и ножки выполнены из стальных труб круглого сечения 42х3 мм., решетчатый настил рамы – из стальных полос сечением 60х4 мм.. Кровать соответствует техническим требованиям РД1-001-2001.

Таким образом, доводы истца о том, что камеры не проветривались, отсутствии вентиляции, о плохом освещении в камерах, антисанитарном состоянии камер, полностью металлических кроватей (основания), не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Согласно абз. 9 п. 2 ч. 2 статьи 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камере отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении.

В период содержания истца под стражей в спорный период действовал Порядок оказания медицинской помощи осужденным в условиях исправительных учреждений, утвержденный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ №640 и Министерства юстиции РФ № 190 от 17.10.2005 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу», согласно которому раздельное содержание предусмотрено в отношении групп больных, перечисленных в абз. 6 п. 317 (больных активным туберкулезом, лиц, наблюдающихся в «0» группе диспансерного учета, больных, выделяющих микробактерии туберкулеза, бактериовыделителей с множественной лекарственной устойчивостью). 

Указанный приказ утратил силу в связи с изданием приказа Минздрава России № 14н, Минюста России № 4 от 17.01.2018 О признании утратившим силу приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Министерства юстиции Российской Федерации от 17.10.2005 № 640/190 «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу». 

Согласно приказа Министерства Юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 г. №285 «Об утверждении порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающих наказаний в виде лишения свободы» лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом (далее - лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии (23); Осужденные при поступлении в учреждения УИС осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии; осужденным, прибывающим в колонии-поселения из зала суда, с целью выявления туберкулеза, ВИЧ-инфекции, заболеваний, передающихся половым путем, и других заболеваний проводятся флюорография легких или рентгенография органов грудной клетки (легких) и клиническая лабораторная диагностика. При наличии показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов (30); в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза (31).

Согласно представленных в материалы дела самим истцом ответов на его обращения в УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУЗ МСЧ – 22 ФСИН России по Алтайскому краю, следует.

Согласно ответу УФСИН России по Алтайскому краю от 20.06.2019 истец содержался в СИЗО – 4 УФСИН России по Алтайскому краю с *** по ***. Состоял на диспансерном учете в филиале «Медицинская часть №5» ФКУЗ МСЧ – 22 ФСИН России по IV ГДУ, как лицо контактное по туберкулезу. С *** по *** получал профилактическое лечение. 

Согласно ответу ФКУЗ МСЧ – 22 ФСИН России по Алтайскому краю от *** истец в период с *** по *** содержался в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю (ранее СИЗО – 4). С *** в течение года состоял на диспансерном учете как контактный по туберкулезу. Получал профилактическое лечение противотуберкулезными препаратами. Далее дважды в год при проведение флюорографического обследования органов грудной клетки патологических изменений не обнаружено, подозрения на заболевание туберкулезом у истца не устанавливалось. Лица больные туберкулезом, в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю не содержатся. Осужденные, подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, с подозрением на заболевание туберкулезом направляются в учреждения УИС Алтайского края, где имеются специализированные (фтизиатрические) отделения филиалов ФКУЗ МСЧ – 22 ФСИН России (СИЗО-1, КТБ – 12) для обследования, установления, либо опровержения заболевания туберкулезом, а также назначения лечения. При установлении у данных лиц заболевание туберкулезом определяется круг контактных лиц, которым назначается профилактическое лечение противотуберкулезными препаратами. 

Истцом не представлено допустимых и относимых доказательств того, что именно в СИЗО-4 г. Рубцовска (впоследствии ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю) он содержался с туберкулезно больным лицом. Суд отмечает, что истец в иске указывает, что он также из СИЗО-4 этапировался в ИВС ОМВД России по Локтевскому району и обратно. В ходе рассмотрения дела не представилось возможным установить, а истцом не доказано, что именно в СИЗО – 4 он содержался с туберкулезно больным лицом. При этом суд учитывает, что прохождение профилактического лечения от туберкулеза в СИЗО – 4 само по себе не свидетельствует, что таковое потребовалось вследствие содержания истца в камере именно СИЗО – 4 с туберкулезно больным лицом. Также суд учитывает, что истец не представляет конкретной информации о лице, которое являлось больным туберкулезом (его фамилию, имя, отчество) в какой именно временной промежуток истец содержался в камере с больным в СИЗО-4, не сообщает номер камеры. 

При этом согласно справке об условиях содержания заключенных ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю истец по прибытию в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю (ранее СИЗО-4) был осмотрен врачом и распределен в камеру №47 карантинного отделения. Впоследствии как уже установлено судом и указано ранее содержался в камерах согласно камерной карточки. Все лица, прибывающие в СИЗО помещались в камеры карантинного отделения, где в течение 3 дней проходят медицинскую комиссию. При положительном анализе на туберкулез заключенный незамедлительно изолируется в отдельную камеру или палату, а впоследствии направляется для подтверждения диагноза и лечения в КТБ-12 г. Барнаула. За время нахождения в учреждении истец с заявлениями и жалобами к администрации не обращался.

В спорный период содержания истца под стражей действовал Приказ Минюста России от 26.02.2016 № 48 «Об установлении повышенных норм питания, рациона питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время».

Довод истца о том, что в связи с прохождением профилактического лечения как контактного лица по туберкулезу ему не выдавались в полном объеме положенные в этом случае продукты опровергается представленными представителем ответчиков ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю, ФСИН России в судебное заседание доказательствами, а именно раскладка продуктов за спорный период. 

Таким образом, факт нахождения ФИО1 в период с *** по *** в ФКУ СИЗО-4 УФСИН Росси по Алтайскому краю (впоследствии ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Алтайскому краю) в ходе судебного разбирательства нашел свое подтверждения, однако доводы истца о ненадлежащих условиях содержания, в том числе содержания истца в одной камере с туберкулезно больным в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю во внимание не принимаются, поскольку опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами. Кроме того, истцом не представлено каких-либо доказательств, причинения ему нравственных или физических страданий по вине должностных лиц ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Алтайскому краю, следовательно, не усматривается противоправность действий или незаконность действий (бездействий) по отношению к истцу.

Таким образом, суд полагает, что в судебном заседании не установлены основания для компенсации морального вреда истцу по факту его содержания в ненадлежащих условиях, в том числе в одной камере с туберкулезно больным.

Рассмотрев иск, в пределах заявленных истцом требований, учитывая обстоятельства дела в их совокупности и взаимной связи с вышеуказанными нормами закона, исследованными в ходе судебного заседания допустимыми доказательствами, суд приходит к выводу, что объективных и достоверных доказательств нарушения ответчиками каких-либо неимущественных прав истца, либо его нематериальных благ, а также доказательств наличия вины ответчиков в причинении нравственных или физических страданий истцу суду не представлено, а в ходе судебного разбирательства не добыто. 

Исходя из вышеизложенного, суд считает необходимым отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Кроме того, суд учитывает, что согласно пункту 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации вред в случаях и порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии с пунктом 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации вред от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами определяющими статус этих органов.

Согласно пункта 3 статье 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в суде от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель средств федерального бюджета в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно п.п. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

В связи с чем, в качестве надлежащего ответчика по данному иску должно выступать ФСИН России, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Рубцовский городской суд Алтайского края.

Судья Е.В. Сень