Дело № 2-1573/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 октября 2017 года город Ишимбай

Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Шагизигановой Х.Н.

при секретаре Бадртдиновой Д.Н.,

с участием прокурора Рязанцева М.Ю.,

истца ФИО1, ее представителя ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» о восстановлении на работе, признании незаконным приказа об увольнении, взыскании компенсации морального вреда, расходов на оплату услуг представителя, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» (далее по тексту – Общество, ответчик), в котором просила признать незаконным приказ генерального директора Общества об увольнении от 17.08.2017 года №, восстановить на работе в должности уборщика служебных помещений вахтового жилого комплекса, взыскать компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., понесенные судебные расходы в размере 10 000 руб.

В обоснование иска указано, что на основании срочного трудового договора, заключенного 01.02.2016 г. с директором Общества ФИО3, истец работала в должности уборщика служебных помещений, срок договора истек 31.01.2017 г. На основании приказа № от 17.08.2017 г. истец 20.08.2017 г. была уволена с работы в связи с истечением срока трудового договора. В этом Обществе истец работала с августа 2006 г.-фактически проработала более 10 лет в должности уборщика служебных помещений. На протяжении указанного периода трудовые отношения с работодателем оформлялись посредством заключения срочного трудового договора сроком 1 год. 01.02.2016 г. ответчик подписал с истцом очередной трудовой договор, согласно п.2.1 договора срок его истек 31.01.2017 г. 13.01.2017 г. она вернулась домой в связи с истечением срока очередной вахты. Все предыдущие трудовые договоры при отсутствии претензий по работе со стороны ответчика подписывались истцом «задним числом» - ответчик допускал к работе (к очередной вахте), а затем спустя 1 месяц подписывал с истцом очередной срочный трудовой договор. Поэтому истец не подозревала (не была уведомлена) о том, что работодатель намерен «разорвать» и более не оформлять с ней трудовые отношения. После возвращения и очередной месячной вахты, истец с 07 по 16 февраля 2017 г. находилась на больничном в связи с заболеванием «ОРВИ»; с 17.02.2017 г. по 03.03.2017 г. - в связи с госпитализацией -на сохранении по поводу беременности; с 04.03.2017 г. по 13.03.2017 г. истцу был предоставлен отпуск без сохранения зарплаты с учетом состояния здоровья на основании ее заявления; 11.06.2017 г. у истца родился сын ФИО4 и с 03.04.2017 г. по 20.08.2017 г. находилась на «родовом» больничном. Все больничные листы были высланы истцом в адрес работодателя и оплачены им в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ). При направлении работодателю очередного больничного листа и справки о беременности, ответчик, узнав о рождении ребенка, не желая производить предусмотренные законом выплаты (единовременную выплату при рождении ребенка, пособие на время отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет) уволил истца с работы за истечением срока трудового договора. 

Свое увольнение истец считает незаконным – она не совершала дисциплинарного проступка, могущего стать причиной увольнения, у работодателя не было оснований для ее увольнения. Указанные выше действия ответчика стали причиной нравственных страданий истца, в связи с чем ей был причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 15 000 руб. Для судебной защиты нарушенных прав истец обратилась к юристу, стоимость его услуг составила 10 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 поддержала иск, подтвердила изложенные в исковом заявлении обстоятельства, пояснила, что со всеми этими переживаниями у нее появились проблемы с грудным вскармливанием, периодически во время больничного звонили с работы, просили прислать заявление на высылку трудовой книжки. Она говорила им, что ее незаконно уволили, ей в ответ говорили, что все законно. Были переживания на счет увольнения – 10 лет работала и осталась без работы, боялась, что потеряет соответствующие выплаты и льготы в районах Крайнего севера. Ей приходила телеграмма, что она уволена, просили прислать заявление о высылке трудовой книжки. Претензий к своему представителю не имеет, он консультировал ее, собирал документы, подготовил исковое заявление, вместе с ней предъявил в суд иск, участвовал в подготовке к судебному заседанию и в судебном заседании. Просила удовлетворить исковые требования.

Ее представитель ФИО5 поддержал исковые требования, просил их удовлетворить, пояснил, что у истца были переживания в связи с незаконным увольнением, неопределенностью в течении нескольких месяцев, пострадал и ребенок. Перечень оказанных услуг представителем прописан в договоре, в акте приема-передачи они с истцом друг к другу не имеют претензий, все перечисленные услуги им оказаны. 

Представитель ответчика, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в своем отзыве на исковое заявление от 27.09.2017 года требования ФИО1 в части восстановления на работе и признания незаконным приказа об увольнении исковые требования признал. В части взыскания компенсации морального вреда и судебных расходов исковые требования представитель ответчика не признал, т.к. истцом не указано - в чем конкретно выразились характер и степень причиненных нравственных страданий. В договоре об оказании юридических услуг нечетко обозначен предмет договора, не прописано - какие именно юридические услуги обязан оказать исполнитель. В представленном заявлении от 03.10.2017 года представитель ответчика свою ранее изложенную позицию поддержал, дополнительно предоставил заверенную копию приказа от 29.09.2017 года № об отмене приказа от 17.08.2017 года № об увольнении ФИО1, о восстановлении на работе ФИО1, телеграммы, направленные истцу с просьбой о направлении в адрес ответчика трудовой книжки и заявления о предоставлении отпуска по уходу за ребенком до полутора лет.

В связи с изложенным на основании ст. 167 ГПК РФ и с учетом мнения явившихся лиц суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя ответчика.

Прокурор Рязанцев М.Ю. в своем заключении полагал иск подлежащим удовлетворению частично: поскольку ответчиком самостоятельно отменен приказ об увольнении ФИО1, она восстановлена на работе - добровольно удовлетворены исковые требования ответчиком, то полагал в этой части иск подлежащим оставлению без удовлетворения.

Выслушав истца, ее представителя, заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд,…

Согласно ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) по соглашению сторон срочный трудовой договор может заключаться с лицами, поступающими на работу в организации, расположенные в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, если это связано с переездом к месту работы.

В соответствии со ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника. 

В силу положений частей 4 и 5 ст. 58 ТК РФ в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок. Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Как установлено в судебном заседании, между ФИО1 (до замужества ФИО6) и ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» 01.02.2016 г. года был заключен срочный трудовой договор № о приеме истца на должность уборщика служебных помещений вахтового жилого комплекса ООО «НОВАТЭК-ЮРХАРОВНЕФТЕГАЗ», срок действия договора с 01.02.2016 года по 31.01.2017 года, на период действия договора оказания услуг с основным заказчиком.

Как установлено в судебном заседании, согласно представленной медицинской документации истец:

с 07 по 16 февраля 2017 г. находилась на больничном в связи с заболеванием «ОРВИ», что подтверждается копией листа нетрудоспособности №;

с 17.02.2017 г. по 03.03.2017 г. находилась на больничном в связи с госпитализацией, находилась на сохранении по поводу беременности, что подтверждается копией листа нетрудоспособности №;

с 04.03.2017 г. по 13.03.2017 г. истцу был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на основании заявления истца с учетом состояния здоровья;

с 03.04.2017 г. по 20.08.2017 г.-находилась на дородовом и послеродовом отпуске в связи с рождением 11.06.2017 г. сына ФИО4, что подтверждается копией листа нетрудоспособности 

<

адрес>, свидетельством о рождении № от 20.06.2017 г.

Представленные истцом ответчику листки нетрудоспособности были оплачены.

В соответствии с положениями ст. 58 ТК РФ, оплатив представленные истцу листки по временной нетрудоспособности, ответчик фактически признал ее своим работником на новый период, тем самым продлил трудовые отношения на неопределенный срок. 

Приказом № от 17.08.2017 года срочный договор от 01.02.2016 года был прекращен, ФИО1 была уволена с 20.08.2017 года в связи с истечением срока трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Увольнение истца по указанному в приказе основанию – истечение срока трудового договора являлось незаконным, сам приказ также был незаконен, т.к. не потребовав расторжения трудового договора по истечении срока действия срочного трудового договора 31.01.2017 г., истец продолжала работать до 13.01.2017 г., далее находилась на временной нетрудоспособности и все листки нетрудоспособности были ответчиком оплачены, таким образом фактически работодатель признал заключение трудового договора с истцом на неопределенный срок. Другие основания увольнения в нем не указаны.

Согласно отзыву представителя ответчика на исковое заявление, представленным документам, ФИО1 восстановлена на работе в должности уборщика служебных помещений до вынесения решения суда (приказ от 29.09.2017 года №), ей предоставлен отпуск по уходу за ребенком до полутора лет с выплатой причитающегося пособия с 21.08.2017 года. Этим же приказом ответчик отменил приказ от 17.08.2017 года № об увольнении истца в связи с необоснованностью. 

Исследовав письменные доказательства, выслушав пояснения истца, представителя истца в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца относительно признания незаконным приказа об увольнении и восстановления ее на работе в связи с тем, что ответчик самостоятельно после предъявления иска, но до вынесения решения суда устранил имеющееся нарушение закона и добровольно удовлетворил исковые требования истца в части признания незаконным приказа об увольнении и восстановления на работе. 

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом установлен факт нарушения ответчиком трудовых прав истца), что в соответствии со ст. ст. 237, 394 ч. 8 ТК РФ предполагает причинение работнику морального вреда, то с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда. Учитывая обстоятельства увольнения, степень вины ответчика (ответчик самостоятельно устранил данные нарушения до принятия решения), требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца (наличие грудного ребенка в период увольнения, переживания по поводу увольнения и потери льгот повлияли на грудное вскармливание), суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, в размере 12 000 рублей.

На основании ст. ст. 98, 100 ГПК РФ судебные расходы подлежат взысканию с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Истцом был заключен договор на оказание юридических услуг от 06.09.2017 г. с ИП ФИО2, который по письменному заявлению истца был допущен к участию в деле в качестве представителя ФИО1, участвовал на подготовке к судебному заседанию 28.09.2017 г., в судебном заседании 09.10.2017 г., 

Как следует из акта приема-передачи от 06.09.2017 г., подписанного истцом и ее представителем ФИО2, истцом уплачено 10 000 руб. за юридические услуги ФИО2 по договору на оказание юридических услуг от 06.09.2017 года. Как видно из акта приема-передачи от 09.10.2017 г., подписанного истцом и ее представителем ФИО2, ФИО2 истцу оказаны услуги по подготовке искового заявления, подаче в суд, сбор необходимых документов, консультация заказчика по юридическим вопросам, участие в подготовке к судебному заседанию, защита интересов истца в судебном заседании; стороны претензий друг другу не имеют. Указанные доказательства опровергают вышеизложенные доводы представителя истца.

Учитывая продолжительность участия представителя истца в судебном заседании, категорию и сложность дела, объем проделанной работы, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд признает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на услуги представителя в размере 10 000 руб.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 600 руб., от уплаты которого истце был освобожден при подаче иска в суд.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 12000.00 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 10000.00 руб. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» о восстановлении на работе, о признании незаконным приказа об увольнении отказать ввиду добровольного удовлетворения требований ответчиком после подачи иска в суд.

Взыскать с ООО «Пуровская компания общественного питания и торговли –Пурнефтегазгеология» в пользу бюджета муниципального района Ишимбайский район Республики Башкортостан государственную пошлину в сумме 600 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня составления мотивированного решения - 14.10.2017 года.

Судья Шагизиганова Х.Н.