Дело № 2-80/2025

УИД: 51RS0002-01-2024-004137-15

Решение

 в окончательной форме изготовлено 03.02.2025 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 января 2025 года город Мурманск

Первомайский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Городиловой С.С., 

при секретаре Капранчиковой И.В.,

с участием представителей истца ООО «УК «ЦОО» ФИО6, ФИО7,

представителя ответчика ФИО8 – ФИО9, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр по обращению с отходами» к ФИО8 о взыскании неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр по обращению с отходами» обратилось в суд к ФИО8 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование искового заявления указано, что *** умер единственный участник и директор ООО «УК «ЦОО» ФИО1. *** было учреждено доверительное управление наследственным имуществом - долей в уставном капитале ООО «УК «ЦОО» в размере 100%. Согласно нотариально удостоверенному договору доверительного управления наследственным имуществом от ***, доверительным управляющим являлся Свидетель №3, который осуществлял доверительное управление в целях охраны наследственного имущества. *** решением доверительного управляющего указанной долей на должность директора ООО «УК «ЦОО» назначен Свидетель №3 Доверительное управление прекратилось *** в связи с получением свидетельства о праве на наследство наследником по завещанию ФИО2 На момент подачи искового заявления Свидетель №3 являлся директором ООО «УК «ЦОО». 

*** и *** ООО «УК «ЦОО» платежными поручениями №***, №***. №*** и №*** перечислило ФИО8 на банковский счет №***, открытый в Мурманском отделении №*** ПАО «Сбербанк России», денежные суммы в общем размере 535 920 рублей, а именно:

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 124 410 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года (аванс) согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 143 550 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года (аванс) согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 124 410 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 143 550 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года согласно расчетной ведомости №*** от ***.

При этом перечисление указанных денежных сумм в пользу ФИО8 осуществлялось ею самой. При этом она действовала на основании доверенности от ***, но после смерти единственного участника и директора ООО «УК «ЦОО» ФИО1 Действие вышеназванной доверенности прекращено нотариально удостоверенным распоряжением ООО «УК «ЦОО» от *** об отмене указанной доверенности.

Трудового договора между истцом и ответчиком не заключалось, а также не выносилось приказа о приеме ответчика на работу в ООО «УК «ЦОО».

Ответчик ФИО8 в здание, принадлежащее ООО «УК «ЦОО», и на прилегающую к нему территорию с *** не являлась и в настоящее время не является при отсутствии препятствий со стороны ООО «УК «ЦОО» на связь с директором ООО «УК «ЦОО» Свидетель №3 ранее не выходила и в настоящее время не выходит, каких-либо указаний от него ранее не получала и в настоящее время не получает, в связи с чем истец полагает, что ответчик трудовую функцию в интересах и под управлением и контролем работодателя не выполняла, в связи с чем полагает, что перечисленные *** и *** ООО «УК «ЦОО» денежные средства на счет ФИО8 являются неосновательным обогащением. 

На основании изложенного истец просит суд взыскать с ответчика ФИО8 в пользу ООО «УК «ЦОО» неосновательное обогащение в размере 535 920 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 559 рублей.

Представители истца ООО «УК «ЦОО» ФИО6, ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительных письменных пояснениях по делу, а также в возражениях на отзыв на исковое заявление ответчика. Обратили внимание суда на то, что денежные суммы, перечисленные ответчику в качестве заработной платы при отсутствии трудовых отношений между ответчиком и истцом, получены ответчиком без каких-либо правовых оснований, следовательно, являются неосновательным обогащением ответчика. Указали, что ФИО8, являясь представителем ООО «УК «ЦОО» и производя при вышеуказанных условиях выплату в свою пользу денежных сумм в качестве заработной платы в отсутствие трудовых отношений между ответчиком и истцом, действовала при наличии конфликта между ее личными интересами и интересами юридического лица. Полагали, что недобросовестность действий ФИО8 была установлена постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от *** по делу №*** по исковому заявлению ООО «УК «ЦОО» к ООО ЧОО «***» о взыскании неосновательного обогащения по эпизоду, связанному с оплатой охранных услуг, которые не были оказаны истцу. Полагали, что в связи с недобросовестностью действий ответчика, а также вследствие того, чего в отсутствие трудовых отношений между ответчиком и истцом перечисленные ответчику денежные суммы в действительности не являлись заработной платой, положения пункта 3 статьи 1109 ГК РФ в данном случае не применимы. Полагали, поскольку, по мнению истца, недобросовестность ответчика им доказана, в данном случае стороной, на которую переходит обязанность доказывания, является ответчик.

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, воспользовалась правом ведения дела через представителя. Ранее в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указала, что денежные средства были ею перечислены в качестве ее заработной платы за *** и *** года и заработной платы за *** и *** года ее сына ФИО10 Пояснила, что в конце *** года они семьей с ее гражданским супругом ФИО1, который является отцом ее сына ФИО10, приняли решение о ее трудоустройстве и трудоустройстве сына ФИО10 официально по трудовому договору в ООО «УК «ЦОО», в связи с чем между обществом в лице ФИО1 и истцом был заключен трудовой договор, ФИО8 была принята на должность главного бухгалтера, также трудовой договор был заключен между обществом в лице ФИО1 и третьим лицом ФИО10, последний принят на должность юриста. После смерти ФИО1 истец и третье лицо продолжали выполнять трудовую функцию в ООО «УК «ЦОО», однако с *** в доступе на территорию, где расположено здание, в котором находились офисные помещения общества, ФИО8 и ФИО10 было отказано. Все документы ООО «УК «ЦОО» остались в рабочем кабинете ФИО8, в том числе трудовые договоры и приказы о приеме на работу. 

Представитель ответчика ФИО8 – ФИО9, в судебном заседании поддержал представленные письменные возражения на исковое заявление, в которых указал, что между ООО «УК «ЦОО» с *** на основании Приказа по обществу от *** заключены трудовые отношения, ФИО8 принята на работу на должность главного бухгалтера, подписан трудовой договор от *** (табельный номер №***). Рабочее место главного бухгалтера располагалось в офисе на территории ООО «УК «ЦОО» по адресу: адрес***. Директором и единственным участником ООО «УК «ЦОО» в момент трудоустройства ФИО8 был ФИО1, который предложил своей гражданской супруге ФИО8 занять вакантную должность главного бухгалтера, освободившуюся *** после увольнения главного бухгалтера ФИО4 Директор ООО «УК «ЦОО» ФИО1 погиб ***, после его смерти доступ к рабочему месту на территории ООО «УК «ЦОО» главному бухгалтеру ФИО8 без законных оснований был ограничен Свидетель №3, о чем об указанном факте ФИО8 сообщила *** в ОП № 2 УМВД России по г. Мурманску. Согласно заявлению в полицию ФИО8 (КУСП №*** от ***), последняя просила принять меры к устранению самоуправства к лицу, незаконно препятствующему ей в допуске к рабочему месту. После обращения в полицию главный бухгалтер ФИО8 была допущена на рабочее место в ООО «УК «ЦОО» и смогла приступить к своим трудовым обязанностям, в том числе смогла производить расчеты с контрагентами. За период с *** по *** года заработная плата работнику выплачена, что подтверждается справкой 2-НДФЛ, расчетными листками за *** и *** года. С *** на должность директора ОOO «УК «ЦОО» назначен Свидетель №3, в связи с чем, начиная с *** работодатель знал (должен был знать) о наличии трудовых отношений между истцом и ответчиком, однако с указанного дня доступ к рабочему месту ФИО8 был ограничен работодателем. Заработная плата ФИО10 за *** и *** года в размере 248 820 рублей были переведены на счет истца по личному заявлению ФИО10, которое также хранилось в рабочем кабинете ФИО8 С целью восстановления своих трудовых прав истец обращалась в ГИТ в Мурманской области, однако проверка по данному факту не проводилась, у ООО «УК «ЦОО» были запрошены соответствующие документы. По результатам рассмотрения обращения ей было предложено обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. 

Также представитель ответчика указал, что составленные работодателем акты об отсутствии гражданина в здании, принадлежащем ООО «УК «ЦОО», и на прилегающей территории, а также об отсутствии связи с гражданином, начиная с *** по *** характерны исключительно для трудовых отношений, при фиксации прогула (отсутствии работника на рабочем месте) для целей привлечения к дисциплинарной ответственности и/или невыплаты заработной платы. В связи с перенесенным стрессом, связанным со смертью мужа ФИО1, ФИО8 находилась на листе нетрудоспособности с *** по ***, при этом больничный был оплачен за 3 дня (***-***) в размере 2 242,72 рублей. Позднее, работодателем у ФИО8 запрошены документы хозяйственной деятельности. Также, в адрес ФИО8 направлено электронное письмо от ООО «УК «ЦОО», согласно которому ей сообщено об отсутствии правовых оснований для выплаты заработной платы исх. от *** №***, *** №***, *** №***, *** №***. В ответ на запросы ФИО8 письмами исх. от ***, *** и ***, направленными в ответ на электронную почту сообщила, что документы и иные материальные ценности, относящиеся к хозяйственной деятельности ООО «УК «ЦОО» ей по акту не передавались и находятся на рабочем месте по адресу: адрес***. О нарушениях трудовых прав ФИО8 обратилась в Государственную инспекцию труда в Мурманской области, по итогам рассмотрения которого было вынесено предостережение от *** о недопустимости нарушения трудового законодательства. Коме того, согласно сведениям ОСФР по Мурманской области ФИО8 числится в качестве работающего пенсионера в ООО «УК «ЦОО» с ***, в связи с чем ей не положено предоставление гарантий и компенсаций, в частности оплата проезда к месту отдыха и обратно. С учетом изложенного, представитель ответчика полагает, что между истцом и ответчиком сложились фактические трудовые отношения, которые до настоящего времени не расторгнуты, а исполнение трудовых обязанностей ФИО8 ограничены самим работодателем, в связи с чем перечисленные *** и *** денежные средства являются заработной платой, и в силу пункта 3 статьи 1109 ГК РФ не могут быть взысканы в качестве неосновательного обогащения. 

Третье лицо ФИО10 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ранее в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать, указал, что в конце *** года его отец ФИО1, который являлся директором ООО «УК «ЦОО», принял решение о его трудоустройстве и трудоустройстве его матери ФИО8 в ООО «УК «ЦОО» на должность юриста и главного бухгалтера соответственно. Указанное решение было принято на семейном совете, поскольку фактически это был семейный бизнес. До *** года ранее он уже был трудоустроен в указанную организацию, потом был уволен. С учетом того, что у него было много долгов, было принято решение и написано заявление о том, чтобы его заработная плата переводилась на счет ФИО8 Его мать ФИО8 на тот момент уже около трех лет на основании выданной ФИО1 доверенности вела финансово-хозяйственную деятельность предприятия. Трудовые договоры были заключены в начале *** года. *** ФИО1 умер, но он и его мать ФИО8 продолжали работать в ООО «УК «ЦОО», их кабинеты находились рядом. После смерти отца доступ на территорию предприятия и в здание был ограничен по распоряжению временного управляющего. 

Представитель третьего лица ГИТ в Мурманской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, представил в суд мотивированный отзыв, согласно которому в адрес Инспекции в *** года от ФИО8 потупило обращение о невыплате пособи по временной нетрудоспособности, не допуска к рабочему месту, невыплате заработной платы, в котором просила организовать проверку. В рамках рассмотрения обращения ГИТ в Мурманской области в целях проверки достоверности сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям у ООО «УК «ЦОО» были запрошены пояснения и документы. Поскольку ФИО8 в заявлении было указано на возможное нарушение трудового законодательства Инспекцией *** в адрес ООО «УК «ЦОО» направлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований, на которое от общества поступило возражение, вы котором сообщалось, что ФИО8 ранее не работала и в настоящее время не работает в ООО «УК «ЦОО», в отношении ФИО8 отсутствуют документы, подтверждающие наличие трудовых отношений между ней и обществом. Поскольку ООО «УК «ЦОО» отрицает факт наличия трудовых отношений с ФИО8, а ФИО8 не прикладывала к своему обращению документы, подтверждающие факт трудовой деятельности (трудовой договор, приказ о приеме на работу и иные документы), по результатам рассмотрения обращения ей было предложено обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, на разрешение которого Инспекция не уполномочена. 

Заслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего) обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В силу статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 2 данной статьи суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит их на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. 

Бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего перечисленные в пункте 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные суммы, также лежит на стороне, требующей возврата таких денежных сумм.

В свою очередь ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующих труд работников, работающих у работодателей — физических лиц и работодателей — субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (пункт 17 Постановления Пленума от 28.05.2018 № 15).

Согласно статье 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу части первой статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 ТК РФ).

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 № 597-0-0).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума от 28.05.2018 № 15, установлено, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ). 

Согласно представленным в материалы дела документам установлено, что *** и *** ООО «УК «ЦОО» платежными поручениями №***, №***. №*** и №*** перечислило ФИО8 на банковский счет №***, открытый в Мурманском отделении №*** ПАО «Сбербанк России», денежные суммы в общем размере 535 920 рублей, а именно:

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 124 410 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года (аванс) согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 143 550 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года (аванс) согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 124 410 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года согласно расчетной ведомости №*** от ***;

- платежным поручением №*** от *** перечислена денежная сумма 143 550 рублей, назначение платежа: перечисление заработной платы за апрель 2023 года согласно расчетной ведомости №*** от ***.

Как следует из материалов дела и пояснений ответчика и его представителя, ФИО8 вела финансово-хозяйственную деятельность ООО «УК «ЦОО» и представляла интересы юридического лица на основании нотариально удостоверенной доверенности №*** от ***, выданной ООО «УК «ЦОО» в лице директора ФИО1 Данная доверенность была выдана сроком на три года. Указанные обстоятельства истцом не оспаривались. 

Из пояснений ответчика ФИО8 и третьего лица ФИО10 следует, что ФИО1 являлся директором ООО «УК «ЦОО», ФИО8 приходилась ему гражданской супругой, ФИО10 сыном. В конце *** года они семьей приняли решение о ее трудоустройстве и трудоустройстве сына ФИО10 официально по трудовому договору в ООО «УК «ЦОО», в связи с чем между обществом в лице ФИО1 и истцом был заключен трудовой договор, ФИО8 была принята на должность главного бухгалтера, также трудовой договор был заключен между обществом в лице ФИО1 и третьим лицом ФИО10, последний принят на должность юриста. Вторые экземпляры трудовых договоров, трудовые книжки хранились в бухгалтерии, кабинете ФИО8 Доступа к рабочим местам у Березовской и ФИО10 после *** не имелось и не имеется в настоящее время, в связи с чем, представить в подтверждение указанные документы не представляется возможным, они удерживаются нынешним руководством ООО «УК «ЦОО». Действительно ФИО8 *** и *** перечислила на свой расчетный счет денежные средства заработную плату за *** и *** года за себя и своего сына ФИО10

Факт работы ФИО8 и ФИО10 подтвердили допрошенные в ходе судебных заседаний свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2, которые указали, что у ФИО8 был свой кабинет, она вела документацию. Свидетель Свидетель №1 пояснил, что работал в ООО «УК «ЦОО» водителем, получал от ФИО8 указания по работе и необходимые документы, видел на рабочем месте ФИО10

Свидетель Свидетель №2 показала, что работала в ООО «УК «ЦОО» уборщицей с *** года, уволилась в *** года, возглавляла работу предприятия ФИО8, директора ФИО1 она тоже знала. Пояснила, что ФИО8 ежедневно находилась на работе до тех пор, пока ее перестало пускать новое руководство предприятием. 

Данные свидетельские показания суд принимает в качестве доказательств по делу, так как свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, согласуются с пояснениями ответчика и третьего лица, а также с материалами дела.

Установленные судом обстоятельства истцом не опровергнуты, доказательств обратного суду не представлено.

Допрошенный в ходе судебного заседания в качестве свидетеля Свидетель №3 показал, что является директором ООО «***», которое находится по адресу: адрес***, там же расположено ООО «УК «ЦОО». Ранее у него с директором ООО «УК «ЦОО» ФИО1 были разногласия, но незадолго до его смерти он с ним помирился, ФИО1 попросил быть его душеприказчиком. Последний раз живым он его видел накануне его смерти ***. *** ФИО1 застрелился на территории предприятия. *** было учреждено доверительное управление наследственным имуществом, доверительным управляющим стал он, а *** сам себя назначил директором ООО «УК «ЦОО», доверительное управление прекратилось *** в связи с получением свидетельства о праве на наследство наследником по завещанию ФИО2 На момент подачи искового заявления он являлся директором ООО «УК «ЦОО», в настоящее время директором является ФИО2 Свидетель показал, что у ООО «УК «ЦОО» пропускного режима не имеется, при этом в ООО «***», где он является директором, осуществляется пропускной режим, на проходной постоянно находится охранник, который пропускает машины на территорию и сотрудников предприятия. После смерти ФИО1 он никаких распоряжений охранникам об отказе в предоставлении допуска на территорию не давал, у ФИО8 имелся свободный доступ к помещениям ООО «УК «ЦОО». Сообщил, что ФИО8 звонила ему, чтобы он дал разрешение пройти в свой кабинет. Он обратился к ФИО8 После *** ФИО8 отказалась от передачи всех документов и электронного ключа. Никаких кадровых документов касательно трудоустройства ФИО8 и ФИО10 он не находил. О заявлении в полицию, поданном ФИО8 по факту не предоставления доступа на рабочее место ему стало известно позже.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель Свидетель №5 показал, что работает охранником в ООО «***», ФИО8 знает, она работала в ООО «УК «ЦОО». После смерти директора указанного предприятия ФИО1 его работодатель — директор ООО «***» Свидетель №3 ему никаких распоряжений о не допуске ФИО8 на территорию предприятия не давал. Указал, что работал в *** году, как и сейчас сутки через трое. О таких распоряжениях его сменщикам ему неизвестно. 

Свидетель Свидетель №4 показал, что работает в ЗАО «***», которое располагается в одном и том же здании с ООО «УК «ЦОО» по адресу: адрес***. ФИО8 он знает с *** года, ее кабинет располагался на одном этаже с его кабинетом. Она работала по доверенности в ООО «УК «ЦОО». После смерти ФИО1 он видел ФИО8 только один раз, больше она не приходила. 

Суд критически относится к показаниям свидетеля Свидетель №3, который, будучи изначально доверительным управляющим, а затем директором ООО «УК «ЦОО» после смерти директора ФИО1, заинтересован в исходе дела. Также критически суд относится к показаниям свидетеля Свидетель №5, который является действующим работником ООО «***» и находится в непосредственном подчинении Свидетель №3

Одновременно анализируя свидетельские показания Свидетель №4 суд приходит к выводу о том, что они не опровергают обстоятельств, указанных ответчиком об осуществлении ею и ее сыном ФИО10 трудовой функции с ведома и по поручению работодателя — директора ООО «УК «ЦОО» ФИО1

Довод представителей истца о том, что недобросовестность ответчика при перечислении себе самой денежных средств в счет заработной платы без правовых оснований подтверждается постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от *** по делу №*** по исковому заявлению ООО «УК «ЦОО» к ООО ЧОО «***», не принимается судом, так как данный спор не имеет отношения к правоотношениям, рассматриваемым при разрешении настоящего дела, а недобросовестность ФИО8 подлежит доказыванию истцом при рассмотрении конкретных правоотношений.

Суд соглашается с доводами представителя ответчика о том, что составление ООО «УК «ЦОО» единообразных актов об отсутствии гражданина в здании, принадлежащем ООО «УК «ЦОО», и на прилегающей территории, а также об отсутствии связи с гражданином, начиная с *** по ***, характерны исключительно для трудовых отношений, при фиксации прогула (отсутствии работника на рабочем месте) для целей привлечения к дисциплинарной ответственности и/или невыплаты заработной платы.

Более того, указанные акты содержат недостоверную информацию о том, что ФИО8 не выходила на связь с директором ООО «УК «ЦОО» Свидетель №3, что подтверждается представленной в материалы дела перепиской ФИО8 с Свидетель №3 от ***, ***, ***.

Представленная в материалы дела книга учета движения трудовых книжек и вкладышей в них, начатая *** не содержит актуальной информации о трудоустройстве и увольнении работников предприятия, заканчивается записью от *** о приеме на работу работника ФИО3 Более актуальных записей о приеме на работу работников данная книга не содержит, при этом судом установлено, что свидетель Свидетель №2 была трудоустроена в ООО «УК «ЦОО» уборщицей с *** года, уволилась в *** года, что не отрицалось стороной истца.

Представленный в материалы дела истцом журнал учета ознакомления работников с локальными нормативными актами ООО «УК «ЦОО» также не содержит актуальной информации, заканчивается записью об ознакомлении ФИО10, состоявшего в должности главного бухгалтера предприятия, с локальными актами ***. 

Таким образом, суд критически относится к представленным истцом указанным доказательствам, так как они не содержат актуальной информации о движении трудовых книжек работников ООО «УК «ЦОО» и ознакомлении их с локальными нормативными актами с *** года и *** года соответственно. 

Также судом установлено, что, выполняя трудовую функцию главного бухгалтера ООО «УК «ЦОО», ФИО8 *** направила в ОСФР по Мурманской области сведения для ведения индивидуального (персонифицированного) учета по форме ЕФС-1,в которых было указано, что она и ФИО10 были приняты на работу в ООО «УК «ЦОО» на должность главного бухгалтера и юриста соответственно. Также в ФНС России *** были представлены персонифицированные сведения о физических лицах по форме КНД, согласно которым в *** года ФИО8 был получен доход в размере 330 000 рублей, ФИО10 — в размере 286 000 рублей. 

Установлено, что ФИО8 действовала в рамках предоставленных ей полномочий директором ООО «УК «ЦОО» ФИО1 на основании нотариально удостоверенной доверенности от ***, действие которой было прекращено *** нотариально удостоверенным распоряжением ООО «УК «ЦОО» об отмене указанной доверенности. 

Вместе с тем, довод истца о том, что ответчик неправомерно воспользовалась электронной подписью ФИО1 после его смерти, а именно *** и *** с целью перечисления себе денежных средств в качестве заработной платы не может рассматриваться судом как самостоятельным основанием для признания получения ФИО8 денежных средств неосновательным обогащением по приведенным выше основаниям, а вывод представителей истца о том, что какие-либо иные факты, в том числе наличие или отсутствие трудовых отношений между сторонами, не могут изменить характер такого обогащения как неосновательного, является ошибочным, противоречащим положениям пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из пояснений Березовской следует, что она была вынуждена воспользоваться электронной подписью, выданной на имя ФИО1, для своевременной выплаты заработной платы не только себе, своему сыну, а также другим работникам Свидетель №2, ФИО5, Свидетель №1 Кроме того, была необходимость проведения расчетов с контрагентами. Данные обстоятельства подтверждаются представленной истцом выпиской операций по лицевому счету ООО «УК «ЦОО» за период с *** по ***.

При этом, стороной истца действия ФИО8, выполнявшей функции главного бухгалтера, действуя на основании доверенности от единственного участника и учредителя ООО «УК ЦОО», по перечислению заработной платы указанным работникам с использованием электронной подписи ФИО1 не оспаривалось. 

Истцом не представлено доказательств того, что являвшийся директором ООО «УК «ЦОО» ФИО1 не заключал с ФИО8 и ФИО10 трудовых договоров, а также не допускал последних к работе с ***. В опровержение доводов истца свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2 подтвердили факт осуществления ФИО8 и ФИО10 трудовой деятельности в ООО «УК «ЦОО» до момента отказа в допуске их к своему рабочему месту новым руководством предприятия. Также не представлено доказательств недобросовестного поведения ФИО8 при получении денежных средств – заработной платы за выполнение ею и ее сыном трудовой функции у работодателя ООО «УК «ЦОО». 

При таких обстоятельствах, с учетом установленного факта выполнения ФИО8 и ФИО10 трудовой функции в ООО «УК «ЦОО», с учетом требований пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ФИО8 выплаченных работодателем ООО «УК «ЦОО» денежных средств в качестве заработной платы, как неосновательного обогащения, в связи с чем исковые требования ООО «УК «ЦОО» подлежат оставлению без удовлетворения. 

Рассматривая требования истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

Статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

С учетом принятого судом решения об отказе в удовлетворении исковых требований, в силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения требований о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов по уплате государственной пошлины у суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Центр по обращению с отходами» к ФИО8 о взыскании неосновательного обогащения – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Первомайский районный суд г. Мурманска в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судебные постановления могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу при условии, что были исчерпаны иные установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации способы обжалования судебного постановления до дня его вступления в законную силу.

Судья С.С. Городилова