Дело № 1-342/2024 

УИД №

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

13 ноября 2024 года город Пермь

Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Климовой И.А., 

при секретаре Пинегиной О.А., 

с участием государственного обвинителя Бельковой И.С.,

защитника Боряшова С.Н.,

а также потерпевшей К.1.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, судимого:

.......

.......

содержащегося по данному уголовному делу под стражей с ДД.ММ.ГГГГ, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшей при следующих обстоятельствах: 

в ночь с 30 на 31 августа 2024 года в комнате общежития № по 

<

адрес> между находящимся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и К. на почве внезапно возникших из ревности неприязненных отношений произошел конфликт, в ходе которого у ФИО1 возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью К. Реализуя преступные намерения, ФИО1 умышленно нанес К. множественные удары руками и ногами по голове, шее, телу, верхним и нижним конечностям. В результате потерпевшей К. причинена тупая сочетанная травма в виде: ......., которая в соответствии с пунктами 6.1.11, 6.1.5 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также причинены: ......., которая квалифицируется как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья (на срок более 21 дня); ......., которые не влекут кратковременного расстройства здоровья и (или) стойкой утраты общей трудоспособности и квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. 31 августа 2024 года от полученной тупой сочетанной травмы груди ....... К. скончалась на месте преступления.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в инкриминируемом ему деянии признал полностью, в соответствии со ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний отказался.

Из оглашенных показаний ФИО1 усматривается, что с февраля 2024 года он проживал совместно с К. в арендованной комнате общежития № по 

<

адрес> С К. они иногда выпивали, в основном водку. 30 августа 2024 года в течение всего дня он и К. употребляли водку, после чего вступили в интимную связь, в ходе которой К. назвала его другим именем - М., на что он вспылил, стал спрашивать кто такой М., но она его просила только успокоиться и сказала, что у нее ничего ни с кем не было, от чего он разозлился еще больше. Около полуночи они легли спать на диван, и он из-за ревности начал бить К., ударил ее около 10 раз ладонями по лицу и голове, потом еще около 3 раз ударил ребром ладони по шее справа и слева. К. в момент нанесения ударов лежала на диване на спине, а он стоял сбоку от нее на диване на коленях, находился над ней и к ней лицом, при этом К. не пыталась защищаться, руки не поднимала. После этого он повернулся ногами к К., и обеими ногами столкнул ее с дивана, от чего та упала на пол, затем поднялась и снова легла на диван. Он снова несколько раз толкал ее обеими ногами с дивана, и она упала на пол второй раз, возможно, она могла удариться головой о батарею, которая находилась под окном, но Олеся вновь поднялась с пола и легла на диван рядом с ним. Затем их разговор продолжился, и он в третий раз столкнул К. с дивана, та снова упала, после чего он помог ей подняться, и они оба легли на диван и уснули. На следующий день, 31 августа 2024 года в утреннее время, около 09 часов, он проснулся, сходил в магазин за водкой, вернувшись домой, он стал употреблять водку, К. с ним не пила, была еще жива. Около 10 часов ей стало плохо, она тяжело дышала, сказала, что у нее болит бок. Он попытался 4 или 5 раз сделать ей искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, двумя руками «тихонечко» давил ей на грудь, но это не помогло. Затем он услышал, как К. захрипела, он обратил внимание на время, последний вздох, как он думает, она сделала в 10 часов 07 минут. После этого он начал одеваться, допил водку, закрыл дверь и ушел гулять. В тот же день в вечернее время он вернулся в комнату, К. лежала на диване. Переночевав в комнате общежития, на следующий день, 1 сентября 2024 года в утреннее время он ушел из комнаты, вернулся только вечером в тот же день, К. все также лежала на диване. 2 сентября 2024 года в дневное время он пришел домой к родителям, где рассказал матери, что убил К. (т. 2 л.д. 32-36, 58-60).

Комментируя в судебном заседании данные показания, ФИО1 подтвердил, что давал такие показания и подписывал соответствующие протоколы допросов, удостоверив правильность в них изложенного. 

Потерпевшая К.1. в судебном заседании показала, что погибшая К. приходилась ей племянницей, которая сожительствовала с подсудимым. Поскольку К. злоупотребляла спиртным, последняя была лишена родительских прав в отношении сына, которого в настоящее время воспитывает она. О смерти племянницы ей стало известно только в конце сентября 2024 года от знакомых. Также со слов следователя она знает, что смерть К. наступила в результате избиения ее сожителем. 

Из оглашенных показаний свидетеля Д. следует, что ФИО1 приходится ей сыном, который с февраля 2024 года совместно проживал в съемной квартире на 

<

адрес> с К., работавшей вначале в книжном отделе магазина «.......», а затем в пекарне. За все время совместного проживания они были у них в гостях около четырех раз, находились в трезвом состоянии, друг к другу относились уважительно, конфликтов между ними при ней не было. В июле 2024 года она видела К. с синяками на лице и животе после избиения ее сыном, но та подробности ей не рассказывала. Она посоветовала обратиться в полицию, на что К. сказала, что ФИО1 ее запугивает, и она его боится. 30 и 31 августа 2024 года она общалась с сыном по телефону. 2 сентября 2024 года около 14 часов сын пришел домой, находился в каком-то непонятном состоянии, спиртным, как ей показалось, от него не пахло, и он сообщил ей, что убил К., надавал ей пощечин, на это она ему возразила, сказав, что от пощечин не умирают, после чего сын рассказал, что свернул ей голову и расплакался. Она ушла в другую комнату, так как не хотела с ним больше разговаривать, вскоре сын лег спать. Около 16 часов домой вернулся ее супруг, в разговоре с которым сын сказал, что убил К. из ревности. Они предложили сыну вызвать полицию и все рассказать, но он сказал, что ему нужно дождаться получения денег 3 числа, и он сам пойдет в полицию, после чего сын ушел из дома, а ее дочь позвонила в полицию и сообщила о случившемся (т. 1 л.д. 101-105).

Из оглашенных показаний свидетеля Д.1. усматривается, что у него имеется сын ФИО1, который с февраля 2024 года стал проживать по 

<

адрес> с К., при нем они не конфликтовали, спиртное не распивали. 2 сентября 2024 года около 14 часов ему позвонила супруга и сообщила, что сын, придя домой, сказал, что убил К.. Около 16 часов он приехал домой, по внешнему виду и поведению сына он понял, что тот употреблял наркотические средства. На его вопрос, зачем тот убил К., сын пояснил, что ей позвонили, но ничего конкретного не сказал. Он вначале не поверил в это, сказал сыну, что вызовет полицию, на что сын ответил, что никуда не поедет, оделся и ушел из квартиры. После этого дочь Д.2. позвонила в полицию и сообщила о случившемся (т. 1 л.д. 107-110).

Из оглашенных показаний свидетеля Д.2. следует, что у нее имеется брат ФИО1, который около полугода назад переехал жить к девушке Олесе, проживали они в общежитии по 

<

адрес>. 2 сентября 2024 года около 14 часов ФИО1 пришел к ним домой в состоянии алкогольного опьянения, начал плакать, сказал, что убил К., надавал ей пощечин и свернул голову. Она сначала не поверила его словам, потому что такого поведения от него никто не ожидал. Брат действительно злоупотреблял спиртными напитками и запрещенными препаратами, но никто не думал, что он может убить человека. ФИО1 ушел спать. Вскоре домой вернулся отец, и они разбудили брата, сказали ему, чтобы он шел в полицию и сообщил о преступлении либо они сами позвонят в полицию, на что ФИО1 ответил, что 4 сентября 2024 года он получит деньги, купит себе сигареты и пойдет сам в полицию, затем ушел из квартиры. После ухода брата она позвонила в полицию, и ей стало известно, что 5 сентября 2024 года ФИО1 был задержан сотрудниками полиции и содержится в следственном изоляторе (т. 1 л.д. 131-134).

Из оглашенных показаний свидетеля К.2. усматривается, что он является собственником комнаты в общежитии по 

<

адрес>, которую с февраля 2024 года он сдавал в аренду ФИО1 и К. 2 сентября 2024 года в вечернее время ему позвонил сотрудник полиции, который попросил приехать его к комнате общежития, чтобы открыть дверь. Взяв ключи от комнаты, он приехал в общежитие, с сотрудниками полиции они открыли дверь комнаты, где обнаружили на диване труп К. Далее с его согласия был проведен осмотр комнаты (т. 1 л.д. 113-116).

Из оглашенных показаний свидетеля Д.3. следует, что она проживает по 

<

адрес>, ее комната находится на одном этаже с комнатой №, только в другом крыле. Владельцем комнаты № является К.2. С февраля 2024 года К.2. сдал комнату в аренду ФИО1 и К. Изначально соседи вели себя тихо, жили спокойно, с Олесей она немного общалась, они обсуждали порядок в подъезде и на этаже, иные бытовые вопросы. Вскоре она стала замечать, что соседи выпивают, чаще пил ФИО1, а К. работала в пекарне, между ними начали происходить конфликты. Иногда она общалась с ФИО1, тот делился с ней, что конфликты у них возникают, потому что он ревнует К. В начале лета она обратила внимание, что К. часто выходит из комнаты с синяками, при этом она ни на что не жаловалась. Со слов К. ей известно, что ФИО1 встречал ее с работы каждый день, несколько раз устраивал «дебоши» в пекарне и запретил ей с кем-либо общаться. 16 августа 2024 года К. обратилась к ней с просьбой помочь перевезти вещи, так как ушла после избиения от ФИО1, собиралась снять себе отдельную квартиру, но потом они помирились. 30 августа 2024 года на общей кухне она видела ФИО1 и К., каких-либо громких звуков, криков, шума и прочего в тот день она не слышала. 2 сентября 2024 года днем она встретила ФИО1 в подъезде, он был с пакетом продуктов, сказал, что они с К. переезжают в другую квартиру. На ее вопрос, где К., ФИО1 ответил, что они поссорились, и она уже переехала в другую квартиру. В тот же день в вечернее время она увидела на этаже сотрудников полиции, от которых узнала, что К. разыскивают, та не выходит на связь, а также о том, что в полицию поступило сообщение, что ФИО1 убил К. (т. 1 л.д. 118-122).

Из оглашенных показаний эксперта Г. следует, что она работает в ГБУЗ ПК «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» в должности врача судебно-медицинского эксперта. 3 сентября 2024 года ей было поручено проведение судебно-медицинской экспертизы трупа К., также указала, что ......., которые могут образоваться в результате сдавливающих воздействий на грудную клетку при проведении реанимационных мероприятий (непрямого массажа сердца), являются сгибательными (непрямыми), располагаются, как правило, ....... носят скудный характер. С учетом морфологических свойств ....... у К., составляющих ....... образовались от ударных воздействий на грудную клетку и не могли образоваться в результате проведения непрямого массажа сердца, то есть при указанных подозреваемым ФИО1 обстоятельствах (т. 1 л.д. 127-129).

Вина подсудимого в совершении инкриминируемого деяния также подтверждается письменными доказательствами: 

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, в ходе которого произведен осмотр комнаты № по 

<

адрес>, трупа К., изъяты следы рук, смывы с ладоней и отпечатки следов рук трупа, смывы вещества бурого цвета, фрагмент обоев, кроссовки, след обуви (т. 1 л.д. 12-37);

- заключением эксперта № от 3 октября 2024 года со схемой и фототаблицей, согласно выводам которого при судебно-медицинской экспертизе трупа К. выявлены следующие повреждения: ........ Все вышеперечисленные повреждения составили ......., повлекшую смерть К. при явлениях травматического шока и острой дыхательной недостаточности. ......., повлекшая смерть К., согласно пунктам 6.1.11, 6.1.5 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Вышеуказанная ......., судя по характеру, морфологическим свойствам и локализации повреждений, образовалась в результате не менее 5 травматических воздействий твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной действующей поверхностью, а именно: ........ Вышеуказанная ......., судя по характеру, морфологическим свойствам и локализации повреждений, образовалась в результате не менее 2 ударных или сдавливающих воздействий твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной действующей поверхностью на ........ Давность образования ......., судя по внешнему виду повреждений и данным судебно-гистологического исследования, составляет не менее 6 часов и не более 2 суток до наступления смерти К., при том нельзя исключить, что в течение этого времени она могла совершать самостоятельные действия – передвигаться, кричать и прочие, с последующей утратой этой способности в связи с потерей сознания. Кроме того, при исследовании трупа К. были обнаружены повреждения, не имеющие отношения к ее смерти, а именно: ........ Данная травма, судя по характеру, морфологическим свойствам, локализации и взаиморасположению повреждений, образовалась в результате не менее 7 ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) в область ....... пострадавшей, при этом не менее 4 ударных воздействий было причинено предметами с ограниченной действующей поверхностью. Давность образования повреждений на ......., судя по их внешнему виду и данным судебно-гистологического исследования, не менее 6 часов и не более 2 суток до наступления смерти пострадавшей. ....... в причинно-следственной связи с наступлением смерти К. не состоит и, согласно п. 7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, квалифицируется как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья (на срок более 21 дня); а также ......., которые судя по характеру, свойствам и локализации повреждений, образовались в результате не менее 74 ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) в указанные области, в пределах 2 суток до наступления смерти пострадавшей. Данные повреждения в причинно-следственной связи с наступлением смерти К. не состоят и, согласно п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, не влекут кратковременного расстройства здоровья и (или) стойкой утраты общей трудоспособности, и квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Учитывая морфологические свойства, количество, локализацию и взаиморасположение повреждений на голове К., возможность получения ею ....... при падении из положения стоя на плоскости или близкого к таковому исключается. С учетом степени выраженности ранних трупных явлений на момент исследования трупа в морге (.......) и указанных в протоколе осмотра места происшествия, давность наступления смерти к моменту начала исследования трупа К. в морге могла составить около 3-4 суток (время фиксации характера трупных явлений при исследовании трупа – 3 сентября 2024 года в 13 часов 50 минут). При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа К. обнаружен этиловый спирт в крови в концентрации 1,6‰, в моче в концентрации 2,1 ‰, что, применительно к живым, обычно соответствует средней степени алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 145-154);

- заключением медико-криминалистической экспертизы № от 17 сентября 2024 года, согласно ....... (т. 1 л.д. 159-164);

- протоколом выемки с фототаблицей, согласно которому эксперт ГБУЗ ПК «Краевое бюро судебно-медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» Г. выдала образцы крови и срезы ногтевых пластин от трупа К. (т. 1 л.д. 179-181);

- заключением генетической экспертизы № от 20 сентября 2024 года с приложениями, согласно выводам которой при исследовании ДНК, выделенной из образца крови К., получен женский генетический профиль по 23-м локусам. На срезах ногтевых пластин с обеих рук К. (объекты №) фрагменте обоев (объект №), в смывах с ее обеих рук (объекты №), в смывах с входной двери (объект №), пола (объект №) найдена кровь человека. При генетическом исследовании обнаруженных следов получены следующие результаты: кровь на срезах ногтевых пластин с обеих рук К., в смывах с ее обеих рук и в смыве с пола произошла от К. с вероятностью не менее 99,(9) 268% (т.1 л.д. 188-200);

- заключением эксперта № от 30 сентября 2024 года с фототаблицей, согласно выводам которой изъятые в ходе осмотра места происшествия по 

<

адрес>, четыре следа пальцев рук размерами 25х17 мм, 15х13 мм, 20х13 мм, 17х12 мм и два следа ладоней рук размерами 21х45 мм, 71х50 мм оставлены ФИО1 (т. 1 л.д. 210-218);

- заключением эксперта № от 30 сентября 2024 года с фототаблицей, согласно выводам которой изъятый 2 сентября 2024 года в ходе осмотра места происшествия след обуви размером 138-84 мм оставлен парой кроссовок, принадлежащей ФИО1 (т. 1 л.д. 227-235);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей, в ходе которого осмотрены: срезы ногтевых пластин, смывы с рук, кровь от трупа К., смывы с пола, входной двери, фрагмент обоев, имеющие следы вещества бурого цвета; мужские кроссовки черного цвета; след обуви; следы рук; отпечатки пальцев и оттиски ладоней рук, дактилоскопические карты ФИО1 и К. (т. 2 л.д. 1-18);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте, из которого следует, что ФИО1, находясь на месте преступления - в комнате общежития № по 

<

адрес>, сообщил об обстоятельствах совершенного им преступления, где в ночь с 30 на 31 августа 2024 года в ходе возникшего между ним и К. конфликта он нанес последней множественные удары руками и ногами по голове, шее, рукам, ногам и телу, также сталкивал ее с дивана, от чего она падала на пол, а утром следующего дня К. стала хрипеть, он ей сделал непрямой массаж сердца, и около 10 часов она сделала последний вздох (т. 2 л.д. 44-49).

Изложенные выше доказательства отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности и в своей совокупности являются достаточными для вывода суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии. При этом суд учитывает показания потерпевшей К.1., свидетелей Д., Д.1., Д.2., К.2., Д.3., эксперта Г., материалы уголовного дела, а также показания подсудимого ФИО1, который факт умышленного нанесения на почве возникшей ревности множественных ударов К. руками и ногами по голове, шее, телу, верхним и нижним конечностям, не отрицал. Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей, эксперта у суда не имеется, поскольку они последовательны, логичны, даны об одном и том же обстоятельстве, согласуются между собой и подтверждаются материалами уголовного дела. Каких-либо существенных противоречий в показаниях данных лиц, а также причин для оговора подсудимого со стороны потерпевшей и иных лиц в судебном заседании не установлено. 

Об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью свидетельствуют все обстоятельства дела, в частности, способ совершения преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, а также последующее поведение подсудимого, который после нанесения потерпевшей множественных ударов руками и ногами по голове, шее, телу, верхним и нижним конечностям, слыша ее хрипы, мер, направленных на оказание К. квалифицированной медицинской помощи, не предпринял. 

Мотивом совершения преступления явился возникший между подсудимым и потерпевшей конфликт из ревности, в ходе которого ФИО1 с целью причинения тяжкого вреда здоровью умышленно нанес К. множественные удары руками и ногами по голове, шее, телу, верхним и нижним конечностям, осознавая, что совершает действия, опасные для жизни и здоровья другого человека, и предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения, в том числе и тяжкого вреда здоровью потерпевшей, опасного для жизни человека, и желая их наступления. В результате умышленных преступных действий ФИО1 потерпевшей К. была причинена ......., которая и явилась причиной смерти потерпевшей через непродолжительное время на месте преступления. 

Суд считает установленной причинно-следственную связь между действиями подсудимого и наступлением в их результате последствий в виде причинения потерпевшей, в том числе тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей, что подтверждается заключением эксперта. Выводы судебно-медицинского эксперта о механизме образования и локализации телесных повреждений, их степени тяжести основаны на данных медицинских документов, надлежащим образом мотивированы и полностью согласуются с материалами уголовного дела. Заключение эксперта в отношении трупа потерпевшей К. соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, является полным, научно-обоснованным, выполнен экспертом, имеющим достаточный стаж работы, с указанием проведенных исследований и их результатов, оснований сомневаться в правильности выводов эксперта не имеется. 

Считая вину подсудимого доказанной полностью, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также данные о личности ФИО1, который по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, соседями – положительно, состоит на учете у врача-........

Согласно заключению комиссии экспертов № от 20 сентября 2024 года ФИО1 хроническим психическим расстройством либо слабоумием не страдал в прошлом и не страдает в настоящее время, а имеющиеся у него ....... не сопровождается грубыми нарушениями памяти, интеллекта, мышления и критических способностей и не лишали его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Инкриминируемое ему деяние ФИО1 совершил вне какого-либо временного психического расстройства, а в состоянии простого алкогольного опьянения (незадолго до содеянного он употреблял спиртные напитки, действия его не носили характера нелепых безмотивных поступков, а были вызваны, как реальными причинами (ссорой с потерпевшей), так и свойственными ему в состоянии алкогольного опьянения несдержанностью, повышенной возбудимостью, агрессивностью; при этом бреда, галлюцинаций, расстроенного сознания у него не было, а отмечались физические признаки опьянения), поэтому в тот период он также мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения правонарушения ФИО1 не находился в состоянии физиологического аффекта либо ином эмоциональном состоянии, которое могло бы существенно повлиять на его сознание и поведение. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание, в соответствии со ст. 61 УК РФ суд признает явку ФИО1 с повинной (т. 2 л.д. 25), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, иные действия, направленные на заглаживание вреда, в качестве каковых суд признает оказание помощи К. на месте преступления (непрямой массаж сердца), наличие несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья подсудимого и его родителей. 

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, в соответствии со ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным, что определяет назначение наказания с применением положений ч. 2 ст. 68 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, для изменения категории преступления на менее тяжкую, не имеется. 

Принимая во внимание необходимость соответствия характера и степени общественной опасности преступления обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также необходимость влияния назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, в целях восстановления социальной справедливости и достижения целей наказания суд считает, что ФИО1 следует назначить наказание в виде реального лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение цели исправления подсудимого.

Безусловных оснований, позволяющих с учетом всех обстоятельств дела, а также личности ФИО1 назначить подсудимому наказание, не связанное с реальной изоляцией от общества, не имеется, поскольку исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, ФИО1, будучи освобожденным из мест лишения свободы, где отбывал наказание за умышленное преступление, вновь совершил умышленное преступление. Обстоятельства, смягчающие наказание как каждое в отдельности, так и в их совокупности, не являются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется, также не установлено оснований для применения положений ч. 2 ст. 53.1, ч. 3 ст. 68, ст. 73, ст. 81 УК РФ.

Вместе с тем, учитывая конкретные обстоятельства дела, совокупность смягчающих обстоятельств, данные о личности подсудимого, его характеристики, суд находит возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы. 

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания ФИО1 при опасном рецидиве преступлений, ранее отбывавшему наказание в виде лишения свободы, следует назначить исправительную колонию строгого режима. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде девяти лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок наказания со дня вступления приговора в законную силу.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей оставить без изменения. 

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: .......

Приговор в течение 15 суток со дня его провозглашения может быть обжалован в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции путем подачи письменного ходатайства.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции путем письменного ходатайства в течение 10 дней с момента вручения копии жалобы или представления либо при подаче возражений на поданные жалобы или представления.

Председательствующий И.А. Климова