дело № 12-250/2020

РЕШЕНИЕ

21 октября 2020 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Хлынина Е.В., при секретаре Лоблевской Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Ленинского районного суда г. Оренбурга от 18 сентября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1,

установил:

постановлением судьи Ленинского районного суда г. Оренбурга от 18 сентября 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 рублей.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, ФИО1 просит об отмене состоявшегося по делу решения, приводя доводы о его незаконности. 

Лица, участвующие в деле: ФИО1, прокурор Ленинского района г. Оренбурга надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения настоящей жалобы, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении дела не заявляли, в связи с чем, жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, мнение защитника Богановой М.В., поддержавшей доводы жалобы, позицию прокурора Б.В.В., полагавшей, что принятое решение является законным и обоснованным, прихожу к следующему.

В целях конкретизации положений Федерального закона от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» разработана Стратегия противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года, утвержденная Президентом Российской Федерации 28 ноября 2014 года № Пр-2753, в пункте 13 которой указано, что наиболее опасными проявлениями экстремизма являются возбуждение ненависти либо вражды, унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а также принадлежности к какой-либо социальной группе, в том числе путем распространения призывов к насильственным действиям, прежде всего с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет»; вовлечение отдельных лиц в деятельность экстремистских организаций; организация и проведение несогласованных публичных мероприятий (включая протестные акции), массовых беспорядков; подготовка и совершение террористических актов.

Статья 29 Конституции Российской Федерации устанавливает запрет на пропаганду и агитацию, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, а также на пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 25 июля 2002 N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" к экстремистской деятельности относится, в том числе, возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения.

Частью 6 статьи 10 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" установлен запрет распространения информации, которая направлена на пропаганду войны, разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти и вражды, а также иной информации, за распространение которой предусмотрена уголовная или административная ответственность.

Административная ответственность за действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично, в том числе с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, предусмотрена статьей 20.3.1 КоАП РФ.

Основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной названной нормой, послужил выявленный 18 февраля 2020 года факт размещения в группе социальной сети «***» статьи, возбуждающей ненависть и вражду по национальному признаку. 

В частности установлено, что 03 октября 2019 года ФИО1 находясь у себя по адресу: (адрес) умышленно, незаконно, публично, с целью возбуждения ненависти, вражды по отношению к группе «евреи», выделенной по признакам национальной, идеологической и религиозной принадлежности, с использованием своего персонального компьютера, используя способ электронной передачи данных посредством сети Интернет, через социальную сеть «***» на электронную страницу под наименованием «ФИО» (***) лично разместил статью в открытом доступе для публичного просмотра, прочтения и копирования, а адресованную неограниченному кругу лиц под названием «Обращение к русским!», которая направлена на возбуждение вражды, ненависти по отношению к группе евреи/иудеи, которая выделяется по национальному и религиозному признакам, а также к национальной группе евреи, тексты комментариев имеют признаки унижения группы евреи/иудеи, выделенной по национальному и религиозному признакам, а также к национальной группе евреи.

Признавая ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.3.1 КоАП РФ судья районного суда установил, что в размещенной ФИО1 статье содержатся лингвистические признаки возбуждения ненависти и вражды по отношению к группе евреи/иудеи, выделенной по признакам национальной и религиозной принадлежности и унижения группы евреи/иудеи, выделенной по национальному и религиозному признакам.

Обстоятельства совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.3.1 КоАП РФ подтверждаются следующими доказательствами: постановлением о возбуждении дела об административном правонарушении от 14 сентября 2020 года, рапортом о\у по особо важным делам 2 отделения ЦПЭ УМВД России по Оренбургской области от 15 июня 2020 года, заключением эксперта № от 23 апреля 2020 года, письменными пояснениями Б.Э.М., актом осмотра страницы пользователя социальной сети «***», копией страницы пользователя.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. Так, в силу требований статьи 26.1 КоАП РФ установлены наличие события административного правонарушения, лицо, допустившее нарушение требований законодательства, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Выводы судьи о виновности ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения основаны на положениях Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и совокупности собранных по делу доказательств, оснований не согласиться с ними не имеется.

Его действия квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с чем доводы об обратном не подлежат удовлетворению.

Указание заявителя на несогласие с заключением эксперта, взятого за основу принятого решения по делу, не влечет оснований для прекращения производства по делу. 

Так из заключения эксперта от 23 апреля 2020 года следует, что в представленном тексте «Обращение к русским!» пользователя «ФИО» содержаться лингвистические признаки побуждения к борьбе с национальной группой евреи, в том числе с помощью насильственных действий «И мы должны быть их сурово и беспощадно», а также побуждения к совершению революции, направленной против национальной группы евреи. В текстах представленных комментариев содержатся лингвистические признаки унижения группы евреи\иудеи, выделенной по национальному и религиозному признакам, а также к национальной группе евреи. В представленном тексте комментариев пользователя «ФИО» содержатся лингвистические признаки возбуждения вражды, ненависти по отношению к группе евреи\иудеи, которая выделяется по национальному и религиозному признакам, а также к национальной группе евреи в текстах скриншотов.

Вопреки доводам жалобы, оснований не доверять выводам, сделанными экспертом в заключении от 23 апреля 2020 года не имеется.

Как следует из материалов дела, судебная лингвистическая экспертиза была проведена в рамках возбужденного уголовного дела в отношении ФИО1 по ст. 280 УК РФ на основании постановления следователя СО УФСБ России по Оренбургской области. Проведение данной судебно-лингвистической экспертизы было поручено ***, старшему государственному эксперту Х.Е.М., имеющей необходимую экспертную квалификацию и стаж экспертной работы с 2001 года. Ей были разъяснены ее права, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и она была предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Составленное экспертное заключение отвечает требованиям закона, при производстве экспертизы экспертом были исследованы все представленные на экспертизу материалы, в заключении указано их содержание, даны обоснованные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны выводы, правильность которых сомнений не вызывает. 

Ссылка в жалобе на то, что с определением о назначении экспертизы и ее результатами ФИО1 не ознакомили, в связи с чем, она не может быть признана допустимым доказательством по делу является необоснованной, поскольку указанная экспертиза была назначена и проведена в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО1 

Вопреки доводам жалобы данных о том, что при рассмотрении настоящего дела не был соблюден запрет на использование доказательств по делу об административном правонарушении, полученных с нарушением закона (ч. 3 ст. 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), не установлено.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", протоколы и иные материалы ранее прекращенного уголовного дела в отношении лица, привлекаемого к административной ответственности за те же действия (бездействие), могут быть использованы в качестве доказательств при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Доказательства, полученные следователем Следственного отдела УФСБ России по Оренбургской области в рамках возбужденного уголовного дела в отношении ФИО1, согласуются с иными доказательствами по делу, отвечают требованиям ст. 26.2 КоАП РФ, имеют доказательственное значение для правильного разрешения настоящего дела об административном правонарушении.

Вопреки утверждению заявителя нарушений предусмотренного ст. 26.4 КоАП РФ порядка назначения и проведения экспертизы на предмет того, содержатся ли в тексте лингвистические признаки возбуждения вражды, ненависти по отношению к группе лиц, выделяемой по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе которые могли бы повлечь признание заключения эксперта недопустимым доказательством по делу, не допущено. Заключение является объективным, выводы эксперта - аргументированными и обоснованными. Оснований сомневаться в компетентности эксперта не имеется.

Доказательствами в соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ могут являться любые данные, которые в соответствии с частью 2 названной статьи могут быть установлены на основании иных документов, принятие представленных материалов при решении вопроса о привлечении ФИО1 к административной ответственности правомерно.

В данном случае, ссылка заявителя на наличие в материалах дела документов, которые должностные лица составили, руководствуясь нормами Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не дает оснований для вывода о том, что имеющиеся по делу доказательства собраны с нарушением требований закона, подобные документы, в том числе и объяснения лица, заключение эксперта, полученные в рамках возбужденного уголовного дела могут быть использованы в качестве доказательств при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Указание заявителя на то, что опубликованная им статья не была направлена на оскорбление или возбуждение ненависти, опровергается выводами эксперта, в соответствии с которыми в тексте имеются высказывания содержательного типа: негативная оценка предмета речи, негативное отношение к ситуации нахождения евреев на территории России, выражено негативное отношение к предмету речи «чужая» группа описывается как неравная «своей» группе. По отношению к «чужой» группе использованы речевые выразители презрения.

В тексте содержатся лингвистические признаки унижение группы евреи/иудеи, выделенной по национальному и религиозному признакам, а также к национальной группе евреи. 

Суд критически оценивает также и довод заявителя о том, что вынесенное решение является посягательством на гарантированную статьей 29 Конституции Российской Федерации свободу мысли и слова.

Согласно статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьям 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Согласно части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы иных лиц, а в части 1 статьи 55 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что перечисление основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина.

Нарушений Конституции РФ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм КоАП РФ, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление этой свободы налагает обязанности и ответственность, и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

В связи с этим, с доводом о преследовании ФИО1 за выражение его мнения, согласиться нельзя.

Довод о том, что за одно и тоже административное правонарушение в отношении заявителя вынесено три постановления, основан на неверном толковании норм действующего законодательства.

Назначение одного административного наказания за совершение нескольких административных правонарушений возможно только при наличии идеальной совокупности административных правонарушений, то есть в случаях и при условиях, предусмотренных ч. 2 ст. 4.4 КоАП РФ. 

Указанной нормой установлено, что при совершении лицом одного действия (бездействия), содержащего составы административных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена двумя и более статьями (частями статей) названного Кодекса и рассмотрение дел о которых подведомственно одному и тому же судье, органу, должностному лицу, административное наказание назначается в пределах санкции, предусматривающей назначение лицу, совершившему указанное действие (бездействие), более строгого административного наказания.

Однако в рассматриваемом случае не имеется оснований ни для применения положений ч. 2 ст. 4.4 КоАП РФ, ни для вывода о том, что ФИО1 несколько раз привлекли к ответственности за совершение одного административного правонарушения, поскольку из материалов дела следует, что объектами совершения административных правонарушений являлись разные статьи, опубликованные ФИО1 в разное время в сети «Интернет», в связи с чем оснований для вынесения одного постановления о возбуждении дела об административном правонарушении не имелось.

Оснований полагать, что в отношении ФИО1 по тому же факту возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 280 УК РФ, не имеется, поскольку как следует из постановления о возбуждении уголовного дела от 18 марта 2020 года и постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 10 сентября 2020 года ФИО1 обвиняется в публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в связи с опубликованием статьи, начинающейся со слов «Сегодня каждому из нас, нужно быть очень бдительными…».

Остальные доводы заявителя не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судебной инстанцией при рассмотрении дела об административном правонарушении и оценены по правилам, установленным в статьей 26.11 КоАП РФ. 

Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учетом требований статьи 1.5 КоАП РФ. Принцип презумпции невиновности судьей не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается.

Срок давности и порядок привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены. 

Административное наказание назначено в пределах, предусмотренных санкцией статьи 20.3.1 КоАП РФ.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для изменения постановления судьи районного суда и удовлетворения жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 30.6 - 30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

постановление судьи Ленинского районного суда г. Оренбурга от 18 сентября 2020 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 20.3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, а жалобу заявителя без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, предусмотренном статьями 30.12 – 30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Оренбургского

областного суда Хлынина Е.В.