Дело № 2–298/2019 УИД: 66RS0060-01-2019-000358-63

Решение

 изготовлено в окончательной форме 19.08.2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 августа 2019 года п.г.т. Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Ярославцева В.Е., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чикуновой Е.С.,

с участием помощника прокурора Шалинского района Свердловской области Вылегжаниной А.В.,

с участием представителей истицы Н.Г.К. – по доверенности П. и Н.

представителя ответчика – Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по доверенности С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Н.Г.К. к Государственному учреждению - Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении факта ее нахождения на иждивении у своего сына Н.О.А по день его смерти и возложения на ответчика обязанности по страховым выплатам в пользу истца в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» 

у с т а н о в и л 

Н.Г.К. обратилась в суд с иском к ГУ - Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении её нахождения на иждивении у своего сына Н.О.А на день его смерти и возложения на ответчика обязанности по выплате обеспечения по страхованию в пользу истца в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ в котельной дома отдыха локомотивных бригад на станции Шаля Екатеринбургского территориального участка Свердловской дирекции по тепловодоснабжению структурного подразделения Центральной дирекции по тепловодоснабжению ОАО «РЖД» на рабочем месте наступила смерть её сына – Н.О.А.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что причина его смерти – острое профессиональное отравление на рабочем месте. Н.О.А являлся застрахованным лицом в ФСС РФ.

Истицей было совершено обращение к заинтересованному лицу о признании факта случая страховым, о назначении ей страховых выплат, как нетрудоспособному иждивенцу Н.О.А, поскольку факт её нетрудоспособности подтвержден справкой МСЭ о наличии у нее 2-й группы инвалидности и не требует дополнительного доказывания. 

ДД.ММ.ГГГГ ею получен ответ, в котором указано, что подтверждение иждивения требуется в судебном порядке, лишь после этого Фонд рассматривает заявление с приложенными документами. 

Таким образом, по мнению истицы, при получении отказа возник спор о праве на получение страхового возмещения.

Она считает, что при жизни находилась на иждивении у сына – Н.О.А, получала от него постоянный доход, необходимый ей для существования, так как, хотя она и имеет постоянный источник дохода в виде пенсии, но наличие имеющегося у нее заболевания требует постоянного приобретения лекарственных средств и расходованию всей пенсии на лекарства, поэтому ее сын ежемесячно предоставлял ей материальную помощь, за счет которой обеспечивал ее жизнь, так как эта помощь являлась для нее основным источником для существования. 

Просит установить факт её нахождения на иждивении у своего сына Н.О.А по день его смерти, признать, что смерть Н.О.А согласно Акту о случае профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ является страховым случаем в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и возложить на ответчика обязанности по выплате обеспечения по страхованию в её пользу в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». 

В судебное заседание истец Н.Г.К. – надлежаще извещенная не явилась, об отложении судебного разбирательства не просила, её интересы представляют по доверенности П. и Н..

В ходе судебного разбирательства представитель истицы Н. уменьшил заявленные требования, так как ответчиком приобщено к материалам дела заключение о признании факта острого профессионального заболевания (отравления) на производстве, произошедшего с Н.О.А - страховым случаем, поддержав в остальной части исковые требования своего доверителя. 

Представитель истицы – П. поддержала доводы, изложенные представителем Н. в интересах их доверителя, добавив, что затраты истицы на лекарства составляют более 4-х тысяч рублей ежемесячно. 

Представитель ответчика – Фонда социального страхования С. в судебном заседании показала, что по ее мнению, факт нахождения истицы Н.Г.К. на иждивении у своего сына Н.О.А до его смерти, нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия и исследованных судом доказательствах.

Представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявлявшего самостоятельных требований относительно предмета спора, надлежаще извещенный в суд представителя на направил, предоставив отзыв, в котором просил рассмотреть дело в отсутствие представителя. Из отзыва следует, что ОАО «РЖД» не оспаривает заявленные в иске требования, которые, по его мнению, подлежат возложению на Фонд социального страхования. ДД.ММ.ГГГГ приказом ОАО «РЖД» № СвердДТВ-523 была образована комиссия по расследованию группового несчастного случая с машинистами (кочегарами) котельной Екатеринбургского территориального участка Свердловской дирекции по тепловодоснабжению Н.О.А, М..

ДД.ММ.ГГГГ Распоряжением Управлением Роспотребнадзора по железнодорожному транспорту исх. № в связи с получением акта судебно-медицинской экспертизы трупа Н.О.А с установленным диагнозом: отравление угарным газом (форма №/у) № было принято решение о проведении расследования случая острого профессионального заболевания (отравления).

По результатам проведенного расследования острого профессионального заболевания (отравления) был составлен Акт о случае профессионального заболевания (отравления) от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ОАО «РЖД» исполнило предусмотренное законом требование о проведении расследования обстоятельств и причин возникновения у работников профессионального заболевания, с составлением акта о профессиональном заболевании (отравлении).

Согласно п. 20 Акта о профессиональном заболевании (отравлении) от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что острое отравление Н.О.А является острым профессиональным заболеванием (отравлением).

Помощник прокурора Вылегжанина А.В. заключила, что с учетом исследованных доказательств можно сделать вывод, что Н.Г.К. находилась на иждивении своего сына Н.О.А. Денежные средства, которые она получала от государства по пенсионному обеспечению, не являются достаточными для поддержания ее жизнедеятельности, и не покрывают расходы на самое необходимое: содержание жилого помещения, коммунальные услуги, приобретение лекарственных средств в связи с тяжелым 

<

данные изъяты> заболеванием. Считает, что исковое заявление подлежит удовлетворению.

Выслушав представителей истицы, представителя ответчика - Фонда социального страхования С., свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Как следует из разъяснений, данных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 - иски о возмещении вреда, причиненного увечьем, иным повреждением здоровья или в результате смерти кормильца, в том числе иски о компенсации морального вреда, могут быть предъявлены гражданином как по общему правилу территориальной подсудности - по месту жительства ответчика (по месту нахождения организации), так и в суд по месту своего жительства или месту причинения вреда (статьи 28 и 29 ГПК РФ).

Из свидетельства о рождении видно, что Н.О.А, ДД.ММ.ГГГГ г.р., приходится сыном истице - Н.Г.К. (л.д.8).

Как установлено – Н.О.А умер ДД.ММ.ГГГГ, что следует из свидетельства о его смерти (л.д.14).

Из медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ серия 66-728 № и справки о смерти № С-00094 видно, что причиной смерти Н.О.А явилось токсическое действие окиси углерода (л.д.15-16).

ДД.ММ.ГГГГ Филиал № ГУ-СРО ФСС РФ на основании представленных документов и факта нахождения пострадавшего в трудовых отношениях с предприятием страхователем, в своем заключении квалифицировал данное профессиональное заболевание (отравление) как страховой случай (л.д. 36).

Согласно ст. 7 Федерального закона от 24.07.1998 ФЗ–125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания; ребенок умершего, родившийся после его смерти; один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо хотя и достигшими указанного возраста, но по заключению учреждения государственной службы медико-социальной экспертизы или лечебно-профилактических учреждений государственной системы здравоохранения признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе; лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти.

При отсутствии документов, подтверждающих нахождение лица на иждивении умершего, и невозможности их восстановления, факт нахождения на иждивении устанавливается судом в соответствии с гражданским процессуальным законодательством и Приложением № 2 к Приказу Фонда социального страхования от 13 января 2000 г. N 6 «О переходе на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Судом установлено, что Н.Г.К. приходится матерью Н.О.А. В результате несчастного случая на производстве, а именно острого профессионального заболевания (отравления), имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, её сын умер. По данному факту в отношении неустановленных лиц возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д.35).

Н.Г.К. являлся пенсионером по инвалидности (2 группа) и получает пенсию в размере 13 654 рублей (на ДД.ММ.ГГГГ). Н.О.А, ДД.ММ.ГГГГ г.р., работал машинистом (кочегаром) котельной Свердловской дирекции по тепловодоснабжению СП Центральной дирекции по тепловодоснабжению - филиала ОАО «РЖД» и имел среднемесячную заработную плату, согласно справке НДФЛ, в размере 23 497 рублей (стр. 19,62-63).

Согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Таким образом, для признания лица находящимся на иждивении необходимо установление наличия двух оснований: - постоянное получение помощи, как источника средств к существованию; а также - источник помощи является основным для существования нетрудоспособного лица.

Согласно части 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (пункт 2 части 2 статьи 264 ГПК РФ).

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (статья 265 ГПК РФ).

В соответствии со статьей 267 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из содержания приведенных положений процессуального закона следует, что одним из обязательных условий для установления факта, имеющего юридическое значение, является указание заявителем цели, для которой необходимо установить данный факт в судебном порядке, а именно зависит ли от установления указанного факта возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав заявителя, заявителем также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения надлежащих документов, удостоверяющих этот факт, или невозможность их восстановления.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21 июня 1985 № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение» суды должны иметь в виду, что установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имеет заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, представившего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию.

При обращении в суд с заявлением об установлении факта, имеющего юридическое значение, а именно - установлении факта нахождения на иждивении сына Н.О.А, умершего ДД.ММ.ГГГГ, Н.Г.К. в качестве правовых последствий установления названного факта указывала на возможность получения ею обеспечения по страхованию в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Понятие «иждивение» предполагает, как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, так как не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода. Закон не исключает возможность признания иждивенцем лица, в том числе, при наличии у него собственных доходов, например в виде трудовой пенсии по старости и, следовательно, выплаты ему страховой суммы за причинение вреда жизни потерпевшего (кормильца).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2010 № 4-В10-35 указано, что наличие самостоятельного источника дохода у членов семьи погибшего не препятствует в силу закона отнесению лиц к числу иждивенцев погибшего (кормильца), если помощь в виде заработка (дохода) последнего являлась постоянным и основным источником средств к существованию лиц, находившихся на его иждивении.

Кроме того, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указано, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была бы для них постоянным и основным источником средств к существованию (п.3 ст. 9 Закона № 173-ФЗ).

В соответствии со статьей 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Согласно ч. 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации Лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного может быть предоставлено и в том случае, если решением суда будет установлено, что при жизни застрахованный оказывал нетрудоспособным лицам постоянную помощь, которая являлась для них постоянным и основным источником средств к существованию, несмотря на имеющийся у этих лиц собственный доход.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О указал на то, что факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего супруга может быть установлен как во внесудебном, так и в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Следовательно, само по себе наличие у нетрудоспособного лица, каковой является истица (пенсионерка по старости и инвалидности), получающего самостоятельную материальную помощь от другого лица, иного дохода (пенсии), не исключает возможности признания её находящейся на иждивении. 

Свидетель Х. показала суду, что живет по соседству с домом, где жил Н.О.А. С 2017 года она работала в магазине «Калинка», куда тот постоянно приходил, особенно за пирогами. Покупал он продукты не для себя, а с его слов - для мамы. 

Как показала свидетель О. - Н.Г.К. и Н.О.А знает давно, так как живет по соседству с Н.Г.К.. Сын постоянно помогал, ежедневно приезжал к своей маме. Н.Г.К. тяжело болеет, имеет инвалидность 2 группы, сын покупал ей продукты, и выполнял всю мужскую работу, так как Н.Г.К. проживает в частном доме, где сын часто делал ремонты - заливали фундамент, проводили воду, ремонтировал крышу и двор, дрова пилил и помогал ей материально. Маму он посещал каждый день, бывало, и не один раз. Он помогал ей, все работы оплачивал, так как у неё пенсия маленькая. Н.Г.К. говорила, что расходы по ремонту нес ее сын. 

Свидетель Н.О.И. пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ по 2004 она состояла в браке с Н.О.А, но проживали с ним совместно до его смерти. Н.Г.К. - мать её мужа. Муж к своей матери с 2016 по 2018 годы ходил каждый день, бывало не по разу в день, и она к ней ходила. О. оказывал матери физическую и материальную помощь. Он делал все домашние дела в доме матери, так как она инвалид второй группы, 

<

данные изъяты>. О. заготавливал матери дрова, убирал снег, занимался огородом, поскольку мама всего этого делать не может. Перестраивал ей двор, вставлял пластиковые окна. У них с О. не было разных кошельков. Сколько О. тратил денег маме на лекарства, на дом и др., они не считали, но денег на нее не жалели. Она говорила, какие ей нужны лекарства, их покупали, покупали ей продукты. Заготовку дров для матери также оплачивал О.. Когда сам не мог, нанимал людей и оплачивал их труд. Двор он ремонтировала сам, если нанимал работников, рассчитывался своими деньгами. Она ему по этому поводу претензий не высказывала, так как он сын и должен был помогать маме. Его помощь для матери была существенна. У О., кроме матери других иждивенцев не было.

Из показаний свидетеля Ш.О.Н. следует, что Н.Г.К. её старшая родная сестра по матери, а Н.О.А - племянник. С 2016 по 2019 сестра проживала по 

<

адрес> в частном доме. Н.О.А постоянно приезжал к матери, относился уважительно, помогал, заботился, бывало, в день приезжал 2-3 раза. В последние три года сестра страдает 

<

данные изъяты> заболеванием, физически нездорова, есть группа инвалидности, нуждается в постоянной посторонней помощи. Домашнюю работу, связанную с отоплением, ремонтом дома, воду принести, она выполнять не может. Она долго лежала в больнице, О. ее возил в больницу. Ремонт в ее доме также делал О.. Закупал, привозил стройматериалы, сестра это материально и физически сделать не могла, так как пенсия небольшая, денег на лекарство много уходит, и нужно платить коммунальные платежи. Кроме того, О. физически помогал - пахал огород, рассчитывался с трактористом, он сам делал или нанимал копать, окучивать картошку, рассчитывался всегда сам. Коммунальные услуги помогал оплачивать, помощь сына была очень существенна. На все эти мероприятия одной пенсии Н.Г.К. не хватило бы.

Свидетель Н. показала, что всю жизнь прожила напротив дома Н.Г.К. и видела - сын был ее главным помощником. Приезжал каждый день 1 - 2 раза. Сезонные работы, если перевести материально, можно понять, насколько она от него была зависима. Зимой на нем были дрова, уборка снега, ремонты дома, весной - на нем огород, посадка, уборка, покраска забора, ремонт крыши, осенью тоже были работы. У Н.Г.К. 

<

данные изъяты>. Живя в частном доме, была от сына зависима. Знает, что сын делал все сам. Зависимость от сына у нее была очень большая. Он перебрал ей двор, содержал ее дом, делал не просто разовые работы. 

В силу ст. 7 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», и п. 1.6 Приложения №2 к Приказу Фонда социального страхования от 13 января 2000 г. N 6 «О переходе на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», лицо считается состоявшим на иждивении застрахованного, если находилось на его полном содержании или систематически получало от него помощь, которая была постоянным и основным источником средств к существованию. Право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая может быть предоставлено по решению суда нетрудоспособным лицам, которые при жизни застрахованного имели заработок, в том случае, когда доля заработка застрахованного, приходившаяся на долю каждого из иждивенцев, являлась их постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно ч. ч. 1, 4 ст. 15 Закона 125-ФЗ право на получение страховых выплат в связи со смертью застрахованного в результате наступления страхового случая имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Таким образом, установлено, что Н.О.А при жизни постоянно оказывал как денежную, так и другую - материальную помощь Н.Г.К., в частности, произведенным капитальным ремонтом жилого дома, в котором проживала его мать в сентябре 2018 года; оплачивая самостоятельно из своих собственных денежных средств все расходы по приобретению стройматериалов и лично участвуя в ремонте дома – по заливке фундамента, вследствие ветхости старого и его разрушения, приобретения пиломатериала для ремонта крыши, двора и возведения опалубки фундамента на сумму 6 600 рублей, ежегодно приобретал истице дрова для отопления жилого помещения в размере 22 500 рублей, поскольку её пенсии не хватало из-за проводимого лечения 

<

данные изъяты> заболевания (приобретение рекомендованных врачами лекарственных препаратов), что следует из амбулаторной карты больного 

<

данные изъяты> заболеванием Н.Г.К., произвел затраты на приобретение кухонного гарнитура в дом матери, также помогал оплачивать коммунальные услуги (л.д.55-61). Данные доводы подтверждены приобщенными товарными чеками, медицинскими документами (выпиской из амбулаторной карты больного), показаниями свидетелей, которые ничем не опровергнуты, а значит, судом не поставлены под сомнение. 

С учетом изложенного, принимая во внимание, что Н.О.А при жизни постоянно и всесторонне ежемесячно оказывал истице помощь при её заболевании с 2015 года, как денежную, так и иную – материальную, а именно: приобретение продуктов питания, приобретение стройматериалов, проведение капитального ремонта, осуществление иных ремонтных работ в доме матери за счет своих собственных средств, то есть её содержание. При этом ежемесячный доход истицы в виде пенсии не покрывал всех необходимых расходов на собственные нужды – приобретение продуктов, лекарственных препаратов, одежды, непродовольственных товаров, стройматериалов, дров и др., значит, имеются основания для установления факта нахождения Н.Г.К. на иждивении у своего сына Н.О.А, соответственно, подлежит удовлетворению исковое требование об обязании ответчика в обеспечении страховых выплат в пользу истицы. 

С учетом соотношения заработной платы Н.О.А и оставшихся после всех произведенных истицей расходов с пенсии, безусловно, помощь материальная Н.О.А являлась для истицы постоянной поддержкой на протяжении нескольких лет - с 2015 по 2018 годы, основным источником средств к существованию. 

В возмещение судебных расходов представители истца требований не заявляли. 

Руководствуясь ст.ст. 194, 197, 198, 199, 264-265, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Иск Н.Г.К. к Государственному учреждению - Свердловскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации об установлении факта её нахождения на иждивении у своего сына Н.О.А на день его смерти и возложения на ответчика обязанности по страховым выплатам в пользу истицы в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», удовлетворить.

Установить юридический факт, что Н.Г.К. находилась на иждивении у своего сына - Н.О.А с 2015 года по день его смерти, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать Государственное учреждение - Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации производить страховые выплаты в пользу Н.Г.К. в соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Свердловский областной через Шалинский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий судья В.Е. Ярославцев