Дело № 2-2800/18

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2018 года город Омск

Советский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Панихидниковой Е.А.,

при секретаре Пономаревой Е.В.,

с участием прокурора Кирилловой Е.А..

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Омске гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СИБЭКОР» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов (денежной компенсации) за несвоевременную выплату пособия при увольнении, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СИБЭКОР» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, процентов (денежной компенсации) за несвоевременную выплату пособия при увольнении, компенсации морального вреда, указав, что в соответствии с трудовым договором № 4 от 14.05.2015 г. он работал у ответчика в должности столяра, далее с 01.07.2015 г. был переведен на должность газорезчика 5 разряда, а 25.07.2018 г. был уволен по основаниям предусмотренным п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ. Считает свое увольнение незаконным, поскольку работодатель не направил его медицинское освидетельствование, не предложил ему другой работы, а также при увольнении не выплатил ему двухнедельное пособие.

Просил признать его увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать с ответчика двухнедельное пособие, заработную плату за дни вынужденного прогула в период с 25.07.2018 г., проценты (денежную компенсацию) за несвоевременную выплату заработной платы, компенсацию морального вреда 100 000 руб. (л.д. 3) 

Впоследствии истец уточнил исковые требования, просил признать его увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать заработную плату за дни вынужденного прогула в период с 25.07.2018 г., компенсацию морального вреда 100 000 руб, проценты за несвоевременную выплату пособия при увольнении. (л.д.171).

В судебном заседании истец ФИО1, заявленные требования, поддержал, уточнив, что в настоящее время двухнедельное пособие в размере 12 584,10 руб. ему выплачено, в связи с чем, требование о взыскании процентов (денежной компенсации) за несвоевременную выплату пособия при увольнении он не поддерживает, согласен, что в случае восстановления его на работе он должен возвратить работодателю выплаченное пособие в размере 12 584,10 руб., соответственно, при его восстановлении и не подлежат выплате проценты за несвоевременную выплату пособия при увольнении. В связи с выплатой пособия требования в этой части не поддерживает. Согласен с размером среднего дневного заработка, рассчитанного ответчиком, а также с размером выплаченного ему при увольнении пособия. Пояснил, что работодатель уволил его при отсутствии медицинского заключения, ссылаясь только на программу реабилитации, тогда как должен был направить на медицинское освидетельствование, получить заключение и только на основании медицинского заключения принимать решение о его увольнении. 

Представитель ответчика – ФИО2, действующая на основании доверенности, (л.д. 65) в судебном заседании пояснила, что истец был уволен по основаниям, предусмотренным п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ, поскольку предоставил справку об инвалидности третьей группы и программу реабилитации. В программе реабилитации указана первая степень ограничения трудовой деятельности, что, по мнению работодателя, означает неспособность истца выполнять трудовые функции в обычных условиях. Кроме этого, исходя из содержания санитарных правил труда инвалидов, инвалиды не могут работать во вредных условиях труда. На предприятии же микроклимат является вредным. При этом подтвердила, что истец работодателем на медицинское освидетельствование не направлялся, медицинское заключение, подтверждающее показанные и противопоказанные условия труда для него отсутствует. Предложить истцу другую работу ответчик не имел возможности, поскольку на предприятии отсутствуют вакансии. Просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Пояснила также, что пособие при увольнении истцу выплачено в полном объеме в размере 12 584,10 руб. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд установил следующее. 

В силу ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

На основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. 

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации. 

Согласно Уставу ООО «СИБЭКОР» (л.д. 109-128) является юридическим лицом, предметом деятельности Общества является осуществление, в том числе строительно-монтажных, электромонтажных, санитарно-технических, сварных работ. Высшим органом Общества является Общее собрание Участников. Руководство текущей деятельностью Общества осуществляет единоличный исполнительный орган - Директор, который, в соответствии с п. 10.9. Устава, в числе прочих полномочий, издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания.

14 мая 2015 года между ООО «СИБЭКОР» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 4, в соответствии с условиями которого истец был принят на работу на должность столяра 5 разряда, в связи с чем работодателем издан приказ № 4 от 14.05.2015 г. (л.д. 44, 70).

01.07.2015 г. приказом № 31 ФИО1 переведен на должность газорезчика 4 разряда в структурное подразделение Завод.

Приказом № 41 от 01.10.2015 г. ФИО1 переведен на должность газорезчика 5 разряда в структурное подразделение Завод, с тарифной ставкой (оклад) – 96,49 руб. (л.д. 46).

Факт трудовых отношений ФИО1 в ООО «СИБЭКОР», факт его перевода подтвержден сторонами в судебном заседании и не оспаривался.

На основании приказа № 23 от 25.07.2018 г. о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), трудовой договор с ФИО1 расторгнут с 25.07.2018 года по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением) (л.д. 48), при этом, в качестве основания указано заявление ФИО1, служебная записка, медицинское заключение и т.д.

По смыслу п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ основанием для прекращения трудовых отношений является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

В соответствии с ч. 3 ст. 73 Трудового кодекса РФ, если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 настоящего Кодекса.

Названное основание предусмотрено в целях недопущения выполнения работником работы, противопоказанной ему по состоянию здоровья, направлено на охрану здоровья работника и фактически выступает гарантией возложенной на работодателя ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний. При этом необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, закрепленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора.

Поскольку, картой аттестации рабочего места по условиям труда № 7 газорезчика 5 разряда ООО «СИБЭКОР» (л.д. 40-43) подтверждается, что по общей оценке условий труда по степени вредности (или) опасности факторов производственной среды трудового процесса такая работа отнесена к итоговому 3.2 классу, микроклимат к 3.2 классу, тяжесть труда к 3.1 классу, с учетом ст. 213 Трудового кодекса РФ, Приказа Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 N 302н работник должен проходить обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования).

Однако, как следует из пояснений сторон в судебном заседании истец на медицинские осмотры (обследования) работодателем не направлялся, в нарушение положений ч. 2 ст. 212 ТК РФ по этим основаниям от работы не отстранялся.

Основанием отстранения от работы ФИО1 послужило предъявление им работодателю справки МСЭ-2017 № 0902338 об инвалидности третьей группы (л.д. 4, 49).

При этом положениями ст. 73 ТК РФ прямо предусмотрено, что основанием к отстранению работника от работы возможно лишь на основании медицинского заключения, выданного в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и только в том случае, если работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует.

Ответная сторона в качестве доводов своей позиции ссылается на Индивидуальную программу реабилитации (ИПР) ФИО1 из текста которой следует, что ему установлена первая степень ограничения способности к трудовой деятельности (л.д. 6), что, по мнению работодателя, свидетельствует о неспособности работника трудиться по основной профессии, т.е. в должности газорезчика 5 разряда.

Как следует из пп. ж п. 6 Приказа Минтруда России от 17.12.2015 года N 1024н "О классификациях и критериях, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы" способность к трудовой деятельности - способность осуществлять трудовую деятельность в соответствии с требованиями к содержанию, объему, качеству и условиям выполнения работы: 1 степень - способность к выполнению трудовой деятельности в обычных условиях труда при снижении квалификации, тяжести, напряженности и (или) уменьшении объема работы, неспособность продолжать работу по основной профессии (должности, специальности) при сохранении возможности в обычных условиях труда выполнять трудовую деятельность более низкой квалификации.

Из указанных положений следует, что первая степень ограничения способности к трудовой деятельности не означает, что работник однозначно не может трудиться. 

Факт полной утраты профессиональной трудоспособности должен быть подтвержден в ИПР (индивидуальной программе реабилитации), новая форма которой утверждена Приказом Минтруда России от 13.06.2017 N 486н "Об утверждении Порядка разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида, индивидуальной программы реабилитации или абилитации ребенка-инвалида, выдаваемых федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, и их форм". В данной форме должна быть сделана соответствующая отметка степени ограничения в графе "Способность к трудовой деятельности" (п. 21 Приложения N 2 к Приказу N 486н), а также в разделе "Мероприятия по профессиональной реабилитации или абилитации" должно содержаться заключение о видах и степени выраженности стойких нарушений функций организма человека, в соответствии с которыми указываются рекомендации по оснащению (оборудованию) специального рабочего места для трудоустройства инвалида.

Индивидуальная программа реабилитации инвалида разрабатывается на срок, соответствующий сроку установленной группы инвалидности (п. 8 Порядка разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида и индивидуальной программы реабилитации или абилитации ребенка-инвалида, выдаваемых федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы (Приложение N 1 к Приказу N 486н)), либо делается запись: "Бессрочно" (п. 18.4 Приложения N 2 к Приказу N 486н). 

Таким образом, указания в ИПР (ИПРА) только первой степени ограничения способности к трудовой деятельности, по мнению суда, недостаточно, чтобы считать работника полностью неспособным к трудовой деятельности.

Более того, как было отмечено выше, в соответствии с положениями п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ работодатель не вправе был самостоятельно определять степень утраты работником трудоспособности, такие выводы возможны только при наличии соответствующего медицинского заключения, которое в рассматриваемом случае отсутствует.

Приказом Минздравсоцразвития России от 02.05.2012 N 441н утвержден Порядок выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений.

Согласно п. 12 Порядка медицинские заключения выдаются гражданам по результатам проведенных медицинских освидетельствований, медицинских осмотров, диспансеризации, решений, принятых врачебной комиссией, а также в иных случаях, когда законодательством Российской Федерации предусматривается наличие медицинского заключения, как например, ст. 73 ТК РФ.

Медицинские заключения оформляются в произвольной форме (за некоторыми исключениями, предусмотренными п. 19 Порядка) с проставлением штампа медицинской организации или на бланке медицинской организации (при наличии), подписываются врачами-специалистами, участвующими в вынесении медицинского заключения, руководителем медицинской организации, заверяются личными печатями врачей-специалистов и печатью медицинской организации (п. 14 Порядка).

Таким образом, документом для перевода работника на другую работу по медицинским показаниям является медицинское заключение, выданное с соблюдением указанного выше Порядка.

Соответственно и увольнение работника по рассматриваемым основаниям возможно исключительно в соответствии с медицинским заключением, в данном случае ни справка МСЭ № 0902338, ни ИПР ФИО1 не могли заменить его отсутствие.

Приведенные доводы ответчика о наличии оснований для выводов о том, что истец имеет противопоказания к работе по замещаемой должности, объективными доказательствами не подтверждены, в связи с чем, признаются судом несостоятельными. 

Подробно проанализировав обстоятельства дела и дав оценку исследованным доказательствам, суд признает увольнение ФИО1 по основаниям, предусмотренным положениями ч.8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ не законным и не обоснованным, что в свою очередь является достаточными правовыми основаниями для восстановления ФИО1 на работе в занимаемой должности с 25 июля 2018 г.

В соответствии с ч. 1 ст. 234 Трудового Кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Учитывая, что истец был уволен незаконно, то с ответчика в его пользу подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 26.07.2018 г. по 26.09.2018 года (45 дней) с учетом средней дневной заработной платы работника в размере 932,48 руб. (л.д. 174), что стороны не оспаривали: 932,48 руб. х 45 дней = 41 961,60 руб. 

При увольнении ФИО1 было выплачено выходное пособие в размере 12 584 руб., что не отрицается сторонами и подтверждается материалами дела (л.д. 56)

Учитывая, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе и признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету, к выплате истцу подлежит следующая сумма: 41 961,60 руб. – 12 584 руб. = 29 377 рублей 50 копеек.

Истцом к ответчику заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. 

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд, учитывая требования разумности и справедливости, степень вины причинителя вреда, характер причиненных истцу страданий, незаконность увольнения с работы, все установленные фактические обстоятельства дела, считает, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, является завышенным, данные требования подлежат удовлетворению частично, в сумме 15 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 381 рубль 33 копейки.

Руководствуясь ст.ст. 194 –199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО1 на основании приказа ООО «СИБЭКОР» от 25 июля 2018 года № 00000000023 о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 по п. 8 части 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Восстановить ФИО1 на работе в должности газорезчика 5 разряда в ООО «СИБЭКОР» с 25 июля 2018 года.

Взыскать с ООО «СИБЭКОР» в пользу ФИО1 заработную плату за дни вынужденного прогула в размере 29 377 рублей 50 копеек.

Решение в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению.

Взыскать ООО ««СИБЭКОР» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ООО «СИБЭКОР» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 1381 рубль 33 копейки.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г. Омска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Судья Е.А.Панихидникова Мотивированное решение составлено 01 октября 2018 года.