Дело № 1-98/2020 

УИД 33RS0020-01-2019-000595-82

Приговор

 

Именем Российской Федерации

24 ноября 2020 года г. Юрьев-Польский 

Юрьев-Польский районный суд Владимирской области в составе председательствующего Антоновой Н.П., 

при секретаре Давыдовой С.В., 

с участием государственных обвинителей Кручининой Е.Г., Араповой М.И., 

представителя потерпевшего ФИО1, 

подсудимых ФИО2, ФИО3,

защитников - адвокатов Шебанкова Р.А., Бурдачева С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО2, 

родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, проживающего по 

адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, судимого: 

- 26 июля 1995 года Владимирским областным судом по ч. 4 ст. 117 УК РСФСР к 15 годам лишения свободы; определением Радужного городского суда Владимирской области от 6 мая 1997 года действия ФИО2 переквалифицированы по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 131 УК РФ, наказание оставлено прежним, освобожден по постановлению Октябрьского районного суда г. Владимира от 21 марта 2005 года условно-досрочно с неотбытым сроком 4 года 9 месяцев 12 дней; условно-досрочное освобождение отменено в соответствии со ст.ст. 79 ч. 7 и 70, 69 ч. 5, УК РФ, освобожден по отбытии наказания 24 мая 2012 года,

и 

ФИО3, 

родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>-

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, проживающего и 

зарегистрированного по месту рождения по 

адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, судимого:

- 4 мая 2017 года мировым судом судебного участка №1 г. Юрьев-Польского и Юрьев-Польского района Владимирской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком, с учетом продлений постановлениями Юрьев-Польского районного суда от 22 июня и 9 ноября 2017 года, 1 год 2 месяца; 17 января 2018 года условное осуждение отменено, направлен для отбывания наказания в ИК строгого режима;

- 28 марта 2018 года Юрьев-Польским районным судом по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 158, с применением ст. 70, УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в ИК строгого режима. Освобожден 12 октября 2019 года по постановлению Киржачского районного суда Владимирской области от 1 октября 2019 года условно-досрочно с неотбытым сроком 7 месяцев 25 дней, 

в преступлении, предусмотренном п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд

установил:

ФИО2 и ФИО3 совершили кражу группой лиц по предварительному сговору. 

Преступление совершено в г. Юрьев-Польском Владимирской области при следующих обстоятельствах. 

В начале апреля 2020 года в дневное время ФИО3 и ФИО2, в состоянии алкогольного опьянения, находились в помещении котельной на ул. Луговой, д 4, где по предложению последнего сговорились о краже металлических борон с территории ООО «ЮП Тех» (Общество) в 

<

...>, для последующей сдачи краденого в пункт приёма лома черного металла и выручки денег на личные нужды. Для перевозки похищенного ФИО3 взял металлическую тележку.

Действуя тогда же в осуществление задуманного, группой лиц по предварительному сговору и из корысти, они подошли к железнодорожным путям со стороны ул. Гражданская, рядом с территорией ООО «ЮП Тех» по вышеуказанному адресу, оставили там тележку и прошли на территорию Общества, откуда тайно похитили лежавшие на земле две металлические бороны стоимостью 

<

данные изъяты> рублей за одну, совместно донесли их до тележки, погрузили на неё и увезли, распорядившись похищенным по своему усмотрению. Кражей ООО «ЮП Тех» был причинен имущественный ущерб на сумму 

<

данные изъяты> рублей. 

В судебном заседании ФИО2 вину признал полностью, ФИО3 - не признал, сообщив, что они забрали ничейное имущество, и, каждый в отдельности, показали следующее. 

ФИО2 - что, действительно, в начале апреля 2020 года днем, в кочегарке на ул. Луговой г. Юрьев-Польского распивал спиртное с ФИО3 и М.А.Г. Денег у обоих подсудимых не было, тогда предложил сходить за боронами, лежащими в месте, о котором он знал, и сдать их в скупку, а деньги поделить. Разговора о бесхозности этих предметов не было. Перевезти бороны договорились на тележке ФИО3, которая стояла возле кочегарки. Тогда же с тележкой они пошли на место, а М.А.Г. со сломанной рукой в гипсе пошел за компанию. Дойдя до крутой насыпи железной дороги, оставили там М.А.Г. и тележку из-за невозможности поднять её потом с боронами из-за крутизны, спустились с насыпи к кустарникам и через них прошли на неогороженную территорию к лежавшим на земле боронам, сложенным в две стопки одна на другой - стопка из примерно 10 борон и две сцепленные кольцом бороны отдельно. Они забрали две бороны и вдвоем перенесли к тележке, погрузили, а потом также вдвоем повезли в скупку рядом с кочегаркой. Там они сгрузили их на весы, приемщик дал ему порядка 

<

данные изъяты> рублей, из которых 

<

данные изъяты> он отдал ФИО3, а остальные оставил себе и потратил. Затем в кочегарку пришел ФИО1, который обвинил их в краже борон и он сознался в этом.

Согласно показаниям ФИО2 на предварительном следствии, между ним и ФИО3 не было разговора о криминальности или бесхозности борон, и тот ничего не спрашивал; он просто предложил ФИО3 забрать бороны и сдать и тот согласился. ФИО1 обвинил их в краже и он сразу сознался, что они их взяли, имея в виду себя и ФИО3 (т. 2 л.д. 91-95). 

Эти показания были подтверждены ФИО2 при проверке показаний на месте.

Как видно из протокола данного следственного действия, с фототаблицей, ФИО2 показал помещение кочегарки на ул. Луговой, д. 4, в которой он жил в отопительный сезон и где распивал спиртное с М.А.Г. и ФИО3, которому в начале апреля предложил сходить за боронами и сдать их в скупку. Он показал также место стоянки тележки, на которой перевозились бороны. Далее ФИО2 указал на место спуска у железной дороги, где они оставили М.А.Г. и тележку, и место за кустарником, откуда они с ФИО3 взяли две сцепленные между собой тяжелые бороны, погрузили и увезли (т. 1 л.д. 114-121).

Они подтверждены им и на очной ставке с ФИО3. Согласно протоколу данного следственного действия, разговора об отсутствии криминала и бесхозности борон между ними не было, борон было больше 10 штук, но из-за тяжести они взяли только две (т. 2 л.д. 79-82).

Подсудимый ФИО3 показал, что при вышеуказанных обстоятельствах в начале апреля 2020 года днем, когда у него не было денег, пили с ФИО2 в кочегарке и тот предложил ему взять бороны и сдать в скупку, на что он согласился. Договоренности о краже не было, ФИО2 сказал, что воровать ничего не надо, а просто взять бороны и сдать. Он взял свою тележку, стоявшую возле кочегарки, и на которой он ранее перевозил металл в скупку, они с ФИО3 и, как позднее стало известно, П. со сломанной рукой, прошли к железной дороге, оставили тележку и П. там, а сами с ФИО2 спустились с насыпи и через кусты прошли к боронам, кроме которых там ничего не было. Забрав две бороны, перетащили их вдвоем к тележке, погрузили и увезли в пункт приема лома, получив примерно 

<

данные изъяты> рублей, которые поделили. Затем в кочегарку пришел ФИО1 и обвинил их в краже. Не считает содеянное кражей, из-за отсутствия договоренности с ФИО2 именно о краже, наличия неогороженной территории, на которой лежали ржавые бороны, о которых он полагал, что они брошенные и ничейные. Ущерб потерпевшему в полной сумме возместил.

Согласно показаниям подсудимого на предварительном следствии, на место изъятия борон с ними ходил мужчина со сломанной рукой, при этом не называл его полного имени. ФИО1 действительно обвинил их в краже, на что ответил ему, что они не крали, а нашли бороны не на его территории, а у железнодорожных путей.

Противоречия с сообщением в судебном заседании о том, что это был П., ФИО3 объяснил тем, что не знал тогда его имени (т. 1 л.д. 77-80, т. 2 л.д. 104-108).

Вместе с тем, согласно показаниям на очной ставке ФИО3 сообщил, что в момент договоренности в кочегарке находился М.А.Г., и он же ходил с ними к железной дороге. 

Оснований для оговора его свидетелем М.А.Г. не назвал.

Свои показания ФИО3 подтвердил при проверке их на месте. Как видно из протокола с фототаблицей, он подтвердил и показал, что в начале апреля 2020 года в указанной им кочегарке ФИО2 предложил ему сходить за боронами и сдать их, после чего с его тележкой и неизвестным ему мужчиной со сломанной рукой они прошли к железной дороге, оставив там и тележку и третьего, и с ФИО2 спустились к огороженной территории рядом находящейся организации. Подход к двум боронам был свободный, они находились за огороженным участком, и возле них не было ни газовых баллонов, ни других борон. Они подняли их с ФИО2, вместе донесли до тележки, погрузили, увезли и сдали в скупку (т. 1 л.д. 85-94).

Виновность подсудимых, кроме, частично, их показаний, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

По показаниям представителя потерпевшего ФИО1, генерального директора ООО «ЮП Тех», на огороженной колючей проволокой территории Общества в г. Юрьев-Польском 

<

...>, были складированы бороны для вспашки, газовые баллоны и другое имущество. По камерам наблюдения зимой он проследил, что подсудимые постоянно воруют у него, но из-за плохого качества съемки не мог уличить их. Затем сменил камеры, но записи стираются автоматически. 6 апреля 2020 года обнаружил, что рядом со стопкой сложенных в стопку борон пропали две сцепленные между собой бороны. От этого места шли следы волочения от зубьев. Проволока забора была разорвана. По следам он прошел до Луговой до пункта приема лома, и у приемщика спросил, сдавали ли бороны, на что он сначала ответил отрицательно. Затем настоял посмотреть кучу лома и там обнаружил свои бороны, сообщив, что они украдены и стал выяснять, кто их принес. Тот указал на двоих мужчин из кочегарки рядом с этой скупкой. Придя туда, уличил находившегося там ФИО2 в краже, провел его, показал ему записи, и тогда ФИО2 сознался и сказал, что им надо было выпить. По записям было видно, что воровали ФИО2 и ФИО3. Бороны использовались для сельхозработ и были пригодные, он оценил с учетом износа в 

<

данные изъяты> рублей каждую, ущерб 

<

данные изъяты> рублей, и его возместил ФИО3.

Как показал свидетель М.А.Г., он не знает о преступлении и не присутствовал при нем. 

Согласно показаниям свидетеля на предварительном следствии, он в начале апреля 2020 года после распития спиртного с подсудимыми в кочегарке пошел с ними за компанию по предложению ФИО2 забрать бороны и сдать в скупку. Подсудимые забрали тележку, и они все пошли к железной дороге, он остался там из-за сломанной руки, п подсудимые спустились по откосу и ушли, вернувшись с двумя боронами. Погрузили их на телегу и повезли в скупку, гда сдали, получив деньги. 

Противоречия с ранее дававшимися показаниями свидетель вразумительно не объяснил.

Свидетель С.А.М., приёмщик пункта приема лома металла, показал, что в начале апреля 2020 года днём подсудимые привезли на коляске две бороны и сдали их, за что он передал ФИО2 порядка 

<

данные изъяты> рублей. С ними был третий человек, он не подходил. Как приёмщик, с ними не разговаривал, документы от них не брал, акт о сдаче не составлял и в журнал не записывал. Потом пришел конкурент ФИО1 и спросил, сдавал ли кто бороны, что это его и просил посмотреть кучу металла. Он узнал свои бороны и просил указать сдатчиков, и он показал на ФИО2 из кочегарки рядом. В тот же день или на следующий сотрудники изъяли эти бороны. 

Указанное дополняется следующим.

Как видно из заявления ФИО1 в ОМВД района, он сообщил о краже двух металлических борон с территории принадлежащей ему базы по адресу: г. Юрьев-Польский, 

<

...>, и что причинило ущерб ООО «Юп Тех» на сумму 

<

данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 9).

При осмотре места происшествия с участием представителя потерпевшего, как следует из протокола с фототаблицей, по указанному адресу участок местности огорожен по периметру колючей проволокой, с несколькими местами разрыва, и сваленными деревьями. На территории стоит столб электропередач, а также расположены различные предметы производственного назначения. За огороженной территорией слева расположены железнодорожные пути, справа при входе имеется кирпичное здание. На расстоянии 20-30 метров от него в стопку сложены газовые баллоны, и рядом лежат металлические бороны в виде пересеченных друг с другом полос. По пояснениям ФИО1, здесь же лежали две похищенные из них. От борон в сторону железнодорожных путей идет протоптанная тропа, уходящая за территорию участка. В этом месте имеется разрыв проволоки, часть которой изъята (т. 1 л.д. 10-15).

При осмотре места происшествия, согласно одноименному протоколу с фототаблицей, - пункта приема лома металла по адресу: ул. Луговая, 4, на огороженной территории лежит сложенный кучей металлолом, среди которого обнаружены две металлические бороны. По пояснениям участвующего в осмотре ФИО1, эти бороны принадлежат ему. Указанные предметы изъяты (т. 1 л.д. 17-20).

Они осмотрены, согласно протоколу и прилагаемой фототаблице, из которого следует, что бороны одинаковые, металлические, размерами 75Х125 см. в виде пересеченных полос, образующих ромбы с зубьями. На поверхности борон засохшая грязь. Участвующий в осмотре ФИО1 пояснил, что они принадлежат ему, опознает их по внешнему состоянию, виду, цвету, размерам, тяжести и идентичности с оставшимися на территории боронами (т. 1 л.д. 65-67).

Изъятые бороны признаны вещественными доказательствами и возвращены потерпевшему, что явствует из постановления (т. 1 л.д. 68-69).

Стоимость похищенного подтверждается справкой потерпевшего о 10 апреля 2020 года, согласно которой стоимость одной бороны составляет 3000 рублей (т. 1 л.д. 27). 

При оценке исследованных судом доказательств суд исходит из следующего.

Факт преступления подтверждается показаниями представителя потерпевшего, свидетелей С.А.М., подсудимых ФИО2 и ФИО3 - в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам, и подтвержденных иными исследованными доказательствами. 

Оценив названные доказательства, суд приходит к выводу, что показаниями представителя потерпевшего, свидетеля - приемщика лома, бесспорно установлен факт хищения подсудимыми борон, и что подтверждается документальными сведениями, зафиксированными в протоколе осмотров места происшествия в виде наличия на территории потерпевшего Общества огороженной территории со зданием и складированными предметами производственного назначения, в том числе борон, аналогичных похищенным, и обнаружения краденого в пункте приема лома. Свидетелем С.А.М. подтвержден подвоз борон на тележке подсудимыми и сдачу металла и присутствие третьего лица.

Из осмотра места хищения очевидно наличие огороженной территории, с повреждением проволочного заграждения в месте близ сложенных борон, их положения в стопке, расположения там же многочисленных и также сложенных газовых баллонов, и протоптанной тропы за данное заграждение к железной дороге. При таких данных никаких оснований полагать о ничейности данного участка и находившегося там имуществе не имеется. 

Время и место, предметы и стоимость похищенного были сообщены потерпевшим в орган МВД и зафиксированы заявлением о преступлении в обозначенную дату. 

Из приведенных показаний представителя потерпевшего, свидетеля С.А.М., и подсудимых следовало воспроизведение детальных подробностей обстоятельств, предшествующих и последующих событию деяния, и его самого. Оснований для оговора подсудимых, в том числе, у ФИО2 в отношении ФИО3 и у иных лиц, ранее с подсудимыми не знакомых, не усматривается и таковых судом не установлено. Представленные суду и исследованные доказательства соответствуют уголовно-процессуальному закону и являются допустимыми. Кроме того, стороной защиты не приведены причины, по которым у органов дознания и предварительного следствия могла возникнуть необходимость привлечения к ответственности именно данных лиц. Сведений, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, а также о том, что в ходе предварительного следствия были созданы условия, ограничивающие права подсудимых на защиту, не имеется.

Не отрицают само событие и совместное изъятие борон с места их хранения и последующую сдачу в скупку и в указанное время и сами подсудимые.

Эти показания в период предварительного расследования подсудимые давали в присутствии защитников, после разъяснения всех процессуальных прав, в том числе не свидетельствовать против самих себя. О возможном использовании их показаний как доказательств оба предупреждались. По окончании допросов правильность отраженных в соответствующих протоколах сведений заверены подписями подсудимых и их защитников. Поэтому суд относит их к числу допустимых доказательств и в данной части оценивает их как соответствующие иным изложенным доказательствам обвинения

Показания подсудимого ФИО3 на следствии и в суде, согласно которым он спрашивал у ФИО2 об отсутствии криминала и ничейности борон, противоречат исследованной совокупности доказательств.

Его показания в части отсутствия огороженной территории и иных, кроме двух борон, предметов, присутствии вместо ФИО4 иного лица противоречивы. Так, при проверке показаний он показал, что территория участка была огорожена, и с ними ходил ФИО4.

В судебном заседании подсудимый вразумительной причины изменения показаний не дал.

При оценке противоречий в показаниях в данной части суд исходит из того, что показания на предварительном следствии давались в присутствии защитника, с разъяснением ему соответствующих положению подозреваемого и обвиняемого прав. 

Кроме того, показания подсудимого ФИО2 в ходе предварительного расследования согласовывались с другими доказательствами в анализируемой части. Поэтому суд принимает показания ФИО2 как достоверные.

ФИО2 последовательно показал, что из-за отсутствия у них денег предложил ФИО3 забрать бороны и сдать, при этом между ними не было разговора о наличии или отсутствии криминала или бесхозности этих предметов. Эти показания он подтвердил на очной ставке. Таким образом, между подсудимыми состоялась предварительная договоренность о краже. Форма такого сговора применительно к деянию может быть различной, формулировки в строго очерченных используемых словесных оборотах уголовный закон не требует. 

Сопоставив данные показания ФИО2 с вышеприведенными показаниями ФИО3 в суде, суд приходит к выводу, что утверждение последнего о выяснении им у ФИО2 криминальности их действий носит исключительно избирательный характер, для истолкования его в свою пользу. При этом, как установлено судом, все иные подробности показаний им подтверждены, последовательны и подтверждаются иными исследованными доказательствами. 

Показания свидетеля ФИО4, данные в суде, суд полагает недостоверными, противоречащими как его прежним показаниям, так и иным доказательствам. Вместе с тем, его показания не влияют на приведенную оценку совокупности доказательств, подтверждающих виновность подсудимых. 

Тем самым, суд приходит к выводу, что в указанной части показания ФИО3 на следствии и в судебном заседании являются недостоверными, являющимися формой зашиты, и кладет в основу решения их показания в исследованной части на предварительном следствии, и не противоречащие в остальной - в судебном заседании. 

Положенные в основу приговора доказательства, отвечающие закону по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для разрешения дела. судом оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, и кладутся в основу принимаемого решения. 

Судом оценена позиция подсудимого ФИО3 о непризнании вины и стороны защиты об отсутствии состава преступления из-за отсутствия умысла на кражу и сговора, добросовестном заблуждении относительно похищаемого как ничейного, и иные доводы о необоснованности. При этом суд исходит из следующего. 

Данный довод опровергается совокупностью вышеприведенных исследованных судом доказательств, свидетельствующих об обратном, и является голословным.

Судом установлено, что целью подсудимых было добывание денег на личные нужды, конечной целью чего и были все незаконные их действия. Тем самым единым для подсудимых был также мотив, так как ставшие соучастниками подсудимые участвовали в совместном распитии спиртного и с иным лицом. Для этого ФИО2 сообщил ФИО3 о возможности забрать бороны и продать их. Возможность этого, судя по исследованным показаниям, являлась темой их обсуждения именно до начала хищения, когда иного способа найти деньги в создавшейся ситуации они полагали невозможным, и отвечала интересам каждого из них. 

Каких-либо препятствий они друг другу не чинили, напротив, совместно желали наступления итоговой цели всех предшествующих действий. Противоправное изъятие чужого имущества при вышеуказанных обстоятельствах - было очевидно для обоих. В связи с этим ФИО3 не был лишен возможности выяснения законности их действий. Ни при каких условиях похищаемое с чужой территории не могло принадлежать подсудимым. Суд рассматривает их последующее поведение, которое заключалось в совместной продаже краденого как действия соучастников.

Как видно из дела, предложение о краже, которое без сомнения принял соучастник, с целью совместного изъятия и продажи борон действительно исходило от ФИО2. Дальнейшие согласованные действия подсудимых свидетельствуют об осведомленности их об истинных намерениях друг друга, что невозможно без сговора.

Последующий характер действий обоих подсудимых, направленных на достижение единого результата - взятие тележки, следование к месту, совместность и согласованность действий каждого из подсудимых, распределение между ними ролей - изъятие борон с места, погрузка, доставление в скупку, получение денег ФИО2 и их делёжка, - свидетельствуют о предварительном сговоре подсудимых на кражу. Со стороны ФИО3 не последовало таких действий, которыми он выразилбы свое несогласие с преступным поведением ФИО2. И, напротив, как следует из дела, он выступил соучастником последнего. Таким образом, и постпреступное поведение подсудимых свидетельствовало о наличии предварительного сговора на кражу. Завладение имуществом потерпевшего было незаконным, равно как и отсутствовало согласие собственника. Изъятие имущества было очевидно против воли законного владельца, являлось противоправным и безвозмездным, причинившим ущерб потерпевшему. Ни при каких условиях данное имущество не могло принадлежать подсудимым. Ничейность и отсутствие криминальности, на что ссылается сторона защиты ФИО3, не соотносятся между собой, поскольку изымаемое явно было чужим, и что было очевидно для подсудимых. Эти действия подсудимых опровергают ссылку стороны защиты данного подсудимого на отсутствие умысла на кражу, понимания общественной опасности совершаемого и его последствий и отсутствие состава преступления.

Оценив обстоятельства вмененного деяния, суд пришел к выводу о том, что подсудимые действовали с умыслом на кражу группой лиц по предварительному сговору и предприняли для этого необходимые и достаточные меры. Доводы ФИО3 об обратном, с учетом приведенного, не имеют под собой оснований. 

Таким образом, сговорившись о краже и реализуя совместный умысел, направленный на тайное противоправное безвозмездное завладение чужим имуществом, подсудимые совместно приняли участие в совершении преступления и каждым них выполнялись вышеописанные действия, полностью охватываемые признаками объективной стороны преступления. При этом очевидны взаимосвязанность и взаимодополняемость действий соисполнителей, каждый из которых действовал умышленно в целях достижения единых преступных последствий, что охватывались единым умыслом обоих соучастников

Указанные обстоятельства в отношении подсудимых судом установлены. При таких обстоятельствах доводы подсудимого и защитника ФИО3 противоречат совокупности установленных судом обстоятельств. Данных о том, что указанное поведение подсудимых было обусловлено иными причинами, чем общностью преступных намерений, по делу не имеется.

Для подсудимых, как установил суд, было очевидно отсутствие у обоих денег, нуждаемости в них, наличие не принадлежащих им участка и предметов на нём и отсутствие разрешения владельца на безвозмездное изъятие с корыстной целью данных предметов. Таким образом, эти доводы стороны защиты судом отвергаются как несостоятельные. 

Суд оценил также характер и общественную опасность действий подсудимых как таковую.

При этом суд констатирует, что права потерпевших от преступлений а равно право собственности и их защита гарантируются Конституцией РФ. Кражи запрещены по уголовному закону России. Тайное хищение чужого имущества разрешённым в РФ не является. Данное преступление против собственности определяет повышенную общественную опасность этого деяния не только в сравнении с административно наказуемым мелким хищением, но и с неквалифицированной кражей, наказуемой в уголовном порядке. Для уголовно-правовой оценки данного деяния не имеет значения финансовое положение юридического лица и стоимость похищенного в сравнении с его имущественным комплексом. Юридические лица подлежат защите уголовного закона наравне с гражданами. Юридическое лицо, применительно к данному делу, не обязано предоставлять своё имущество для хищений, какими бы материальными ценностями оно ни обладало. Негативные последствия квалифицированной кражи подлежат оценке не только в части имущественного ущерба, но и потенциальных рисков для других конституционных ценностей. 

С точки зрения характера и общественной опасности совершенного следует учитывать и то обстоятельство, что преступление подсудимыми совершено во время непогашенных судимостей. Таким образом, общественная опасность совершаемых ими противоправных действий неуклонно возрастает. С учетом данных о личности, требований общей и частной превенции подсудимые подлежат уголовной ответственности за содеянное. Таким образом, малозначительной данная кража быть признана не может.

Изложенные доказательства судом признаются достаточными для формирования вывода о виновности подсудимых в совершении вмененного каждому из них преступления.

Таким образом, суд считает установленным, что подсудимые действовали так, как это изложено в описательной части приговора.

Оснований для прекращения уголовного дела не усматривается.

Действия подсудимых, сговорившихся на кражу и совершивших незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества следует квалифицировать как тайное хищение чужого имущества (кражу) группой лиц по предварительному сговору.

Содеянное ФИО2 и ФИО3 суд квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Признание вины и раскаяние, явку с повинной, в качестве которой суд расценивает признательное объяснение подсудимого до возбуждения уголовного дела, активное способствование раскрытию и расследованию преступления и изобличению и уголовному преследованию соучастника преступления, выразившихся в подробных показаниях по существу подозрения и обвинения, и при проверке показаний на месте, пенсионный возраст и состояние здоровья суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2. 

Отягчающим обстоятельством суд признает рецидив преступлений ввиду наличия судимости за умышленное преступление по приговору Владимирского областного суда от 26 июля 1995 года по ч. 4 ст. 117 УК РСФСР к 15 годам лишения свободы в ИК строгого режима, с последующей переквалификацией определением от 6 мая 1997 года по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 131 УК РФ, и освобождением условно-досрочно 21 марта 2005 года на 4 года 9 месяцев 12 дней, с последующей отменой УДО в соответствии со ст. 79 ч. 7, 70 УК РФ, с освобождением 24 мая 2012 года. 

При этом с учетом положений ст.ст. 23 и 24 УК РСФСР и ст. 15 п. 5 УК РФ и правовой позиции Конституционного Суда РФ в определении от 24 января 2008 года №54-О, Обзора судебной практики Верховного суда РФ №2 от 22 июля 2020 года, преступление по ч. 4 ст. 117 УК РСФСР ( и п.п. «б, в » ч. 3 ст. 131 УК РФ) являются особо тяжкими. Таким образом, судимость по приговору от 26 июля 1995 года на момент совершения преступления в начале апреля 2020 года в установленном порядке не снята и не погашена. Будучи судимым за особо тяжкое преступление, Фадеев вновь совершил умышленное преступление, что в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ влечет признание рецидива преступлений.

Смягчающими обстоятельствами у подсудимого ФИО3 суд признает добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного преступлением, мнение представителя потерпевшего, не имеющего к нему претензий и не настаивавшего на строгом наказании, признание фактических обстоятельств. 

Отягчающим обстоятельством у подсудимого ФИО3 по ч. 1 ст. 18 УК РФ суд признает рецидив преступлений ввиду наличия судимости за умышленное преступление средней тяжести по приговору от 28 марта 2018 года с назначением лишения свободы в ИК строгого режима с освобождением 12 октября 2019 года по постановлению от 1 октября 2019 года условно-досрочно с неотбытым сроком 7 месяцев 25 дней. 

К отягчающим у обоих подсудимых суд в соответствии с ч. 1.1. ст. 63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимых, прямой связи данного состояния с последующими преступными действиями, что не отрицают и они, характеристики как злоупотребляющих спиртным и привлекавшихся в связи с этим к административной ответственности, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Подсудимыехарактеризуются по месту жительства отрицательно, с вышеобозначенным образом жизни и асоциальным кругом общения, имелись нарекания на их поведение в быту. 

У ФИО3, кроме того, отсутствует легальный источник дохода, преступление совершено во время условно-досрочного освобождения.

Согласно ст.ст. 6, 60 УК РФ, принимая во внимание указанное в отношении подсудимых, характер и степень общественной опасности преступления, смягчающие и отягчающие обстоятельства, данные об их личности, влияние наказания на исправление и на условия жизни семей подсудимых, предупреждение совершения новых преступлений, и исходя из соразмерности наказания содеянному и принципа социальной справедливости, правил назначения наказания при рецидиве - ч. 5 ст. 18 и ч. 2 ст. 68 УК РФ, а также обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось для них недостаточным, суд не усматривает в отношении подсудимых исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления - ст.ст. 64, 68 ч. 3 УК РФ, поскольку это противоречило бы целям наказания, и находит, что исправление подсудимых может быть достигнуто лишь при назначении наказания в виде лишении свободы без назначения дополнительного наказания. Учитывая установленные судом обстоятельства совершенного и данные о личности, не позволяющие прийти к выводу о возможности исправления без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, а также правила наказания при рецидиве, оснований для замены лишения свободы принудительными работами в силу ч. 2 ст. 53.1. УК РФ, а также условного осуждения не имеется. 

В силу ст.ст. 79 ч. 7 п. «б» и 70 УК РФ, поскольку преступление ФИО3 совершено во время условно-досрочного освобождения, с учетом характера и степени общественной опасности преступления и данных о личности, условно досрочное освобождение подлежит отмене, а к наказанию по настоящему приговору надлежит частично присоединить неотбытое по приговору Юрьев-Польского районного суда от 28 марта 2018 года. 

Согласно п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывать данное наказание подсудимым надлежит в исправительной колонии строгого режима. Срок наказания подлежит исчислению со дня вступления приговора в законную силу с зачетом предварительного содержания подсудимых под стражей с 24 ноября 2020 года до дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1. ст. 72 УК РФ в срок наказания следует зачесть время предварительного содержания подсудимых ФИО2 и ФИО3 под стражей по настоящему делу с 24 ноября 2020 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

С учетом данных о личности и исполнимости приговора до вступления приговора в законную силу меру пресечения подсудимым - подписку о невыезде и надлежащем поведении - следует изменить на заключение под стражу.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства: - две бороны - следует оставить по принадлежности законному владельцу ФИО1 

В ходе уголовного судопроизводства подсудимым в порядке ст. 51 УПК РФ оказана юридическая помощь защитниками - адвокатами Шебанковым Р.А. и Бурдачевым С.В., которым надлежит выплатить, соответственно, 12500 и 10000рублей. В силу ст.ст. 131 ч. 1 и 132 ч.ч. 1, 2 и 4 УПК РФ, поскольку подсудимые ФИО2 имеет постоянный источник дохода - пенсию, ФИО3 трудоспособен, и от услуг защитников они не отказывались, процессуальные издержки подлежат взысканию с них: с ФИО2 - 8750 рублей, с ФИО3 -в размере 6250 рублей, остальные - отнести за счет федерального бюджета. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

приговорил:

ФИО2 и ФИО3 признать виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а » ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить им наказание в виде лишения свободы:

- ФИО2 - на срок 1 (один) год 8 (восемь) месяцев,

- ФИО3 - на срок 2 (два) года. 

На основании п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменить ФИО3 условно-досрочное освобождение по приговору Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 28 марта 2018 года.

В соответствии со ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору, частично присоединить неотбытое наказание по приговору Юрьев-Польского районного суда Владимирской области от 28 марта 2018 года и окончательно, по совокупности приговоров, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 3 (три) месяца.

Отбывать наказание подсудимым ФИО2 и ФИО3 надлежит в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО2 и ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы времени содержания их под стражей с 24 ноября 2020 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО2 и ФИО3 - подписку о невыезде и надлежащем поведении - изменить на заключение под стражу. Взять подсудимых ФИО2 и ФИО3 под стражу в зале суда.

Вещественное доказательство - две бороны - оставить по принадлежности законному владельцу ФИО1

Процессуальные издержки, выплаченные защитнику - адвокату Шебанкову Р.А. за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве по назначению, взыскать с ФИО2 в размере 8750 рублей, остальные - отнести за счет федерального бюджета, защитнику - адвокату Бурдачеву С.В. - взыскать с ФИО3 в размере 6250 рублей, остальные - отнести за счет федерального бюджета. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представлениях, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий Н.П. Антонова