ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № 44-г-47/2019

г. Якутск «05» сентября 2019 года

Президиум Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего – Летучих Л.Е.,

членов президиума – Александровой Р.С., Кулагина А.А.,Посельского И.Е.,

при секретаре Одинцовой И.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу истца ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РС(Я) от 03 июня 2019 года по делу по иску ФИО1 к Киму Л.В., ФИО2 о применении последствий недействительности сделки, возврате жилого помещения в наследственную массу.

Заслушав доклад судьи Александровой Р.С., выслушав объяснения представителей истца ФИО3, ФИО4, представител ответчика ФИО2 –ФИО5, президиум Верховного Суда РС (Я),

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с данным иском к Киму Л.В., ФИО2, в обоснование которого указала, что проживала со своим отцом К. в квартире № ... по ул. .......... в г..........., принадлежащей ему на праве собственности на основании решения суда от 09 октября 2013 года. Оформлением права собственности К. на квартиру занимался его сын ФИО6 Свидетельство о государственной регистрации права собственности К. на указанную квартиру выдано 09 декабря 2013 года. _______ года К. умер. После смерти отца истец вступила в права наследования данным жилым помещением на основании завещания. В сентябре 2018 года истцу стало известно об обращении невестки умершего ФИО2 в суд с иском о выселении истца и других членов ее семьи из спорной квартиры. После ознакомления с иском ФИО1 узнала о наличии договора купли-продажи спорной квартиры от 13 декабря 2013 года, заключенного между отцом К., от имени которого по доверенности выступал её брат ФИО6, и невесткой ФИО2 

Истец, ссылаясь на то, что отец К. не совершал никаких сделок по отчуждению своего единственного жилья, был инвалидом по ********, у него отсутствовала возможность самостоятельно передвигаться, истец с учетом уточненных исковых требований просила признать указанный договор купли-продажи от 13 декабря 2013 года недействительным в силу ничтожности, применить последствия недействительности сделки в виде аннулирования записи о праве собственности ФИО2 на спорное жилое помещение и возвращения его в наследственную массу.

Решением Якутского городского суда РС(Я) от 17 января 2019 года, в редакции дополнительного решения от 04 апреля 2019 года, иск удовлетворен. Судом постановлено признать недействительным в силу ничтожности договор купли-продажи от 13 декабря 2013 года, заключенный между ФИО6, действующим от имени К., и ФИО2 в отношении жилого помещения общей площадью *** кв.м, с кадастровым № ..., расположенного по адресу: ..........

Применить последствия недействительности ничтожного договора купли-продажи от 13 декабря 2013 года, заключенного между ФИО6, действующим от имени К., и ФИО2 в отношении жилого помещения общей площадью *** кв.м., с кадастровым № ..., расположенного по адресу: .........., в виде возврата данного недвижимого имущества наследственную массу после смерти К..

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РС(Я) от 03 июня 2019 года решение суда отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В кассационной жалобе истец ФИО1 просит отменить апелляционное определение, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального права, настаивая на наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ).

Кассационная жалоба поступила в Верховный суд РС(Я) 09 июля 2019 года. Запросом судьи Верховного суда РС(Я) от 11 июля 2019 года дело истребовано из Якутского городского суда и поступило в Верховный Суд РС(Я) 17 июля 2019 года.

Определением судьи Верховного Суда РС(Я) Никодимова А.В. от 16 августа 2019 года кассационная жалоба заявителя вместе с делом передана на рассмотрение президиума Верховного Суда РС(Я).

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы и определения судьи о передаче дела для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, президиум Верховного Суда РС(Я) находит жалобу подлежащей удовлетворению, определение суда апелляционной инстанции подлежащим отмене.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции были допущены такого характера существенные нарушения норм материального права, выразившиеся в следующем.

Как следует из обстоятельств дела, К., отцу истца ФИО1 и ответчика Кима Л.В., на основании решения Якутского городского суда РС(Я) от 09 октября 2013 года, принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: ........... 

На основании нотариально удостоверенной доверенности от 28 января 2013 года К. уполномочил ответчика ФИО6 правом управления и распоряжения всем своим имуществом, получения имущества и денежных средств, представления в государственных органах и органах местного самоуправления, в судах. От имени К. по его личной просьбе ввиду болезни (инвалид *** группы по ********) в присутствии нотариуса расписалась М. 

Вступившим в законную силу решением Якутского городского суда от 03 апреля 2018 года в удовлетворении иска М. к нотариусу Т. о признании вышеуказанной доверенности недействительной отказано.

Согласно вступившему в законную силу решению Якутского городского суда от 09 октября 2013 года за К. признано право собственности на жилое помещение по адресу ...........

13 декабря 2013 года ФИО6, на основании доверенности от 28 января 2013 года, от имени своего отца К. заключил со своей супругой ФИО2 договор купли-продажи данной квартиры, по цене .......... руб.

13 декабря 2013 года ФИО6 дал нотариальное согласие своей супруге ФИО2 на приобретение спорной квартиры в общую совместную собственность (т.1 л.д.137).

Получение ФИО6 указанной денежной суммы в полном объеме от ФИО2 подтверждается распиской Кима Л.В., имеющейся в материалах регистрационного дела. 

Исходя из того, что ФИО6 и ФИО2 на момент заключения договора купли-продажи состояли в зарегистрированном браке, спорная квартира на основании этой сделки приобретена в общую совместную собственность ФИО6 и ФИО2

Согласно брачному договору от _______ года, заключенному между ФИО6 и ФИО2, вышеуказанная спорная квартира определена как исключительная собственность ФИО2, на которую супруг ФИО6 отказывается от каких-либо притязаний.

11 июня 2014 года К. нотариально удостоверенным заявлением отменил ранее выданную ФИО6 доверенность от 28 января 2013 года. Ввиду болезни по просьбе К. за него в присутствии нотариуса расписалась И.

11 июня 2014 года К. составлено завещание, согласно которому он завещал спорную квартиру своей дочери ФИО1 Ввиду болезни по просьбе К. за него в присутствии нотариуса расписалась И.

_______ года брак между ФИО6 и ФИО2 расторгнут. 

_______ года К. умер.

На день открытия наследства собственником спорной квартиры является ответчик ФИО2

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что в силу преклонного возврата и заболевания доверителя ответчик ФИО6 обманным путем лишил К. его собственности. Действительная воля собственника спорного имущества не была направлена на отчуждение принадлежащего ему жилого помещения, а его представитель вышел за пределы своих полномочий, воспользовавшись оформлением «генеральной доверенности», в которой содержались права по отчуждению имущества доверителя, что следует расценивать как недобросовестное поведение, направленное против интересов доверителя.

Судебная коллегия не согласилась с указанными выводами суда первой инстанции, указав на отсутствие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). 

В частности, судебная коллегия указала, что, поскольку доверенность от 28 января 2013 года, впоследствии отменная К. 11 июня 2014 года, подписана от его имени по его личной просьбе ввиду болезни (инвалид *** группы по ********) в присутствии нотариуса М., то она совершена в предусмотренной законом форме, в соответствии с волеизъявлением сторон, направлена на создание соответствующих правовых последствий и зарегистрирована в порядке, установленном действовавшим законодательством. При этом приняв во внимание, что К. при жизни и в период действия указанной «генеральной доверенности» до ее отмены договор купли-продажи от 13 декабря 2013 года не оспаривал, допустимых и относимых доказательств, подтверждающих факты заблуждения К. относительно природы сделки, а также обмана истец ФИО1 не представила. 

Указанные выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права без учета обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 3 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно статье 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого (пункт 1).

Представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом (абзац 1 пункта 3).

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце 1 настоящего пункта и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное (абзац 2 пункта 3, действовавший в период заключения спорного договора, вступил в силу с 01 сентября 2013 года на основании Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ).

Обязанность по доказыванию отсутствия нарушения интересов представляемого в случае оспаривания сделки представляемым (его правопреемниками) по основанию, предусмотренному абзацем 2 пункта 3 статьи 182 ГК РФ, возложена на ответчика, поскольку законодателем указано на презумпцию нарушения интересов представляемого, если не доказано иное.

Таким образом, выводы судебной коллегии о возложении на истца бремени доказывания нарушения его интересов, основаны на неправильном применении закона.

Исходя из правил оценки доказательств по делу в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, по обстоятельствам спора установлено, что оспариваемый договор заключен ФИО6, действующим на основании указанной доверенности, в своих личных интересах, так как оспариваемая сделка совершена между супругами ФИО7, и спорная квартира поступила в их совместную собственность, следовательно, была продана ФИО6 себе самому. Супруга ФИО6 – ФИО2 впоследствие зарегистрировала квартиру на себя, став ее единоличным собственником. Денежные средства от реализации спорной квартиры К. не получал, что указывает на нарушение его интересов. 

Кроме того, судебной коллегией не учтено разъяснение, данное в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» в соответствии с которым, пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем:

- в случае, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать;

- в случае, когда установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов.

В данном случае установленные по делу обстоятельства с достаточной степенью объективности свидетельствуют о сговоре либо об иных совместных действиях ФИО6 и ФИО2 в ущерб интересам К., а также его правопреемника ФИО1 

Кроме того, в результате совершения оспариваемой сделки правопредшественнику истца и истцу причинен явный ущерб, о чем ответчики не могли не знать при ее совершении.

Кроме того, из обстоятельств дела следует, что на момент оформления доверенности от 28 января 2013 года, К. не имел право собственности на спорную квартиру, которое возникло на основании решения суда лишь 09 декабря 2013 года. Соответственно указанной доверенностью К. не давал Киму Л.В. согласие на совершение от его имени непосредственно договора купли-продажи спорной квартиры от 13 декабря 2013 года, что также свидетельствует о заключении договора в нарушение закона.

Таким образом, в данном случае имелись достаточные основания для признания оспариваемого договора недействительным по основанию пункта 2 статьи 174 ГК РФ, следовательно, выводы суда первой инстанции являются обоснованными. 

При таких обстоятельствах, выводы суда апелляционной инстанции об отмене решения суда первой инстанции и об отказе в иске свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, повлиявшим на исход дела, без его устранения невозможны восстановление и защита прав и интересов истца ФИО1, а также защита охраняемых законом публичных интересов, что является основанием для отмены состоявшегося судебного постановления и направления дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 ГПК РФ, президиум Верховного Суда РС (Я)

П О С Т А Н О В И Л :

Кассационную жалобу ФИО1 - удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РС (Я) от 03 июня 2019 года по данному делу отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции в ином составе суда.

Председательствующий Л.Е. Летучих