ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 января 2019 года г. Щёкино Тульской области

Щёкинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего - судьи Новикова В.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ронжиной И.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Щёкино Тульской области Никонорова Д.Б., 

подсудимых ФИО5, ФИО6,

защитников – адвоката Залуцкой О.С., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 220047 от 25 декабря 2018 года (в защиту ФИО5), адвоката Косоротовой Н.С., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 220136 от 26 декабря 2018 года (в защиту ФИО6),

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении 

ФИО6, 

<

данные изъяты>, несудимой, 

и

ФИО5, 

<

данные изъяты> несудимой,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО6 и ФИО5 совершили покушение на кражу, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, однако преступление не было доведено до конца по независящим от виновных обстоятельствам.

В период, предшествующий 13 час. 00 мин. 25 августа 2018 года, подсудимые ФИО5 и ФИО6 вступили в предварительный преступный сговор на тайное хищение чужого имущества – початков кукурузы с поля, принадлежащего ООО 

<

данные изъяты> и расположенного в районе 

<

адрес>. При этом преступные роли были распределены следующим образом: ФИО6 и ФИО5 на находившемся под управлением последней автомобиле 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> принадлежащем ФИО6, должны были приехать на кукурузное поле, принадлежащее ООО 

<

данные изъяты> и расположенное в районе 

<

адрес>, где совместными действиями планировали нарвать и загрузить в указанный автомобиль необходимое количество початков кукурузы, которые затем транспортировать к дому ФИО6 и использовать по своему усмотрению. 

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО6 и ФИО5, в группе лиц по предварительному сговору, в период с 13 час. 00 мин. до 13 час. 56 мин. 25 августа 2018 года прибыли на находившемся под управлением последней автомобиле 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, принадлежащем ФИО6, на кукурузное поле, принадлежащее ООО 

<

данные изъяты> и расположенное на земельном участке, находящемся в 2450 м по направлению на восток от жилого дома по адресу: 

<

адрес>. Там ФИО5, выполняя свою преступную роль, в указанный промежуток времени припарковала названный выше автомобиль рядом с полем, после чего она, убедившись в отсутствии посторонних лиц, то есть действуя тайно, умышленно, из корыстных побуждений, и выполнявшая свою преступную роль ФИО6 совместно стали рвать кукурузные початки и складывать в имевшийся при нем картофельный мешок а затем пересыпать из мешка в багажник и салон автомобиля. Загрузив в автомобиль 

<

данные изъяты> имеющий государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, 247 початков кукурузы по цене 40 руб. за штуку, общей стоимостью 9880 руб., подсудимые в тот же промежуток времени 25 августа 2018 года на том же автомобиле, находившемся под управлением ФИО5, попытались скрыться с места преступления, намереваясь тайно, из корыстных побуждений, похитить 247 початков кукурузы, принадлежащих ООО 

<

данные изъяты> и распорядиться ими по своему усмотрению, чем причинить названной организации материальный ущерб на указанную сумму, однако довести преступление до конца не смогли по независящим от них обстоятельствам, поскольку при выезде с кукурузного поля были задержаны сотрудниками ООО ЧОО 

<

данные изъяты> осуществлявшими охрану полей, принадлежащих ООО 

<

данные изъяты>

В судебном заседании подсудимые ФИО6 и ФИО5 вину в совершенном преступлении не признали полностью, от дачи показаний отказались на основании ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания, данные ими в ходе предварительного расследования.

Так, при допросе в качестве обвиняемой ФИО6 показала, что примерно в 13 час. 00 мин. 25 августа 2018 года она со своей дочерью ФИО5 на автомобиле 

<

данные изъяты> ехала в направлении 

<

адрес>. Когда они проезжали мимо кукурузного поля, находящегося недалеко от 

<

данные изъяты>, то в посадке, расположенной напротив этого поля, увидели кукурузные початки, лежащие россыпью, а также наполненный мешок. Она попросила дочь остановить автомобиль, вместе они подошли к куче початков и увидели, что в мешке также лежат кукурузные початки. Она предложила ФИО5 собрать початки и отвезти их себе домой на корм домашнему скоту, та согласилась. Початки из мешка они пересыпали в багажник, затем в тот же мешок собрали оставшуюся кукурузу, лежавшую россыпью, и уложили ее в салон автомобиля. Они решили, что початки кто-то выбросил за ненадобностью, и решили их подобрать. Собрав кукурузу, они продолжили поездку, но во время движения увидели охранников, те остановили их и попросили показать содержимое багажника. По требованию сотрудников охраны ФИО5 выложила все початки кукурузы на землю около машины, общим числом 247 штук (т. 1 л.д. 182-185). При допросе в качестве обвиняемой ФИО5 дала такие же показания (т.1 л.д. 163-166). 

По оглашении данных показаний подсудимые их подтвердили. 

Суд, однако, считает, что вина подсудимых ФИО6 и ФИО5 в совершении инкриминированного им преступления полностью установлена и подтверждена совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, а именно:

протоколом осмотра места происшествия – проселочной дороги у кукурузного поля в районе 

<

адрес> и находившегося на ней автомобиля 

<

данные изъяты> с кузовом зеленого цвета и с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>. В мешке из-под картофеля, стоявшем у багажного отделения данной машины, находилось 90 початков кукурузы, рядом с ним россыпью на земле лежало еще 157 початков (т. 1 л.д. 15-18);

протоколом осмотра предметов и документа – 247 кукурузных початков и мешка, изъятых при осмотре места происшествия, а также выписки из Единого государственного реестра недвижимости с указанием места нахождения поля, с которого была совершена кража – примерно в 2450 м по направлению на восток от жилого дома по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 56-58); 

приказом ООО 

<

данные изъяты> от 29 августа 2017 года, согласно которому с указанного числа стоимость одного початка кукурузы в целях определения ущерба от хищений определена в размере 40 руб. (т. 1 л.д. 26);

протоколом выемки у ФИО5 автомобиля 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> и документов на него – свидетельства о регистрации, паспорта транспортного средства, а также полиса обязательного страхования гражданской ответственности ФИО6 как владельца транспортного средства и водительского удостоверения на имя ФИО5; указанный автомобиль и документы были впоследствии осмотрены с составлением соответствующего протокола (т. 1 л.д. 93-95, 96-104);

оглашенными с согласия сторон показаниями представителя потерпевшего ФИО1 о том, что в собственности ООО 

<

данные изъяты> имеется участок земли сельскохозяйственного назначения, расположенный в районе 

<

данные изъяты> летом 2018 года данный участок был засеян кукурузой. Примерно в 14 час. 25 августа 2018 года ему позвонил сотрудник службы охраны ФИО3, сообщивший, что на указанном поле им и его напарником остановлен автомобиль с двумя женщинами, которые перевозили кукурузные початки. Эти женщины рассказали, что нарвали их на поле. Приехав на место происшествия, он (ФИО1) увидел ФИО3 и припаркованный рядом с ним автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, около которого стояли две женщины, оказавшиеся ФИО5 и ФИО6, а на земле лежал мешок с кукурузой и куча початков россыпью, всего 247 початков. ФИО5 и ФИО6 сообщили, что кукурузные початки, обнаруженные в их автомобиле, они вместе нарвали на кукурузном поле, принадлежащем потерпевшему юридическому лицу, на корм домашнему скоту (т. 1 л.д. 50-53);

показаниями свидетеля – сотрудника ООО ЧОО 

<

данные изъяты> ФИО3 в суде о том, что в один из дней лета 2018 года, выполняя служебные обязанности, вместе с напарником ФИО4 совершал объезд кукурузного поля, находящегося в Щёкинском районе и принадлежащего местному подразделению компании, входящей в группу 

<

данные изъяты> в расположенной поблизости посадке початков кукурузы россыпью или в какой-либо упаковке они не видели. Около 13 часов им была остановлена автомашина ВАЗ-2106 зеленого цвета, за рулем которого сидела женщина, а на переднем пассажирском сиденье – еще одна женщина постарше. В салоне автомашины находился белый синтетический мешок, наполненный кукурузными початками; початки лежали и в багажнике автомобиля, в общей сложности – около 240 штук, по внешнему виду все початки были недавно сорваны. Пожилая женщина сказала, что все эти початки она с дочерью нарвала на поле, чтобы кормить своих коз, а молодая женщина просила их отпустить. О случившемся свидетель доложил руководителю службы охраны ФИО1, а тот, очевидно, сообщил в полицию, так как через некоторое время на место происшествия прибыли сотрудники полиции. Никакого психологического или физического воздействия на данных женщин, в которых свидетель опознал подсудимых, ни им, ни его напарником не оказывалось;

аналогичными по существу показаниями свидетеля ФИО4 об обнаружении во время его дежурства совместно с ФИО3 в салоне и багажнике автомобиля 

<

данные изъяты> около 250 початков кукурузы;

показаниями свидетеля ФИО3 на предварительном следствии, оглашенными в части на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, о том, что указанные им события произошли примерно в 14 час. 10 мин. 25 августа 2018 года (т. 1 л.д. 109-111); данные показания свидетель полностью подтвердил;

показаниями свидетеля ФИО4 на предварительном следствии, оглашенными в части по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым на месте происшествия ФИО6 и ФИО5 пояснили, что они нарвали кукурузы для кормления коз (т. 1 л.д. 117-119); данные показания свидетель подтвердил;

протоколами следственных экспериментов, проведенных с участием свидетелей ФИО3, ФИО4, из которых следует, что 25 августа 2018 года свидетели неоднократно проезжали мимо участка местности вблизи 

<

адрес> указанного подсудимыми как место обнаружения ими кукурузных початков, но до 13 час. сорванных початков кукурузы там не было (т. 1 л.д. 112-116, 120-124);

показаниями свидетеля – следователя СО ОМВД России по Щёкинскому району ФИО2, выезжавшей 25 августа 2018 года в составе следственно-оперативной группы по сообщению о происшествии – краже кукурузы с поля вблизи 

<

адрес> По прибытии свидетеля на место происшествия там находился автомобиль 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты>, рядом с ним на земле лежала россыпь початков кукурузы и мешок, в котором также находились кукурузные початки. Около того же автомобиля стояли две женщины, оказавшиеся ФИО5 и ФИО6, они добровольно пояснили, что примерно в 13 час. на указанном автомобиле, которым управляла ФИО5, приехали на это же поле, где нарвали кукурузы для кормления домашнего скота; загрузив кукурузу в машину, отправились домой, но примерно в 14 час. были задержаны сотрудниками охраны (т. 1 л.д. 125-126).

Оценивая в совокупности доказательства, исследованные в ходе судебного следствия, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд считает вину подсудимых в покушении на тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, полностью доказанной и нашедшей свое подтверждение в судебном заседании. Перечисленные доказательства вины ФИО6 и ФИО5 в совершении инкриминированного им преступления, суд признает полученными без нарушений уголовно-процессуального закона, они являются взаимно дополняющими, в юридически значимых для дела обстоятельствах друг другу не противоречат, соответствующие процессуальные документы составлены уполномоченными на то должностными лицами органа предварительного расследования.

Свидетели и представитель потерпевшего, показания которых изложены выше, до начала их допросов предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний; оснований для оговора подсудимых со стороны названных лиц не установлено. 

Показания свидетелей и представителя потерпевшего подтверждаются письменными доказательствами, содержание которых приведено выше. Указание свидетелем ФИО3 в своих показаниях в суде иной даты и времени описываемых событий, а также показания свидетеля ФИО4 в суде, что на месте происшествия ФИО6 и ФИО5 говорили, что находившиеся в их машине початки кукурузы нашли в расположенной поблизости посадке, в итоге не были поддержаны данными свидетелями, поэтому они не свидетельствуют о недостоверности их показаний в целом и объясняются прошествием определённого периода времени после рассматриваемых судом событий.

Каких-либо замечаний по порядку проведения соответствующих процессуальных действий на стадии предварительного расследования, а также по содержанию составленных по их итогам протоколов участниками данных действий сделано не было. Предусмотренные действующим законодательством права и обязанности участникам соответствующих следственных действий разъяснялись. Таким образом, приведенные выше доказательства обвинения следует считать относимыми, достоверными и допустимыми. 

Показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО2, показания представителя потерпевшего ФИО1, протоколы осмотров, следственных экспериментов и выемки, содержание которых изложено выше, со всей очевидностью подтверждают, что 25 августа 2018 года в автомобиле 

<

данные изъяты>, принадлежащем подсудимой ФИО6 и находившемся под управлением подсудимой ФИО5, было обнаружено 247 не принадлежавших никому из них початков кукурузы, которые по внешнему виду были недавно сорваны и очищены, на месте преступления ФИО5 и ФИО6 признавали, что все обнаруженные в багажнике и в салоне автомобиля кукурузные початки были сорваны ими на поле, принадлежавшем потерпевшему юридическому лицу, при этом какого-либо противоправного воздействия на них не оказывалось. 

В связи с этим показания ФИО6 и ФИО5 об отсутствии в их действиях состава преступления следует считать направленными на избежание ответственности за содеянное, преуменьшение степени своей вины или смягчение своей участи любым иным образом, то есть недостоверными. Эти показания опровергнуты всей совокупностью доказательств вины подсудимых, приведенных выше и признанных судом относимыми, допустимыми и достоверными. Совокупность указанных доказательств уличает подсудимых в совершении данного преступления, так как прямо указывает на наличие у них общего преступного сговора на тайное хищение не принадлежащего никому из них, то есть чужого имущества, который состоялся между ними до начала выполнения объективной стороны преступления, сопровождавшегося предварительным распределением преступных ролей и выполнением каждым из соучастников конкретных действий, направленных на достижение общей преступной цели, которая, однако, не была достигнута в результате вмешательства третьих лиц, то есть по независящим от виновных обстоятельствам. Доводы подсудимых о том, что кукурузные початки были обнаружены ими в лесопосадке, опровергнуты показаниями свидетелей ФИО4 и ФИО3, согласно которым при объезде ими периметра охраняемого объекта сорванных початков кукурузы обнаружено не было.

Причастность иных лиц к совершению данного преступления не установлена, перечень и стоимость имущества, на которое было направлено преступное посягательство, установлены судом объективно, на основании исследованных доказательств. 

Вопреки мнению стороны защиты, совокупность исследованных по делу доказательств является достаточной для вывода о виновности ФИО6 и ФИО5 по предъявленному им обвинению; суд квалифицирует действия каждой из подсудимых по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ как умышленные действия, непосредственно направленные на тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, однако преступление не было доведено до конца по независящим от виновных обстоятельствам, поскольку они, осознавая незаконность своих действий, предвидя неизбежность наступления их общественно опасных последствий в виде уменьшения наличного имущества потерпевшего и причинения ему тем самым имущественного ущерба и желая поступить подобным образом, при установленных судебным разбирательством обстоятельствах, заранее договорившись между собой о совершении преступления и действуя в отсутствие лиц, которые могли бы помешать осуществлению задуманного ими, согласно предварительно распределенным преступным ролям, объединенные общим преступным умыслом и предпринимая согласованные действия по достижению общей преступной цели по завладению чужим имуществом, намереваясь извлечь для себя материальную выгоду за счет незаконного приобретения имущества потерпевшего и сбережения собственного имущества, то есть из корыстных побуждений, совершили конкретные действия, непосредственно направленные на противоправное безвозмездное изъятие имущества потерпевшего юридического лица, которое привело бы к причинению тому материального ущерба, однако их преступные действия не были доведены до конца по обстоятельствам, не зависящим от их воли. 

Изучением сведений о личностях подсудимых установлено следующее.

Подсудимая ФИО6 

<

данные изъяты> 

Подсудимая ФИО5 

<

данные изъяты> 

В ходе судебного заседания сомнений во вменяемости подсудимых не возникло, их поведение адекватно происходящему, они давали обдуманные пояснения и ответы на задаваемые им вопросы, в связи с чем суд признает каждую из них вменяемой, а поэтому – подлежащей ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении вида и меры наказания за совершенное преступление суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности данного деяния, сведения о личности каждой из виновных, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей. В соответствии со ст. ст. 66, 67 УК РФ судом учитываются также характер и степень фактического участия каждой из подсудимых в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер возможного вреда, а также обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО6 и ФИО5, суд считает совершение преступления впервые (ч. 2 ст. 61 УК РФ). Кроме того, обстоятельством, смягчающим наказание ФИО6, следует признать состояние ее здоровья (ч. 2 ст. 61 УК РФ), а обстоятельством, смягчающим наказание ФИО5 – наличие у нее несовершеннолетних детей, один из которых является малолетним (п. «г» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание кого-либо из подсудимых, не установлено. 

С учетом всех обстоятельств дела, соблюдая требование закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, суд считает правильным и справедливым ограничиться назначением каждой из подсудимых в виде штрафа. С учетом фактических обстоятельств совершения преступления, а также характера и степени его общественной опасности, принципов и целей уголовного наказания, смягчающие наказание обстоятельства являются недостаточными для признания их исключительными, дающими возможность назначения наказания с применением ст.64 УК РФ. 

При определении размера наказания суд в соответствии со ст. 46 УК РФ принимает во внимание тяжесть совершенного преступления, имущественное положение подсудимых и их семей, возможность получения виновными заработной платы или иного дохода. Размера штрафа суд определяет в твердой денежной сумме; назначение штрафа в размере заработной платы или иного дохода подсудимых за определенный период невозможно, поскольку доходов, подлежащих налогообложению в соответствии с действующим законодательством, подсудимые не имеют, достоверных подтверждений иного в деле не имеется.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и отсутствие обстоятельств, его отягчающих, оснований для применения в отношении подсудимых положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категорий совершенного преступления на менее тяжкую суд также не находит.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вопрос о вещественных доказательствах разрешается судом в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ, в обеспечение исполнения приговора до его вступления в законную силу, меру пресечения в отношении каждой из подсудимых оставить без изменения – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО6 и ФИО5 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст.158 УК РФ, и назначить каждой из них наказание в виде штрафа в размере 10.000 (десяти тысяч) рублей.

Меру пресечения в отношении осужденных ФИО6 и ФИО5 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

На основании п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства – 247 початков кукурузы считать возвращенными представителю потерпевшего ФИО1, мешок считать возвращенным осужденной ФИО6

Штраф, назначенный каждой из подсудимых, подлежит уплате в течение 60 дней со дня вступления приговора в законную силу по следующим реквизитам: получатель платежа – УФК по Тульской области (ОМВД России по Щёкинскому району), ИНН 

<

***>, КПП 711801001, расчетный счет 

<

***> в отделении Тула (лицевой счет 

<

***>), БИК 047003001, ОКТМО 70648101, КБК 11811621010016000140, назначение платежа – перечисление в доход бюджета денежных средств согласно приговору Щёкинского районного суда Тульской области от 16 января 2019 года по уголовному делу №11801700015280465. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тульский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения путём подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Щёкинский районный суд Тульской области.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии, а также об участии защитников в заседании суда апелляционной инстанции.

Председательствующий подпись 

Приговор вступил в законную силу 29 января 2019 года