Дело № 2-45/2021

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Московская область 15 марта 2021 года

г. Красногорск 

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Никифорова И.А., с участием:

- прокурора отдела государственных обвинителей управления прокуратуры Московской области Кондратюк Т.Б.; 

- потерпевшей Х Ю.В.;

- подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Кравцовой Ю.В.;

- подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката Ковалевой К.М.; 

при помощнике судьи Васляевой Н.Л., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

- ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, невоеннообязанного, разведенного, имеющего неполное среднее образование, не работающего, проживающего по адресу: 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ; 

- ФИО2, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, военнообязанного, разведенного, имеющего малолетних детей 

<

данные изъяты> годов рождения, образование неполное среднее, не работающего, проживающего по адресу: 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

- 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> по ст. 162 ч. 2 УК РФ к 3-м годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 3 года; наказание реально не отбывалось;

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 105 ч. 2 п. «ж»; 162 ч. 1 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 совершили убийство Х А.Ю., то есть умышленное причинение смерти другому человеку группой лиц по предварительному сговору, а ФИО2, помимо этого, совершил разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья Х П.В., при следующих обстоятельствах. 

<

данные изъяты> в период времени с 01-го часа 30 мин. до 05-ти часов, находясь во дворе 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, ФИО2 из корыстных побуждений совершил разбойное нападение на Х, а именно, с целью завладения его имуществом, подавляя волю к сопротивлению, подверг его избиению, нанеся удар кулаком в лицо, несколько ударов руками и ногами по голове и телу, причинив перелом костей носа, сотрясение головного мозга, переломы 4-го и 5-го ребер, кровоподтек на веках левого глаза, оценивающиеся как повреждения, повлекшие легкий вред здоровью по признаку его кратковременного расстройства, продолжительностью до 3-х недель, после чего похитил у него мобильный телефон «Х» и скрылся с места совершения преступления, причинив ущерб на сумму 10 500 руб. 

Помимо того, 

<

данные изъяты>, после 02-х часов, находясь в 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> и будучи в состоянии алкогольного опьянения, ФИО1 и ФИО2 вступили между собой в предварительный преступный сговор с целью убийства Х А.Ю., с которым незадолго до этого у них возникли конфликтные отношения в результате ссоры, и непосредственно около 03-х часов в ту же ночь прошли во 2-й подъезд расположенного рядом 

<

данные изъяты>, где из личных неприязненных отношений, в лифте этого подъезда и затем во дворе указанного 

<

данные изъяты>, действуя совместно и согласованно, встретив Х, стали наносить удары руками и ногами по его лицу и телу, а также, желая наступления смерти, поочередно умышленно нанесли имевшимся при них ножом не менее 28-ми ударов, в том числе в жизненно важные органы, по передней и задней поверхности грудной клетки, животу, рукам и ногам, причинив: 

- два проникающих в брюшную полость ранения живота без повреждения внутренних органов, каждое из которых по признаку опасности для жизни относится к тяжкому вреду здоровью;

- восемь проникающих в грудную, плевральную и брюшную полости ранений, с повреждениями сердца, правого легкого, печени, правой почки, со скоплением крови в полости сердечной сорочки, в плевральных и брюшной полостях, с пропитыванием кровью забрюшинной клетчатки в проекции поврежденной почки, каждое из которых по признаку опасности для жизни квалифицируются как тяжкий вред здоровью. 

Смерть Х наступила на месте происшествия в результате умышленных действий ФИО1 и ФИО2 от множественных проникающих колото-резаных ранений груди и живота с повреждениями указанных внутренних органов, осложнившихся обильной кровопотерей, с которыми смерть потерпевшего находится в прямой причинно-следственной связи. 

Помимо перечисленных ФИО1 и ФИО2 причинили Х повреждения: кровоподтек и ушибленную рану в области правого глаза, волосовидный перелом крыши правой глазницы с кровоизлиянием, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью; ранения, сквозное ранение и не проникающие ранения различных частей тела, не имеющие признаков опасности для жизни и расценивающие по исходу или длительности расстройства, как легкий вред здоровью; кровоподтеки и ссадины, очаговые кровоизлияния, ушибленную рану в различных частях тела и головы, не причинившие вреда здоровью.

Между этими повреждениями и смертью потерпевшего прямой причинно-следственной связи не имеется, однако с учетом обильного кровотечения, они могли усугубить общее состояние и сыграть неблагоприятную роль в ее наступлении. 

В судебном заседании, по эпизоду разбойного нападения на Х подсудимый ФИО2 частично признал свою вину и отказался от дачи показаний, в связи с чем были оглашены его показания, данные в ходе предварительного следствия. 

При допросе в качестве подозреваемого с участием защитника он показал, что ночью 

<

данные изъяты> в магазине познакомился с Х, предложившим выпить, на что он согласился и во дворе 

<

данные изъяты>, а затем в подъезде они распили спиртные напитки и Х обидел его словесно, за что он того избил, обыскал карманы и чтобы тот не смог обратиться в полицию забрал мобильный телефон, который здесь же выбросил. (т.2, л.д. 225-228)

При предъявлении обвинения ФИО2 заявил о полном признании вины в разбойном нападении на Х, пояснив, что избил последнего, но достал телефон из кармана его брюк, чтобы тот не смог заявить в полицию. (т.3, л.д. 153-156) 

Помимо признаний ФИО2 его вина подтверждается показаниями потерпевшего Х, пояснившего в ходе следствия, что выпивал в подъезде и во дворе дома с ФИО2, который видел у него мобильный телефон «Х». Когда сидели на лавочке и разговаривали, ФИО2 неожиданно нанес ему удар в нос и затем когда он упал, продолжил его избиение. После этого ФИО2 вынул из кармана брюк телефон и на просьбу вернуть его, нанес удар ногой. Дома почувствовал себя плохо, вызвал врачей скорой помощи и был госпитализирован. Телефон приобретал за 10 500 руб. (т.2, л.д. 193-196) 

Потерпевший Х добровольно выдал упаковочную коробку из-под похищенного телефона, которая была осмотрена, признана вещественным доказательством и приобщена к материалам дела. (т.2, л.д. 199-202, 203) 

По выводам судебно-медицинской экспертизы у Х был обнаружен перелом костей носа, сотрясение головного мозга, переломы 4 и 5 ребер, кровоподтек на веках левого глаза, образовавшиеся при ударном воздействии тупого твердого предмета, оценивающиеся как повлекшие легкий вред здоровью. (т.2, л.д. 212-215) 

В ходе следствия была осмотрена детализация телефонных переговоров из которой следует, что уже после хищения телефона у Х им продолжали пользоваться определенный промежуток времени, в том числе использовались иные абонентские номера. (т.3, л.д. 64-65) 

Диск с записью данных об этих соединения признан вещественным доказательством и приобщен к материалам дела. (т.3, л.д. 66) 

Справкой по мобильному телефону «Х подтверждена его стоимость с учетом амортизации - 10 500 руб. (т.3, л.д. 131-132) 

По убийству Х ФИО2 полностью признал свою вину и, заявив о том, что подтверждает ранее данные в ходе предварительного расследования показания, отказался от их дачи в судебном заседании. 

Из оглашенных показаний ФИО3 следует, что при предъявлении обвинения в присутствии защитника, он признал свою вину и пояснил, что предварительно не договаривался с ФИО1 об убийстве Х. Нож они взяли с собой для его устрашения. Но умысел на убийство возник внезапно в лифте. Когда ФИО1 бил Х руками, завязалась драка. Испугавшись, стал бить его ножом, затем нож взял ФИО1 и также бил им Х. (т. 2, л.д.35-37) 

При предъявлении обвинения в окончательной редакции ФИО2 полностью признал свою вину и, подтвердив ранее данные признательные показания, пояснил, что нанес несколько ударов ножом Х. (т.3, л.д. 153-156)

При проверке показаний на месте ФИО2 указал на место возникновения конфликта у 

<

данные изъяты> с компанией незнакомых девушек и двумя мужчинами, одним из которых был Х. Далее он пояснил, что его и ФИО1 избили, а матери повредили руку. Они ушли, но решили разобраться с этой компанией. Указав на дверь квартиры Х, ФИО2 пояснил, что он и ФИО1 оставили свои куртки в квартире, ФИО1 в тамбуре взял нож и они пошли караулить кого-либо из квартиры на 9-м этаже, на котором кто-то вошел в лифт, они его вызвали на 

<

данные изъяты>, и после того, как дверь лифта открылась, они увидели в нем Х. При этом ФИО2 показал, как он держал нож в своей руке. ФИО1 стал бить Х, а он (ФИО2) ударил его два-три раза ножом в спину. Затем ФИО1 выхватил у него нож и тоже стал бить им Х. На первом этаже двери лифта открылись, Х выбежал из лифта и подъезда, но упал. Здесь он (ФИО2) нанес пару ударов ножом, а ФИО1 бил руками, ногами и, возможно, ножом. После этого они убежали. (т.1, л.д. 215-234) 

ФИО1 в судебном заседании свою вину в убийстве Х признал частично, заявив, что причинил потерпевшему только побои. После драки, в которой их (его и ФИО2) избили, они пришли домой к ФИО2. Затем пошли к Д. (Х), где оставили курки, а когда стояли в подъезде между 7-м и 8-м этажами остановился лифт. В нем оказался парень (Х), с которым возникла словесная перепалка и затем драка. Выбежали во двор, где драка продолжилась. Затем увидел, что ФИО2 наносит удары ножом, который тот выбросил когда они убегали. 

При допросе в качестве подозреваемого в ходе следствия в присутствии защитника ФИО1 пояснил, что после распития спиртных напитков с ФИО2 и Х у них произошел конфликт с незнакомой компанией и драка, в которой участвовал Х. Уже дома у ФИО2 он (ФИО1) предложил припугнуть зачинщиков драки. Свои куртки они отдали Х и в строительном ящике в тамбуре он взял нож. На 7-м этаже ФИО2 взял у него нож и когда лифт опустился с 9-го этажа, в нем оказался Х, которому он стал наносить удары руками, а ФИО2 – 5-10 ударов ножом. Затем он этим же ножом нанес несколько ударов по телу Х. На 1-м этаже Х выбежал из лифта, и все они выбежали из подъезда. Затем Х упал и он бил его ногой, а ФИО2 нанес еще несколько ударов ножом, после чего они убежали в сторону станции и по дороге выбросили нож. (т.1, л.д. 194-199). 

При проверке показаний на месте ФИО1 также указал на место у 

<

данные изъяты>, где произошли конфликт и драка. По его словам, после того, как они ушли, решили с ФИО2 вернуться, чтобы разобраться с обидчиками. Куртки оставили у Х. Он взял нож, чтобы припугнуть и показать серьезность настроения. Когда на 9-м этаже кто-то вошел в лифт, они вызвали его на 7-м и в открывшиеся двери увидели Х. Он ударил Х и завязалась борьба, а ФИО2 ударил того ножом 5-10 раз. Затем он тоже выхватил у Палагина нож и стал бить им Х – раз 5 в живот. На 1-м этаже Х выбежал из лифта и подъезда, но упал. ФИО2 начал бить его ножом, а он руками и ногами. Затем он понял, что они его убили, испугался и они убежали. (т.1, л.д. 235-255) 

Потерпевшая Х Ю.В. показала, что в тот вечер отмечали день рождения знакомой, а когда собрались идти домой, услышали шум драки, произошедшей у супруга и Х с ФИО2 и ФИО1. Кто-то кому-то что-то сказал. ФИО2 требовал от супруга номер телефона, обещая встретиться. Вернулись домой, а когда собирались уходить, увидела, что супруга нет. Услышала стон и, выбежав во двор, увидела лежащего окровавленного супруга. Скорая помощь не ехала, повезли его сами, но попали в аварию. 

По показаниям свидетеля Х Т.В. в судебном заседании, они отмечали день рождения Х. А когда собирались по домам, услышали крики и в окно увидели драку. Выбежав на улицу, разняли дравшихся. Скандал прекратился, вернулись в квартиру. Когда уходили, заметили, что Х с ними нет. Услышали стон, побежали на улицу, где увидели лежащего Х. 

Свидетель Х А.Н. подтвердил в ходе следствия, что он присутствовал на праздновании дня рождения Х. Около часа ночи стали расходиться, но Х вышел чуть ранее. А когда он вышел из подъезда, увидел, что А. борется с двумя неизвестными парнями. Женщины рядом ругались с третьим парнем. Он (Х) оттащил одного из парней, с которым у него началась драка. Причину конфликта не знает. Затем по просьбе одного из незнакомцев Х назвал номер телефона и тот пообещал назначить встречу. Пообщавшись некоторое время в квартире Х, стали расходиться. Х ушел первым. На раздавшийся с улицы крик выбежал во двор и увидел у подъезда лежащего у на спине Х со следами ранений на груди и лице. Вызвали врачей, но потом, поместив его в машину, сами повезли в больницу. На перекрестке он не справился с управлением, заехал на клумбу. Подъехавшие врачи, осмотрев Х, сказали, что он умер. (т. 1, л.д. 158-161) 

Из показаний свидетеля Х Е.В., данных в ходе следствия, следует, что в вечернее время у нее дома со знакомыми, в том числе Х А., отмечали день рождения. Все выпивали и были пьяными. После того, как разошлись, она услышала крики во дворе дома, в том числе ее знакомых. Произошла драка, в которой участвовал Х и Х, а после этого они собрались на кухне у нее дома. Когда Х вышел из квартиры не знает, но после 4-х часов услышала крик Х Ю., просившей вызвать «скорую помощь». Она увидела у подъезда лежавшего без сознания, в крови Х А.. Так как бригада не приезжала, они погрузили Х в салон автомобиля и Х повез его в больницу. Затем позвонила Х Х и сообщила, что они попали в аварию, а А. умер. (т. 1, л.д. 151-154) 

Свидетель Х Р.Ю. показал в ходе следствия, что принимал участие в праздновании дня рождения Х. Затем он ушел домой и около 5-ти часов сообщили, что его автомобиль находится на перекрестке, а Х убили. Придя к этому месту, он увидел автомобиль на клумбе в центре перекрестка, в салоне был труп Х. По словам знакомых его порезали, они пытались отвезти его в больницу, но попали в аварию. (т. 1, л.д. 155-157) 

Сотрудник полиции - свидетель Х Д.В. пояснил, что выезжал по указанию оперативного дежурного на место происшествия к 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, где произошла массовая драка. Видел вместе с ФИО2 двоих его знакомых и его мать. Они находились в состоянии опьянения. ФИО2 пояснил, что в драке они не участвовали, но мать кто-то толкнул и повредил ей руку. Далее они успокоились и пошли в подъезд дома, в котором проживал ФИО2. (т.3, л.д. 91-92) 

Свидетель Х Е.Б. показала в судебном заседании, что ночью 

<

данные изъяты> была очевидцем потасовки между сыном и его знакомыми с одной стороны и незнакомыми парнями с другой. Затем они пошли домой, откуда она уехала в больницу. 

Свидетель Х Д.А. в судебном заседании показал, что 

<

данные изъяты> выпивал с ФИО1 и ФИО2, затем возле подъезда, в квартире которого он проживает, произошла потасовка. После нее все разошлись, а через некоторое время к нему домой пришли ФИО1 и ФИО2, оставили куртки. Через час позвонили и попросили встретить их на железнодорожной станции. 

В связи с наличием противоречий были оглашены показания Х, данные им в ходе предварительного следствия, по поводу которых он заявил, что действительно давал такие показания следователю. 

По этим показаниям, когда он находился у себя в квартире, около 4-х часов утра к нему пришли ФИО1 с ФИО2 и сообщили, что хотят разобраться с мужчинами, с которыми была драка. Куртки они оставили в его квартире, чтобы не быть опознанными по записи видеокамеры в подъезде. Лично не видел, но впоследствии обнаружил, что из ящика с инструментами, стоявшего в предбаннике, пропали нож и стамеска. Минут через 30 позвонил ФИО2 и просил вынести им куртки. Когда спускался, на первом этаже, на полу увидел пятна крови и понял, что произошла драка. При встрече ФИО2 сказал, что они зарезали человека и надеются, что он не умер. (т.3, л.д. 127-129). 

Помимо перечисленных показаний вина ФИО1 и ФИО2 в убийстве Х подтверждается и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, которые полностью согласуются между собой, а также с показаниями потерпевшей и свидетелей. 

<

данные изъяты> на перекрестке 

<

данные изъяты> при осмотре салона автомобиля «Х», был обнаружен труп Х со следами многочисленных резаных ранений и иных телесных повреждений на теле. (т. 1, л.д. 3-19) 

В ходе осмотра места происшествия – подъезда 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> зафиксированы лужицы, а также следы вещества бурого цвета на различных участках лестничных пролетов и лестниц, на стенах, а также перед подъездом, смывы и соскоб с которых изъяты. В ходе этого же осмотра обнаружены следы пальцев рук. (т. 1, л.д. 20-41) 

При осмотре тамбура в подъезде 

<

данные изъяты> обнаружен видеорегистратор, осуществляющий запись с внешних и внутренних камер, с которого на диск-накопитель была снята в ходе осмотра видеозапись событий 

<

данные изъяты> с 1-го по 6-й час. (т. 1, л.д. 91-93) 

Диск с этой видеозаписью осмотрен и признан вещественным доказательством. (т.3, л.д. 21-27, 28) 

На диске содержится видеозапись конфликта, описанного свидетелями, а также зафиксированы обстоятельства причинения ФИО2 и ФИО1 телесных повреждений Х. На ней можно наблюдать: 

- словесную перебранку группы женщин, стоящих у подъезда, с проходящими мимо мужчинами, с толканиями; затем драку Х и Х с ФИО2 и ФИО1, после чего все разошлись; 

- как около 3-х часов 25 мин. в подъезд вошли и прошли в лифт ФИО1 и ФИО2; около 3-х часов 55-ти мин. слышны мужские крики и зафиксировано, что по лестнице сбегает Х и выбегает из подъезда с раной и следами крови на груди, его преследуют ФИО2 и следом ФИО1, с ножом в левой руке; 

- как из подъезда выбегает Х, его настигает ФИО2, от толчка которого Х падает на асфальт и ФИО1 избивает его ногами, а ФИО2 наносит не менее 17-ти ударов ножом, ФИО1 же продолжает его бить руками и ногами по телу и голове. 

По выводам судебно-медицинской экспертизы трупа Х у него были обнаружены прижизненные четыре раны, проникающие в грудную и правую плевральную полость и 4 - в брюшную полость (ранения с повреждениями сердца, правого легкого, печени, правой почки, со скоплениями крови в полостях сердечной сорочки, в плевральных правой и левой, в брюшной, пропитывание кровью забрюшинной клетчатки справа в проекции поврежденной почки), проникающие в брюшную полость ранения живота без повреждения внутренних органов, каждое из которых по признаку опасности оцениваются как тяжкий вред здоровью. Смерть Х наступила от множественных проникающих колото-резаных ранений груди и живота с повреждениями внутренних органов (сердца, правого легкого, печени, правой почки), осложнившихся обильной кровопотерей и ее наступление находится в прямой причинно-следственной связи с причинившими тяжкий вред здоровью повреждениями. 

Кровоподтек и ушибленная рана в области правого глаза, волосовидный перелом крыши правой глазницы с кровоизлиянием в позадиглазничную клетчатку, по признаку опасности для жизни оцениваются как тяжкий вред здоровью и причинены ударно-травматическим воздействием твердого предмета с ограниченной поверхностью. 

Помимо этого экспертизой установлено наличие у Х иных повреждений, не имеющих с наступлением смерти прямой причинно-следственной связи, однако причинение всех ранений обусловило развитие обильного наружного кровотечения, они могли усугубить развитие обильного наружного кровотечения, что могло усугубить общее состояние и сыграть неблагоприятную роль в наступлении смерти. Это ранения мягких тканей правого плеча, левого бедра, левого надплечья, правой лопаточной области, не проникающие ранения боковых поверхностей туловища, сквозное ранение правого предплечья, ранения тканей правой половины лица, левого предплечья, ладонной поверхности левой кисти, передней поверхности груди, не имеющие признаков опасности для жизни, оценивающиеся как легкий вред здоровью.

А также – кровоподтек в лобно-височной области, ссадины левой брови, на спинке носа, кровоподтеки на плечах, ссадины в лобной области слева и справа, очаговые кровоизлияния в мягких тканях височных областей, ушибленная рана теменной области, не причинившие вреда здоровью. 

В основных разрезах колото-резаных ран, причиненных 23-мя воздействиями, отобразились признаки колюще-режущего предмета, каким мог быть клинок одного ножа. (т. 1, л.д. 48-72) 

Носильные вещи ФИО1 и ФИО2, а также Х, в том числе со следами крови, изымались в ходе следствия с соблюдением процессуальных норм (т.1, л.д. 119-122, 174-178; т.2, л.д.149-153) были осмотрены (т.3, л.д. 94-96), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т.3, л.д. 97) 

Молекулярно-генетической экспертизой установлено что следы крови на одежде ФИО1 (кофте, кроссовке, куртке), а также на кофте ФИО2 произошли от крови трупа Х с вероятностью не менее 99,99 % и ее происхождение от ФИО1 и ФИО2 исключено. (т.2, л.д. 112-139) 

По заключению судебно-медицинской экспертизы у ФИО2 обнаружена поверхностная рана в области первого пальца левой кисти, причиненная воздействием предмета с острым режущим краем, не исключено, что 

<

данные изъяты>. (т. 2, л.д. 47-49) 

Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы у ФИО1 была обнаружена поверхностная резаная рана на тыльной поверхности левой кисти, причиненная предметом с острым режущим краем, не исключено, что 

<

данные изъяты>; а также ссадины на задней поверхности локтевых суставов и на передней поверхности коленных суставов. (т. 2, л.д. 78-80). 

По заключениям психолого-психиатрических экспертиз ФИО2 и ФИО1 не страдают хроническими психическими расстройствами, обнаруживают признаки эмоционального неустойчивого расстройства личности; оба не обнаруживали в момент инкриминируемого деяния расстройства психической деятельности и находились в состоянии простого алкогольного опьянения; могли осознавать фактический характер своих действий, их общественную опасность и руководить ими; при этом ФИО2 обнаруживает признаки синдрома зависимости в результате употребления алкоголя, но в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. (т. 2, л.д. 61-66, 92-96) 

Аналогичные выводы содержатся в дополнительной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизе в отношении ФИО2, согласно которой в момент хищения чужого имущества 

<

данные изъяты>, он также мог осознавать фактический характер своих действий, их общественную опасность и руководить ими. (т.3, л.д.2-5) 

Действия ФИО2 в отношении Х суд квалифицирует по ст. 162 ч. 1 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего. 

Посягая на здоровье Х, ФИО2 избил его, применив тем самым насилие и причинив повреждения, повлекшие легкий вред здоровью. При этом ФИО2 действовал с прямым умыслом и завладел имуществом Х из корыстных побуждений. 

Его утверждения об отсутствии намерения похищать телефон очевидны своей надуманностью и явно обусловлены желанием смягчить ответственность за содеянное. Суд считает несоответствующим действительности его заявление об оскорблении со стороны Х, за что якобы он подверг последнего избиению. 

Потерпевший Х утверждал, что физическое воздействие началось неожиданно, с удара в нос, затем после падения продолжилось избиение и последовало извлечение ФИО2 его телефона из кармана, а на просьбу вернуть телефон – он получил удар ногой. 

Объяснение ФИО2 отобрания телефона у потерпевшего желанием воспрепятствовать обращению того в полицию несостоятельно, так как подобное действие, в условиях городской среды, никоим образом не обеспечивало невозможность такого обращения. 

Непосредственные действия ФИО2, их последовательность и обстоятельства совершенного объективно указывают на наличие у него умысла, направленного на завладение имуществом потерпевшего в ходе применения в отношении него физического насилия. 

Давая правовую оценку действиям ФИО2 и ФИО1 по эпизоду в отношении Х, суд квалифицирует их по ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору, и исходит из установленных приведенными выше доказательствами фактических обстоятельств дела, согласно которым договоренность о совершении убийства между ФИО2 и ФИО1 состоялась до начала действий, составляющих объективную сторону преступления, далее, они совместно принимали непосредственное участие в лишении жизни Х, то есть оба применяли насилие, являлись соисполнителями преступления, действуя с прямым конкретизированным умыслом, направленным на убийство потерпевшего и используя в качестве оружия нож, в результате применения обоими которого потерпевшему были причинены проникающие колото-резаные ранения жизненно важных органов, от которых наступила его смерть. 

Утверждения ФИО1 о непричастности к убийству Х опровергаются исследованными судом доказательствами. 

Первоначально ФИО1 давал признательные показания и говорил, что именно он вооружился ножом до встречи с Х в лифте, в котором этим же ножом бил его ФИО2, а затем он сам нанес потерпевшему несколько ударов ножом и во дворе дома, вновь бил потерпевшего ножом ФИО2. 

При проверке показаний на месте ФИО1 также подтвердил, что в лифте, вслед за ФИО2 он нанес несколько ударов ножом Х в живот. 

ФИО2 в ходе предварительного следствия также утверждал, что ФИО1 бил ножом потерпевшего в лифте. Эти же показания он подтвердил при их проверке на месте совершения преступления. 

Кроме того, на представленной следствием видеозаписи зафиксировано, что вслед за Х выбегали из подъезда ФИО2, а также ФИО1 с ножом в левой руке. 

Данными фактами безусловно доказывается непосредственное участие ФИО1 в убийстве Х. 

Объяснение ФИО1 расхождений показаний, данных в судебном заседании о непричастности к убийству Х и в ходе предварительного расследования об участии в убийстве, воздействием оперативных сотрудников, - не принимаются судом, поскольку такие показания давались им в присутствии защитника, он их повторил при проверке показаний на месте. Кроме того ФИО2 в судебном заседании подтвердил свои признательные показания в ходе следствия, когда он указывал на участие ФИО1 в убийстве Х и на нанесение им (ФИО1) ножевых ранений потерпевшему. 

Утверждение ФИО1, как ранее указывалось, опровергается записью камеры видеонаблюдения, на которой видно, что он преследовал Х с ножом в руке. 

Наличие и у ФИО1, и Палагина на руках поверхностных ран, причиненных предметом с острым режущим краем, что следует из заключений судебно-медицинских экспертиз, также объективно указывает на использовании ими обоими ножа при убийстве Х. 

Кроме того, первоначальные показания, данные ФИО1 и ФИО2 в присутствии защитников, в деталях согласуются с иными доказательствами по делу. 

С учетом доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в убийстве Х, а последнего и в разбойном нападении на Х, утверждения стороны защиты об иной квалификации действий ФИО1 - как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть Х, а ФИО2 по разбойному нападению – как причинение легкого вреда здоровью потерпевшего Х, несостоятельны, противоречат фактическим обстоятельствам дела и нормам уголовного закона. 

Оснований для признания каких-либо из доказательств недопустимыми не имеется. Сомнения в доказанности обвинения ФИО1 и ФИО2 в описанных преступлениях у суда отсутствуют. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и ФИО2, условия жизни семьи, роль каждого в убийстве Х и степень фактического в нем участия, а также данные о личности каждого: отрицательные характеристики по местам жительства, состояние здоровья ФИО2, обнаруживающего признаки эмоционально неустойчивого расстройства личности и признаки синдрома зависимости в результате употребления алкоголем, состояние здоровья ФИО1, также обнаруживающего признаки эмоционально неустойчивого расстройства личности. 

Судом учитывается частичное признание вины ФИО2 по разбойному нападению на Х и полное признание вины по убийству Х, а также частичное признание вины ФИО1 в совершенном преступлении и их признательные показания в ходе предварительного расследования. 

Смягчающим наказание ФИО2 обстоятельством суд признает наличие троих малолетних детей. 

Отягчающим обстоятельством ФИО2 и ФИО1 по преступлению в отношении Х, а ФИО2 и по разбойному нападению на Х, в соответствии со ст. 63 ч. 1.1 УК РФ, является их совершение в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Необходимость признания данного обстоятельства отягчающим, с учетом личностных особенностей ФИО2 и ФИО1, выявленных при проведении психолого-психиатрических экспертиз, вызвана тем, что их состояние опьянения стало определяющим в агрессивном реагировании на конфликтную ситуацию, спровоцировало их на преступные действия, способствовало снижению уровня контроля за ними, при игнорировании социально приемлемых норм поведения, что также характерно и по эпизоду разбойного нападения, совершенного ФИО2. 

К такому выводу суд приходит основываясь как на показаниях самих подсудимых, потерпевшей и свидетелей, так и на документально подтвержденных данных. 

С учетом общественной опасности и тяжести описанных выше преступлений, а также данных о личности каждого из осужденных, назначение наказания с применением ст.ст. 64 и 73 УК РФ невозможно, как и изменение категории преступления в соответствии со ст. 15 ч. 6 УК РФ. 

В силу требований ст. 58 ч. 1 п. «в» УК РФ отбывание наказания ФИО1 и ФИО2, как лицам, совершившим особо тяжкое преступление и ранее не отбывавшим лишение свободы, надлежит назначить в исправительной колонии строго режима. 

Наказание Палагину назначается по совокупности преступлений (убийства Х и разбойного нападения на Х) на основании ст. 69 ч. 3 УК РФ, путем частичного сложения наказаний за каждое из этих преступлений. 

С учетом того, что преступления по настоящему делу ФИО2 совершил в период условного осуждения по приговору 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, в соответствии со ст. 74 ч. 5 УК РФ надлежит отменить условное осуждение и окончательное наказание определить по совокупности приговоров - по правилам ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения к наказанию по настоящему приговору неотбытой части наказания по приговору от 

<

данные изъяты>. 

Принимая решение по исковым требованиям потерпевшей Х Ю.В., суд исходит из положений ст.ст. 151, 1099 ГК РФ и учитывает, что действиями подсудимых, лишивших ее супруга, причинены нравственные страдания, в значительной мере обусловленные и обстоятельствами причинения ему смерти, чем существенно усиливается степень негативных психических реакций и переживаний потерпевшей. 

Определяя размер компенсации в денежной форме, подлежащей взысканию в долевом порядке с каждого из подсудимых, а также исходя из требований разумности и справедливости в соответствии со ст. 1101 ГК РФ, суд учитывает степень вины ФИО1 и ФИО2, их материальное положение, а также невосполнимость утраты для потерпевшей близкого человека, при тяжелых фактических обстоятельствах произошедшего. 

В части возмещения материальных расходов в размере 180 000 руб., исковые требования Х Ю.В. не могут быть удовлетворены в связи с отсутствием в настоящее время документального подтверждения, то есть суд признает за потерпевшей право на предъявление такого иска в порядке гражданского судопроизводства.

Что касается исковых требований прокурора к ФИО2, то в соответствии со ст. 44 ч. 3 УПК РФ гражданский иск в защиту интересов муниципальных образований, государственных и муниципальных унитарных предприятий, может быть предъявлен прокурором. И по действующему в настоящее время Указу Президиума ВС СССР «О возмещении средств, затраченных на лечение граждан, потерпевших от преступных действий», взыскание средств, затраченных на стационарное лечение граждан, потерпевших от преступных действий, производится судом при постановлении приговора на основании материалов уголовного дела и подлежат взысканию с лиц, осужденных за умышленные преступления. 

Расходы на стационарное лечение Х П.В., находившегося в лечебном учреждении с 

<

данные изъяты> года, подтверждены 

<

данные изъяты> и составляют 18 848 руб. 

В соответствии со ст. 31 Федерального закона «Об обязательном медицинском страховании в РФ» иск о возмещении расходов на оплату оказанной медицинской помощи застрахованному лицу вследствие причинения вреда его здоровью и связанных с ними расходов страховой медицинской организации предъявляется в порядке гражданского судопроизводства. 

Таким образом, исковые требования прокурора подлежат удовлетворению и указанная сумма - взысканию с Палагина на 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> фонда обязательного медицинского страхования, как с лица, осужденного за разбойное нападение на Х, стационарное лечение которого осуществлялось в отделении травматологии и ортопедии медицинского учреждения. 

Вещественные доказательства: носильные вещи и обувь потерпевшего и осужденных надлежит возвратить по принадлежности; смыв и два соскоба вещества – необходимо уничтожить как не представляющие ценности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ и назначить наказание – лишение свободы на ЧЕТЫРНАДЦАТЬ лет, с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на ОДИН год, с установлением ограничений: не изменять место жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором расположено место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания, в который являться один раз в месяц для регистрации. 

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 105 ч. 2 п. «ж», 162 ч. 1 УК РФ и назначить наказание:

- по ст. 105 ч. 2 п. «ж» УК РФ лишение свободы на ТРИНАДЦАТЬ лет, с ограничением свободы на ОДИН год; 

- по ст. 162 ч. 1 УК РФ лишение свободы на ТРИ года. 

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности названных преступлений, путем частичного сложения, назначить лишение свободы на ЧЕТЫРНАДЦАТЬ лет, с ограничением свободы на ОДИН год, с установлением ограничений: не изменять место жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором расположено место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания, в который являться один раз в месяц для регистрации. 

На основании ст. 74 ч. 5 УК РФ отменить условное осуждение по приговору Орехово-Зуевского городского суда от 

<

данные изъяты> и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания, окончательно назначить лишение свободы на ПЯТНАДЦАТЬ лет, с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на ОДИН год, с установлением ограничений: не изменять место жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, в котором расположено место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания, в который являться один раз в месяц для регистрации. 

Срок отбывания наказания обоим осужденным исчислять с даты вступления приговора в законную силу. 

В соответствии со ст. 72 ч. 3.1 п. «а» УК РФ зачесть ФИО1 и ФИО2 в срок лишения свободы время предварительного содержания под стражей с 

<

данные изъяты> по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Меру пресечения осужденным до вступления приговора в законную силу оставить заключение под стражу.

Гражданский иск потерпевшей Х Ю.В. удовлетворить частично и взыскать с ФИО1 800 000 (восемьсот тысяч) руб. и с ФИО2 800 000 (восемьсот тысяч) руб. в пользу Х Х Х в виде компенсации морального вреда.

Признать за Х Ю.В. право на предъявление иска о возмещении материальных расходов в порядке гражданского судопроизводства. 

Гражданский иск прокурора удовлетворить - взыскать с ФИО2 18 848 (восемнадцать тысяч восемьсот сорок восемь) руб. на расчетный 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> фонда обязательного медицинского страхования. 

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>: одежду и обувь Х А.Ю., ФИО2 и ФИО1 возвратить по принадлежности; смыв и два соскоба вещества – уничтожить; коробку из-под телефона и телефон «Х» оставить по принадлежности у Х П.В.; DVD-диск с детализацией телефонных переговоров и DVD-диск с видеозаписями с камер наблюдения оставить в материалах дела. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Первый апелляционный суд общей юрисдикции через Московский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными – в тот же срок со дня вручения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий