Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Белогорский городской суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Сидельниковой И.А., 

при секретаре Романцовой В.А.

с участием представителя истца, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований - ФИО1

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований прокуратуры 

<

адрес> – ФИО2

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований СУ СК России по 

<

адрес> - ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда

у с т а н о в и л :

Истец обратилась в суд с указанным иском, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 

<

данные изъяты>

В обоснование заявленных требований указывает, что его сын - ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ был задержан 

<

адрес> отделом СУ СК РФ по 

<

адрес> по подозрению в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ. в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Весть период предварительного расследования и в период рассмотрения дела в Белогорском городском суде сын находился под стражей. ДД.ММ.ГГГГ. в отношении сын вынесен оправдательный приговор, который вступил в силу на основании апелляционного определения Амурского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ. За сыном признано право на реабилитацию. В связи с незаконным задержанием, содержанием сына под стражей в течении 2-х лет и 8 месяцев, предъявлении ему обвинения в совершении тяжкого преступления испытал нравственные страдания от разлуки с сыном, сильно переживал, что ему могут причинить в местах изоляции от общества физический вред, поскольку он обвиняется в преступлениях против половой свободы женщины. Были нарушены его права на семейную жизнь, на ежедневное свободное общение без посторонних лиц и глаз. За более чем 30 месяцев не имел возможности обнять сына, поговорить с ним. Переживал, что сына осудят на длительный срок. Доставляло страдание, что дома осталась больная жена, которая беспокоилась о сыне. Доставляло страдание, что сын не видит как растет его сын, который родился на следующий день после его ареста. Привлечение сына к уголовной ответственности разрушила их семейную жизнь, планы. В 

<

адрес> приехали зарабатывать деньги, что бы оплатить операцию жене. Но из-за того что сын был взят под стражу планы были нарушены. Пришлось оплачивать услуги защитника по уголовному делу для сына.

В судебном заседании представитель истца настаивает на требованиях, доводы указанные в иске поддерживает, дополнительно суду пояснила, что незаконное уголовное преследование сына привело к нарушению личных неимущественных благ истца, охраняемых законом и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, в том числе право на личную и семейную жизнь, право на общение с сыном и получение заботы и внимания от него, проживание с ним единой семьей, а равно причинило ему самостоятельные нравственные и физические переживания и умалило его собственные честь и достоинство как отца человека, незаконно обвиняемого в совершении тяжкого преступления и содержащегося под стражей, в результате создания в обществе, в том числе в ассоциации узбеков и узбекистанцев, откуда запрашивалась характеризующая информация на сына негативного представления о нем как о плохом отце, воспитавшим якобы социально-опасную личность. Незаконное привлечение сына к уголовной ответственности явилось психотравмирующей ситуацией, что повлекло внутренние душевные переживания, стресс, страхи, волнения, душевный дискомфорт за судьбу сына, который обвинялся в тяжком преступлении.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований прокуратуры 

<

адрес> исковые требования не поддержала, суду пояснила, что по смыслу и взаимосвязи ст151ГК РФ и ст.1100 ГК РФ правом на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя вреда законодатель наделил только гражданина которому вред причинен в результате его незаконного привлечение к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. Сын истца реализовал свое право на возмещение морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, за истцом право на реабилитацию не признавалось. Просит в иске отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований СУ СК России по 

<

адрес> исковые требования не признал, высказал аналогичную позицию как и представитель прокуратуры 

<

адрес>. 

В судебное заседание не явились истец, представитель ответчика, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований - СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, следователь СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6, ФИО5, хотя о времени и месте судебного заседания были извещены своевременно и надлежащим образом. От истца и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований ФИО5 поступили заявления о рассмотрении дела в и отсутствие. На основании ст.167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В письменных возражениях представитель ответчика указывает, что из системного толкования ст.ст.151, 1100 ГК РФ следует что право требовать взыскания морального вреда связано исключительно с личностью реабилитированного лица и носит личный характер, в связи с чем моральный вред возмещается непосредственно реабилитированному. Доводы истца не подтверждены каким-либо объективными доказательствами. Просит в иске отказать.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ. следователем по ОВД СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО6 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ. по подозрению в совершении указанного преступления был задержан ФИО5, с указанного времени он находился под стражей. Ему было предъявлено обвинение за совершения преступления, предусмотренного п. 

<

данные изъяты> УК РФ.

Согласно приговора 

<

адрес> городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5, оправдан за непричастностью в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ. Мера пресечения – заключение под стражей отменена. ФИО5 был освобожден из-под стражи в зале суда. Приговор вступил в силу. На основании 

<

данные изъяты> УПК РФ за ФИО5 признано право на реабилитацию.

В порядке реабилитации, на основании решения 

<

адрес> городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

ФИО5 является сыном ФИО4

Истец, ссылаясь на ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также на ст. 151 ГК РФ, указал на то, что в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности его сына, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу было нарушено его право на семейную жизнь, поскольку он был лишен возможности общения с сыном, испытывал негативные эмоции, лишился оказываемой ему сыном материальной помощи, испытывал физические и нравственные страдания.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статья 151 ГК РФ устанавливает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. При этом согласно п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В пунктах 2 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Статьей 12 Всеобщей декларации прав человека провозглашено, что никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, 

<

данные изъяты> его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В соответствии со ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Цель приведенных норм Конвенции - защита индивида от произвольного вмешательства органов государственной власти в его личную и семейную жизнь. В связи с этим на публичные власти возлагается обязанность воздерживаться от действий, направленных на вмешательство в осуществление каждым человеком права на уважение частной и семейной жизни, то есть препятствующих свободному (от вмешательства государства) существованию семьи и построению взаимоотношений ее членов по их добровольному волеизъявлению.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Учитывая, что в результате незаконного привлечения ФИО5 к уголовной ответственности, нахождения под стражей длительный срок (2 года 8 месяцев), ФИО4, как отец переживал за здоровье и судьбу сына, он был лишен возможности общаться с ним, получать материальную помощь и заботу от него, до заключения под стражу они проживали совместно одной семьей, поддерживали близкие семейные отношения, что свидетельствует о нарушении право истца на уважение их семейной и частной жизни, о причинении истцу физических и нравственных переживаний и умалению его собственной честь и достоинство как родителя человека, незаконно обвинявшегося в совершении тяжкого преступления против половой неприкосновенности и содержавшегося под стражей, в результате создания в обществе негативного представления о нем как о плохом родителе, воспитавшем якобы социально опасную личность.

В силу ч. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Ответственность по ст. 1069 ГК РФ наступает на общих основаниях, предусмотренных ст. 1064 ГК РФ.

Учитывая обстоятельства при которых был причинен моральный вред, что незаконный характер уголовного преследования сына истца установлен вступившим в законную силу приговором суда, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между незаконным осуждением сына истца и нарушением личных неимущественных прав истца.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч.2 ст.1101 ГК РФ).

Руководствуясь вышеуказанными нормами права, с учетом разъяснений содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" учитывая характер физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости, компенсация морального вреда подлежит возмещению в размере 

<

данные изъяты>.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО4 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд в течении месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья И.А. Сидельникова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ. 

.