Судья Меллер А.В. 

Дело № 22-139/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Петропавловск-Камчатский 

18 февраля 2025 года 

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующего, судьи Елаховой В.А., 

при секретаре Изумрудовой И.Н.,

с участием прокурора Торопова Д.В.,

подсудимого ФИО1,

потерпевшего ФИО2,

адвоката Миронова С.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Бойко А.В. на постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 24 декабря 2024 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим, в соответствии со ст. 76 УК РФ ФИО1 освобожден от уголовной ответственности.

Постановлением разрешены вопросы по процессуальным издержкам, вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Елаховой В.А. о содержании обжалуемого судебного решения, доводах представления, выслушав по доводам апелляционного представления прокурора Торопова Д.В., подсудимого ФИО1, потерпевшего ФИО2 и адвоката Миронова С.А., суд апелляционной инстанции

установил:

органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Потерпевший ФИО2 в ходе рассмотрения дела обратился с заявлением о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, поскольку примирился с ФИО1, ему компенсирован материальный ущерб и моральный вред, подсудимый принес ему извинения.

По итогам рассмотрения ходатайства потерпевшего, судом вынесено обжалуемое постановление.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Бойко А.В., выражая несогласие с принятым решением, указывает, что суд необоснованно прекратил уголовное преследование в отношении ФИО1, оставив без внимания основной и дополнительный объекты преступления, положения ст. 25 УПК РФ, 76 УК РФ, правовую позицию Конституционного Суда РФ, сформулированную в постановлении от 24 апреля 2003 года № 7-П и определении от 4 июня 2007 года № 519-О-О. Полагает, что само по себе возмещение потерпевшему материального, морального вреда и примирение с ним, не свидетельствует о заглаживании вреда, причиненного основному объекту преступного посягательства - общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения, чему судом оценки не дано и не указано какие конкретно обстоятельства повлияли на снижение степени общественной опасности преступления. Считает, что любые позитивные действия ФИО1 по отношении к потерпевшему не снижают общественную опасность содеянного, заключающегося в гибели человека. Обращает внимание, что ФИО1 покинул место ДТП и был остановлен на выезде с территории дома очевидцем преступления. Освобождение ФИО1 от уголовной ответственности исключает возможность назначения обязательного дополнительного наказания. Просит отменить постановление суда, направив уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу части 4 статьи 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. По смыслу закона постановление признается таковым, если суд при его вынесении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы на установленных им фактах, правильно применил закон.

Согласно ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности.

Данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 обвинялся в том, что он, 1 октября 2024 года в период с 17 часов 33 минут по 17 часов 34 минуты, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, у дома 

<

адрес>, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, в нарушение п.п. 1.5 и 8.12 Правил дорожного движения РФ, при движении задним ходом, не убедился в безопасности выполняемого им маневра, не прибегнул к помощи других лиц, создав этим возникновение ситуации «опасность для движения», предусмотренной понятием п. 1.2 ПДД, при которой продолжение движения в этом же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, совершил наезд на пешехода ФИО3, в результате чего потерпевшей причинены телесные повреждения, в том числе в виде закрытой травмы груди, от которой наступила её смерть ДД.ММ.ГГГГ в медицинском учреждении.

Принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, суд указал, что исходит из характера и степени общественной опасности преступления, в совершении которого последний обвинялся, данных о его личности, последовательной позиции потерпевшего, свидетельствующей о состоявшемся между сторонами примирении.

При этом суд учел то, что ФИО1 не судим, обвиняется в совершении преступления средней тяжести, характеризуется положительно, признал свою вину, раскаялся в содеянном, принес извинения потерпевшему, возместил ущерб и моральный вред, причиненный преступлением вред заглажен в полном объеме.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 года N 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений статей 76 УК РФ и 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Такая же позиция нашла отражение в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Принимая решение, суд не учел, что объектами преступного посягательства, предусмотренного статьей 264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также здоровье и жизнь человека.

Таким образом, общественная опасность данного уголовно-наказуемого деяния заключается в пренебрежении водителем правилами дорожного движения и как следствие основополагающим правом человека на жизнь, закрепленным в ст. 2, ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, утрата которой, необратима и невосполнима.

Освобождая ФИО1 от уголовной ответственности, и делая вывод о полном возмещении ущерба, судом оставлено без внимания, что ФИО1, не только нарушил правила дорожного движения, но и то, что его действия повлекли по неосторожности смерть ФИО3, само по себе возмещение морального и материального вреда, связанного со смертью потерпевшего, не может снизить общественную опасность содеянного, заключающегося в гибели человека.

Кроме того, прекращение уголовного дела не ограничило ФИО1 в праве управления транспортными средствами, несмотря на то, что преступление, в совершении которого он обвинялся, посягало на общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности.

В обжалуемом постановлении суд не указал, какие действия ФИО1 расценены как загладившие вред вышеуказанным общественным интересам, при этом, из материалов дела следует, что ФИО1 неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения (т.1, л.д.178-179).

При рассмотрении дела судом первой инстанции указанные выше обстоятельства и требования закона не были приняты во внимание, постановление подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38915, 38920 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 24 декабря 2024 года в отношении ФИО1 отменить, передать уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в тот же суд на новое судебное разбирательство иным составом суда.

Апелляционное представление государственного обвинителя Бойко А.В. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Судья Камчатского краевого суда В.А. Елахова