РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 мая 2019 года г. Тольятти

Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Новинкиной С.Е., 

при секретаре Дроздовой К.С.,

с участием истца – ФИО3, 

представителя ответчика – ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4202/2019 по иску ФИО3 к ИП ФИО2 о признании отстранения от работы и приказа об увольнении незаконным, об изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в Автозаводский районный суд г. Тольятти с иском к ИП ФИО2, в котором с учетом утонения исковых требований просила признать отстранение от работы и приказ об увольнении от 29.12.2018г. незаконным, изменить формулировку увольнения с п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, взыскать среднюю заработную плату за время вынужденного прогула, начиная с 31.12.2018г. и по день вынесения решения суда, компенсировать моральный вред в размере 50000 рублей. 

В обоснование своих требований истец указала, что с 01.02.2016 года принята на работу в ИП ФИО2 на должность продавца-консультанта. 29.12.2018 года работодатель вручил предупреждение о том, что срок трудового договора № 32/10 от 01.02.2016г., заключенный между ней и ИП ФИО2 истекает 31.12.2018г. в связи с чем на основании ст. 79 ТК РФ ИП ФИО2 расторгает вышеуказанный договор. Вместе с предупреждением ей были вручены копия приказа по личному составу от 28.12.2018г., справка о доходах физического лица за 2017г. и 2018г. и трудовая книжка. Вместе с тем, согласно изменению к трудовому договору № 32/10 от 30.12.2016г. пункт № 6 трудового договора, заключенного 01.02.2016 г. изложен в новой редакции, а именно: начало 01.01.2017г., окончание – не определено. 10.02.2017г. данное изменение было зарегистрировано в Филиале № 10 Государственного учреждения Фонда социального страхования Российской Федерации.

01.02.2019г. ФИО3 обратилась с жалобой в Трудовую инспекцию. Из ответа инспекции от 19.03.2019г. № 63/10-1325-19-И следует, что в результате проведенной проверки установлено, что трудовой договор истцом продлялся (Изменения в трудовой договор от 31.12.2016г. и от 31.12.2017), поэтому датой окончания срока трудового договора согласно внесенных изменений от 31.12.2017г. является 31.12.2018г. Также истец указывает, что ее работа была связана с продажей смывающих и обезвреживающих средств (растворителей, технических масел, тосола и антифриза, в том числе на разлив, лаков, краски, спирта), при этом средствами индивидуальной защиты она обеспечена не была, инструктаж ни по охране труда, ни по технике безопасности, ни разу не проводился.

ФИО3 полагает, что так как ее работа была связана с вредными условиями труда, а также полагая свое увольнение незаконным, просит компенсировать моральный вред в сумме 50000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 настаивала на том, что работала по бессрочному трудовому договору, при этом считает, что работадателем была нарушена процедура увольнения, а именно не соблюден трехдневный срок, в который сотрудник должен быть предупрежден об увольнении. О том, что была еще одна пролонгация трудового договора, она не помнит. Вместе с тем, высказала сомнения в подлинности своей подписи на изменениях в договоре от 31.12.2017г., однако с уверенностью сказать, что это подпись поставлена не ей, она не смогла. Подтвердила то, что ей известно, что по спорам об увольнении, законом предусмотрен месячный срок для обращения в суд, однако причин того, что в суд она обратилась лишь 04.04.2019 года, назвать не смогла. Посчитала, что правильным будет до обращения в суд обратиться в Трудовую инспекцию.

Представитель ответчика – адвокат ФИО5, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала. Указала на то, что истец в обоснование незаконного увольнения ссылается на не соблюдение трехдневного срока, то есть на норму, которая применима к срочным трудовым договорам, однако, между сторонами был заключен иной договор, а именно - бессрочный. Однако, если даже встать на позицию истца, работодателем и трехдневный срок соблюден, поскольку 29.12.2019г. ФИО3 была предупреждена о предстоящем увольнении, а последним рабочим днем для нее было 31.12.2018г. Кроме того, заявила о пропуске месячного срока для обращения в суд по данной категории дел. После увольнения 31.12.2018 года до 04.04.2019 года истец в суд не обращалась без уважительных причин.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 в судебном заседании пояснила, что работала вместе с истцом у ответчика по бессрочному трудовому договору. Считает, что истец также работала по договору без определенного срока окончания. Уволилась 11.01.2019 года.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО7 в судебном заседании пояснила, что также работала у ИП ФИО2 С ней было заключено два срочных трудовых договора и третий – бессрочный. Уволилась по собственному желанию в связи с выходом на пенсию. 

Суд, выслушав истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к следующим выводам.

Как следует из ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 58 ТК РФ трудовые договоры могут заключаться:

1) на неопределенный срок;

2) на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Положениями п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ предусмотрено, что основаниями прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В силу ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

В соответствии с ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника.

При этом законодателем не определен конкретный день издания приказа о прекращении трудового договора, поэтому он может быть издан до наступления даты увольнения. 

Судом установлено, что на основании трудового договора № 32/10 от 01.02.2016 года ФИО3 была принята на работу в ИП ФИО2 на должность продавца-консультанта. 

Согласно п. 6 трудового договора срок действия договора определен с 01.02.2016 года до 31.12.2016 года. 

Изменениями от 30.12.2016 года в трудовой договор № 32/10 от 01.02.2016 года в п. 6 внесены изменения: начало договора 01.01.2017 года, окончание – не определено (л.д. 21).

Изменениями от 31.12.2017г. в трудовой договор № 32/10 от 01.02.2016 года в том числе внесены изменения в п. 6: начало договора 01.01.2018 года, окончание – 31.12.2018 года (л.д. 71). Суду предоставлен подлинник данного соглашения на л.д. 71, где стоит подпись ФИО3 На вопрос суда, ее ли данная подпись, ФИО3 поясняла, что не помнит, чтобы подписывала данные изменения, сомневается, но подпись похожа. В предыдущих судебных заседаниях поясняла, что подпись ее, но она сомневается.

Предупреждением о расторжении трудового договора ФИО3 уведомлена о предстоящем увольнении на основании ст. 79 Трудового кодекса РФ в связи с истечением срока действия трудового договора, с которым истец ознакомлена под роспись 29.12.2018 года (л.д. 4). 

31.12.2018 года истец была уволена на основании приказа № 12 от 29.12.2018 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работодателя), с которым истец также была ознакомлена. О том, что ей вручалось и предупреждение 28.12.2018 и впоследствии была вручена трудовая книжка, ФИО3 также не оспаривала в суде. 

Также 29.12.2018 года работодатель произвел необходимые выплаты ФИО3 в размере 5628 рублей, что подтверждается платежным поручением № 30 (л.д. 26 – оборот). Кроме того, на основании расходного кассового ордера № 4 от 04.01.2019 года ФИО3 выплачены денежные средства в размере 4811 рублей (л.д. 72). Данные обстоятельства ФИО3 в судебном заседании не оспаривались.

Также истцом не оспаривалось, что последним ее рабочим днем было 31.12.2018 года.

Из материалов следует, что ФИО3 обращалась в Государственную инспекцию труда в Самарской области с заявлением о проведении проверки деятельности ИП ФИО2 на предмет нарушения ее трудовых прав (вх. ГИТ от 05.02.2019г. № 63/7-730-19ОБ). 

Согласно ответа Государственной инспекции труда в Самарской области от 19.03.2019 года, увольнение истца 31.12.2018 года является обоснованным в связи с вносимыми изменениями в трудовой договор относительно срока его окончания и, соответственно, истечением его срока (л.д. 12-13). 

Доводы истца о том, что в нарушение требований трудового законодательства ответчиком не соблюдена процедура письменного уведомления работника за три дня до окончания срока трудового договора, суд признает несостоятельными.

В судебном заседании 06.05.2019 года ФИО3 пояснила, что свое волеизъявление о предстоящем увольнении ответчик озвучил ей 28.12.2018 года. 29.12.2018 года ФИО3 ознакомлена с приказом об увольнении. Последним рабочим днем, как уже указывалось выше, являлось 31.12.2018 года.

Более того, в ходе судебного разбирательства, истец настаивала на том, что оспаривает именно срочный трудовой договор, при этом судом не установлено, что в период действия договора истец обращалась к ответчику с заявлениями об изменении условия о срочном характере договора. Заявлений о приеме ее на работу на иной срок не подавала, о пролонгации спорного договора также не просила.

В судебном заседании истец, по мнению суда, противоречит сама себе, говоря о нарушении процедуры ее увольнения – о нарушении 3-х дневного срока вручения ей предупреждения о предстоящем увольнении, и в то же время говоря о том, что с ней был заключен именно бессрочный трудовой договор, и ни о каких дополнительных изменениях в ее трудовой договор она не знает, и ничего более не подписывала, в своей подписи сомневается.

Просит изменить формулировку ее увольнения по собственному желанию и дату увольнения на дату вынесения судебного решения с выплатой за прошедшие 5 месяцев ей заработной платы, объясняя это тем, что будущие работодатели будут к ней плохо относиться и она будет вынуждена объяснять, почему она уволена по истечению срока трудового договорам. Данные доводы суд полагает неубедительными и не заслуживающими внимания, так как позиция истца не является последовательной в ходе судебного разбирательства, ничем не подтверждается, а кроме того, ФИО3 не было заявлено никаких ходатайств о предоставлении дополнительных надлежащих достоверных относимых доказательств в подтверждении заявленных исковых требований. 

Таким образом, увольнение истца 31.12.2018 года по истечении срока окончания срочного трудового договора является правомерным, следовательно, оснований для внесения изменений формулировки увольнения на п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ не имеется, как и не имеется оснований для изменения даты увольнения истца с 31.12.2018 года на дату вынесения решения по данному делу.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись законные основания для принятия решения об увольнении истца с работы по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, а сама процедура увольнения ФИО3 произведена работодателем с соблюдением установленного нормами Трудового кодекса РФ порядка увольнения работника в связи с истечением срока трудового договора.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, на то, что предусмотренные в ч. 1 ст. 392 указанного Кодекса сроки для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора являются более короткими по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такие сроки, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не могут быть признаны неразумными и несоразмерными, поскольку направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности являются достаточными для обращения в суд. Кроме того, трудовое законодательство устанавливает специальный механизм защиты и восстановления трудовых прав работников, учитывая особый характер трудовых прав граждан и относительно краткие сроки для обращения в суд - при пропуске срока по уважительным причинам он согласно ч. 3 ст. 392 ТК РФ может быть восстановлен судом в установленном порядке.

При этом в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствующие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжело больными членами семьи).

В соответствии со ст. 199 ГПК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая изложенные нормы, срок на обжалование приказа об увольнении по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ истекает 29.01.2019 года. Исковое заявление истцом подано в суд только 04.04.2019 года. К этой дате истцом пропущен и 3-х месячный срок разрешения индивидуального трудового спора. Заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока с указанием уважительных причин пропуска от истца не поступало.

Оценив в совокупности доказательства, имеющиеся в материалах дела, и полученные в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, в том числе и в связи с пропуском ФИО3 срока для обращения в суд с иском о разрешении индивидуального трудового спора, будь то признании приказа об увольнении незаконным, или об изменении формулировки и даты ее увольнения.

Так как судом не найдено оснований для удовлетворения основного требования, то оснований для удовлетворения производного от него требования о взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст. 77 ТК РФ, ст.ст. 194-199, 320-327 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ИП ФИО2 о признании отстранения от работы и приказа об увольнении незаконным, об изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Решение в полной форме изготовлено 03.06.2019 года.

Судья С.Е. Новинкина