Дело № 2-74/2020

УИД 54RS0001-01-2019-005044-05

Поступило в суд 23.07.2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июля 2020 года город Новосибирск

Дзержинский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Катющик И.Ю.,

при секретаре Матвеевой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по первоначальному иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о возврате стоимости имущества, по встречному иску ФИО4 к ФИО3 о признании расписки безнадежной,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратилась в суд с указанным иском, мотивируя требования тем, что ей 27 июля 2017 года был приобретен автомобиль ... у ФИО5, который распоряжался указанным автомобилем на основании нотариальной доверенности, выданной ему ФИО7 При покупке автомобиля истцом было проверено транспортное средство на предмет каких-либо обременений со стороны третьих лиц на официальном сайте ГИБДД: залога, ареста и иных обременений на указанный автомобиль на момент покупки не имелось. 

Позднее истцу стало известно, что к ней и ФИО7 07 августа 2017 года ФИО1 подано исковое заявление в Хорошевский районный суд г. Москвы о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными (аннулировании) регистрационных действий в отношении автомобиля ..., VIN: .... В обоснование исковых требований ФИО1 было указано, что он передал ФИО7 автомобиль ..., принадлежащий ему на праве собственности, во временное пользование, точный срок возврата автомобиля собственнику не оговаривался, между ФИО1 и ФИО7, была достигнута договоренность, что автомобиль будет возвращен ФИО7 по первому требованию. Осенью 2016 года ФИО1 потребовал у ФИО7 возвратить автомобиль, на что он ответил согласием, позже перестал отвечать на телефонные звонки, не вернув автомобиль собственнику. ФИО1 стало известно, что ФИО7 неправомерным путем, сфальсифицировав договор купли-продажи, без его ведома и согласия переоформил на себя автомобиль ..., при этом доверенностей на имя ФИО7 он никогда не оформлял, договоров, касающихся спорного автомобиля, не заключал. 

По решению Хорошевского районного суда г. Москвы от 20 июля 2018 года договор купли-продажи, заключенный между ФИО1 и ФИО7, признан недействительным, право собственности на автомобиль ..., VIN: ... признано за ФИО1, также судом постановлено истребовать из владения ФИО3 данный автомобиль и возвратить его в собственность ФИО1

Истец ФИО3 полагает, что является добросовестным приобретателем, поскольку на момент покупки автомобиля у ФИО7 не знала и не могла знать о том, что он приобрел спорный автомобиль незаконным путем и не имеет права владения и распоряжения им. Кроме того, ФИО7, не имея законного права собственности на указанный автомобиль, предпринял действия, направленные на продажу автомобиля: между ФИО4 и ФИО7 01 июня 2017 года был заключен договор купли-продажи спорного автомобиля, также оформлена нотариальная доверенность от имени ФИО7, дающая право ФИО4 распоряжаться спорным автомобилем с целью дальнейшей продажи. 27 июля 2017 года истцом был приобретен автомобиль ..., стоимость которого составила 1.250.000 рублей.

Основанием для изъятия у истца автомобиля явились незаконные действия ФИО7, следовательно, как указанно истцом, данные основания возникли до момента исполнения договора купли-продажи, заключенного между ней и ФИО4 Знать об обстоятельствах, послуживших основанием для изъятия у нее спорного автомобиля, она не могла, так как данные обстоятельства стали известны и подтвердились только после проведения почерковедческой экспертизы в рамках гражданского дела по исковому заявлению ФИО1

На основании изложенного, с учетом уточнения требований, принятых судом 27 февраля 2020 года, ФИО3 просит взыскать в свою пользу солидарно с ответчиков ФИО4, ФИО5, ФИО6 денежные средства в сумме 1.270.000 рублей в качестве возврата стоимости имущества - автомобиля ..., VIN: ...; расходы на уплату государственной пошлины в размере 14.450 рублей.

В судебном заседании 18 декабря 2019 года судом было принято к производству встречное исковые заявление ФИО4 к ФИО3 о признании расписки от 27 июля 2017 года о получении ФИО4 от ФИО3 денежных средств за автомобиль ..., VIN: ..., в сумме 1.250.000 рублей, безденежной. В обоснование требований истец по встречному иску (ответчик по первоначальному иску) указал, что спорную расписку никогда не писал, в какие-либо договорные отношения с ФИО3 не вступал, денежных средств от нее не получал, автомобиль ФИО3 не продавал и доверенности от ФИО7 не получал. Также указал, что из решения Хорошевского районного суда г. Москвы от 20 июля 2018 года и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 ноября 2018 года следует лишь то, что ФИО3 приобрела автомобиль у ФИО7, а не у ФИО4

Истец по первоначальному иску (ответчик по встречному иску) ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, обеспечила явку представителя ФИО8, которая в судебном заседании обосновывала солидарный порядок взыскания тем, что при совершении сделки принимали участие все три ответчика, 20.000 рублей в качестве аванса были переданы ФИО5, который показывал ФИО3 автомобиль перед покупкой, условия сделки определялись ФИО4, непосредственно в момент регистрации присутствовал ФИО6, он же передавал пакет документов и автомобиль, а также расписку от имени ФИО4 о получении им денежных средств в размере 1.250.000 рублей за автомобиль 27 июля 2017 года. Относительно удовлетворения встречных исковых требований ФИО8 возражала, считая их необоснованными, так как материалами дела подтверждается факт передачу ФИО4 денежных средств.

Ответчик по первоначальному иску (истец по встречному иску) ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя ФИО9, который возражал против удовлетворения первоначальных исковых требований по доводам, указанным во встречном исковом заявлении, встречные исковые требования поддержал в полном объеме. В письменных возражениях на уточненное исковое заявление указал, что расписку от 27 июля 2017 года ФИО4 не писал, денежных средств от ФИО3 не получал, никакую переписку с ФИО3 не вел. Кроме того, подлинник расписки отсутствует в материалах дела. Считает, что довод ФИО3 о том, что ею договор был заключен не с ФИО7, а с ФИО4, противоречит лично подписанному и представленному в органы ГИБДД договору, заключенному ею и ФИО7 Обратил внимание суда, что доказательств выдачи ФИО7 доверенности ФИО4 истцом по первоначальному иску (ответчиком по встречному иску) не представлено. 

Ответчики по первоначальному иску ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, конверты вернулись в суд с отметкой «истек срок хранения».

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 пояснил, что в конце июля 2017 года он с женой ФИО3 решили приобрести себе автомобиль, нашли подходящий вариант и поехали на его осмотр, где их встретил ФИО5, который показал автомобиль .... Они договорились, что купят автомобиль, свидетелем был предоставлен задаток 20.000 рублей, ФИО5 написал расписку в получении денежных средств. Указал, что договор действительно был оформлен на ФИО7, ФИО4 объяснил это тем, что они не стали перерегистрировать автомобиль на ФИО4, чтобы не занимать лишнее поле в ПТС. Тогда ФИО10 попросил написать расписку, по которой денежные средства передавались ФИО4, потому что первоначальную расписку на 1.250.000 рублей они с женой потеряли. ФИО4 написал, но не отдал расписку, отправив ее фотографию сообщением.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 461 Гражданского кодекса Российской Федерации при изъятии товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, продавец обязан возместить покупателю понесенные им убытки, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии этих оснований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае, если иск собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен, покупатель чужого имущества вправе в соответствии со статьей 461 Гражданского кодекса Российской Федерации обратиться в суд с требованием к продавцу о возмещении убытков, причиненных изъятием товара по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

Из представленной в материалы дела расписки от 25 июля 2017 года следует, что ФИО5 получил от ФИО10 залог за автомобиль ..., VIN: ... в размере 20.000 рублей. Имеется указание, что полная стоимость автомобиля составляет 1.270.000 рублей, полный расчет будет производен 27 июля 2017 года (л.д. 94).

Согласно копии расписки от 27 июля 2017 года ФИО4 получил от ФИО3 денежные средства за автомобиль Lexus LX 470, VIN: ..., в размере 1.250.000 рублей (л.д. 21).

Из копии паспорта транспортного средства серии ... автомобиля ..., VIN: ..., следует, что 04 августа 2015 года ФИО1 на основании договора № Б/Н, составленного в простой письменной форме, продал указанный автомобиль ФИО11, а последний в свою очередь на основании договора от 26 июня 2017 года, составленного в простой письменной форме (л.д. 31), продал его ФИО3 (л.д. 22-23).

Из договора купли-продажи автомобиля от 26 июня 2017 года следует, что ФИО7 (продавец) продал, а ФИО3 (покупатель) купила автомобиль ..., ... года выпуска, VIN: ..., государственный регистрационный знак ..., за 200.000 рублей. По условиям договора продавец деньги получил полностью, транспортное средство передал до заключения договора, а покупатель, передав денежные средства, получил транспортное средство и обязался в течение 10 дней зарегистрировать автомобиль в ГИБДД (л.д. 31). 27 июля 2017 года автомобиль был зарегистрирован на имя ФИО3 7 МОТН и РАМТС ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области, что подтверждается ответом ГУ МВД России по Новосибирской области и представленными копиями документов, послуживших основанием для регистрации автомобиля ... на имя ФИО3 (л.д. 41-44).

Как установлено судом, решением Хорошевского районного суда г. Москвы от 20 июля 2018 года частично удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО7, ФИО3 Судом постановлено: признать недействительным договор купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО7; признать за ФИО1 право собственности на автомобиль Лексус, государственный регистрационный знак 

<

***>; истребовать из владения ФИО3 данный автомобиль и возвратить в собственность ФИО1; в остальной части иска отказано (л.д. 7а-14). В ходе рассмотрения требований ФИО1 было установлено и отражено в решении, что имущество выбыло из владения ФИО1 в пользу ФИО3 помимо его воли по возмездной сделке, что исключает возможность признания ФИО3 добросовестным приобретателем независимо от ее намерений и осведомленности, ФИО3 вправе предъявить требования к лицу, по вине которого совершена недействительная сделка.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 ноября 2018 года решение Хорошевского районного суда г. Москвы от 20 июля 2018 года было оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО3 – без удовлетворения (л.д. 15-18).

Также в материалах дела имеется копия договора купли-продажи транспортного средства от 01 июня 2017 года, из которой следует, что ФИО7 (продавец) продал, а ФИО4 (покупатель) купил автомобиль ..., ... года выпуска, VIN: ..., государственный регистрационный знак 

<

***>, за 200.000 рублей. Продавец деньги получил, транспортное средство передал, а покупатель деньги передал и получил транспортное средство (л.д. 74). Переход права собственности зарегистрирован в органах ГИБДД не был. Согласно копии расписки от 01 июня 2017 года ФИО7 получил от ФИО5 денежные средства за автомобиль Lexus LX 470, VIN: ..., в размере 800.000 рублей, ФИО7 указано, что в случае проблем с регистрацией автомобиля в органах ГИБДД он обязуется вернуть деньги (л.д. 75).

Как установлено из ответа Хорошевского районного суда г. Москвы, к материалам дела по иску ФИО1 была приобщена не заверенная фотокопия данного договора от 01 июня 2017 года представителем ФИО3 в судебном заседании 20 июля 2018 года (л.д. 183).

22 апреля 2020 года для проверки доводов сторон была назначена почерковедческая экспертиза в связи с оспариванием ФИО4 подлинности его подписи в расписке от 27 июля 2017 года и необходимостью установления подлинности подписи ФИО5 в расписке от 25 июля 2017 года, на разрешение эксперту также был поставлен вопрос о том, выполнен ли кем-либо из ответчиков по первоначальному иску текст договора купли-продажи транспортного средства от 01 июня 2017 года и договора купли-продажи автомобиля от 26 июня 2017 года либо подписи в них.

В распоряжение экспертов были представлены материалы гражданского дела № 2-74/2020, условно-свободные образцы, а также отобранные экспериментальные образцы почерка и подписи ФИО4, первый том гражданского дела № 2-59/2018 по иску ФИО5 о взыскании страхового возмещения, где содержится условно-свободный образец подписи ФИО5, также его подписи на копиях документах, содержащиеся в материалах настоящего гражданского дела. Получить иные образцы подписи ФИО6 и ФИО5 не представилось возможным. В адрес ответчиков неоднократно направлялись судебные извещения, а также телеграммы о необходимости явки в судебное заседание и предоставления экспериментальных образцов подписей для проведения судебной почерковедческой экспертизы. 

Экспертным заключением ООО «Альянс» установлено, что: 

1. Текст расписки от 25 июля 2017 года в получении от Мечковской 20.000 рублей выполнен ФИО5 Подпись в расписке от 25 июля 2017 года выполнена, вероятно, ФИО5; 

2. Текст и подпись от имени ФИО4, изображения которых имеются в копии расписки от 27 июля 2017 года, выполнены не ФИО4, не ФИО5, а другим лицом; 

3. Решить вопрос, выполнен ли рукописный текст договора купли-продажи транспортного средства от 01 июня 2017 года, заключенный между ФИО4 и ФИО7, кем-либо из ответчиков (кем из них) не представляется возможным, поскольку сравнительным исследованием установлены отдельные совпадения и различия признаков, однако, их объем и значимость не достаточны для какого-либо определенного вывода. Совпадения не образуют индивидуальной или близкой к ней совокупности, поскольку относятся к часто встречающимся в почерках разных лиц. В отношении различий не удалось установить: являются ли они вариантами признаков почерка ФИО4 или ФИО5, не проявившиеся в представленных образцах, либо они обусловлены воздействием на процесс письма «сбивающих» факторов, либо же эти признаки являются признаками почерка другого лица. Отсутствие однозначности в оценке различий не позволяет решить вопрос о предполагаемом исполнителе ни в категорической форме, ни в вероятной форме. Подпись от имени ФИО4, изображение которой имеется в копии данного договора, выполнена, вероятно, ФИО4;

4. Решить вопрос, выполнен ли договор купли-продажи автомобиля от 26 июля 2017 года, заключенный между ФИО7 и ФИО3, кем-либо из ответчиков (кем из них), также не представляется возможным по вышеизложенным обстоятельствам.

Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, поскольку она проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, заключение является последовательным и мотивированным. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Таким образом, основанием возникновения права собственности является заключение сторонами договора купли-продажи в отношении имущества.

В силу пункта 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Исходя из буквального содержания положений п. 3 постановления Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года N 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» и п.п. 4, 20, 24 Правил регистрации автомототранспортных средств и прицепов к ним в Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных приказом МВД России от 24 ноября 2008 года N 1001 (действовавших на момент приобретения истцом автомобиля), владельцем транспортного средства признается собственник либо лицо, от имени собственника владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортным средством.

Следует также учитывать, что согласно разъяснений, изложенных в абз. 1 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ (абз. 1 п. 12).

Как указано выше, ФИО1 на основании судебного акта истребовал автомобиль из незаконного владения ФИО12, в связи с чем истец вправе заявить требования о возмещении убытков непосредственно к продавцу.

27 июля 2017 года автомобиль был зарегистрирован на имя ФИО3 7 МОТН и РАМТС ГИБДД ГУ МВД России по Новосибирской области на основании договора купли-продажи, заключенного между истцом и ФИО7 26 июня 2017 года. Согласно копии паспорта транспортного средства собственником автомобиля ... на момент приобретения его истцом значился ФИО11

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

В силу ст. 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом в судебном заседании. При вынесении судебного решения недопустимо основываться на доказательствах, которые не были исследованы судом в соответствии с нормами ГПК РФ, о чем дано разъяснение в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении». Принцип непосредственности исследования доказательств судом установлен и ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Непосредственность судебного разбирательства - это принцип гражданского процесса, определяющий метод исследования доказательств судом и являющийся правовой гарантией их надлежащей оценки, установления действительных обстоятельств дела, формулирования правильных выводов и вынесения правосудного решения. Суд, рассматривающий дело, обязан лично воспринимать доказательства по делу, а судебное постановление должно быть основано лишь на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Суд, принимая во внимание, что истцом в обоснование исковых требований указано, что автомобиль был приобретен у ФИО4, который распоряжался им на основании нотариальной доверенности, выданной ФИО7, при этом документ, подтверждающий право ФИО4 либо кого-то из ответчиков владения или пользования, или распоряжения данным транспортным средством, а также оригинал либо надлежащим образом заверенная копия договора купли-продажи от 01 июня 2017 года, заключенного между ФИО7 и ФИО13, на основании которого у последнего возникло бы право собственности и правовые основания для распоряжения спорным транспортным средством, в материалы дела ФИО14 не представлены и судом не добыты, исходит из того, что ФИО4, ФИО5, ФИО6 не вступали в спорные правоотношения в качестве продавца, и требования истца о солидарном взыскании с них убытков в виде стоимости изъятого транспортного средства, применительно к ст. 461 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются необоснованными.

Доводы истца о том, что ответчик ФИО4 получил денежные средства за автомобиль в размере 1.250.000 рублей на основании расписки, несостоятельны, поскольку заключением судебном экспертизы установлено, что текст и подпись от имени ФИО4 в ней выполнены не ФИО4 Оснований полагать, что денежные средства по расписке были переданы ФИО3 ФИО5 также не имеется, так как принадлежность подписи данному лицу также не установлена. Доказательств, отвечающих требованиям допустимости и относимости, свидетельствующих о получении денежных средств ФИО6, в ходе рассмотрения требований представлено не было.

Таким образом, поскольку ни один из ответчиков не являлся стороной договора купли-продажи автомобиля от 26 июля 2017 года, на основании которого ФИО3 стала собственником спорного транспортного средства, учитывая, что законодатель предусмотрел в качестве лица, ответственного за причинение истцу убытков, именно продавца имущества, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчиков убытков, предусмотренных положениями ст. 461 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая встречные требования о признании расписки от 27 июля 2017 года безденежной, суд, руководствуясь с п. 1 и п. 2 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, с соответствии с которыми заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не были получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре, приходит к выводу о том, что при отсутствии подписи ФИО4 в расписке оснований полагать, что 27 июля 2017 года им от ФИО3 в действительности были подучены денежные средства в размере 1.250.000 рублей, не имеется, следовательно, самостоятельные правовых оснований для признания данной расписки безденежной и для защиты прав ФИО4 таким способом суд не усматривает.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что на основании расписки от 25 июля 2017 года ФИО5 получил от ФИО10 денежные средства в размере 20.000 рублей. 

Оценив собранные доказательства в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что при рассмотрении спора суд не связан правильностью правового обоснования требований истцом и должен применить нормы материального права, подлежащие применению исходя из предмета требования и фактических обстоятельств, положенных в основание иска, учитывая факт получения ответчиком денежных средств и отсутствие у него вытекающих из закона либо договора правовых оснований для удержания данных денежных средств, поскольку предметом настоящего иска является взыскание денежных средств, в том числе в размере 20.000 рублей, суд приходит к выводу о том, что ответчик ФИО5, как лицо удерживающее данные денежные средства ФИО10 без законных оснований, обязан вернуть их как неосновательное обогащение, что в силу положений ст. ст. 34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации дает основания для взыскания 20.000 рублей с ФИО5 в пользу ФИО3 

Поскольку факт получения ФИО5, ФИО4 денежных средств в размере 1.250.000 рублей на основании расписки не нашел подтверждения в ходе рассмотрения дела, опровергнут выводами судебной экспертизы, доказательства получения данных денежных средств ФИО6 в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены, оснований для применения положений ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации в части указанной суммы у суда отсутствуют.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

С учетом взысканной с ответчика ФИО5 суммы неосновательного обогащения подлежит взысканию в пользу истца государственная пошлина в размере 800 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО6 о возврате стоимости имущества оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 20.000 рублей в качестве неосновательного обогащения, государственную пошлину 800 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО3 о признании расписки безнадежной отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, через Дзержинский районный суд г. Новосибирска.

Председательствующий: подпись

Решение в окончательной форме изготовлено 29 июля 2020 года.

Судья: подпись

Копия верна:

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела № 2-74/2020 Дзержинского районного суда г. Новосибирска.

Судья И.Ю. Катющик