ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Клин 4 октября 2017 года

Клинский городской суд Московской области в составе 

председательствующего судьи Олесовой М.Г.

при секретаре Хромовой В.А.,

с участием гос. обвинителя пом. Клинского городского прокурора Никитиной М.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Клинского филиала МОКА ФИО2, представившей удостоверение /номер/ и ордер /номер/,

потерпевших Б., А.,

представителя потерпевшего - адвоката АК /номер/ ФИО3, представившего удостоверение /номер/ и ордер /номер/, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1-271/17 в отношении 

ФИО1, /дата/ года рождения, уроженца /адрес/, гражданина /адрес/, имеющего /данные изъяты/ зарегистрированного по адресу: /адрес/, ранее не судимого, по настоящему делу под стражей не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч.5 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1 совершил нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, то есть преступление, предусмотренное ст. 264 ч. 5 УК РФ. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

/дата/, примерно в 19 часов 40 минут, ФИО1, имея при себе водительское удостоверение на право управления транспортным средством данной категории, управляя технически исправным автомобилем «Лада Приора-217130», государственный регистрационный знак /г.р.з./, принадлежащего Ж., двигался в пасмурную погоду, в тёмное время суток, в условиях ограниченной видимости - ливневом дожде, по мокрой, асфальтированной, неосвещённой автодороге регионального значения «Лотошино-Суворово-Клин» со стороны /адрес/ в направлении /адрес/. Проезжая по 77 км вышеуказанной автодороги /адрес/ со скоростью около 64 км/ч., ФИО1, располагая свой автомобиль в потоке попутных неустановленных следствием автомобилей, подъезжая к таможенному терминалу, расположенному слева по ходу движения, в нарушение требований пунктов 1.3, 1.5 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, не соблюдал относящиеся к нему требования Правил дорожного движения РФ, чем пренебрег безопасностью дорожного движения и поставил себя в такие условия, при которых не мог действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, а именно: в процессе движения был невнимателен к дорожной обстановке и ее изменениям, автомобиль вел без учета дорожных и метеорологических условий, в частности видимости в направлении движения. 

Двигавшиеся впереди в потоке автомобили, стали притормаживать, после чего ФИО1 с целью опережения указанных автомобилей, проявив преступную халатность и невнимательность, не снижая скорости, совершил маневр, повернул вправо, пересек линию 1.1 горизонтальной дорожной разметки, обозначающую край проезжей части, выехал на правую обочину, чем грубо нарушил: п.9.9 Правил, который запрещает движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, и раздел 1 Приложения 2 к Правилам, согласно которому линию 1.1 горизонтальной дорожной разметки пересекать запрещается. 

В результате грубого нарушения вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения РФ ФИО1 правой передней частью автомобиля /марка/ совершил наезд на пешеходов Д. и В., находившихся в это время на обочине, которые от полученных телесных повреждений скончались на месте ДТП. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы /номер/ от /дата/ при исследовании трупа Д., /дата/ года рождения установлено: /данные изъяты/ Причиной смерти Р. явилась /данные изъяты/. Все повреждения, обнаруженные у Р. в совокупности относятся к тяжкому вреду здоровью по признаку опасности для жизни (пункт № 6.1.7. Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»). Между полученным Д. тяжким вредом здоровью и наступлением ее смерти имеется прямая причинно-следственная связь. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы /номер/ от /дата/ при исследовании трупа В., /дата/ года рождения установлено: /данные изъяты/. Причиной смерти В. явилась /данные изъяты/ и поэтому признаку оцениваются как тяжкий вред здоровью ( пункт 6.2.3 Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»). Между полученным В. тяжким вредом здоровью и наступлением ее смерти имеется прямая причинно-следственная связь. 

Таким образом, между причинённым в результате ДТП /дата/ тяжким вредом здоровью и наступлением смерти пешеходов Д. и В., имеется прямая причинно-следственная связь. 

Подсудимый ФИО1 вину не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем в судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены его показания, данные на предварительном следствии.

Допрошенный на предварительном следствии в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что /дата/ около 19 часов он на автомобиле /марка/ выехал из /адрес/ в направлении /адрес/. Он чувствовал себя хорошо, спиртных напитков и других запрещённых препаратов и лекарств не употреблял. На улице были уже сумерки, шёл сильный дождь. Примерно в 19 часов 40 минут он подъехал к автодороге «Лотошино-Суворово-Клин». Убедившись в отсутствии транспортных средств, выехал на дорогу и поехал в направлении /адрес/. Проезжая часть представляла собой дорогу, имеющую две полосы движения по одной полосе в каждую сторону. Слева и справа примыкала обочина, края которой были обозначены сплошной линией дорожной разметки. В свете фар разметка просматривалась очень хорошо, а видимость в направлении движения была плохая. Автомобиль располагался на дороге по центру полосы движения. Продолжая двигаться, он примерно за 2 метра увидел силуэт человека. Сколько на дороге было людей и как они передвигались, он не видел. Он применил торможение и повернул руль влево, чтобы избежать наезда. Однако сразу произошёл удар и на капоте он увидел человека. Он отпустил педаль тормоза и стал медленно рывками останавливаться, так как боялся, что тело упадет перед передней частью автомобиля, и он совершит переезд пешехода. Пешеход упал на обочину, а он, проехав ещё несколько метров, остановился. Выйдя из автомобиля, подбежал к женщине и стал прощупывать пульс. Он вызвал сотрудников полиции и скорую помощь, воспользовавшись номером «112». К нему подошла женщина и стала говорить, что женщин было двое и, указав ему на кювет, стала говорить, что вторая лежит в кювете. В кювете он обнаружил вторую женщину. 

Пульс прощупывался у обеих пострадавших, но к приезду скорой помощи, пешеходы погибли. Он исключает тот факт, что мог выехать на обочину, так как располагал автомобиль чётко в полосе движения.

В нарушение пункта 4.1 пострадавшие пересекали проезжую часть в запрещённом месте, а так же на их одежде не было светоотражательных элементов. Пешеходы появились перед его автомобилем за полтора метра, и он не имел технической возможности предотвратить наезд. Манёвр обгона попутных автомобилей он не совершал (т. Т. 2 л.д. 177-180, 252-255).

Не смотря на отрицание вины подсудимым ФИО1, его вина в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждена следующими доказательствами, проверенными в ходе судебного следствия.

Потерпевшая А. суду показала, что погибшая Д. ее мать. О том, что произошло ДТП, она узнала от О. - соседки по даче, которая позвонила по телефону и рассказала, что маму сбила машина напротив КПП «Таможенного терминала». Она поехала на место ДТП, где были обнаружены принадлежащие маме вещи. На улице была пасмурная погода. Мать была аккуратным и внимательным человеком, спиртные напитки не употребляла, хроническим заболеваниями не страдала, ее только мучило давление.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы /номер/ от /дата/ при исследовании трупа Д., /дата/ года рождения установлено: /данные изъяты/. Повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в мягких тканях в области повреждений, в условиях дорожно-транспортного происшествия при столкновении потерпевшей с движущимся автомобилем, причем потерпевшая находилась в вертикальном положении и была обращена к транспортному средству правой боковой поверхностью, о чем свидетельствуют кровоизлияния в мягких тканей правой голени, локализующиеся на передней наружной поверхности и правосторонние переломы ребер, правой лопатки, правой доли печени и правой почки. Причиной смерти Д. явилась /данные изъяты/. Все повреждения, обнаруженные у Д. в совокупности относятся к тяжкому вреду здоровью по признаку опасности для жизни (пункт № 6.1.7. Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»). Между полученным Д. тяжким вредом здоровью и наступлением ее смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Отсутствие этилового спирта в крови трупа свидетельствует о том, что незадолго до смерти Д. алкогольные напитки не принимала. Решить вопрос о том, в каком марше находилась Д. (беговом или шаговом) в момент наезда, по данным судебно-медицинского исследования трупа, решить не представляется возможным (т. 1 л.д. 59-66).

Потерпевший Б. суду показал, что погибшая В. его мать. О ДТП он узнал от сестры, которая позвонила ему вечером. Сначала на место ДТП поехал его сын, а потом уже и он. Приехав на место, он увидел, что машина, сбившая маму, стояла на дороге в сторону /адрес/, было разбито лобовое стекло, правая фара. Маме было /возраст/, у нее было хорошее здоровье, ранее перенесла операцию на глазах, на зрение не жаловалась. Она была очень внимательной, когда переходила дорогу. Передвигалась без помощи палки.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы /номер/ от /дата/ при исследовании трупа В., /дата/ года рождения установлено: закрытая /данные изъяты/ Повреждения образовались прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в мягких тканях в области повреждений, в условиях дорожно-транспортного происшествия при столкновении потерпевшей с движущимся автомобилем, причем потерпевшая была обращена к транспортному средству правой боковой поверхностью о чем свидетельствуют кровоизлияния в мягких тканей правой голени, локализующиеся на передней наружной поверхности и правосторонние разрывы межреберных мышц и межреберных артерий. Причиной смерти В. явилась /данные изъяты/ по этому признаку оцениваются как тяжкий вред здоровью ( пункт 6.2.3 Приложение к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека»). Между полученным В. тяжким вредом здоровью и наступлением ее смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Перед смертью В. находилась в состоянии легкого алкогольного опьянения, что подтверждается наличием этилового спирта в крови в концентрации - 0,98% (т. 1 л.д. 72-79).

Свидетели З. и И. - инспекторы ДПС 1 Б 1 П СП ДПС «Северный» суду показали, что /дата/ они выезжали на место ДТП, произошедшего на 77 км автодороги «Лотошино-Суворово-Клин» /адрес/. Когда приехали на место ДТП, было уже темно, участок дороги не был освещен, шел проливной дождь, поэтому следы размыло. В ходе осмотра места происшествия было установлено, что место наезда находится вне зоны пешеходного перехода. Осыпь стекла располагалась как на полосе движения автомобиля, так и на правой обочине. Одна погибшая женщина (В.) лежала в правом кювете по направлению на /адрес/, другая находилась на обочине. Личные вещи пострадавших лежали на правой обочине. Автомобиль, совершивший наезд на женщин, стоял от второй женщины на расстоянии 15,6 м. На автомобиле были повреждены передний бампер, капот, правая блок-фара, правое переднее крыло, правое боковое зеркало было сорвано с крепления, разбито лобовой стекло.

Из оглашенных в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ показаний свидетеля К., данных на предварительном следствии, следует, что он принимал участие в качестве понятого при осмотре места ДТП, которое располагалось на автодороге «Лотошино-Суворово-Клин», в районе КПП таможенного терминала. Сотрудники ГАИ пояснили, что в данном месте были сбиты две женщины, которые переходили дорогу. Одна женщина лежала в правом кювете по направлению на /адрес/, вторая дальше первой, на обочине. Впереди погибших на правой обочине стоял легковой автомобиль /марка/. На автомобиле было разбито лобовое стекло, деформирован капот, правое крыло. При осмотре места ДТП он помнит, что спортивные кроссовки, одной из сбитых пешеходов лежали на правой обочине по направлению на /адрес/. На момент осмотра стояла пасмурная и дождливая погода, шёл дождь, проезжая часть мокрая, данный участок дороги не освещался. Пешеходного перехода не было (т. 1 л.д. 97-99).

Протоколом осмотра места ДТП, схемой и фототаблицой установлено, что ДТП расположено вне населённого пункта на 77 км автодороги «Лотошино-Суворово-Клин», /адрес/. Дорожное покрытие - асфальтобетон, мокрое, пасмурно, дождь (ливень), тёмное время суток, освещение отсутствует, общая ширина проезжей части 7.4 метра, дефектов дорожного покрытия нет. На правой обочине по направлению на /адрес/ на расстоянии 2.8 м от края обочины лежит зонт. На расстоянии 1.2 м и на расстоянии 1.5 м от края обочины лежит второй зонт. Далее на расстоянии 6.4 м от второго зонта и на расстоянии 3м от края обочины кроссовок. На расстоянии 21.6 м от начала осыпи в правом кювете находится труп женщины. На расстоянии 43.3 м от начала осыпи на правой обочине находится труп второй женщины. На расстоянии 14.6 м от второго трупа на обочине стоит автомобиль /марка/, который имеет следующие повреждения справа: капот, передний бампер, правое переднее крыло, правое зеркало бокового вида, стекло правой передней двери, лобовое стекло в правой части, правый стеклоочиститель, правая блок-фара. Частично в правой полосе движения на /адрес/ и правой обочине имеется осыпь стекла и пластика размером 26.3 м /4.1 м. Следы торможения на дороге отсутствуют (т. 1 л.д. 5-19). 

Из оглашенных в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ показаний свидетеля Л., данных на предварительном следствии, следует, что он работает охранником в /название/ и охраняет КПП таможенного терминала, расположенного на автодороге «Лотошино-Суворово-Клин» /адрес/. Расстояние от КПП до автодороги около 25-30 м. С 06 на /дата/ он находился на суточном дежурстве. /дата/ примерно в 19 часов начался дождь. Из-за пасмурной погоды темнеть начало очень быстро. Примерно в 19 часов 40 минут он находился внутри КПП и увидел, что мимо шлагбаума в направлении автодороги «Лотошино-Суворово-Клин» прошли три женщины. Одна шла впереди на расстоянии в 5-10 м в дождевике, а другие две с зонтами. Все трое шли с пакетами. Особого внимания он на них не обращал. На тот момент уже шёл сильный проливной дождь, на улице было очень темно. В сторону проезжей части он не смотрел. Как переходили проезжую часть пешеходы, он не видел (т. 1 л.д. 86-89).

Свидетель Е. суду показал, что осенью два года назад вечером он возвращался домой в /адрес/ из /адрес/. Было темно, шел сильный дождь, поэтому все двигались медленно. Он выехал на т-образный перекресток с дорогой из /адрес/, повернул и поехал в сторону /адрес/. Когда он проехал памятник, то впереди идущие автомашины стали притормаживать, но одна машина ушла правее в сторону обочины, а потом он увидел, как полетели зонты, пакеты, овощи. Самого момента наезда он не видел. Он сразу остановился на обочине и увидел стоящую там женщину. Она плакала и кричала, чтобы вызвали скорую помощь. Он стал звонить в службу 112. Были сбиты две женщины: одна лежала на обочине, вторая - в кювете. Водитель машины /марка/, который совершил наезд, сказал, что он очень спешил. После наезда на пешеходов, машина /марка/ стояла на дороге по диагонали.

Согласно ответу, полученному из ГКУ МО «Центр вызова экстренных оперативных служб по единому номеру «112», был установлен абонент /номер/, который сообщил о ДТП и просил вызвать скорую помощь. В ходе следствия установлен абонент, им являлся - Е. (т. 1 л.д. 213).

Протоколом осмотра предметов (документов) от /дата/ осмотрен диск, полученный в ответ на запрос из ГКУ МО «Центр вызова экстренных оперативных служб по единому номеру «112» (т. 2 л.д. 2-9), который признан и приобщен в качестве вещественного доказательства (т. 2 л.д. 10) и хранится при уголовном деле. 

В ходе проверки показаний на месте со свидетелем Е. установлено, что /дата/ на 77 км автодороги «Лотошино-Суворово-Клин» в процессе движения нескольких попутных автомобилей, среди которых двигались ФИО1 и Е., ФИО1 сманеврировал вправо, выехав правой частью своего автомобиля «Лада-Приора» на правую обочину, после чего Е. увидел отлетавшие от автомобиля «Лада-Приора» личные вещи погибших (т. 2 л.д. 16-22). 

В ходе проведения очной ставки с ФИО1 свидетель Е. подтвердил свои показания, данные при допросе в качестве свидетеля и при проверке показаний на месте, изобличая ФИО1 в том, что тот выехал на обочину и сбил пешеходов. При этом Е. показал, что ФИО1 непосредственно после совершения наезда сообщил, что выехал на обочину, так как спешил (т. 2 л.д. 168-173).

Из оглашенных в порядке ст. 281 ч. 1 УПК РФ показаний свидетеля М., данных на предварительном следствии, следует, что /дата/ примерно в 19 часов 40 минут он вместе с Н. на автомобиле /марка/ двигались со стороны /адрес/ в направлении автодороги «Лотошино-Суворово-Клин». На улице стояла пасмурная погода, шёл дождь, проезжая часть была мокрой и не освещалась, видимость в направлении движения была плохая. За дорогой и за обстановкой он не следил, так как постоянно разговаривал по телефону с партнёрами по бизнесу. В связи с этим как произошло ДТП, он рассказать не может. Его внимание сосредоточилось в тот момент, когда Г. уже остановился на месте происшествия, когда сбили пешеходов. На улице он увидел женщину, которая стояла и кричала. Впереди он увидел автомобиль /марка/ который остановился в конце съезда, где раньше стояли мусорные ящики. На автомобиле была повреждена передняя правая часть. Осмотревшись, сзади автомобиля /марка/ он увидел лежащую женщину, худощавого телосложения. К ней он подходить не стал. Сзади примерно в 30 м, в кювете лежала ещё одна женщина, к ней он тоже не подходил. Маневрировал ли автомобиль /марка/ перед наездом на пешеходов или нет, он показать не может (т. 2 л.д. 23-26).

Свидетель О. суду показала, что вечером /дата/ она возвращалась с дачи вместе с Д. и В.. Было уже темно, шел сильный дождь. На ней был одет дождевик, а Д. и В. шли с зонтами, она шла впереди, а Д. и В. сзади нее. Пройдя мимо терминала около поворота на /адрес/, они решили переходить дорогу. Она посмотрела по сторонам и увидела, что слева машин нет, а справа с горы двигался плотный поток автомобилей, расстояние до которого было не менее 300 м. Она перешла дорогу и пошла по краю обочины навстречу движению к автобусной остановке. Д. и В. также уже шли по обочине. Когда прошла примерно 15 метров, увидела, что навстречу ей проехал первый автомобиль из потока. Как только первый автомобиль из потока проехал мимо неё, она услышала сильный хлопок, как будто лопнула шина, после чего резкий визг тормозов. Обернувшись, она увидела, что в направлении /адрес/ движется автомобиль, который потом остановился. На обочине она увидела два зонта. Она поняла, что автомобиль сбил Д. и В.. В. была в кювете, Д. лежала сзади автомобиля. 

В ходе проверки показаний на месте О. подтвердила свои показания, которые дала при допросе в качестве свидетеля (т. 1 л.д. 114-121).

В ходе следственного эксперимента установлено, что О. увидела автомобиль, совершивший наезд на пешеходов и двигавшийся со стороны /адрес/ в направлении /адрес/, за 250 м. Время в пути пешехода О. от места, где она заметила автомобиль и начала переходить проезжую часть до места, где мимо неё проехал автомобиль, составило 14 секунд (т. 1 л.д. 122-128).

Заключением автотехнической экспертизы /номер/;/номер/ от /дата/ установлено:

При заданных данных, при условии технической исправности автомобиля, расстоянию видимости дороги 20 м. соответствует скорость движения автомобиля /марка/ около 38 км/ч.

Если расстояние в 250 м автомобиль /марка/ преодолел за 14 секунд, то средняя скорость его движения составляла около 64 км/ч. 

При заданных данных, при условии технической исправности автомобиля, остановочный путь автомобиля /марка/ при скорости 64 км/ч, составляет 65 м. 

В продольном направлении места наездов на пешеходов находятся на некотором расстоянии перед началом осыпи стекла и пластика размером 26,3 м на 4,1 м. Определить это место более точно не представляется возможным.

Если расстояние видимости пешеходов в условиях места дорожно-транспортного происшествия составляло 20 м., то водитель автомобиля /марка/ при скорости 64 км/ч и при скорости 38 км/ч, соответствующей расстоянию видимости дороги 20 м не имел технической возможности предотвратить наезд на пешеходов путём торможения. 

В заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля /марка/ должен был руководствоваться требованиями п.10.1 Правил дорожного движения РФ. Решение о нарушении пешеходами Правил, не входит в компетенцию эксперта.

С технической точки зрения, возможной причиной данного ДТП, явились действия пешеходов, а именно переход проезжей части в неустановленном для перехода месте (т. 1 л.д. 150-157).

Следственным экспериментом от /дата/ установлено, что общая видимость с места водителя автомобиля /марка/ на данном участке проезжей части, в тёмное время суток, с включенным ближним светом фар составляет 54 метра 80 см. Конкретная видимость пешехода составляет 48 метров 10 см. (т. 1 л.д. 161-167).

Заключением дополнительной автотехнической экспертизы /номер/ от /дата/ установлено:

При заданных данных, при условии технической исправности автомобиля, расстоянию видимости дороги 54 м 80 см соответствует движение автомобиля /марка/ со скоростью около 68 км/ч. 

Если расстояние видимости пешеходов в условиях места дорожно-транспортного происшествия составляло 48 м 10 см., то водитель автомобиля /марка/ при скорости 64 км/ч не имел технической возможности предотвратить наезд на пешеходов путем торможения, так как остановочный путь автомобиля 65 м, при данной скорости больше этого расстояния видимости пешеходов (т. 1 л.д. 176-180).

Согласно заключениям комплексной комиссионной судебно-медицинской и автотехнической экспертизы /номер/,/номер/,/номер/ и дополнительной комплексной комиссионной судебно-медицинской и автотехнической экспертизы /номер/, /номер/,/номер/,/номер/,/номер/

Все обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупов В. и Д. телесные повреждения (/данные изъяты/) характерны для причинения тупыми твердыми предметами. 

Характер повреждений на одежде (по механизму перерастяжения и трения), массивность повреждений, их расположение на различных областях и противоположных поверхностях тела в сочетании с признаками удара, трения и сотрясения тела характерны для образования в условиях ДТП. 

В момент первичного контакта с травмирующей поверхностью, пешеходы находились в вертикальном, или близко к таковому, положении и были обращены к передней части автомобиля правой стороной, при этом В. находилась в шаге, о чем свидетельствует локализация повреждений на нижних конечностях (/данные изъяты/), а характер /данные изъяты/ у Д. свидетельствует о том, что происходило вращение тела вокруг вертикальной оси при фиксированной правой стопе. В каком марше находились пешеходы (беговом или шаговом) в момент первичного контакта, определить не представляется возможным. Определить траекторию и скорость движения автомобиля, по судебно-медицинским данным также не представляется возможным. 

В продольном направлении места наездов на пешеходов находятся на некотором расстоянии перед началом осыпи стекла и пластика размером 26,3 м. на 4,1 м. 

При заданных данных, при условии технической исправности автомобиля, расстоянию видимости дороги 54 м 80 см соответствует скорость движения автомобиля /марка/ около 68 км/ч. 

Если расстояние 250 м автомобиль /марка/ преодолел за 14 сек, то средняя скорость его движения составляла 64 км/ч.

При заданных данных, при условии технический исправности автомобиля, остановочный путь автомобиля /марка/ при скорости 64км/ч составляет 65 м. 

Если расстояние видимости пешеходов в условиях места дорожно-транспортного происшествия составляло 48 м 10 см., то водитель автомобиля /марка/ при скорости 64 км/ч не имел технической возможности предотвратить наезд на пешеходов путем торможения.

В заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля /марка/ должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ.

С технической точки зрения, возможной причиной данного ДТП, явились действия пешеходов, а именно переход проезжей части в неустановленном для перехода месте (т. 2 л.д. 74-157, т. 3 л.д. 21-93).

Допрошенный в судебном заседании эксперт-автотехник РФЦСЭ при Минюсте РФ П. показал, что определить конкретное место наезда на пешеходов не представляется возможным, поскольку следы автомашины, отраженные в протоколе осмотра места происшествия и схеме ДТП, не достаточно информативны. Поэтому место наезда автомашины на пешеходов может находится, как на проезжей части, так и на обочине.

Протоколами выемок от /дата/ у потерпевших А. и Б., изъяты личные вещи погибших пешеходов Д. и В. (т. 2 л.д. 27-36), которые были осмотрены (т. 2 л.д. 37-46), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам дела (т. 2 л.д. 47), возвращены на хранение потерпевшим (т. 2 л.д. 48-49).

Оценивая собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния доказана.

В судебном заседании с достоверностью установлено, что /дата/, примерно в 19 часов 40 минут, ФИО1, управляя технически исправным автомобилем /марка/ государственный регистрационный знак /г.р.з./, двигаясь в пасмурную погоду, в тёмное время суток, в условиях ограниченной видимости - ливневом дожде, по мокрой, асфальтированной, неосвещённой автодороге регионального значения «Лотошино-Суворово-Клин» со стороны /адрес/ в направлении /адрес/, со скоростью около 64 км/час, на 77 км вышеуказанной автодороги, увидев, что двигавшиеся впереди в потоке автомобили стали притормаживать, не снижая скорости, совершил маневр, повернул вправо, пересек линию 1.1 горизонтальной дорожной разметки, обозначающую край проезжей части, выехал на правую обочину, и правой передней частью автомобиля /марка/ совершил наезд на пешеходов Д. и В., находившихся в это время на обочине, которые от полученных телесных повреждений скончались на месте ДТП. Между причиненным в результате ДТП тяжким вредом здоровью и наступлением смерти пешеходов Д. и В., имеется прямая причинно-следственная связь. 

При управлении автомобилем водителем ФИО1 были нарушены п. п. 1.3, 1.5, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения РФ, а также раздел 1 Приложения 2 к ПДД РФ.

Вина ФИО1 подтвердилась в судебном заседании показаниями потерпевших А. и Б. - детей погибших пешеходов Д. и В.; показаниями свидетелей - инспекторов ДПС И. и З., которые выезжали на место ДТП и оформляли все документы, указавшие, что осыпь стекла и пластика находилась как на проезжей части, так и на обочине; свидетеля Е., видевшего, как машина под управлением ФИО1 правой частью выехала на обочину, после чего вверх полетели зонты и другие вещи пешеходов, которому ФИО1 сказал, что торопился, поэтому пошел на обгон притормаживающих машин; свидетеля М., находившегося в машине Е. в качестве пассажира; свидетеля О., которая вместе с Д. и В. переходила дорогу, и пояснившую, что в момент наезда они находились на обочине дороги; свидетеля К., участвовавшего в качестве понятого при составлении протокола осмотра и схемы ДТП; свидетеля Л., видевшего, что мимо шлагбаума КПП, где он дежурил, в сторону дороги прошли три женщины; эксперта П., пояснившего, что место совершения наезда на пешеходов может находиться как на проезжей части, так и на обочине.

Показания свидетелей обвинения полностью опровергают доводы подсудимого и стороны защиты о том, что ФИО1 не нарушал правила дорожного движения и не совершал наезд на пешеходов Д. и В., они последовательны и согласуются между собой, подтверждены материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия и схемой ДТП, заключениями основной и дополнительной судебных автотехнических экспертиз, заключениями основной и дополнительной комиссионных судебно-медицинских и автотехнических экспертиз, протоколами проверок показаний на месте свидетелей О. и Е., протоколом следственного эксперимента, протоколами очных ставок. Оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения, а также материалам уголовного дела, судом не установлено, как и не установлено какой-либо их личной заинтересованности в исходе настоящего уголовного дела.

Суд критически относится к показаниям подсудимого ФИО1, данным им на предварительном следствии, из которых следует, что наезд на пешеходов произошел на проезжей части, поскольку по его словам его автомобиль располагался строго по центру проезжей части. В ходе предварительного следствия были проведены две судебных автотехнических экспертизы и две комплексных судебных комиссионных судебно-медицинских и автотехнических экспертизы. В своих выводах эксперт-автотехник ни в одном случае не может указать точное место наезда на пешеходов, ссылаясь на недостаточность, оставленных на месте ДТП следов. Однако из показаний свидетеля ФИО4 следует, что непосредственно перед совершением наезда на пешеходов, водитель ФИО1 сманеврировал вправо, правой частью автомашины заняв правую обочину, по которой в это время двигались пешеходы. Из показаний свидетеля О. следует, что, когда она перешла дорогу и услышала хлопок, Д. и В. уже шли по обочине.

Схемой места ДТП и протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия зафиксирована вещная обстановка, согласно которой все предметы одежды, личные вещи, а так же, отделившееся правое боковое зеркало автомобиля «Лада-Приора» располагаются на правой обочине и кювете. Осыпь стекла и пластика располагается как на правой обочине, так и на полосе движения автомобилей. На фотографиях, выполненных на месте ДТП, видно, что осыпь начинается именно с правой обочины и первым на ней лежит зонт одной из пострадавших. Повреждения на автомобиле /марка/ все справа, и именно в той части, которой он выехал на обочину, что подтверждено показаниями свидетеля Е. и проверкой показаний на месте.

Заключением комиссионной экспертизы установлено, что в момент первичного контакта с травмирующей поверхностью пешеходы находились в вертикальном, или близко к таковому, положении и были обращены к передней части автомобиля правой стороной, при этом В. находилась в шаге, а Д. стояла при фиксированной правой стопе. Данный факт косвенно, но все-таки подтверждает, то, что пешеходы были уверены, что ушли с полосы движения и находились в безопасном для движения пешеходов месте, то есть не бежали, хотя точно эксперты это факт установить не смогли. В своих показаниях ФИО1 говорил о том, что, увидев за 2 метра силуэт, он сманеврировал влево. Той же экспертизой установлено, что после наезда пешехода В. отбросило вправо в кювет, а Д. забросило на капот. Конечное расположение пешехода Д. находится на правой обочине, сзади остановившегося автомобиля «Лада-Приора». Поэтому суд приходит к выводу, что ФИО1 двигался после наезда на пешеходов прямолинейно, не изменяя траекторию движения. Если бы ФИО1, увидев пешехода, сманеврировал влево, то тело Д. располагалось бы или на встречной полосе движения или же просто в полосе, по которой двигался он. 

Доказательства, представленные стороной обвинения, собраны без нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, являются допустимыми и достоверными, согласуются между собой.

Действия подсудимого ФИО1 правильно квалифицированы по ст. 264 ч. 5 УК РФ, как нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим автомобилем, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Решая вопрос о назначении наказания ФИО1, суд не находит отягчающих наказание обстоятельств. В качестве смягчающих обстоятельств признает наличие у подсудимого малолетнего ребенка, престарелый возраст бабушки и ее состояние здоровья, оказание ей поддержки, также нарушение ПДД РФ потерпевшими Д. и В., переходившими проезжую часть в запрещенном месте, в темное время суток, в условиях ограниченной видимости, без светоотражательных элементов на их одежде. 

Однако, не смотря на смягчающие наказание обстоятельства и характеристики личности подсудимого (/данные изъяты/), суд считает, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества, и не находит оснований для применения положений ст. ст. 15 ч. 6, 62 ч. 1, 64, 73 УК РФ. Наказание ему должно быть избрано в виде лишения свободы в пределах санкции ст. 264 ч. 5 УК РФ. 

Заявленные потерпевшими А. и Б. гражданские иски о возмещении материального ущерба и о взыскании компенсации морального вреда суд считает обоснованными, подтвержденными материалами дела и представленными документами, подлежащими взысканию с подсудимого ФИО1 в полном объеме: в пользу А. в счет возмещения материального ущерба /сумма/, /сумма/ - компенсацию морального вреда, в пользу Б. в счет возмещения материального ущерба /сумма/, расходы по оплате услуг адвоката - /сумма/, /сумма/ компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «а» УК РФ суд определяет ФИО1 вид исправительного учреждения - колонию-поселение. Оснований для изменения ФИО1 меры пресечения на заключение под стражу не имеется, а потому он подлежит направлению в колонию-поселение в порядке, установленном ст. 75.1 УИК РФ, то есть путем получения в уголовно-исполнительной инспекции предписания и самостоятельного следования к месту отбывания наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 5 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Определить, что осужденный ФИО1 следует к месту отбывания наказания самостоятельно в порядке, установленном частями 1-2 статьи 75.1 УИК РФ. При этом срок отбывания наказания ему подлежит исчислению по правилам части 3 статьи 75.1 УИК РФ. 

Разъяснить ФИО1, что в случае его уклонения от получения предписания органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания наказания либо неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, он может быть объявлен в розыск, задержан, заключен под стражу, направлен в колонию-поселение под конвоем, либо вид исправительного учреждения ему может быть изменен на исправительную колонию общего режима. 

Взыскать с ФИО1 в пользу А. в счет возмещения материального ущерба /сумма/., компенсацию морального вреда в сумме /сумма/., а всего взыскать /сумма/

Взыскать с ФИО1 в пользу Б. в счет возмещения материального ущерба /сумма/., расходы по оплате услуг адвоката /сумма/., компенсацию морального вреда в сумме /сумма/, а всего взыскать /сумма/

Вещественные доказательства по делу:

- вещи погибших, хранящиеся у потерпевших, - оставить им по принадлежности;

- диск с записями абонентов, запрошенный из системы «112», диск с детализацией абонентов, хранящиеся при уголовном деле, - хранить в том же порядке.

Приговор может быть обжалован в Московский областной суд через Клинский городской суд в течение 10 суток со дня оглашения. В случае подачи апелляционной жалобы или возражений на апелляционные жалобы (представления) других участников процесса осужденный вправе ходатайствовать в них о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а так же о назначении адвоката.

Судья Олесова М.Г.

Приговор вступил в законную силу.