Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Катайский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Бутаковой О. А.

при секретаре Таланкиной А. С. 

с участием истца ФИО11,

представителя истца ФИО12,

представителя ответчика ФИО13 С.

рассмотрел в открытом судебном заседании 24 июля 2020 года в г. Катайске Курганской области гражданское дело № 2-115/2020 по исковому заявлению ФИО11 к государственному бюджетному учреждению «Катайская центральная районная больница» об отмене приказов, взыскании компенсации выплаченных сумм при увольнении и компенсации морального вреда, обязании изменить формулировку увольнения,

установил:

ФИО11 обратилась в суд с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению «Катайская центральная районная больница» (далее по тексту ГБУ «Катайская ЦРБ»), согласно которому просила отменить приказы № 2-д/2 и № 11-к от 27.01.2020 как незаконные, произвести компенсацию выплаченных в расчет сумм при увольнении за период с 13 по 28 января 2020 г. в порядке ст. 236 ТК РФ, выплатить компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что она приступила к работе в качестве медицинского статистика в ГБУ «Катайская ЦРБ» со дня заключения трудового договора № 540/19 от 03.12.2019. Пунктом 1.8 указанного договора ей был установлен испытательный срок 3 месяца. 10.01.2020 она подала заявление об увольнении с 10.01.2020. Вышла на работу 13.01.2020 в 07:45, однако в свой кабинет попасть не смогла, так как накануне, 10.01.2020 заместитель главного врача по организационно-методической работе ФИО1 не оставила ей ключи от кабинета. Она просидела в коридоре до 08:40 и ушла домой. 22.01.2020 получила уведомление о дате увольнения с 27.01.2020 и написала жалобу в прокуратуру. Считает оспариваемые приказы не законными, поскольку ст. 71 ТК РФ регламентировано расторжение трудового договора по инициативе работника в период прохождения испытательного срока с условием предупреждения работодателя за 3 дня. Это же условие прописано в п. 1.11 трудового договора. Полагает, что её должны были уволить 13.01.2020 и произвести с нею расчет (л. д. 5).

В дополнении к иску (л. д. 17) истец указала, что расчетный лист о сумме окончательного расчета ей работодателем не предоставлен, поэтому расчет исковых требований по ст. 236 ТК РФ произведен ею, исходя из фактически полученной 29.01.2020 суммы 2104,06 рублей, согласно которому датой выплаты на основании ТК РФ является 13.01.2020, выплата произведена 29.01.2020 в размере 2104,06 руб., период просрочки составил 15 дней, процентная ставка – 6,25 %, размер компенсации – 13,15 руб. (2104,06 х 15 х 6,25 % х 1/150).

24.07.2020 от истца поступило заявление об уточнении исковых требований (л. д. 91), согласно которому просит изменить формулировку записи в трудовой книжке на «уволена на основании ст. 80 Трудового кодекса РФ (по инициативе работника)». 

Ответчиком ГБУ «Катайская ЦРБ» представлен отзыв, согласно которому с исковыми требованиями не согласны в полном объеме, полагают их необоснованными. ФИО11 была принята на работу с испытательным сроком 3 месяца. В соответствии со ст. 71 ТК РФ работник в период испытательного срока вправе расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, предупредив об этом работодателя за три дня в письменной форме. То есть работник обязан отработать три дня после подачи заявления об увольнении. Истец написала заявление об увольнении в конце рабочего дня 10.01.2020, оставив его у секретаря, не обратившись к главному врачу лично и уйдя с работы в 16:40, не дожидаясь окончания рабочего дня. Заявление в отдел кадров было передано в 16:55 в этот же день. Согласно Трудовому кодеку РФ течение срока начинается на следующий день после получения работодателем, то есть с 11.01.2020, и последним рабочим днем для ФИО11 являлся 13.01.2020. В этот день главному врачу отделом кадров было объяснено, что ФИО11 имеет право на увольнение в связи с тем, что работа ей не подходит, и, учитывая этот факт, руководитель был готов изменить свое решение, но ФИО11 13.01.2020 на работу не явилась, к работе не приступила, забрала свои личные вещи и ушла в 08:00, в течение дня так и не появилась. До того, как ФИО11 ушла с работы, начальником отдела кадров ФИО2 было ей разъяснено, что срок отработки начинается 11.01.2020, и она должна отработать полный рабочий день 13.01.2020, а в конце дня получить трудовую книжку. Однако ФИО11 покинула рабочее место без объяснения причин, и в последующие дни не представила уважительной причины отсутствия на рабочем месте 13.01.2020, за трудовой книжкой не пришла и не дала своего согласия на ее отправку почтовым отправлением. Работодателем были предприняты попытки урегулировать этот вопрос и уволить ФИО11 по собственному желанию 13.01.2020, но работник на контакт не пошел. 13.01.2020 ФИО11 совершила прогул, о чем заместителем главного врача по ОМР ФИО1 был составлен рапорт от 13.01.2020. 16.01.2020 в адрес истца начальником отдела кадров направлено уведомление о необходимости явки в отдел кадров для решения вопроса о расторжении трудового договора. Письмо было вручено лично 21.01.2020. ФИО11 в отдел кадров не явилась. 27.01.2020 работодателем в адрес ФИО11 было направлено уведомление о расторжении трудового договора. В этот же день в бухгалтерию ГБУ «Катайская ЦРБ» поступила записка-расчет о прекращении трудового договора с работником, на основании которой 28.01.2020 ФИО11 на карту были перечислены денежные средства в размере 2104,06 рублей, а 29.01.2020 эти средства были получены истцом. Ответчик не имеет задолженности перед истцом. Нормативно-правовые акты в отношении ФИО11 составлены в соответствии с нормами действующего законодательства (л. д. 21-22).

В возражениях на отзыв истец указала, что заявление об увольнении написала 10.01.2020 в 16:50, 11 и 12 января были выходными днями. Придя на работу 13 января, узнала о резолюции главного врача об отработке двух недель, что является нарушением трудового законодательства, поскольку была на испытательном сроке. Письмо о получении трудовой книжки она получила уже после подачи иска (л. д. 75).

В судебном заседании истец ФИО11 и её представитель ФИО12, действующая на основании устного ходатайства, поддержали заявленные исковые требования, настаивали на их удовлетворении в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Истец ФИО11 суду дополнительно пояснила, что заявление об увольнении ею было написано после того, как непосредственный её руководитель ФИО1 сообщила ей о сверхурочной работе, чтобы составить отчет, дату своего увольнения с 10.01.2020 она не согласовывала с главным врачом. 13.01.2020, узнав у работника отдела кадров о том, что главный врач на её заявлении написал резолюцию об отработке двух недель, она зашла в свой кабинет, забрала свои вещи и ушла на улицу ждать главного врача. После того, как она узнала о том, что он на совещании, в 08:40 ушла домой. До обеда она сходила к зубному врачу, полечив зуб. Поскольку её состояние здоровья ухудшилось, после обеда она не вышла на работу, не предупредив об этом никого. Врача она не вызывала, так как у неё медицинское образование и знала, как себя лечить. 10 января 2020 г. она отпрашивалась у ФИО1 на целый день 13 января 2020 г. для лечения зуба, но ей было отказано. Уведомление о том, что нужно прийти в отдел кадров и дать объяснения по поводу отсутствия, получила, но не пошла, так как на тот момент у неё уже было отдано заявление в прокуратуру на действия работодателя и она ждала результата. 

Представитель ответчика ФИО13, действующий на основании доверенности 19.02.2020 (л. д. 76), в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в отзыве. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы данного гражданского дела, суд пришел к выводу, что исковые требования ФИО11 к ГБУ «Катайская ЦРБ» об отмене приказов, взыскании компенсации выплаченных сумм при увольнении и компенсации морального вреда, обязании изменить формулировку увольнения подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основаниями прекращения трудового договора являются расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Частью 4 ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что если в период испытания работник придет к выводу, что предложенная ему работа не является для него подходящей, то он имеет право расторгнуть трудовой договор по собственному желанию, предупредив об этом работодателя в письменной форме за три дня.

В соответствии с подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей в виде прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте «г» пункта 39 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» увольнение работника по подпункту «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул может быть произведено за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока договора либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (статья 79, часть первая статьи 80, статья 280, часть первая статьи 292, часть первая статьи 296 ТК РФ).

В силу ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с Трудовым Кодексом РФ или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность). 

Прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя, с которым работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Согласно ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Судом на основании пояснений сторон, трудового договора № 540/19 от 03.12.2019 и приказа о приеме на работу № 186-к от 03.12.2019 установлено, что ФИО11 с 03.12.2019 была принята на работу в ГБУ «Катайская ЦРБ» медицинским статистиком в организационно-методический кабинет на 1 ставку, с испытательным сроком на 3 месяца (с 03.12.2019 по 02.03.2020). При этом работнику установлена нормальная продолжительность рабочего времени, режим работы с 08:00 до 17:00, перерыв на обед с 12:00 до 13:00, пятидневная рабочая неделя, выходные дни – суббота и воскресенье, ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней (л. 

<

...> 27).

Согласно копии заявления ФИО11 от 10.01.2020 она просила уволить ее по собственному желанию с 10.01.2020 (л. д. 28). Указанное заявление зарегистрировано работодателем в тот же день - 10.01.2020. На заявлении наложены визы руководителей работника, без указания даты: заместителя главного врача по организационно-методической работе ФИО1 - «не возражаю», главного врача учреждения ФИО3 - «с отработкой 2 недели».

В соответствии с производственным календарем для пятидневной рабочей недели на 2020 год с 1-ого по 8-ое января являлись выходными днями, 9-ое и 10-ое января – рабочими, 11-ое и 12-ое января – выходными, с 13-ого по 17-ого января - рабочими.

13.01.2020 главной медицинской сестрой ФИО4 в присутствии заместителя главного врача по ОМР ФИО1 и врача-статистика ФИО5 составлен акт № 1 об отсутствии медицинского статистика ФИО11 на рабочем месте в течение 13.01.2020 с 08:00 до 17:00. В примечании указано, что ФИО11 пришла на работу, но к исполнению должностных обязанностей не приступила, ушла и в течение дня на работу не явилась. С актом работник не ознакомлен в связи с его отсутствием (л. д. 29).

Заместителем главного врача по ОМР ФИО1 13.01.2020 на имя главного врача оформлен рапорт об отсутствии на работе ФИО11 На рапорте имеется виза главного врача ФИО3 без указания даты ее выполнения: «В случае отсутствия уважительных причин уволить за прогул» (л. д. 30).

16.01.2020 на имя ФИО11 работодателем направлено по почте уведомление (л. д. 31), в котором указано, что заявление об увольнении по собственному желанию подписано главным врачом с датой увольнения 24.01.2020, о чем ей было сообщено в устной форме 13.01.2020. Также указано, что поскольку работник не находится на рабочем месте и не приступил к своим должностным обязанностям, работодатель просит явиться в отдел кадров для решения вопроса об увольнении или дальнейшей работе и даче письменного объяснения причины отсутствия на работе. Указанное уведомление вручено истцу 21.01.2020, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении и отчетом об отслеживании почтовых отправлений с почтовым идентификатором (л. д. 32-34).

23.01.2020 на имя ФИО11 работодателем вновь направлено по почте уведомление о том, что заявление об увольнении по собственному желанию подписано главным врачом с датой увольнения 24.01.2020. Дополнительно указано, что поскольку в заявлении причиной увольнения было указано собственное желание и не было указано о желании уволиться без отработки, то главный врач посчитал возможным установить срок отработки по общим правилам – 2 недели, так как работник лично не согласовал с руководителем дату увольнения. 

В этом же уведомлении работодателем указано, что в соответствии со ст. 14 Трудового кодекса РФ и ст. 191 Гражданского кодекса РФ последним рабочим днем для ФИО11 «в любом случае» является 13.01.2020. Устное требование работника, выраженное намного позднее, чем написано заявление об увольнении, могло быть удовлетворено в случае личного обращения к главному врачу и исполнения трудовых обязанностей 13.01.2020. Но поскольку 13.01.2020 работник не приступил к трудовым обязанностям, то может быть уволен по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ст. 81 Трудового кодекса РФ, то есть за прогул. В связи с этим истцу предложено обратиться в отдел кадров не позднее 27.01.2020, в случае неявки в указанный срок и непредоставления уважительной причины отсутствия трудовой договор будет расторгнут по основанию «прогул» (л. д. 35). Согласно отчету об отслеживании почтовых отправлений с почтовым идентификатором указанное уведомление адресату не было вручено (л. д. 36-38).

24.01.2020 начальником отдела кадров ГБУ «Катайская ЦРБ» в присутствии заместителя главного врача по ОМР ФИО1 и специалиста по кадрам ФИО6 составлен акт № 2 об отсутствии медицинского статистика ФИО11 на рабочем месте в течении с 13.01.2020 по 24.01.2020 (л. д. 39), а 27.01.2020 – акт о неявке сотрудника в отдел кадров (л. д. 40) и непредоставлении письменного объяснения работника – ФИО11 об отсутствии на рабочем месте 13.01.2020 по уважительной причине в срок до 27.01.2020 (л. д. 63).

Согласно графику рабочего времени за январь 2020 года у ФИО11 в рабочие дни по производственному календарю 13, 14, 15, 16, 17, 20, 21, 22, 23 и 24 января указано «не выход на работу» (л. д. 88). 

Из служебной записки начальника отдела кадров главному врачу ГБУ «Катайская ЦРБ» от 27.01.2020 следует, что ФИО11 27.01.2020 не явилась в отдел кадров и не предоставила письменных объяснений своего отсутствия на рабочем месте с 13.01.2020 по 24.01.2020 (дата увольнения по заявлению). Служебная записка содержит резолюцию главного врача: «Считать дни отсутствия с 13.01.2020 по 24.01.2020 прогулом» (л. д. 41). 

В этот же день, то есть 27.01.2020, работодателем вынесены приказы № 2-д/2 (о признании прогулами периода с 13.01.2020 по 24.01.2020 и применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения) и № 11-к (о прекращении (расторжении) трудового договора и увольнения ФИО11 с 10.01.2020 в связи с прогулом в период с 13.01.2020 по 24.01.2020), а также оформлена записка-расчет № 11-к о прекращении трудового договора с 10.01.2020 (л. 

<

...>).

Согласно расчетному листку ФИО11 за январь 2020 г. ей начислена заработная плата за период с 1-го по 12-ое января 2020 г. в размере 2104,06 руб. (л. д. 52). 28.01.2020 указанная сумма перечислена работодателем на лицевой счет работника (л. д. 51).

Из приведенных выше норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что если работодатель не дал согласия на расторжение трудового договора до истечения срока предупреждения, работник обязан отработать установленный законом срок. Досрочное прекращение работы в этом случае является нарушением трудовой дисциплины. Работник, самовольно оставивший работу, может быть уволен за прогул.

Из пояснений истца судом установлено, что заявление об увольнении по собственной инициативе подано ею по собственной инициативе, поскольку она не согласилась с изменением условий её труда, а именно: оставаться после работы и выходить в выходные для составления отчета. 

Также установлено, что соглашения о расторжении трудового договора по инициативе работника 10 января 2020 г., то есть в день подачи заявления об увольнении, с ответчиком ФИО11 достигнуто не было. 

Учитывая, что заявление об увольнении ФИО11 было зарегистрировано ответчиком 10.01.2020 и учитывая отсутствие соглашения о расторжении трудового договора в день увольнения, начало течения срока предупреждения ФИО11 работодателя об увольнении 11 января 2020 г., окончание - 13.01.2020, этот день являлся для неё последним рабочим днем. 

Таким образом, ФИО11 могла прекратить осуществление трудовых обязанностей у ответчика непосредственно после подачи заявления об увольнении только в случае достижения соглашения с работодателем, при отсутствии подобного соглашения на работника до окончания срока предупреждения об увольнении распространяются все обязанности, возложенные трудовым договором, трудовым законодательством. 

Судом установлено, что препятствий со стороны работодателя к исполнению работником своих трудовых обязанностей на своем рабочем месте 13 января 2020 г., как указывает истец, не имелось. Само по себе отсутствие у работника ключа от кабинета, являющегося рабочим местом, не является препятствием к выполнению трудовых обязанностей. Доступ в кабинет у ФИО11 13.01.2020 имелся, что подтверждается её пояснениями, пояснениями свидетелей ФИО2, ФИО7, согласно которым ФИО11 занимала кабинет совместно с оператором ПК ФИО7 и делопроизводителем ФИО8 Кроме того, свидетель ФИО7 дополнительно пояснила, что 13.01.2020 в период времени до 08:00 она своим ключом открыла кабинет, но ФИО11 в кабинет не вошла, к работе не приступила, осталась сидеть в коридоре. По прошествии некоторого времени ФИО11 вошла в кабинет, сразу забрала свои вещи и ушла. Свидетель ФИО2 суду пояснила, что после того, как она в начале рабочего дня пояснила ФИО11 о том, что на её заявлении главный врач поставил визу об отработке две недели, ФИО11 зашла в свой кабинет и, забрав вещи, ушла, не предупредив никого.

Судом установлено, что ФИО11 вплоть до издания приказа ответчиком о её увольнении не предпринимались какие-либо действия, свидетельствующие о предоставлении ею объяснений по причине неявки на рабочее место 13.01.2020, тогда как уведомление о необходимости предоставления таковых она получила.

Доводы ФИО11 о том, что она по уважительной причине ушла с работы и больше не выходила, а именно в связи с лечением зуба, судом не принимаются во внимание, поскольку из её пояснений, пояснений свидетелей ФИО9, ФИО10, справки врача и копии журнала посещения (л. 

<

...>) следует, что она находилась на лечении до обеда, после обеда освобождения от работы у неё не было, кроме того, из пояснений истца также следует, что ей было отказано в предоставлении отгула на целый день 13 января 2020 г. в связи с лечением зуба. 

Доводы истца ФИО11 о том, что она плохо себя чувствовала после лечения зуба, в судебном заседании, кроме пояснений свидетеля ФИО10, являющегося её мужем, медицинскими документами не подтверждены. Кроме того, о плохом самочувствии она не уведомила работодателя, хотя имела такую возможность.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что 13.01.2020 ФИО11 совершила прогул – самовольное оставление без уважительной причины работы до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора.

Принимая во внимание, что факт отсутствия истца на рабочем месте 13.01.2020 без уважительных причин подтвержден материалами дела и пояснениями сторон, свидетелей, предусмотренный ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем не нарушен, то правовых оснований для удовлетворения соответствующих требований истца о признании увольнения незаконным у суда не имеется.

В силу норм трудового законодательства подача работником заявления об увольнении по собственному желанию не является препятствием для его увольнения по инициативе работодателя, в том числе по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, до истечения срока предупреждения, при совершении работником прогула в указанный период.

Увольнение за прогул является мерой дисциплинарного взыскания, поэтому оно должно производиться с соблюдением правил применения дисциплинарных взысканий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно пп. 3 абз. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одни из способов защиты нарушенных прав работодателя. 

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Оценивая тяжесть проступка ФИО11, суд отмечает, что в соответствии со ст. ст. 81, 192 Трудового кодекса Российской Федерации прогул является самостоятельным и достаточным основанием для увольнения работника. 

В действиях ФИО11 имел место прогул, соответственно днем начала дисциплинарного проступка является 13 января 2020 г. – отсутствие на рабочем месте, а окончанием – момент, когда работодателю в установленный срок не представлены причины отсутствия, то есть в данном случае 27 января 2020 г.

Приказ об увольнении истца изготовлен работодателем 27 января 2020 г., то есть в пределах установленного законом месячного срока для привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Тот факт, что расторжение трудового договора произведено с 10 января 2020 года не является признания приказа об увольнении незаконным.

По смыслу правовой нормы, предусмотренной ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, при увольнении работника за прогул, днем прекращения с ним трудовых отношений является последний день работы, предшествующий прогулу, при условии, что работник не возобновил впоследствии исполнение трудовых обязанностей.

Несовпадение последнего дня работы с днем, когда оформлено прекращение трудовых отношений с ним в связи с применением соответствующего дисциплинарного взыскания за прогул, признается допустимым и трудовые права данного работника не нарушает.

Согласно ч. 4 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Учитывая, что оснований для признания увольнения незаконным судом не установлено, то требование ФИО11 об изменении формулировки основания увольнения в трудовой книжке не подлежит удовлетворению. 

Поскольку 13 января 2020 г. являлся для истца последним рабочим днем, именно в этот день работодатель обязан был произвести с ней полный расчет и выдать трудовую книжку, и именно в этот день должен был расторгнуть трудовой договор.

Однако, поскольку работник в последний рабочий день, то есть в день увольнения - 13.01.2020 не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Требования о расчете, а также о выдаче трудовой книжки ФИО11 не заявляла, по вызовам работодателя не являлась. 

В связи с необходимостью соблюдения правил применения дисциплинарных взысканий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации, приказ об увольнении ФИО11 принят работодателем не 13.01.2020, а позднее - 27.01.2020, и в этот же день произведен расчет с уволенным работником. Поэтому оснований для взыскания компенсации по ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется.

Отсутствие ФИО11 на рабочем месте после истечения срока предупреждения об увольнении, то есть с 14.01.2020 по 24.01.2020, прогулом признаваться не может, поскольку она вправе не приступать к работе после истечения срока предупреждения. 

В связи с этим приказ № 2-д/2 от 27.01.2020 суд признает незаконным в части признания прогулами периода с 14.01.2020 по 24.01.2020.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом приказ № 2-д/2 от 27.01.2020 признан незаконным в части признания прогулами периода с 14.01.2020 по 24.01.2020, требование истца о компенсации морального вреда является законным. С учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда, причиненного истцу указанным приказом, составляет 500 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истцы в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождены от уплаты государственной пошлины при подаче иска о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а судом частично удовлетворены исковые требования неимущественного характера, в силу положений ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 15, п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации и подп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации суд взыскивает с ответчика государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Катайского района, исчисленную исходя из удовлетворённых требований истца, в размере 300,0 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО11 к государственному бюджетному учреждению «Катайская центральная районная больница» об отмене приказов, взыскании компенсации выплаченных сумм при увольнении и компенсации морального вреда, обязании изменить формулировку увольнения удовлетворить частично.

Признать приказ № 2-д/2 от 27.01.2020 незаконным в части признания прогулами периода с 14 января 2020 года по 24 января 2020 года.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения «Катайская центральная районная больница» в пользу ФИО11 компенсацию морального вреда в размере 500 (Пятьсот) рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения «Катайская центральная районная больница» в доход бюджета муниципального образования Катайского района государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО11 отказать ввиду необоснованности.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Катайский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья: О. А. Бутакова

Мотивированное решение изготовлено 28 июля 2020 года.