УИД 31RS0016-01-2024-008816-92 дело № 2-989/2026 (2-6575/2025)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2026 года г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Бригадиной Л.Б.,

при секретаре Шмигириловой Е.А.,

с участием истца ФИО3, его представителя ФИО4 (по ордеру), представителя ответчика Министерства Финансов РФ – ФИО5, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований Следственное Управление Следственного комитета РФ по Белгородской области – ФИО6 (по доверенности), представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Прокуратуры Белгородской области – ФИО7 (по доверенности), рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

установил:

ФИО3 обратился в суд с вышеуказанным иском в котором просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда в размере 4062000 рублей.

В обоснование требований ссылается, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца постановлением следователя следственного управления СО по г. Белгороду СУ СК РФ по Белгородской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного пунктом «а» частью 3 статьи № УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ и помещен в 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменено, ФИО3 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца.

Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ходатайство следователя СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> о продлении ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста до 4-х месяцев удовлетворено.

ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было отменено.

ДД.ММ.ГГГГ органом следствия ФИО3 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СО СУ СК РФ по 

<

адрес> ФИО3 предъявлено окончательное обвинение по п. «а», «б» ч. 3 ст. № УК РФ, по 

<

данные изъяты> в отношении ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ обвинительное заключение утверждено прокурором г. Белгорода и материалы уголовного дела направлены для рассмотрения по существу в Октябрьский районный суд г. Белгорода.

ДД.ММ.ГГГГ государственный обвинитель на основании ч. 7 ст. 246 УПК РФ отказался от поддержания обвинения, мотивировав это тем, что предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения в ходе судебного заседания в связи с отсутствием фактических данных причастности ФИО3 к этому преступлению.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО3 в совершении им преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> РФ, прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения ФИО3 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, оставлено без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

ДД.ММ.ГГГГ Первый кассационный суд общей юрисдикции постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в Октябрьский районный суд 

<

адрес> иным составом.

ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд г. Белгорода постановил возвратить уголовное дело в отношении ФИО3 для устранения препятствий его рассмотрения в связи с наличием оснований для предъявления подсудимому обвинения в более тяжком преступлении.

ДД.ММ.ГГГГ следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУСК РФ по Белгородской области ФИО2, рассмотрев материалы уголовного дела №, постановил прекратить уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3 по п. 

<

данные изъяты> УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить. Признать право на реабилитацию и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием на основании главы 18 УПК РФ.

Истец, ссылаясь на указанные обстоятельства, на положения статьи 53 Конституции Российской Федерации, на статью 16, пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, на разъяснения, данные пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

На момент возбуждения уголовного дела ФИО3 являлся начальником отдела уголовного розыска г. Белгорода. Согласно Характеристике от марта 2019 года на подполковника полиции в отставке ФИО3, истец, за период службы в органах внутренних дел характеризовался как добросовестный, исполнительный профессионально грамотный руководитель, обладает хорошей теоретической подготовкой. В обращении с коллегами по службе и гражданами вежлив и конкретен. Пользовался доверием и уважением в коллективе.

Возбуждение уголовного дела, тяжесть предъявленного обвинения, а затем и судебный процесс нанесли огромный удар по деловой репутации ФИО3, его чести и достоинству, как человека, который на протяжении всей своей жизни добросовестно служил государству, и причинили истцу глубокие нравственные страдания.

Узнав о начатом уголовном судопроизводстве, а так же о предстоящем возбуждении уголовного дела, ФИО3 получил сильнейший стресс, его сердце не выдержало, и ночью ДД.ММ.ГГГГ его по скорой помощи доставили в Городскую клиническую больницу №, где он проходил лечение до ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «Ишемическая болезнь сердца (ИБС), впервые возникшая стенокардия, наджелудочковая экстрасистолия». Из-за незаконного и несправедливого обвинения, стресса, практически круглосуточного пребывания в квартире, а также из-за невозможности у ФИО3 навестить своих пожилых родителей в 

<

адрес> за время уголовного преследования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что составляет 3 года 8 месяцев 14 дней, у истца началась депрессия, его стала сопровождать бессонница.

В судебном заседании истец ФИО3 и его представитель ФИО4 поддержали требования искового заявления и настаивали на их удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации – ФИО5 возражала относительно заявленных требований, просила в иске отказать, а в случае удовлетворения иска судом просила снизить размер компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Следственного управления Следственного комитета России по Белгородской области – ФИО6 не возражала против того, что истец ФИО3 имеет право на компенсацию морального вреда в связи с прекращением уголовного дела в отношении ФИО3 по реабилитирующим основаниям, однако считает сумму компенсации морального вреда явно чрезмерно завышенной и не соответствующей принципам разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, прокуратуры 

<

адрес> – ФИО7, не оспаривая право истца на реабилитацию, возражала относительно заявленной истцом суммы компенсации морального вреда, полагала ее чрезмерно завышенной.

Изучив материалы гражданского дела, выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы уголовного дела №, суд приходит к следующему выводу.

В ст. 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

Частями 2 и 3 ст. 133 названного Кодекса установлено, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам, в отношении которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым другим основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера.

Как следует из п.п. 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 (ред. от 02.04.2013) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» - с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

К участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений ст. ст. 52, 53 Конституции РФ, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

Как предусмотрено п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

В данном рассматриваемым случае Постановлением Октябрьского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО3 в совершении им преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения ФИО3 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. 

<

данные изъяты> УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, оставлено без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

ДД.ММ.ГГГГ Первый кассационный суд общей юрисдикции постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение Белгородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в Октябрьский районный суд

<

адрес> иным составом.

ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд 

<

адрес> постановил возвратить уголовное дело в отношении ФИО3 для устранения препятствий его рассмотрения в связи с наличием оснований для предъявления подсудимому обвинения в более тяжком преступлении.

ДД.ММ.ГГГГ следователь по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУСК РФ по 

<

адрес> ФИО2, рассмотрев материалы уголовного дела №, постановил прекратить уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3 по п. 

<

данные изъяты> УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить. Признать право на реабилитацию и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием на основании главы 18 УПК РФ.

При разрешении требования о взыскании компенсации морального вреда суд руководствуется предусмотренным законом правом ФИО3 на реабилитацию.

При этом, суд учитывает, что из содержания постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении истца от ДД.ММ.ГГГГ следователь исходил не исключительно из ухудшения состояния здоровья потерпевшего (наличия у ФИО1 психического расстройства), а исходя из совокупности имеющих в деле доказательств.

Требование компенсации морального вреда в связи с реабилитацией основано на законе, предметом судебного разбирательства является обоснованность размера компенсации морального вреда, заявленного реабилитированным гражданином и основанного на совокупности конкретных фактических обстоятельства, а также норм материального и процессуального права (Определение Верховного суда от 8 февраля 2022 г. N 3-КГ21-7-К3).

Разрешение вопроса о размере компенсации суд учитывает длительность уголовного преследования, выход за рамки установленных законом процессуальных сроков рассмотрения уголовного дела - 3 года 8 месяцев 14 дней; меру пресечения, которая избиралась для истца в ходе уголовного преследования.

Так, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (10 дней).

ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменено, ФИО3 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца.

Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ходатайство следователя СО по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> о продлении ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста до 4-х месяцев удовлетворено.

ДД.ММ.ГГГГ постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было отменено. ДД.ММ.ГГГГ органом следствия ФИО3 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился под мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

За время уголовного преследования 3 лет 8 месяцев 14 дней, ФИО3 -10 дней находился под стражей, 65 дней находился под домашним арестом, 1277 дней под подпиской о невыезде.

Заслуживают внимание, доводы истца, что в указанный период он был ограничен в свободе передвижения, он не мог выехать за пределы 

<

адрес> для проведения отпуска со своим несовершеннолетним ребенком, не мог навестить своих пожилых родителей проживающих в 

<

адрес>, обычные бытовые вещи в данный период ФИО3 обязан был согласовывать со следователем (поход к зубному, поход в магазин). Данные обстоятельства подтверждены скриншотами переписки со следователем, который контролировал избранную меру пресечения ФИО3

При этом следует учитывать саму личность ФИО3, который до привлечения его к уголовной ответственности имел безупречную деловую репутацию, награжден почетной грамотой Министра внутренних дел РФ (приказ № л/с МВД от ДД.ММ.ГГГГ), Благодарственным письмом Администрации 

<

адрес> (распоряжение №-л от ДД.ММ.ГГГГ), многочисленными ценными подарками и медалями всех трех степеней за отличие в службе.

Вполне очевидно, что истец испытывал переживания относительно возможной утраты к нему доверия со стороны знакомых, а также умаление его чести и достоинства, поскольку во время следственных действий в более чем 20-ти средствах массовой информации были опубликованы сведения с громкими заголовками о изобличении начальника уголовного розыска в преступлении, при этом в семье истца ФИО3 рос младший сын, которые на момент уголовного преследования истца находились в подростковом возрасте.

Кроме того, причинение морального вреда лицу, незаконно обвиняемому в совершении преступления, компенсация морального вреда при причинении вреда здоровью, нарушении трудовых прав могут рассматриваться судами как общеизвестные факты, которые не подлежат дополнительному доказыванию в соответствии со ст. 61 ГПК РФ. (Обзор правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации по вопросам частного права за февраль 2022 г.)

Таким образом, на основании изложенного, проанализировав всю совокупность представленных сторонами, третьими лицами и исследованных судом доказательств, которые суд оценивает в соответствии с правилами ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ и с учетом всех фактических обстоятельств дела, привлечения истца к уголовной ответственности, вида и продолжительности избранной меры пресечения и всего уголовного преследования в целом, оснований, послуживших прекращению уголовного преследования, категорию преступления, в котором он обвинялся, возраста и состояния здоровья истца, условия его жизни в период уголовного преследования, личности истица, степень и характер нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, данных характеризирующих его личность, распространение сведений об уголовном преследовании истца в средствах массовой информации, а также требования разумности и справедливости с целью обеспечения баланса частных и публичных интересов, и приходит к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ в пользу истца компенсации морального вреда размере 50 000 руб.

В силу статьи 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Поскольку моральный вред был причинен истцу в результате уголовного преследования, осуществляемого органами, финансируемыми из федерального бюджета, компенсация морального вреда ко взысканию подлежит за счет казны Российской Федерации, а обязанность по исполнению решения суда следует возложить на Министерство финансов Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации (ИНН№ в пользу ФИО3 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья Л.Б. Бригадина

Мотивированное решение суда изготовлено 24.03.2026.

Судья Л.Б. Бригадина