Дело №

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Новосибирский областной суд в составе:

председательствующего Турченко А.В.,

при секретаре Ковалевой Н.П.

с участием государственного обвинителя Хохрина В.В. - прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры 

<

адрес>,

потерпевшей *

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Артамоновой Л.А., представившей ордер № от ДД.ММ.ГГГГ и удостоверение № Октябрьской коллегии адвокатов 

<

адрес>,

рассмотрев материалы уголовного дела по обвинению

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданки 

<

данные изъяты>, имеющей образование 9 классов, незамужней, имеющей малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не работающей, ранее не судимой, проживающей по адресу: 

<

адрес>, имеющей регистрацию по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, содержащейся под стражей с ДД.ММ.ГГГГ,

в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 совершила разбойное нападение на *** в целях хищения ее имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, в ходе которого причинила тяжкий вред ее здоровью, а кроме того, совершила ее убийство и покушалась на уничтожение чужого имущества путем поджога, взрыва.

Указанные преступления совершены в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 из корыстных побуждений возник умысел на совершение разбойного нападения на *** в целях хищения ее имущества и на причинение ей смерти. Реализуя этот умысел, ФИО1, приискав в 

<

адрес> по 

<

адрес> топор, намереваясь использовать его в качестве оружия в разбойном нападении на *** для причинения тяжкого вреда ее здоровью и смерти, спрятала его под одежду и около 11 часов пришла к дому № по 

<

адрес>, где проживала потерпевшая.

С разрешения ***, не подозревавшей о ее намерениях, ФИО1 прошла в дом, где потребовала передать ей денежные средства. Получив отказ, ФИО1, намереваясь использовать в качестве оружия принесенный с собой топор, достала его из-под одежды, на что ***, оказывая активное сопротивление ФИО1, нанесла ей один удар сковородой в область головы. 

ФИО1, продолжая свой умысел, в период времени с 11 до 13 часов ДД.ММ.ГГГГ, напала на *** и, применяя насилие опасное для жизни и здоровья, используя топор в качестве оружия, с целью причинения смерти, на кухне, а затем в комнате указанного дома умышленно нанесла этим топором множественные (не менее десяти) удары в область головы потерпевшей ***, а также множественные (не менее десяти) удары по телу и конечностям. После чего, продолжая свой умысел, ФИО1, сорвав со стены елочную гирлянду, используя ее в качестве оружия, сдавливала гирляндой шею потерпевшей с целью лишения *** жизни, пока гирлянда не порвалась, а затем, доводя до конца свой умысел на убийство, используя в качестве оружия подобранный в доме нож, нанесла им *** не менее четырех ударов в область туловища, головы и конечностей. После чего ФИО1 похитила принадлежащее ей имущество: денежные средства в сумме 150 рублей, сотовый телефон «Нокиа», стоимостью 695 рублей, распорядившись им по своему усмотрению.

В ходе разбойного нападения на *** ФИО1 причинила ей множественные телесные повреждения в области головы, груди, левой и правой верхних конечностей, в том числе, непосредственно создавшие угрозу для ее жизни и повлекшие тяжкий вред здоровью: колото-резаную рану на задней поверхности грудной клетки слева, проникающую в брюшную полость через грудную, с повреждением мягких тканей, межреберных мышц, диафрагмы, пересечением края селезенки, кровоизлиянием в грудную и брюшную полости; а также открытую черепно-мозговую травму, выразившуюся во вдавлено-оскольчатом переломе костей свода черепа (теменной, височной, затылочной) с разрывом твердой мозговой оболочки, с субдуральным кровоизлиянием, с отеком головного мозга, очагами субарахноидальных кровоизлияний, от которой наступила смерть *** на месте.

После разбойного нападения на *** и ее убийства ФИО1, действуя с целью сокрытия следов совершенных преступлений, имея умысел на причинение значительного ущерба в результате уничтожения чужого имущества на сумму 257450 рублей путем поджога и взрыва, открыла подачу бытового газа из газового баллона в конфорки газовой плиты, обеспечив его свободный выход в помещение 

<

адрес> по 

<

адрес>, и подожгла бумаги на полу дома, рассчитывая, что взаимодействие огня и взрывчатого вещества приведет в дальнейшем к полному уничтожению жилого дома с находящимся в нем имуществом и трупом потерпевшей, после чего с места преступления скрылась.

Однако, довести до конца свой умысел, направленный на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога и взрыва, ФИО1 не смогла по независящим от нее обстоятельствам, поскольку пожар и взрыв в 

<

адрес> по 

<

адрес> были предотвращены * и *

В судебном заседании подсудимая ФИО1 выражать свое отношение к предъявленному обвинению и давать показания по обстоятельствам дела отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ. Вместе с тем, в ходе судебного следствия заявила, что в дом *** ДД.ММ.ГГГГ она не приходила, в этот день до 10 часов 50 минут находилась в доме у своей знакомой по имени 

<

данные изъяты>, проживающей в 

<

адрес>, затем направилась домой к своей матери *, и в этот момент ее видел свидетель * 

Суд находит, что такие пояснения даны подсудимой с целью избежать ответственности за содеянное, а виновность ФИО1 в совершении разбойного нападения на ***, ее убийстве и в покушении на уничтожение чужого имущества путем поджога, взрыва подтверждается следующими доказательствами.

Подсудимая ФИО1 на стадии досудебного производства по делу неоднократно изобличала себя в совершенных преступлениях.

При допросе в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 148-153), ФИО1 дала подробные показания об обстоятельствах совершенных преступлений. В частности, она пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ приехала из Казахстана к своей матери 

<

данные изъяты> в 

<

адрес>, где узнала, что в 

<

адрес> по 

<

адрес> проживает одинокая бабушка 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ, испытывая нужду в деньгах, она решила попросить их у 

<

данные изъяты> и, предполагая, что может получить отказ, взяла с собой топор с обломанной ручкой, намереваясь напугать им 

<

данные изъяты> и добиться передачи денег. Чтобы остаться неузнанной на улице, она одела вещи 

<

данные изъяты> – куртку-бушлат, в карман которой спрятала топор, и черную вязаную шапку, на ноги одела уги, принадлежащие ее матери, на руки матерчатые перчатки, и около 11 часов пришла к дому 

<

данные изъяты>, где постояла некоторое время, настраиваясь. Пройдя в открытые ворота ограды, она постучала в дом, когда 

<

данные изъяты> открыла дверь, она представилась дочерью *, после чего 

<

данные изъяты> впустила ее, они прошли на кухню, где она попросила 

<

данные изъяты> занять ей 500 рублей, на что сразу получила отказ. Решив напугать 

<

данные изъяты>, она достала из кармана куртки топор и, держа его в руке, потребовала отдать ей деньги по-хорошему. 

<

данные изъяты> испугалась, стала пятиться назад, а затем ударила ее сковородой по голове и стала ругать. Разозлившись, она ударила 

<

данные изъяты> два раза обухом топора по голове сверху вниз, отчего 

<

данные изъяты> пошатнулась и выронила сковороду на пол, она отвела ее в комнату, где посадила на кровать и вновь попросила дать ей денег. 

<

данные изъяты> продолжала ее ругать, била кулаком по куртке, тогда она нанесла ей еще два удара обухом топора по голове сверху вниз, отчего 

<

данные изъяты> упала на пол, после чего она наносила лежащей на полу 

<

данные изъяты> еще удары топором по голове, во время ударов 

<

данные изъяты> пыталась закрывать голову руками, на голове у нее было много крови. После этого она решила задушить 

<

данные изъяты>, чтобы та не мучилась, так как считала, что 

<

данные изъяты> не выживет. Для этого она сняла со стены электрическую гирлянду, набросила ее спереди на шею 

<

данные изъяты> и, взявшись за концы гирлянды, стала ее душить. 

<

данные изъяты>, оказывая ей сопротивление, схватилась за гирлянду руками, оттягивая ее от шеи, в результате чего провод гирлянды порвался. Тогда она на кухне взяла нож с деревянной ручкой, намереваясь убить им 

<

данные изъяты>, так как та мучилась, но все еще была жива, подошла к ней с ножом, 

<

данные изъяты>, оказывая сопротивление, попыталась отобрать у нее нож и схватилась за лезвие ножа рукой. Но она вытащила нож из руки 

<

данные изъяты> и нанесла ей ножом удар в левый бок, после чего взяла топор и с силой нанесла ей еще один удар обухом по голове, а затем, оставив топор и нож рядом с телом 

<

данные изъяты>, стала искать в доме ценности, выбрасывая вещи из шкафов на пол. В кухне она нашла сотовый телефон «Нокиа» в корпусе темного цвета, монеты в сумме 150 рублей, которые забрала себе. После чего она открыла в кухне все конфорки газовой плиты, в комнате на полу подожгла бумагу, нашла бутылки с жидким чистящим средством и полила им пол кухни и комнаты, чтобы огонь разгорелся быстрее, надеясь, что от пожара газ взорвется и дом сгорит вместе с телом 

<

данные изъяты>, скрыв все следы преступления. Затем она закрыла входную дверь дома на крючок, открыла окно в кухне и вылезла через него на улицу, забрав с собой топор и нож, которыми наносила удары 

<

данные изъяты>. Постояв в ограде дома 

<

данные изъяты> около 5-6 минут, она пошла домой к своей матери, где переоделась, сожгла в печке свои штаны и телефон 

<

данные изъяты>. Бушлат, шапку, перчатки, нож и топор выбросила в снег за селом, также по дороге выбросила уги и похищенные монеты. 

На основании показаний ФИО1 были составлены схемы ее передвижения в доме *** и к местам выбрасывания одежды, орудий преступления и похищенного (т. 1 л.д. 154-155).

С согласия ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ была проведена проверка ее показаний на месте, в ходе которой она указала дом 

<

данные изъяты> и подтвердила, что около 11 часов ДД.ММ.ГГГГ она пришла в этот дом за деньгами, взяв с собой топор для устрашения потерпевшей, получив отказ, наносила 

<

данные изъяты> удары этим топором по голове, душила ее гирляндой, нанесла удар ножом, после чего похитила сотовый телефон и деньги, подожгла дом, открыла газ и скрылась с места преступления через окно в кухне. Вещи, в которых она была в доме 

<

данные изъяты>, и деньги выбросила. При этом, указала на участок местности перед домом по адресу: 

<

адрес>, где были обнаружены и изъяты женские сапоги – уги, ФИО1 пояснила, что в момент убийства 

<

данные изъяты> была в этой обуви (т. 1 л.д. 156-151; 162-168).

Давая такие показания, ФИО1 последовательно утверждала, что нападение на *** в ее доме она совершила из-за нужды в деньгах, при этом использовала различные предметы для причинения ей телесных повреждений и смерти.

При допросе в качестве обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подтвердила свои показания в качестве подозреваемой в полном объеме, указав, что первоначально убивать 

<

данные изъяты> не хотела, взяла топор, чтобы напугать ее, в дальнейшем стала наносить ей удары в ответ на то, что 

<

данные изъяты> ударила ее сковородой по голове (т. 1 л.д. 173-175). 

При допросе в качестве обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, подтверждая ранее данные показания, вину в поджоге дома не признала, ссылаясь на то, что не помнит, что она делала после убийства 

<

данные изъяты>, так как была сильно взволнованна (т. 1 205-207).

В последующем, при допросах ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, признавая вину частично, от дачи показаний отказалась (т. 1 л.д. 245-247, т. 5 л.д. 130-132, т. 6 л.д. 26-28).

Огласив и проверив показания ФИО1, данные ею на предварительном следствии, сопоставив их с показаниями потерпевшей *, свидетелей и другими доказательствами, суд приходит к выводу, что показания ФИО1 на предварительном следствии о совершенном разбойном нападении на ***, ее убийстве и попытке учинения пожара и взрыва в ее доме получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и, за исключением доводов о том, что дом потерпевшей она не поджигала, убивать 

<

данные изъяты> не хотела, взяла с собой топор, чтобы напугать ее, удары стала наносить в ответ на то, что потерпевшая ударила ее сковородой по голове, являются достоверными, поскольку соответствуют следующим доказательствам по делу.

Потерпевшая * в суде показала, что по адресу: 

<

адрес> в 

<

адрес> проживала ее мама-пенсионерка ***, 1949 г.рождения. ДД.ММ.ГГГГ она позвонила матери на сотовый телефон и предупредила о своем приезде на следующий день. ДД.ММ.ГГГГ, около 9 часов утра, она вновь позвонила матери на сотовый телефон, все было нормально, мать была дома одна, готовилась к встрече. Из 

<

адрес> она выехала вместе с братом * на его автомобиле. Около 13 часов, подъезжая к 

<

адрес>, она несколько раз звонила матери на сотовый телефон, однако, телефон был отключен. Подъехав к дому матери через несколько минут, она первая пошла в дом. Дверь, ведущая из сеней в дом, была закрыта изнутри на крючок, на стук никто не открывал. Брат дернул дверь снаружи несколько раз, сломав крючок. Когда дверь открылась, они сразу почувствовали запах дыма и гари. Пройдя на кухню, она увидела открытое окно, на подоконнике был снег со следами, похожими на кровь, от окна вдоль ограды дома на снегу она увидела следы обуви. На полу комнаты и кухни было разлито моющее средство белизна, перед входом в комнату был очаг возгорания, брат потушил его. На пороге комнаты лежала мама без признаков жизни, в затылочной части головы у нее была большая рана с кровью, на шее она видела шнур от елочной гирлянды, на руках порезы. На полу в комнате валялась сковорода, на которой мама постоянно пекла блины, также на полу валялась ручка от нее. В комнате из шкафов были выброшены вещи, из чего она заключила, что на маму напали с целью ограбления, после чего она вызвала скорую помощь и полицию, приехавшие врачи констатировали смерть мамы. Из дома пропал мамин сотовый телефон «Нокиа», стоимостью 695 рублей, мелочь из чашечки на холодильнике около 150 рублей, а также разделочный нож из подставки на кухне. В результате пожара огнем был поврежден линолеум и доски на полу, на общую сумму 18000 рублей. Кроме того, в случае пожара и взрыва ей мог быть причинен значительный ущерб от уничтожения жилого дома с находящимся в нем имуществом на общую сумму 257450 рублей.

Свидетель * в суде показал, что около 13 часов 05 минут ДД.ММ.ГГГГ он вместе с сестрой * приехал к своей матери *** в 

<

адрес>, дверь в дом оказалась закрыта изнутри, им никто не открывал. Открыв дверь, они почувствовали запах дыма и гари, пройдя в комнату, он увидел лежащую на полу маму, она была еще теплая, но без признаков жизни, с телесными повреждениями в области головы, на шее у нее он заметил шнур от гирлянды, на руках были порезы. Рядом с матерью лежала ее пустая сумка, паспорт, на полу тлели какие-то документы, он бросил их в печь, после чего, пройдя на кухню дома, почувствовал запах газа и обнаружил, что вентиль на газовом баллоне и три конфорки газовой плиты открыты. Он перекрыл их, чтобы избежать дальнейшей утечки газа. На подоконнике в кухне он увидел снег со следами крови, следы обуви под окном, ведущие вдоль дома, из чего понял, что кто-то скрылся через указанное окно. 

Свидетель * в суде показал, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий по раскрытию убийства *** в 

<

адрес>, совершенного ДД.ММ.ГГГГ, были обнаружены следы обуви, ведущие от окна кухни дома потерпевшей к дому 10 по ул. пер. Советский 

<

адрес>, в котором временно проживала ФИО1 Из дома ФИО1 вела другая цепочка следов, по которым он и второй оперуполномоченный пришли в район 

<

адрес>, где в снегу обнаружили бушлат, в который были завернуты топор и нож, впоследствии данные предметы были изъяты в ходе осмотра данного участка. 

Согласно протоколу осмотра места происшествия - 

<

адрес> по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 11-35), в доме установлено наличие беспорядка в зальной комнате, на полу у входа в комнату обнаружены обгоревшие документы и труп *** с повреждениями в области головы, туловища и конечностей: над внутренним углом правого глаза раны с неровными осадненными краями; кровоподтек вокруг правого глаза; рана в височной области справа; четыре раны в затылочной области справа с двумя вдавленными овально-вытянутыми участками переломов теменной кости с переходом на височную и затылочную; две раны на участке у левого теменного бугра; рана в теменно-височной области слева; рана в лобной области слева; рана в заушной области справа; рана по задней подмышечной линии грудной клетки слева; ссадина ушной раковины слева, в околоушной области с переходом на скуловую и щечную слева; ссадины на кончике и крыльях носа слева; две ссадины в области молочной железы справа; кровоподтеки на передних поверхностях плечевых суставов, в подключичной области и у рукоятки грудины слева; гематомы, множественные ссадины, раны на тыльной поверхности пальцев правой и левой кисти; рана, отделяющая часть ногтевой фаланги на левой кисти; шесть кожных ран прямолинейной формы на левом предплечье. 

На полу рядом с трупом обнаружена гирлянда, провод которой в нескольких местах имеет разрывы. На кухне обнаружены две пустые пластиковые бутылки из-под средства «Белизна», на газовой плите в районе переключателей, на пустой коробке из-под счетчика воды обнаружены следы от матерчатой перчатки. Зафиксирована дорожка следов, идущих по снегу от кухонного окна к углу дома и далее к выходу из ограды. В 3,5 метрах от угла дома обнаружены два четких отпечатка обуви левой и правой ноги (т. 1 л.д. 88-90).

На изъятых с места происшествия смывах вещества бурого цвета с дверей шкафа, с ящика для одежды, со стиральной машины, со снега возле калитки, на фрагментах ткани с одеяла и подушки, на пластиковой бутылке, трусах, пледе, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 65-68) экспертизы вещественных доказательств, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от ***

С места происшествия также изъяты: след предмета с веществом бурого цвета на снежном покрове у входа в дом, два следа обуви, ведущие в направлении от огорода к выходу из ограды. 

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ трасологической экспертизы, след предмета, отпечатавшегося на снежном покрове около входа в дом ***, образован топором, обнаруженным и изъятым у домовладения по адресу: 

<

адрес> (т.2 л.д. 114-115).

Два следа обуви, изъятые в ограде дома ***, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ трасологической экспертизы, образованы обувью ФИО1 (уги), изъятой в ходе осмотра участка местности перед домом по адресу: 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л. 140-141).

На предметах, изъятых с мест происшествия: - на участке местности в трех метрах от хозяйственной постройки домовладения по адресу: 

<

адрес>, (т. 1 л.д. 38-48) – куртке темно-синего цвета, ноже, топоре с обломанной ручкой; - на участке местности перед домовладением по адресу: 

<

адрес>, (т. 1 л.д. 162-164) - одной паре женских уг, в которых находилась ФИО1 во время совершения преступлений, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ молекулярно-генетической экспертизы (т. 2 л.д. 32-58), обнаружена кровь ***, а на угах, кроме того, обнаружены смешанные следы, содержащие кровь и эпителиальные клетки, вероятно принадлежащие *** и ФИО1 

Согласно копии миграционной карты (т. 1 л.д. 176), ФИО1 прибыла из 

<

адрес> в 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

Из показаний свидетеля * в суде и на предварительном следствии известно, что с ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, вместе с ней стала проживать ее дочь ФИО1, приехавшая из 

<

адрес>. Дочь не работала, своих денежных средств и сотового телефона не имела. Денег она дочери не давала, поскольку считала, что дочь тратит их не рационально. Через несколько дней после приезда дочери она представила ее своей соседке 

<

данные изъяты>, при этом, на вопрос дочери пояснила, что 

<

данные изъяты> проживает одна. ДД.ММ.ГГГГ около 9 часов утра она (

<

данные изъяты>) и ее муж 

<

данные изъяты> легли спать, ФИО1 была дома. Проснулись около 12 часов, ФИО1 также находилась дома, мыла голову и стирала свои вещи. Около 13 часов 30 минут ей стало известно об убийстве ***, а около 14 часов к ним домой пришли сотрудники полиции и попросили показать имеющуюся в доме обувь. После чего они обнаружили, что из дома пропали принадлежащие ей уги, а также принадлежащие 

<

данные изъяты> куртка-бушлат и вязаная черная шапка, из сеней дома пропал топор со сломанной ручкой.

Свидетель * в суде и на предварительном следствии дал показания, аналогичные показаниям свидетеля *, добавив, что утром ДД.ММ.ГГГГ его темно-синий бушлат со светоотражающими вставками висел на вешалке в коридоре, там же висела его вязаная шапочка. Около 14 часов в этот день от сотрудников полиции узнал об убийстве *** и обнаружил пропажу своих вещей и топора со сломанной ручкой.

Согласно заключениям № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ основной и дополнительной судебно-медицинских экспертиз (т. 2 л.д. 3-11, 215-216), смерть *** наступила от открытой черепно-мозговой травмы, выразившейся во вдавлено-оскольчатом переломе костей свода черепа (теменной, височной, затылочной) с разрывом твердой мозговой оболочки, с субдуральным кровоизлиянием соответственно (80 мл), с отеком головного мозга, очагами субарахноидальных кровоизлияний, в срок около 24 часов до момента вскрытия трупа в помещении морга в 12 часов ДД.ММ.ГГГГ.

При исследовании трупа *** обнаружены множественные ушибленные раны мягких тканей головы (лобных, теменных, височных, затылочных областей); кровоподтек вокруг правого глаза, ссадины ушной раковины, околоушной, щечной, скуловой областей, крыла слева и кончика носа, скуловой справа; вдавлено-оскольчатый перелом теменной кости справа с переходом на чешуи затылочной и височной костей с повреждением твердой мозговой оболочки, отломками черепа справа, с субдуральным кровоизлиянием (80 мл); ушиб височной доли мозга справа, кровоизлияние в боковой желудочек справа, субарахноидальные кровоизлияния височной доли мозга, мозжечка; очаг кровоизлияния в стволовую часть мозга, которые получены от не менее 10-ти травматических воздействий твердыми тупыми предметами с ограниченными ударяющими поверхностями либо краями или ребрами таковых предметов незадолго (в пределах нескольких часов) до наступления смерти и составляют единую открытую черепно-мозговую травму, которая по своему характеру непосредственно создавала угрозу для жизни и причинила тяжкий вред здоровью ***

Возможность получения указанных повреждений, составляющих единую черепно-мозговую травму, одномоментно при падении с высоты, в том числе с высоты собственного роста, экспертом исключена.

Кроме того, при исследовании трупа *** обнаружены иные телесные повреждения, полученные прижизненно, в срок незадолго (в пределах нескольких часов) до наступления смерти и не состоящие с ней в причинно-следственной связи:

-колото-резаная рана на задней поверхности грудной клетки слева, проникающая в брюшную полость через грудную, с повреждением мягких тканей, межреберных мышц, диафрагмы, пересечением края селезенки, кровоизлиянием в грудную и брюшную полости, образованная от однократного действия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, длиной клинка не менее 13 см, шириной около 35 мм, с односторонней заточкой лезвия, которая по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни человека и оценивается как тяжкий вред здоровью;

-открытый перелом ногтевой фаланги 5-го пальца левой кисти с наличием раны в проекции перелома, образованной от однократного действия твердого тупого предмета, оценивающийся как средней тяжести вред здоровью;

-резаные раны затылочной области справа, мягких тканей пальцев левой кисти, тыла наружной поверхности левого лучезапястного сустава, образованные от действия (не менее 3-х) острых предметов, обладающих режущими свойствами, оценивающиеся как легкий вред здоровью;

а также оценивающиеся как не причинившие вреда здоровью человека повреждения: множественные поверхностные кожные раны внутренней поверхности предплечья слева, ссадины молочной железы справа, образованные от не менее 6-ти травматических действий твердых тупых предметов с неровными поверхностями; гематома лучезапястного сустава, кисти слева с ссадинами, кровоподтеками с отеками, с отрывом ногтевой пластинки 5-го пальца левой кисти, образованные, вероятно, от однократного действия твердого тупого предмета с преобладающей широкой ударяющей поверхностью, возможно, при сдавлении кисти; множественные ссадины правой кисти с кровоподтеками, отеками, полученные, вероятнее всего, одномоментно от однократного действия твердого тупого предмета, с преобладающей широкой ударяющей поверхностью, в том числе при сдавлении кисти. 

Наличие небольшого количества копоти в отверстиях носа и начальных отделах дыхательных путей, без признаков отравления угарным газом, согласно выводам эксперта, свидетельствует о том, что до наступления смерти *** находилась в задымленном помещении.

В заключении № № от ДД.ММ.ГГГГ экспертизы вещественных доказательств (т. 2 л.д. 168-189), эксперт пришел к выводу о возможности образования телесных повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью ***: колото-резаной раны задней поверхности грудной клетки слева от воздействия ножа, а также приведших к ее смерти: ушибленных ран и переломов на своде черепа от воздействия обуха и лезвия топора, изъятых при осмотре места происшествия и используемых ФИО1 в качестве оружия в разбойном нападении.

У суда не имеется оснований усомниться в выводах компетентных независимых экспертов, имеющих соответствующую квалификацию в области судебной медицины и предупрежденных об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Выводы экспертов в заключениях первоначальной и дополнительной судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации, механизме образования телесных повреждений на трупе ***, причине и давности наступления смерти не являются противоречивыми, взаимодополняют друг друга и подтверждают виновность подсудимой в совершении преступлений, равно как и достоверность ее показаний на предварительном следствии о характере примененного к потерпевшей насилия и предметах, которыми она наносила ей телесные повреждения, количестве и локализации ударов, а также об учинении поджога в доме потерпевшей.

Вышеприведенные доказательства подтверждают виновность подсудимой в совершенных преступлениях и согласуются с признательными показаниями ФИО1 на предварительном следствии, в которых она сообщала о таких деталях преступления, которые могли быть известны только ей, в связи с совершением ею преступлений. 

В частности, в показаниях от ДД.ММ.ГГГГ и при их проверке ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 последовательно утверждала, что, вооружившись топором с обломанной ручкой, намереваясь использовать его в процессе завладения имуществом потерпевшей, она пришла в дом ***, где требовала деньги, получив отказ, с целью убийства потерпевшей наносила ей удары топором по голове и ножом по телу, сдавливала ее шею электрической гирляндой. После чего разлила по полу химическую бытовую жидкость, подожгла на полу документы и открыла на кухне газ, намереваясь уничтожить дом вместе со следами преступлений в результате поджога и взрыва. При этом, ФИО1 подробно описывала последовательность своих действий и действий 

<

данные изъяты>, оказывающей ей активное сопротивление, а также обстановку в доме потерпевшей, указала имущество, которое она похитила (марку сотового телефона и сумму денежных средств).

Показания ФИО1 в части характера примененного к *** насилия, используемых при этом предметов и мест сокрытия вещественных доказательств соответствуют протоколам осмотра мест происшествия, в ходе которых данные предметы обнаружены и изъяты, заключениям экспертиз о следах, отобразившихся на данных предметах, о локализации и механизме образования телесных повреждений у потерпевшей в результате воздействия обнаруженных орудий преступления. Ее же показания об умышленных подготовительных действиях к уничтожению чужого имущества подтверждаются протоколом осмотра дома ***, в ходе которого обнаружен очаг возгорания – обгоревшие документы, пустые бутылки из-под бытовой химии, а также показаниями * и * о предотвращении ими пожара и взрыва в доме.

Виновность подсудимой ФИО1 в совершении преступлений подтверждается и другими доказательствами.

В ходе обыска в 

<

адрес> по 

<

адрес> (т. 1 л.д. 117-121) изъята зола из печки, в которой, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ экспертизы вещественных доказательств, обнаружены остатки от сожжения волокнистых материалов, являющиеся фрагментами трикотажного полотна (полотен), выполненных из полиакрилонитрильных волокон, применяемых для изготовления предметов одежды (т. 2 л.д. 149-154). Данное заключение объективно подтверждает показания ФИО1 о сожжении ею трикотажных штанов, в которых она находилась в момент убийства ***

Также в ходе обыска были изъяты валенки ФИО1, подошвами которых, согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ трасологической экспертизы (т. 2 л.д. 208-210), могли быть оставлены следы обуви, ведущие к местам обнаружения вещественных доказательств по делу (одежды и орудий преступления): на участке местности, расположенном в 3 м от хозяйственной постройки домовладения по адресу: 

<

адрес>, а также на проезжей части по направлению к 

<

адрес> и на пересечении с 

<

адрес>.

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ трасологической экспертизы (т. 2 л.д. 128-129), след материи, обнаруженный на пустой коробке из-под счетчика воды в доме ***, мог быть оставлен перчатками, в которых находилась ФИО1 в момент убийства. 

На предварительном следствии ФИО1 в своих показаниях, признанных судом достоверными, поясняла, что ***, оказывая ей сопротивление, хваталась рукой за лезвие ножа, пытаясь его вырвать, но не смогла, после чего ФИО1 нанесла ей один удар ножом в область туловища слева.

Учитывая эти показания ФИО1, а также показания потерпевшей * об отсутствии у ее матери каких-либо телесных повреждений до ее убийства, заключение эксперта о характере, механизме образования и давности причинения телесных повреждений, суд приходит к убеждению, что телесные повреждения, не состоящие в причинно-следственной связи со смертью *** и расценивающиеся как легкий вред здоровью: в виде резаных ран затылочной области справа, мягких тканей промежутка между 1,2 пальцами левой кисти, тыла наружной поверхности левого лучезапястного сустава, полученные в срок ДД.ММ.ГГГГ от действия (не менее 3-х) острых предметов, обладающих режущими свойствами, причинены *** подсудимой ФИО1 при совершении разбойного нападения и ее убийстве.

Оценивая приведенные доказательства, суд находит их допустимыми, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверными, согласующимися друг с другом, а их совокупность достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступлений.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что признательные показания в ходе предварительного расследования были даны ей в связи с применением к ней недозволенных методов ведения расследования - физического и психического принуждения со стороны сотрудников правоохранительных органов, которые в период до 23 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ причиняли ей побои, угрожали наступлением неблагоприятных последствий для нее и ее близких, и одним из таких сотрудников являлся 

<

данные изъяты>, а также в связи с нахождением ее под воздействием медицинских препаратов.

Суд приходит к убеждению, что эти доводы подсудимой, как и доводы о покушении на свою жизнь в результате примененного к ней насилия, являются надуманными.

Согласно показаниям в судебном заседании свидетелей *, *, * – сотрудников правоохранительных органов, во время расследования данного дела незаконных методов расследования в отношении ФИО1 не применялось. Она добровольно давала показания в качестве подозреваемой в присутствии следователя и защитника, после разъяснения предоставленных ей законом прав и последствий, и подтверждала эти показания и схемы в ходе проверки ее показаний на месте и при допросах в качестве обвиняемой. 

Показания этих свидетелей об отсутствии незаконного воздействия на ФИО1 с целью получения ее признательных показаний суд находит достоверными, так как они соответствуют материалам уголовного дела.

В частности, из сведений, представленных 

<

данные изъяты>, следует, что гражданин по фамилии 

<

данные изъяты> службу в указанном отделе полиции не проходил и не проходит.

В суде был допрошен сотрудник указанного отдела полиции * Подсудимая ФИО1 заявила, что по голосу узнает данного свидетеля, как одного из сотрудников полиции, применявших к ней насилие. Однако, * пояснил, что с подсудимой не знаком, и в расследовании дела в отношении ФИО1 участия не принимал, в ДД.ММ.ГГГГ находился в отпуске с выездом из 

<

адрес>, в период отпуска на работу не приходил. 

Оснований усомниться в достоверности показаний свидетеля * у суда не имеется, его показания подтверждены представленной справкой 

<

данные изъяты> о том, что оперуполномоченный отдела уголовного розыска капитан полиции * в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. находился в очередном отпуске за 2016 год. 

Согласно информации 

<

данные изъяты> и выписке из Журнала медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС, за время содержания в ИВСПиО ФИО1 один раз обращалась за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 45 минут с жалобой на высокое артериальное давление, о чем сделана запись фельдшером скорой помощи в медицинском журнале вызова скорой помощи в ИВСПиО, при дальнейшем содержании жалоб на состояние здоровья от ФИО1 не поступало, медицинские препараты ей не выдавались. Фактов суицида в период содержания в ИВСПиО ФИО1 не зарегистрировано.

Данная информация также опровергает доводы ФИО1 о самооговоре.

Согласно протоколу, в ходе освидетельствования ФИО1 с 01 час 10 минут до 03 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 64-68), то есть непосредственно после задержания и до допроса в качестве подозреваемой, у нее был обнаружен ушиб и ссадина волосистой части головы лобно-теменной области. Заявлений о наличии иных телесных повреждений, а также жалоб на плохое самочувствие, в процессе освидетельствования от подозреваемой не поступило. 

Оснований усомниться в допустимости данного доказательства у суда не имеется. Факт освидетельствования удостоверен подписью самой ФИО1, а протокол соответствует требованиям ст. 179 УПК РФ.

Допрошенные в суде врач-терапевт *, врач-хирург * подтвердили факт, ход и результаты данного освидетельствования, пояснив, что освидетельствование производилось на наличие (отсутствие) алкогольного опьянения, в связи с чем, в протоколе были отражены в соответствии с жалобами ФИО1 видимые повреждения в области головы, более детальный осмотр иных частей тела подозреваемой не проводился, так как о наличии каких-либо иных повреждений, в том числе полученных в результате применения незаконных методов расследования сотрудниками полиции, ФИО1 жалоб не предъявляла.

После освидетельствования, в 08 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 дала подробные показания в качестве подозреваемой, а в период с 10 часов 49 минут до 13 часов 49 минут ДД.ММ.ГГГГ с ее согласия эти показания были подвергнуты проверке, видеозапись которой была просмотрена в судебном заседании. Фактов оказания незаконного воздействия на подозреваемую во время проведения данного следственного действия судом не установлено.

Из протоколов допроса ФИО1 в качестве подозреваемой от ДД.ММ.ГГГГ, в качестве обвиняемой от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, проверки ее показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 148-153, 156-161, 173-175, 205-207, 245-247; т. 5 л.д. 130-132; т. 6 л.д. 26-28) следует, что в стадии предварительного следствия ФИО1 своевременно была обеспечена квалифицированной юридической помощью, ей были разъяснены ее права подозреваемой и обвиняемой, в том числе, многократно и подробно разъяснялось право не свидетельствовать против себя или отказаться от дачи показаний, а также последствия при согласии дать показания; при проведении указанных следственных действий участвовал защитник – адвокат, что исключает возможность оказания на ФИО1 незаконного воздействия; протоколы подписаны подсудимой и ее защитником без каких-либо замечаний, в том числе без указания на применение к ФИО1 недозволенных методов расследования, на ее плохое самочувствие и наличие у нее телесных повреждений, правильность изложенных в них сведений собственноручно удостоверена ФИО1 после личного прочтения. При ознакомлении с материалами уголовного дела ФИО1 и ее защитник не заявляли о недопустимости этих доказательств, и в судебном заседании подсудимая не отрицала, что подписывала данные протоколы и собственноручно вносила в них пояснения (т.6 л.д. 33-35).

Согласно заключению № судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 15-16) у ФИО1 зафиксированы телесные повреждения: ушиб мягких тканей волосистой части головы в виде поверхностной ссадины и отечности, кровоподтеки на задней поверхности правого и левого бедра. Эксперт * пришел к выводу о возможности образования этих повреждений в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении следователя о назначении экспертизы, то есть около 11 часов ДД.ММ.ГГГГ в результате конфликта с ***, которая нанесла ФИО1 один удар сковородой по голове. 

Давая разъяснение данного заключения в судебном заседании, эксперт пояснил, что при проведении экспертизы в отношении ФИО1 им были истребованы и использовались медицинские документы: протокол медицинского освидетельствования ФИО1 для установления факта употребления алкоголя и состояния опьянения от ДД.ММ.ГГГГ и ксерокопия записи № журнала обращения за медицинской помощью приемного отделения 

<

данные изъяты> об обращении ФИО1 в указанное лечебное учреждение с жалобами на головные боли. Согласно указанным документам, а также дополнительным пояснениям ФИО1 при проведении экспертного исследования о том, что «ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> нанесла ей удар сковородой по голове», он пришел к выводам, изложенным в заключении. О нанесении каких-либо еще ударов, причинении иных телесных повреждений, в том числе сотрудниками полиции, ФИО1 не заявляла.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что наличие у ФИО1 кровоподтеков в области бедер не свидетельствует о применении к ней недозволенных методов расследования, поскольку, с учетом вывода эксперта о механизме и давности их образования, а также с учетом установленных выше обстоятельств, суд не исключает возможность их получения ФИО1 в указанный экспертом срок при обстоятельствах, не связанных с расследованием преступлений.

Доводы ФИО1 о психическом принуждении к даче признательных показаний со стороны сотрудников полиции путем угроз в ее адрес и адрес ее матери материалами дела не подтверждаются, и о наличии таких угроз в ее адрес свидетель * суду не заявляла. Согласно материалам дела и пояснениям самой ФИО1 ее ребенок, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживает со своим отцом в 

<

данные изъяты>, что исключает реальность угрозы его отобрания у подсудимой.

В судебном заседании ФИО1 заявила, что в дом *** ДД.ММ.ГГГГ она не приходила, до 10 часов 50 минут указанного дня находилась в доме у знакомой по имени 

<

данные изъяты>, проживающей в 

<

данные изъяты>, затем направилась в дом своей матери *, и в этот момент ее видел свидетель *, то есть, фактически заявила о наличии у нее алиби. 

Давая оценку этим пояснениям ФИО1, суд приходит к убеждению, что алиби на момент совершения преступлений в отношении *** у подсудимой не имеется.

Свидетель * в суде показал, что ДД.ММ.ГГГГ видел девушку, похожую на подсудимую ФИО1, заходящую в 

<

адрес> по 

<

адрес> около 9 часов 05 минут утра, больше ее в этот день не видел. Эти показания ФИО1 не оспаривались.

Согласно вышеприведенному заключению №, телесные повреждения, в том числе, в области головы, от которых наступила смерть ***, были причинены ей в период времени около 12 часов ДД.ММ.ГГГГ, что согласуется с признанными судом достоверными показаниями ФИО1 в качестве подозреваемой о времени совершения ею преступлений. В этой связи, ссылка подсудимой на то, что в период времени до 10 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ она не находилась на месте преступления, не свидетельствует о ее невиновности. Кроме того, показания ФИО1 в судебном заседании о том, что в момент убийства *** она находилась у своей знакомой по имени 

<

данные изъяты>, проживающей в 

<

адрес>, противоречат признанным судом достоверными показаниям ФИО1 в ходе их проверки на месте, где она поясняла, что зашла к своей знакомой по имени 

<

данные изъяты> после совершения убийства *** и сокрытия вещественных доказательств.

Заявляя о своей невиновности, ФИО1 пояснила о том, что ее кровь на угах матери могла оказаться случайно, в период до ДД.ММ.ГГГГ, в результате ее неосторожного обращения с ножом на кухне, где и находилась указанная обувь. 

Эту версию ФИО1 суд находит несостоятельной, поскольку из исследовательской части молекулярно-генетической экспертизы (т.2 л.д. 32-58) следует, что объекты для исследования (эпителиальные клетки), в которых обнаружены смешанные следы, содержащие кровь и эпителиальные клетки, принадлежащие *** и ФИО1, были взяты экспертом с внутренней стороны обуви, что исключает образование на угах следов, принадлежащих ФИО1, при обстоятельствах, указанных подсудимой.

В подтверждение своей невиновности ФИО1 ссылалась на то, что на смывах с ее рук не была обнаружена кровь потерпевшей, а на матерчатых перчатках и шапке не были обнаружены ее эпителиальные клетки. 

Эти доводы подсудимой суд находит несостоятельными, поскольку, как установлено судом из показаний ФИО1 на следствии, признанных достоверными, в момент разбойного нападения на *** и ее убийства она находилась в матерчатых перчатках, которые после совершения преступлений спрятала вместе с другой одеждой и орудиями преступлений.

Из материалов дела следует, что шапка и рабочие перчатки, изъятые при осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 38-48), были предметом экспертного исследования и, согласно заключению молекулярно-генетической экспертизы (т. 2 л.д. 32-58), на них обнаружена кровь человека. Однако, с учетом длительности и условий хранения, приведшим к гнилостным изменениям данных объектов (поступили на исследование только ДД.ММ.ГГГГ, упакованные в полимерный материал), установить генетические признаки крови и эпителиальных клеток не представилось возможным, о чем эксперт указал как в исследовательской части заключения, так и в своих выводах. 

Суд находит, что данное обстоятельство, как и доводы ФИО1 о том, что в ходе следствия не была исследована ее кофта, не свидетельствует о том, что ФИО1 не одевала указанные вещи и не совершала в них преступлений, поскольку ее вина подтверждается достаточной совокупностью приведенных выше доказательств того, что именно подсудимая в период с 11 до 13 часов ДД.ММ.ГГГГ совершила разбойное нападение на *** и ее убийство.

На основании изложенного, а также с учетом того, что в ходе допроса в качестве подозреваемой и при проверке этих показаний на месте подсудимая изложила не известные правоохранительным органам подробности совершенных преступлений, касающиеся мотива их совершения, всех обстоятельств нападения на потерпевшую, характера примененного к ней насилия и предметов, используемых для нанесения телесных повреждений, объема похищенного имущества, обстановки и расположения предметов на месте преступления, а также действий, направленных на сокрытие следов преступлений и вещественных доказательств, доводы подсудимой о невиновности и о вынужденном оговоре себя в стадии предварительного следствия суд признает необоснованными, поскольку указанные ФИО1 в показаниях на предварительном следствии обстоятельства совершения ею разбойного нападения на *** и ее убийства нашли свое подтверждение вышеприведенными доказательствами по делу.

В материалах уголовного дела (т. 1 л. д. 49-51) имеется письменное заявление ФИО1 о явке с повинной от ДД.ММ.ГГГГ, и государственный обвинитель в судебном заседании ссылался на указанные в этом заявлении сведения, как на одно из доказательств виновности ФИО1 в совершении преступлений. Давая оценку данному доказательству, суд приходит к выводу о том, что оно получено без учета требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, и в силу п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ подлежит исключению из числа доказательств по делу, что не влияет на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, подтвержденной совокупностью иных доказательств, которые признаны судом допустимыми и достаточными для такого вывода.

Факт хищения ФИО1 сотового телефона, стоимостью 695 рублей, подтверждается последовательными показаниями потерпевшей *, а также признанными судом достоверными показаниями ФИО1 на следствии, в которых она указала на хищение не только сотового телефона, но и денежных средств, указав их точное местонахождение в доме и сумму 150 рублей, что не оспаривалось потерпевшей *

Корыстный мотив совершения преступлений подтверждается показаниями самой ФИО1, а также показаниями в суде свидетелей *, * о том, что подсудимая нуждалась в денежных средствах. 

Судом установлено, что в процессе нападения на *** в целях завладения чужим имуществом ФИО1 применила насилие, опасное для ее жизни: с целью удушения сдавливала шею потерпевшей елочной гирляндой, нанесла ей топором и ножом не менее 24 травматических воздействий по различным частям тела, в том числе, не менее 10 ударов по голове обухом и лезвием топора, причинив тяжкий вред ее здоровью, отчего наступила смерть потерпевшей. 

На предварительном следствии, признавая себя виновной в совершении преступлений частично, ФИО1 поясняла, что изначально умысла на причинение тяжкого вреда здоровью 

<

данные изъяты> и на ее убийство не имела, топор взяла с целью напугать потерпевшую в случае отказа передать ей денежные средства, а удары стала наносить после того, как 

<

данные изъяты> оскорбила ее и ударила сковородой по голове.

Однако, такие пояснения ФИО1 суд признает недостоверными с учетом установленных фактических обстоятельств дела, при которых подсудимая заранее спланировала свои действия: приискала орудие преступления, способное причинить опасные для жизни человека повреждения (топор), приняла меры маскировки с целью быть неузнанной другими лицами и избежать ответственности за свои действия (одела чужую одежду и обувь, перчатки), в тоже время, не скрывая своей личности, требовала у потерпевшей передачи денежных средств под угрозой применения оружия (топора) и в дальнейшем, продолжая высказывать требования о передаче чужого имущества, применила его, а также иные предметы до момента причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью и смерти, после чего совершила ряд целенаправленных действий по организации поджога и взрыва жилого дома, сокрытию орудий преступления, похищенного и одежды, и, наряду с заключением судебно-психиатрической экспертизы № (т.2 л.д. 73-75), свидетельствующих о том, что ФИО1 не находилась в состоянии необходимой обороны или внезапно возникшего сильного душевного волнения, а действовала умышленно в разбойном нападении на потерпевшую и в лишении ее жизни. 

По изложенным основаниям суд приходит к выводу и о недостоверности показаний ФИО1 на следствии в части запамятования ею своих действий по учинению пожара и взрыва в доме *** после ее убийства.

О прямом умысле ФИО1 на лишение жизни *** свидетельствуют и следующие обстоятельства: количество травматических воздействий на жизненно-важный орган потерпевшей, характер и свойства орудия преступления – не менее 10-ти ударов топором по голове; локализация телесных повреждений в различных анатомических частях тела и массивный характер причиненной травмы в области головы - вдавлено-оскольчатый перелом теменной кости справа с переходом на чешуи затылочной и височной костей с повреждением твердой мозговой оболочки отломками черепа справа, а также действия ФИО1, выразившиеся в том, что после многократных ударов топором по голове, убедившись, что *** еще жива и способна оказать сопротивление, она сдавливала ее шею проводом от гирлянды с целью удушения, нанесла удары ножом, в том числе, в область задней поверхности грудной клетки слева, а после совершения преступления подожгла дом и закрыла входную дверь на крючок, чтобы лишить потерпевшую возможности обратиться за помощью или получить помощь извне.

Психическое состояние ФИО1 в момент и после совершения противоправного деяния подробно и с учетом всех обстоятельств исследовалось экспертами, которые пришли к следующим выводам.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 73-79), у ФИО1 обнаруживается психическое расстройство в форме смешанного расстройства личности. Об этом свидетельствует ее анамнез и материалы уголовного дела (с детства у нее наблюдались трудности в поведении и социальной адаптации, в течении жизни предпринимала демонстративные суицидные попытки, обращалась за психиатрической помощью по поводу эмоциональных нарушений) и настоящее обследование, выявившее у нее сочетание истероидных и эмоционально-неустойчивых личностных расстройств, черты театральности и демонстративности в поведении, легкость возникновения аффективных реакций, трудности самоконтроля, стойкую позицию безответственности и пренебрежения социальными правилами и обязанностями, неспособность испытывать чувство вины и извлекать пользу из жизненного опыта, особенно наказания, склонность обвинять окружающих или выдвигать благовидные объяснения своему поведению. Однако, с учетом незначительной выраженности у ФИО1 указанного психического расстройства и отсутствия в период правонарушения какого либо временного психического расстройства, лишающего ее возможности в полной мере осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, суд приходит к выводу о том, что во время совершения преступлений подсудимая в полной мере осознавала общественную опасность своих действий, предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий и желала их наступления, то есть действовала с прямым умыслом.

С учетом всех обстоятельств, при которых совершены преступления подсудимой, данных о том, что ФИО1 на диспансерном учете у психиатра не состоит (т. 2 л.д. 232), приведенного заключения комиссионной судебно-психиатрической экспертизы об отсутствии нуждаемости ФИО1 в применении к ней принудительных мер медицинского характера, а также с учетом ее поведения в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемой.

Действия ФИО1, которая в целях завладения имуществом *** напала на нее и, используя в качестве оружия топор, гирлянду и нож, причинила, в том числе, опасные для ее жизни повреждения, являющиеся тяжким вредом здоровью, суд квалифицирует по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Ее же действия, выразившиеся в том, что в процессе совершения разбойного нападения на *** она лишила ее жизни, суд квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, сопряженное с разбоем.

Действия ФИО1, выразившиеся в том, что после совершения разбойного нападения и убийства *** она умышленно создала условия для уничтожения 

<

адрес> по 

<

адрес> с находящимся в нем имуществом, учинив в доме пожар и обеспечив свободный доступ в дом взрывчатого вещества, и при этом огнем была повреждена и уничтожена часть линолеума и досок в месте очага возгорания, органами предварительного следствия квалифицированы по ч. 2 ст. 167 УК РФ, как умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, путем поджога, взрыва.

Однако, как установлено судом из показаний самой ФИО1, показаний потерпевшей *, свидетеля *, данных протокола осмотра места происшествия, умысел ФИО1 был направлен не на уничтожение или повреждение части имущества или отдельных предметов в условиях, исключающих распространение огня на другие объекты, а на уничтожение всего жилого дома с находящимся в нем имуществом на общую сумму 257450 рублей (т. 3 л.д. 115-119; 122). Потерпевшая * в суде пояснила, что и дом и находящееся в нем ценное имущество она приобретала для мамы, но на свои деньги. Суд приходит к выводу, что в случае уничтожения этого имущества, ущерб для * являлся бы значительным, исходя из его стоимости, значимости для потерпевшей и ее имущественного положения.

С учетом установленных по делу обстоятельств, при которых значительный ущерб от уничтожения чужого имущества в результате действий ФИО1 не был причинен по причинам, не зависящим от ее воли, поскольку пожар и взрыв были предотвращены, суд квалифицирует действия ФИО1 в этой части, как покушение на умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога, взрыва - по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ. 

О квалификации действий ФИО1 в соответствии с данным уголовным законом просил в судебном заседании и государственный обвинитель.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, данные о личности подсудимой, которая не судима, характеризуется положительно, а также ее состояние здоровья и обстоятельства, смягчающие наказание.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает наличие у подсудимой малолетнего ребенка, ее активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, выразившееся в том, что в ходе предварительного следствия ФИО1 добровольно сообщила при допросах и в явке с повинной изобличающие ее подробности совершения преступлений, которые не были известны правоохранительным органам, и нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, а также указала места сокрытия вещественных доказательств, что способствовало установлению всех обстоятельств уголовного дела. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Суд также учитывает конкретные обстоятельства дела, мнение потерпевшей, влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи, и, принимая во внимание особую тяжесть и умышленный характер совершенных ФИО1 преступлений, данные о ее личности, полагает необходимым назначить ей наказание в виде реального лишения свободы, которое, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, ей надлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, а также существенно уменьшающих степень их общественной опасности и позволяющих назначить ФИО1 наказание по правилам ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Поскольку судом установлено, что ФИО1 является гражданкой иностранного государства, в силу положений ч. 6 ст. 53 УК РФ, суд не назначает подсудимой дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Вместе с тем, суд не находит оснований для освобождения ФИО1 от назначения дополнительного наказания в виде штрафа по ст. 162 УК РФ и при определении его размера учитывает положения ч. 3 ст. 46 УК РФ: особую тяжесть совершенных преступлений, в том числе, против собственности, имущественное положение, трудоспособный возраст и состояние здоровья подсудимой, не исключающие возможность получения ею дохода.

Поскольку судом установлено смягчающее наказание подсудимой обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, суд, с учетом положений ч. 2 ст. 57 УК РФ, назначает ФИО1 наказание за совершение каждого преступления в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В материалах дела имеется протокол задержания подозреваемой ФИО1, составленный в 00 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 53-57). Между тем, судом установлено, что ФИО1 была фактически задержана в дневное время ДД.ММ.ГГГГ и с этого времени с ней проводились следственные мероприятия. В этой связи, срок наказания ФИО1 следует исчислять с момента фактического задержания, то есть, с ДД.ММ.ГГГГ.

Рассмотрев исковые требования потерпевшей * о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда (т. 3 л.д. 176-177), суд считает их подлежащими удовлетворению частично.

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ подлежит взысканию с подсудимой ФИО1 материальный ущерб от хищения сотового телефона и денежных средств в общей сумме 845 рублей. 

В связи с тем, что в материалах дела отсутствуют и в судебное заседание не представлены документы, подтверждающие стоимость поврежденного имущества (линолеума и досок), на основании ч. 2 ст. 309 УПК РФ суд признает за потерпевшей * право на удовлетворение иска о возмещении вреда, причиненного повреждением имущества, и, учитывая необходимость проведения дополнительных расчетов, связанных с гражданским иском, передает вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Рассматривая требования потерпевшей о компенсации морального вреда, суд, в соответствии со ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, учитывает характер и объем нравственных страданий, причиненных ей действиями подсудимой, лишившей жизни ее мать, материальное положение и трудоспособность ФИО1, а также требования разумности и справедливости и считает их подлежащими удовлетворению в сумме 500000 рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по делу, не представляющие ценности и не истребованные сторонами, подлежат уничтожению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ и назначить ей наказание:

-по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ в виде лишения свободы на срок 9 лет со штрафом в размере 100000 рублей;

-по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок 10 лет;

-по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 167 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательное наказание ФИО1 назначить в виде лишения свободы на срок 14 (четырнадцать) лет со штрафом в размере 100000 рублей.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы отбывать в исправительной колонии общего режима, исчисляя срок отбытия с ДД.ММ.ГГГГ. Зачесть в срок отбытия наказания содержание ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения и содержать ее в ФКУСИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования * удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу * 845 рублей в возмещение материального ущерба и компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей.

Признать за потерпевшей * право на удовлетворение гражданского иска о возмещении вреда, причиненного повреждением имущества, и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

-дактокарты с отпечатками пальцев рук ***, ФИО1, *, * хранить при уголовном деле;

-остальные вещественные доказательства (образец вещества бурого цвета, вырез занавески, смывы вещества бурого цвета, смывы с рук и ногтевые срезы, вырезы с подушки и одеяла, пластиковую бутылку, трусы, ящик для одежды, плед, коробку с документами от мобильного телефона, бумажные конверты с отрезками липкой ленты и образцами крови и слюны, гирлянду, куртку, пару перчаток, вязаную шапку, нож, топор, пару валенок, пару уг, металлическое ведро, одежду ***, хранящиеся при уголовном деле; фрагменты костей черепа ***, 4 кожных лоскута, хранящиеся в архиве медико-криминалистического отделения 

<

данные изъяты>) как не представляющие ценности, – уничтожить.

На приговор могут быть поданы апелляционные жалобы участниками судебного разбирательства и представление прокурором в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной ФИО1 – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с указанием такого ходатайства в жалобе и поручать осуществление своей защиты избранному ею защитнику либо ходатайствовать о его назначении.

Председательствующий (подпись) Турченко А.В.

«копия верна»

Судья Турченко А.В.

Секретарь Ковалева Н.П.