Судья Сюлин И.А. Дело № 22-747/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Саранск Республика Мордовия 27 августа 2025 года

Верховный Суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Нардышевой О.А.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Республики Мордовия Беськаева А.А.,

осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Петрова Ю.П.,

потерпевшего А.Д.И.,

законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего А.Е.Д. – А.И.С., адвоката Барановой К.Э.,

при секретаре Лагоше О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Петрова Ю.П. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Темниковского районного суда Республики Мордовия от 1 июля 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО1 и в защиту его интересов адвоката Петрова Ю.П., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Беськаева А.А., потерпевшего А.Д.И., законного представителя несовершеннолетнего А.Е.Д. - А.И.С., адвоката Барановой К.Э. об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

приговором Темниковского районного суда Республики Мордовия от 1 июля 2025 года

ФИО1 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, образование высшее, военнообязанный, холостой, являющийся самозанятым гражданином, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении и с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - исчислять с момента отбытия ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

С ФИО1 в пользу потерпевших А.Д.И. и А.Е.Д. в качестве возмещения материального ущерба взыскано по 44 184 руб.15 коп. каждому, компенсации морального вреда – по 1 000 000 руб. каждому.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 признан виновным в том, что, управляя в состоянии опьянения автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Как установлено судом первой инстанции, 31 января 2025 года около 16 час. 10 мин. ФИО1 в нарушение абз.1 п.2.7 Правил дорожного движения, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем марки «GEELY EMGRAND», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> двигаясь по проезжей части третьего километра автодороги сообщением г.Темников-п.Барашево-с.Теньгушево-гр.Нижегородской области, нарушил п.1.4, 1.5, 9.1, абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, не учел дорожные условия, в том числе наличие мокрого покрытия проезжей части, выехал на полосу встречного движения, где, не снижая скорости движения, на левом крае проезжей части автодороги в направлении п.Барашево Темниковского района Республики Мордовия совершил столкновение с другим автомобилем марки «ВАЗ-210740», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, следовавшем по своей полосе движения. В результате данного дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля марки «ВАЗ-210740» А.Д.И. и находившемуся в нем пассажиру А.Е.Д. были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью А.Д.И. по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, а А.Е.Д. – по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности свыше 30%.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого преступления признал.

В апелляционной жалобе адвокат Петров Ю.П. в защиту интересов осужденного ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене ввиду нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что в основу приговора положены недопустимые и недостоверные доказательства, в том числе необоснованно вменен абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, поскольку в ходе судебного разбирательства фактическая скорость, с которой двигался осужденный ФИО1, не устанавливалась. При этом вывод суда о том, что действия водителя по выбору скорости движения транспортного средства не соответствовали требованиям данного пункта, может считаться законным только в том случае, если он получен экспертным путем на основании сравнения данных фактической скорости движения транспортного средства и допустимой, рассчитанной экспертом или обозначенной для конкретных условий. Однако вывод суда о том, что ФИО1 вел автомобиль со скоростью, не обеспечивающей контроль за движением транспортного средства, основан на предположениях и не подтверждается материалами дела. При этом доказательств того, что ФИО1 вел транспортное средство с превышением ограничения скорости и что именно несоблюдение требований абз.1 п.10.1 ПДД РФ привело к дорожно-транспортному происшествию, не имеется. Осужденный ФИО1 и потерпевший А.Д.И. управляли транспортными средствами в одинаковых погодных условиях. При этом потерпевший А.Д.И., управляя автомобилем, двигался со скорость 85 км/ч и увидел автомобиль ФИО1 примерно за 30 м, то есть за секунду до столкновения, что свидетельствует о том, что А.Д.И. не контролировал движение транспортного средства и не предпринял мер к снижению скорости. Несмотря на это эксперт в заключении указывает, что именно ФИО1 должен был избрать скорость движения, не превышающую установленной. Считает, что суд не дал надлежащей оценки противоречивым выводам экспертного заключения, в том числе относительного того, что действия водителя А.Д.И. не расходились с требованиями абз.2 п.10.1 ПДД РФ.

Обращает внимание, что из оглашенных показаний потерпевшего А.Д.И. следует, что тот не был пристегнут ремнем безопасности. Однако суд первой инстанции пришел к выводу о том, что непристегнутый ремень безопасности не может способствовать получению потерпевшими тяжкого вреда здоровью. Считает, что суд первой инстанции в приговоре не привел доказательств, опровергающих позицию стороны защиты в части нарушения Правил дорожного движения потерпевшим.

Выражает несогласие с решением суда в части взыскания компенсации морального вреда, находя его необоснованным и чрезмерно завышенным. Ссылаясь на разъяснения, изложенные в п.п.27, 28, 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», полагает, что суд первой инстанции не принял во внимание и не дал оценки имущественному положению осужденного, которые могли бы повлиять на разрешение вопроса в части взыскания компенсации морального вреда, в том числе отсутствие имущества для погашения иска, наличие кредитных обязательств на сумму более 2 500 000 руб., по которым имеется просрочка платежей, а также получение дохода только от работы водителем такси. Обращает внимание на то, что суд, удовлетворяя гражданский иск потерпевших, поставил ФИО1 в чрезмерно тяжелое имущественное положение. 

Указывает о несправедливости назначенного ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы за преступление средней тяжести, совершенное впервые в отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Петрова Ю.П. потерпевший А.Д.И. считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения. Все выдвинутые в жалобе доводы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, в том числе относительно обнаружения потерпевшим опасности, и оценены в судебном приговоре. В части компенсации морального вреда его размер, установленный судом, находит разумным и справедливым.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Петрова Ю.П. государственный обвинитель Поршин А.В. считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, необоснованными. Действия ФИО1 квалифицированы верно, приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, а назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному. 

Указывает также, что гражданский иск разрешен с учетом разумности и справедливости, в соответствии с требованиями ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, в том числе исходя из причиненных потерпевшим А.Д.И. и А.Е.Д. нравственных и физических страданий. 

Просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела судом первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру судопроизводства и правила подсудности.

Постановленный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявленным к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализировав подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, целях и иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к ним осужденного и его вине.

Выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются показаниями самого осужденного в судебном заседании, на предварительном следствии показаниями потерпевшего А.Д.И., несовершеннолетнего потерпевшего А.Е.Д., в суде свидетелей А.И.С., Е.А.А., Ш.И.Е., К.О.Ю., на предварительном следствии свидетелей А.В.Н., И.М.А., Ч.Н.Н., Т.А.В., Ю.Н.А., М.И.В., протоколами осмотра места происшествия от 31 января 2025 года, осмотра предметов и фототаблиц к ним от 10 апреля 2025 года, 16 апреля 2025 года, заключениями судебно-медицинских экспертиз № 28/2025 от 27 марта 2025 года в отношении А.Д.И., № 29/2025 от 27 марта 2025 года в отношении А.Е.Д. о наличии телесных повреждений и степени их тяжести, заключением автотехнической экспертизы № 271 от 9 апреля 2025 года, актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № 3 от 31 января 2025 года, согласно которых в крови у ФИО1 обнаружено вещество (абсолютный этиловой спирт) концентрацией 4,4 грамма на один литр крови, другими доказательствами, которым дана оценка в совокупности, в том числе с учетом доводов стороны защиты о невиновности ФИО1 в нарушении абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, который также состоит в причинной связи с наступившими последствиями - причинением по неосторожности потерпевшим А.Д.И. и А.Е.Д. тяжкого вреда здоровью.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции в соответствии с требованиями закона дал в приговоре анализ и надлежаще оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности показания ФИО1, потерпевших А.Д.И. и А.Е.Д., свидетелей А.И.С., Е.А.А., Ш.И.Е., К.О.Ю., А.В.Н., И.М.А., Ч.Н.Н., Т.А.В., Ю.Н.А., М.И.В., а также указал мотивы, по которым в основу его выводов положены одни и отвергнуты другие доказательства. В частности суд первой инстанции привел в приговоре убедительные доводы, по которым к показаниям в суде ФИО1 в части употребления спиртных напитков накануне произошедшего, то есть 30 января 2025 года, а также на предварительном следствии свидетеля М.И.В., утверждавшего, что ФИО1 уехал из дома в нормальном состоянии, запаха спиртного от него он не почувствовал, отнесся критически.

При этом суд первой инстанции проверил показания указанных лиц во взаимосвязи с другими письменными доказательствами, в том числе заключениями судебных экспертиз, протоколами осмотра места дорожно-транспортного происшествия, осмотра предметов. Процесс их исследования надлежащим образом отражен в протоколе судебного заседания.

Из показаний в суде ФИО1 следует, что 31 января 2025 года примерно в 16 час. он, находясь в нормальном состоянии, выехал на технически исправном автомобиле марки «GEELY EMGRAND» из г.Темников в с.Бабеево Темниковского района Республики Мордовия. В тот день были нормальные дорожные условия. Двигаясь на данном автомобиле по дороге, он почувствовал удар. С какой автомашиной он совершил столкновение, не помнит. На месте дорожно-транспортного происшествия его разбудили сотрудники МЧС либо медицинские работники, точно не помнит. В результате столкновения его автомобиль оказался на встречной полосе движения, а автомобиль марки «ВАЗ-210704», с которым произошло столкновение, - по левую сторону его автомобиля. Из автомобиля его пришлось вытаскивать, поскольку его зажало в автомобиле. При этом у него были боли в ногах, в грудной клетке и затрудненное дыхание. Когда он находился в реанимации, врач взял у него кровь для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, с результатом которого он согласен, так как за сутки до случившегося он употребил 300 г водки и три бутылки пива. Однако в день, когда произошло дорожно-транспортное происшествие, спиртные напитки не употреблял. Не может пояснить, почему не помнит обстоятельств произошедшего дорожно-транспортного происшествия.

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 31 января 2025 года с приложенными к нему схемой и фототаблицей, следует, что место столкновения автомобиля марки «GEELY EMGRAND», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1 и автомобиля марки «ВАЗ-210740», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением А.Д.И., произошло на третьем километре автодороги направлением г.Темников-п.Барашево-с.Теньгушево-гр.Нижегородской области на территории Темниковского района Республики Мордовия на левой полосе дороги при движении из г.Темникова и в 59 м от знака 2.3.1, расположенного на правой стороне дороги, где на расстоянии 1 м от края проезжей части с правой стороны находился автомобиль марки «ВАЗ-210740» с механическими повреждениями и на расстоянии 1,7 м от ступицы правого заднего колеса данного автомобиля до ступицы правого переднего колеса находился автомобиль марки «GEELY EMGRAND» с механическими повреждениями, расстояние от ступицы правого заднего колеса до края правой обочины (при движении со стороны г.Темникова) составляла 6,5 м (л.д.11-31 т.1).

Как следует из заключения эксперта № 28/2025 (судебно-медицинская экспертиза) от 27 марта 2025 года, в представленных медицинских документах имеются сведения о наличии у А.Д.И. телесных повреждений в виде гематомы мягких тканей правого бедра, перелома шейки правой бедренной кости, оскольчатого перелома с/3-н/3 диафиза правой бедренной кости, которые в своей совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, как вызвавшие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (л.д.118-121 т.1). 

Из заключения эксперта № 29/2025 (судебно-медицинская экспертиза) от 27 марта 2025 года видно, что в представленных медицинских документах имеются сведения о наличии у А.Е.Д. телесных повреждений в виде ссадин правой половины лица, раны области правого угла рта, раны правой бровной области с переходом на правое верхнее веко, раны подбородочной области справа, переломов 1 пары ребер, перелома средней трети правой бедренной кости, перелома верхней ветви лобковой кости слева, субарахноидального кровоизлияния в теменную долю справа, правую лобную долю, предмостовую цистерну справа, гематомы периорбитальной клетчатки справа, ушиба головного мозга, травматического шока 1-2 ст. с причинением в совокупности тяжкого вреда здоровью, как вызвавшие значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30 процентов (л.д.129-132 т.1).

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы № 271 от 9 апреля 2025 года в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «GEELY» ФИО1 должен был руководствоваться требованиями абз.1 п.1.5, абз.1 п.2.7, п.9.1 и абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. 

В данной дорожной ситуации действия водителя автомобиля марки «ВАЗ» А.Д.И. не расходились с требованиями абз.2 п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и в его действиях несоответствий требованиям настоящих Правил не усматривается. 

Место столкновения автомобилей марок «GEELY», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> и «ВА3», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> находится на левой, относительно направления движения в сторону п.Барашево, стороне проезжей части, на полосе движения последнего (автомобиля марки «ВАЗ»). Более точное место столкновения автомобилей марок «GEELY» и «ВА3», относительно границ проезжей части, экспертным путем решить не представляется возможным. 

В данном случае каких-либо следов перемещения автомобилей марок «GEELY» и «ВА3» по проезжей части до места столкновения не имеется, поэтому экспертным путем решить вопрос о скорости движения автомобилей марок «GEELY» и «ВА3» не представляется возможным.

С экспертной точки зрения постановка вопроса о технической возможности предотвращения столкновения в отношении водителя автомобиля марки «GEELY» в данном случае некорректна, так как ему для предотвращения столкновения в данной ситуации было достаточно контролировать характер движения своего автомобиля и выполнить требования указанных выше пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, не создавая для других водителей опасной ситуации. То есть при выполнении требований безопасности движения, изложенных в указанных пунктах Правил, данное дорожно-транспортное происшествие исключалось. 

Водитель автомобиля марки «ВА3» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с выехавшим на его полосу движения автомобилем марки «GEELY» (л.д.156-162 т.1).

Проведенные по уголовному делу судебные экспертизы являются допустимыми доказательствами, проведены экспертами, имеющими соответствующую квалификацию, длительный стаж экспертной работы, заключения являются научно обоснованными и содержат указания на применение при исследовании соответствующих методик. Не доверять заключениям экспертов у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО1 незаконно вменен абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, так как скорость движения автомобиля марки «GEELY EMGRAND», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1, не была установлена, суд апелляционной инстанции находит необоснованным. 

Как следует из абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Из показаний на предварительном следствии потерпевшего А.Д.И. следует, что он, управляя автомобилем марки «ВАЗ-210740», с целью избежания столкновения с автомобилем марки «GEELY EMGRAND», находящемся на его полосе движения, стал прижиматься к краю проезжей части, не уходя со своей полосы движения. Однако указанный автомобиль совершил лобовое столкновение с его автомобилем. От удара его автомобиль марки «ВАЗ-210740» развернуло в обратную сторону в направлении п.Барашево Теньгушевского района и отбросило на обочину. В тот день погода была ясной, без осадков, однако дорожное покрытие было мокрым из-за таяния снега (л.д.172-177 т.1). 

Вопреки доводам адвоката вина ФИО1 установлена не в превышении установленного ограничения скорости движения транспортного средства, а в том, что в данной дорожной ситуации ФИО1, управляя автомобилем марки «GEELY EMGRAND», должен был действовать в соответствии с требованиями абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ. Вместе с тем действия водителя ФИО1 в данной ситуации не соответствовали указанным требованиям Правил дорожного движения РФ и находились в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции оставил без оценки действия потерпевшего А.Д.И., находящиеся в прямой причинно-следственной связи с нарушениями Правил дорожного движения РФ, так как тот вел транспортное средство со скоростью 85 км/ч и не предпринимал мер к снижению скорости транспортного средства, в результате чего А.Д.И. и его пассажир А.Е.Д. получили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, суд апелляционной инстанции находит неосновательными.

Указанное опровергается заключением судебной автотехнической экспертизы № 271 от 9 апреля 2025 года, согласно которой в действиях А.Д.И. несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается (л.д.156-162 т.1). 

Ссылка стороны защиты на то, что в нарушение Правил дорожного движения РФ потерпевший А.Д.И. во время движения автомобиля не был пристегнут ремнем безопасности, также не может служить основанием для отмены приговора, поскольку данный факт не являлся причиной дорожно-транспортного происшествия, наступление которого спровоцировали действия водителя ФИО1, приведшие к наступившим последствиям.

При этом судом первой инстанции надлежаще были проверены выдвинутые стороной защиты доводы относительно причинно-следственной связи между допущенными А.Д.И. нарушениями Правил дорожного движения и наступившими последствиями. Выводы суда первой инстанции в приговоре в этой части убедительно мотивированы. Оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Какие–либо неустранимые судом первой инстанции существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден обжалуемым приговором, по делу отсутствуют. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, правильность оценки представленных сторонами доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку объективных данных полагать, что суд первой инстанции при их оценке нарушил положения ст.14, ч.1 ст.17 УПК РФ, не имеется, в связи с чем доводы стороны защиты о нарушении правил доказывания являются несостоятельными.

При этом каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе осужденного ФИО1, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, не выявлено. Кроме того, изложенные в апелляционной жалобе доводы представляют собой попытку переоценить исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что именно нарушение ФИО1 требований п.1.4, 1.5, абз.1 п.2.7, п.9.1 и абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ, его пренебрежительное отношение к обеспечению безопасности движения привело к совершению дорожно-транспортного происшествия, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью А.Д.И. и А.Е.Д., и правильно квалифицировал его действия по п. «а» ч.2 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Квалификация действий ФИО1 в приговоре подробно мотивирована.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе наличия смягчающих и отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При оценке данных, характеризующих личность ФИО1, суд учел, что он имеет постоянное место жительства и регистрации, где характеризуется положительно, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит.

Признание вины, положительные характеристики судом первой инстанции обоснованно учтены в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 в силу ч.2 ст.61 УК РФ.

Не являются основанием для смягчения назначенного ФИО1 наказания его высказывания в последнем слове о принесении извинений потерпевшим, по состоянию здоровья не принимавших участие в судебном заседании, поскольку это обстоятельство не отнесено уголовным законом к подлежащим обязательному учету в качестве смягчающего при назначении наказания обстоятельства. При этом ФИО1 со дня дорожного транспортного происшествия до окончания рассмотрения дела судом первой инстанции с потерпевшими не общался, извинений им лично не приносил.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Вывод суда о возможности исправления осужденного только в условиях реального отбывания наказания и отсутствия оснований для применения к нему положений ч.6 ст.15, ст.53-1, 64, 73 УК РФ вопреки доводам адвоката мотивирован совокупностью фактических обстоятельств дела, данных о личности ФИО1, указанных в приговоре.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, осужденному ФИО1 (в период с 2024 года по 2025 года подвергнутому административному наказанию за нарушение в области безопасности дорожного движения 126 раз, из которых 64 раза за превышение скорости движения транспортного средства) назначено в строгом соответствии с требованиями закона и в пределах санкции ч.2 ст.264 УК РФ, оснований для изменения назначенного дополнительного наказания либо его отмены не имеется.

Таким образом все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду при постановлении приговора, в том числе сведения о семейном положении, отсутствии иждивенцев, влиянии наказания на условия жизни семьи, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, в связи с чем назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным совершенному деянию и личности осужденного.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, определен судом правильно - в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ как лицу, осужденному к лишению свободы, за совершение преступления по неосторожности. 

В суде первой инстанции потерпевшими и гражданскими истцами А.Д.И. и А.Е.Д. по делу был заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, по 1 000 000 руб. в пользу каждого, а также о взыскании с ФИО1 материального ущерба, понесенного в связи с приобретением медицинских препаратов и мобильных телефонов, поврежденных в результате дорожно-транспортного происшествия, по 44 184 руб.15 коп. в пользу каждого.

Вопреки доводам апелляционной жалобы гражданский иск потерпевших о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного преступлением, рассмотрен в соответствии с требованиями ст.ст.151, 1101 ГК РФ.

Судом первой инстанции верно установлено, что в результате преступных действий осужденного, грубо нарушившего Правила дорожного движения РФ при управлении транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, потерпевшим А.Д.И. и А.Е.Д. ввиду причинения телесных повреждений, повлекших согласно заключений судебно-медицинских экспертизы тяжкий вред их здоровью, причинены физические и нравственные страдания. 

Принимая решение о взыскании с ФИО1 в пользу А.Д.И. и А.Е.Д. компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что заявленные потерпевшими исковые требования не являются завышенными, соответствуют испытанным ими нравственным страданиям вследствие причинения им тяжкого вреда здоровью, в результате чего они продолжительное время находились на стационарном и амбулаторном лечении и не могли вести активный образ жизни, размер компенсации в денежном выражении является разумным и обоснованным, а осужденный с учетом своего материального положения, возраста, состояния здоровья имеет возможности для исполнения приговора в данной части.

Несмотря на доводы апелляционной жалобы, обстоятельств, указывающих на несоразмерность компенсации морального вреда, взысканной в пользу А.Д.И. и А.Е.Д. по 1 000 000 руб. каждому, в деле не имеется. В связи с чем заявленные в апелляционной жалобе доводы не могут повлечь снижения взысканной судом в пользу каждого из потерпевших суммы.

Судом первой инстанции также верно разрешен вопрос о взыскании с ФИО1 в пользу А.Д.И. и А.Е.Д. материального ущерба, понесенных ими в связи с приобретением медицинских препаратов и мобильных телефонов, поврежденных в результате дорожно-транспортного происшествия. Не согласиться с таким решения суда у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела не допущено.

В связи с этим оснований для отмены приговора суда, а также его изменения по доводам апелляционной жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Темниковского районного суда Республики Мордовия от 1 июля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Петрова Ю.П. – без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47-1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии итогового судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении, кассационные жалобы либо представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.А.Нардышева