Дело №2-106/2017 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 14 марта 2017 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 10 марта 2017 года

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Кочневой В.В., при секретаре Чудовой Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору гарантированного получения прибыли на срочном рынке,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору гарантированного получения прибыли на срочном рынке. В обоснование исковых требований указано, что 20 июля 2015 года между ответчиком ФИО2 (гарантом) и истцом ФИО1 (инвестор) заключен договор гарантированного получения прибыли на срочном рынке от 20.07.2015, по условиям которого истец (инвестор) открывает брокерский счет в одном из российских банков или другой организации, имеющей лицензию брокера для работы на фондовом рынке России, и перечисляет н брокерский счет денежные средства в размере 

<

***>, передает гаранту ключи программы QUIK и доверенность для работы на брокерском счете инвестора. Стороны предусмотрели, что гарант обязуется при покупке и продаже фьючерсов на срочном рынке FORTS обеспечить доходность на брокерском счете в размере 40 % годовых в российских рублях, не считая налога с дохода физических лиц. Брокерский счет инвестора должен ежемесячно увеличиваться на 3%. Прибыль, заработанную сверх 3% в месяц, инвестор передает гаранту первого числа следующего месяца или в любой день по просьбе гаранта (п.1.3 договора). В п.1.4 договора имеется ссылка на график доходности инвестора (приложение к договору, подписанное сторонами). Согласно п. 2.1 договора гаранту предоставлена возможность допускать убытки по брокерскому счету инвестора не более страховочной суммы 

<

***>, которую внес гарант на счет инвестора, при превышении убытков выше страховочной суммы гарант обязан остановить торги по счету и внести дополнительные средства на брокерский счет инвестора. При досрочном расторжении договора гарант обязан заплатить оговоренные проценты за фактически проработанное время на брокерском счете инвестора (п.2.3 договора). Однако, гарант в нарушение своих обязательств по договору не обеспечил доходность инвестора на брокерском счете инвестора. Помимо этого, гарант допустил убытки по брокерскому счету сверх страховочной суммы. Согласно справке по полученным убыткам от операций с ценными бумагами и финансовыми инструментами срочных сделок, предоставленной ООО «Компания БКС» сумма полученного убытка составляет 

<

***> за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 г. Согласно графику доходности инвестора, минимальная сумма на начало следующего месяца (январь 2016 года) должна составлять 

<

***>, из которых 

<

***> – денежные средства инвестора на счете, 

<

***> – страховочная сумма, внесенная гарантом. Однако, по состоянию на 31.12.2015 сумма на счете составляет 

<

***>, что подтверждается брокерским отчетом ООО «Компания БКС». Таким образом, общая сумма задолженности гаранта перед инвестором составляет 

<

***> (

<

***>). Просит взыскать с ответчика денежные средства по договору гарантированного получения прибыли на срочном рынке в размере 

<

***>, расходы по уплате госпошлины в размере 

<

***>.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, воспользовался правом ведения дела с участием представителя. 

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий по доверенности от 13.01.2016г., полностью поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении по предмету и основаниям, суду пояснил, что по договору гарантийного получения прибыли на срочном рынке «FORTS» стороны приняли на себя ряд обязательств, ответственность, риски. В частности инвестор ФИО1 обязался предоставить денежные средства в размере 

<

***>, а гарант ФИО4 должен обеспечить доходность в размере 40% годовых или 3% в месяц при покупке и продаже фьючерсов на срочном рынке. Ответчик по договору назван «Гарантом» так как он гарантировал получение прибыли. Размер прибыли был предусмотрен в графике доходности. В случае превышения доходности над уровнем, предусмотренном в договоре, ответчик получал превышающую сумму. Истец свои обязательства по вышеуказанному договору выполнил. Предоставил денежные средства в качестве инструмента для дальнейшего осуществления операций, открыл брокерский счет, на котором к моменту заключения договора находились денежные средства в размере 

<

***> для совершения операций и 50 000 страховочной суммы, передал гаранту электронные ключи для совершения последним операций по счету. ФИО2 приступил к своим договорным обязанностям на рынке. Ответчик не оспаривает факт заключения договора, получение ключа от счета. В июле и августе 2015г. ответчиком была обеспечена доходность по брокерскому счету в соответствии с принятыми на себя по договору обязательствами, что позволяло получать ответчику прибыль. Финансовый управляющий в своем отзыве указывает, на то, что расчетом не представлен размер вознаграждения, но ответчиком требований к истцу не предъявлено, также как и истцом не предъявлено к ответчику требований о взыскании переплаты. С сентября 2015г. по счету стал фиксироваться убыток и, в определенный момент, превысил размер страховочной суммы. Не смотря на то, что у ФИО1 было право на расторжение договора, он не стал этого делать, потому что об этом попросил сам ФИО2, заверив, что вскоре прибыль на счете появится. В феврале 2016г. истец направил уведомление об одностороннем расторжении договора. Расчет убытка в иске строится по декабрь 2015г., хотя истец имел право требовать по январь 2016г. В материалах дела имеются доказательства, подтверждающие взаимоотношения и обязательства сторон по договору гарантийного получения прибыли. Так, п. 2.1 договора предусмотрено, что, в случае превышения убытков страховочной суммы, гарант должен остановить торги по счету и внести дополнительные средства на брокерский счет инвестора. Расчет в иске не учитывает размер страховочной суммы, которую сторона истца вычла при предъявлении требований. Относительно возражений финансового управляющего, что в расписках нет указания на получение ФИО2 именно прибыли по договору, указал, что в расписках есть ссылка на гарантированное получение прибыли, а по договору предусмотрен лишь один вид выплат. Первые 2 месяца работы показывают, что уровень дохода в 40% достигнут, таким образом, вполне реален. Арбитражный суд дал оценку данному договору, определив его как договор комиссии. Деятельность по договору на срочном рынке особо рисковая и применять ставки по доходам физических лиц и ставки ОФЗ не могут быть применены к данным правоотношениям. Истец не считает, что действия ФИО2 носят какой-либо противоправный характер, он не исполнил принятые на себя обязательства по договору. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме. Кроме того, просил взыскать судебные расходы по направлению в адрес ответчика телеграмм, в общем размере 

<

***> (

<

***>). 

Определением суда от 01.02.2016 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Компания БКС» (л.д.2). 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом и в срок. Решением Арбитражного Суда Свердловской области от 19.01.2016г. по делу №А60-28140/2015 о несостоятельности (банкротстве) утвержден финансовый управляющий ответчика ФИО5 (т.1 л.д.149).

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО5, представляющая интересы ответчика, против исковых требований возражала. Дополнительно пояснила, что истцом заявлено требование о взыскании задолженности по договору. В данном случае речь идет именно об убытках, а не о сумме задолженности по договору. Считает, что здесь имеет место неполучение прибыли (упущенная выгода), что подтверждает и сам истец. Истец, видя и зная, что на определенный момент возникла отрицательная сумма, мог остановить торги для того, чтобы уменьшить убыток, чего он не сделал. ФИО2 – доверенное лицо, но обязанность по контролю счета лежала на ФИО1, то есть ФИО2 действовал как агент от имени и за счет принципала. Истец не мог не учитывать риск. Относительно пункта, в соответствии с которым, гарант обязался при покупке и продаже фьючерсов обеспечить доходность, указала, что в данном случае, исходя из положений ст.ст. 393, 15 ГК РФ, это упущенная выгода. Также в Постановлении Пленума Верховного Суда №7 указано, что при рассмотрении судами вопроса возмещения упущенной выгоды, судам следует также учитывать возможность реального получения дохода. Заявитель должен был доказать, что 40% - реальная возможность получения прибыли. Должен присутствовать принцип разумности. Если говорить о размности убытка, нужно исходить либо из процентных ставок, либо ставок по ОФЗ (облигации федерального займа) которые установлены Центральным Банком и отражены на его сайте. В данном случае стороной истца не представлено доказательств, что 40 % или 3% прибыли в месяц возможно было получить в любом случае. Полагает, что причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и возникновением убытков на счете не доказана, также не доказан размер убытка или упущенной выгоды, не доказан противоправный характер действий ответчика, не ясно, что входит в сумму 

<

***>: либо это убытки, либо упущенная выгода. Просила отказать в удовлетворении исковых требований.

В судебное заседание не явился представитель третьего лица ООО «Компания БКС», о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом и в срок.

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, соответствии со ст.167 ГПК РФ.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, каждое доказательство в отдельности и в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Определением Арбитражного Суда Свердловской области от 26.12.2016г. (мотивированное определение изготовлено 11.01.2017 года), вступившим в законную силу 26.01.2016г года (т.1 л.д.242-244) отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 о признании сделки должника недействительной (договор гарантированного получения прибыли на срочном рынке от 20.07.2015г., являющийся предметом настоящего спора).

Указанным определением установлено, что стороны договора оформили акт приема денежных средств 20.07.2015 года, однако обе стороны согласны с тем, что фактически денежные средства на брокерский счет были внесены самим ответчиком и к моменту заключения договора были на брокерском счете. Страховочная сумма была возмещена должником позднее - после получения 28.07.2015 первого вознаграждения по договору. 

Таким образом, уменьшение стоимости имущества должника в результате передачи страховочной суммы 

<

***> не произошло, поскольку указанную сумму должник получил собственно в результате исполнения договора. По состоянию на 31.12.2015 остаток на брокерском счете ответчика составил 

<

***> Исходя из согласованного сторонами графика доходности, уплаченной должником страховочной суммы 

<

***>, остатка на брокерском счете ответчик обратился в суд за взысканием с должника 

<

***> в связи с ненадлежащим исполнением условий договора от 20.07.2015. Оспариваемый договор по своей правовой природе может быть квалифицирован как договор комиссии (ст.990 ГК РФ). Совершая сделки по поручению и за счет инвестора, гарант является должником инвестора в отношении денежных средств, предоставленных гаранту для осуществления операций на срочном рынке, или средств, полученных гарантом в результате совершения сделок. При надлежащем исполнении договора гарантированного получения прибыли на срочном рынке, увеличение размера имущественных требований к должнику не должно было произойти, так как условия договора предполагали распоряжение денежными средствами ответчика и должник рисковал собственными средствами только в пределах страховочной суммы 

<

***> Превышение убытков при совершении сделок на срочном рынке выше страховочной суммы обязывало должника остановить торги и внести дополнительные денежные средства на счет (п.2.1 договора). 

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса).

В соответствии с положениями статей 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик как сторона по возникшей гражданско-правовой сделке должен надлежащим образом соблюдать согласованные в ней условия, а также требования закона, иных нормативных актов.

Анализ заключенного между сторонами договора указывает на то, что в соответствии с положениями ст. ст. 420, 421, 422, 990 Гражданского кодекса Российской Федерации, соблюдена форма договора, принцип свободы договора, договор соответствовал обязательным для сторон правилам.

Согласно данному договору ответчик, на основании договора принял на себя обязательства по обеспечению доходности на брокерском счете в размере 40 % годовых в российских рублях, не считая налога с дохода физических лиц. Брокерский счет инвестора по договору должен ежемесячно увеличиваться на 3%. Данный договор исполнялся ответчиком надлежащим образом в первые 2 месяца работы, уровень дохода в 40% достигнут, таким образом, суд не может согласиться с позицией ответчика, ставящего под сомнение реальность получения прибыли в 40% годовых. 

Суд принимает во внимание безусловный характер принятых на себя ответчиком обязательств, юридическую однозначность формулировок, определяющих возложение риска неполучения прибыли от совершения сделок на срочном рынке, экономическую обоснованность отношений сторон – риску, принимаемому на себя гарантом, корреспондирует право получения им экономической выгоды при использовании денежных средств, принадлежащих инвестору.

Суд критически относится к доводам представителя ответчика о том, что отрицательный экономический результат по договору произошел по причине того, что истец, видя и зная, что на определенный момент возникла отрицательная сумма, мог остановить торги для того, чтобы уменьшить убыток, чего он не сделал, так как по смыслу п. 2.1 спорного договора прекращение операций по счету является правом, а не обязанностью инвестора. Для гаранта же остановка торгов при превышении указанных пределов убытка является обязанностью, которую он не выполнил, в результате чего наступил отрицательный экономический результат, который находится в прямой причинно-следственной связи с деятельностью гаранта. 

При этом, оценка данному пункту договора была дана в определении Арбитражного Суда от 11.01.2017г.

Согласно справке по полученным убыткам от операций с ценными бумагами и финансовыми инструментами срочных сделок, предоставленной ООО «Компания БКС» сумма полученного убытка составляет 

<

***> за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 г. 

Согласно графику доходности инвестора, минимальная сумма на начало следующего месяца (январь 2016 года) должна составлять 

<

***>, из которых 

<

***> – денежные средства инвестора на счете, 

<

***> – страховочная сумма, внесенная гарантом. 

Однако, по состоянию на 31.12.2015 сумма на счете составляет 

<

***>, что подтверждается брокерским отчетом ООО «Компания БКС». 

Материалами дела подтверждается, что ответчик (гарант по договору) прибегал к предусмотренному договором механизму, итогом чего и стал отрицательный результат исполнения договора, что в свою очередь свидетельствует о ненадлежащем исполнении им принятых на себя по договору обязательств.

Таким образом, общая сумма задолженности гаранта перед инвестором составляет 

<

***> (

<

***>).

Иных доказательств, опровергающих выводы суда в соответствии со ст.56 ГПК РФ стороной ответчика в материалы дела не представлено, а потому требования истца предъявлены к ответчику обоснованно и подлежат удовлетворению в заявленной сумме.

В силу ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Расходы, понесенные истцом по оплате государственной пошлины в размере 

<

***>, расходы по направлению телеграмм в адрес ответчика, в общем размере 

<

***> (

<

***>) подтверждены документально, относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела, а потому подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору гарантированного получения прибыли на срочном рынке, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму долга по договору гарантированного получения прибыли на срочном рынке 440 064 рублей 61 копейку, судебные расходы в размере 8 268 рублей 30 копеек, всего взыскать 448 332 рубля 91 копейку.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья В.В. Кочнева