.

Дело № 2-3238/18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июня 2018 года г. Ставрополь 

Промышленный районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Степановой Е.В.

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика СМУТП – ФИО2 по доверенности,

представителя третьего лица САО «ВСК» – ФИО3 по доверенности,

помощника прокурора Промышленного района Рябоконовой А.И. 

при секретаре Приходько Л.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Ставропольскому муниципальному унитарному троллейбусному предприятию о взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Промышленный районный суд г. Ставрополя с исковым заявлением, впоследствии уточенным, к Ставропольскому муниципальному унитарному троллейбусному предприятию о взыскании морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что ФИО1 пользуется только троллейбусным транспортом, для чего уже много лет покупает ежемесячный проездной билет как документ, гарантирующий пассажиру защиту его жизни, здоровья, моральных прав. 

С недавнего времени в каждом троллейбусе вывешено обращение СМУТП к пассажирам «сохранять билет, так как наличие билета – это гарантия страховых выплат...». Основание – Федеральный закон от дата № 259-ФЗ, «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта».

дата в 11 часов 40 минут от остановки «Площадь генерала Ермолова» (по адресу: 

<

адрес>) отошёл городской троллейбус с бортовым номером 233, следовавший по маршруту №. Водитель СМУТП остановил троллейбус и открыл ФИО1, идущей к остановке, переднюю дверь. Она с трудом поднялась по ступенькам и направилась к креслу за кабиной водителя, где располагаются места для пожилых людей и инвалидов. Взялась за поручень и попыталась сесть. В этот момент ощутила резкий рывок троллейбуса с места, ФИО1 оторвало от поручня. Она упала, и ее потащило по проходу салона за пределы средней двери и ударило о металлический каркас двойного кресла. Шок, потеря сознания. 

Когда ФИО1 пришла в себя, то почувствовала острую боль в голове, руки были деформированы, обездвижены и на глазах стали опухать.

Водитель ФИО4 был сильно раздражен, он даже не вышел в салон, а высунув голову из кабины, кричал: «Чего воешь, подумаешь, ушиб! Вставай, нечего притворяться».

Пассажиры подняли ФИО1 и вызвали «скорую помощь», которая прибыла через 10 минут. Первичный осмотр показал: переломы костей обеих рук со смещением, гематома и ссадины выше лобной части головы. ФИО1 сделали обезболивающие инъекции, зафиксировали руки шинами.

Боль продолжалась, ФИО1 плакала и стонала. Водитель не подошёл, даже не попытался выразить элементарного человеческого сочувствия. А кондуктор ФИО5 выскочила из троллейбуса сразу после падения ФИО1, сославшись на то, что не может видеть чужую боль и страдания человека.

ФИО1 была госпитализирована в городскую клиническую больницу скорой медицинской помощи, где был проведён осмотр ее травм и увечий разными специалистами, произведено несколько рентгеновских снимков, что подтвердило предварительный диагноз, поставленный на месте ДТП врачами «скорой помощи»: переломы костей обеих рук со смещением, гематомы и ссадины на голове. Были наложены гипсовые повязки: на левую руку от кончиков пальцев до локтя, на правую руку от кончиков пальцев на плечо.

Дальнейшее лечение ФИО1 производилось на базе городского травмпунтка. Ее терзали мучения: нестерпимые боли, несмотря на обезболивающие препараты, невозможность ухода за собой, потеря сна, в результате чего произошёл резкий сбой в артериальном давлении (180-200) и сердечном ритме, хотя ранее мерцательной аритмией не страдала. Как итог – дата «скорая помощь» доставила ФИО1 с загипсованными руками в краевой кардиологический клинический диспансер, где ее под контролем ЭКГ и препаратов выводили из гипертонического криза и стабилизировали аритмию сердца.

Гипсовые повязки у ФИО1 сняли по истечении восьми недель, а не трёх недель, как предполагалось медиками изначально. Но боли, особенно в правой руке, не прекращались (онемение, судороги, пронзающая резь в суставах негнущихся пальцев, отёчность кисти правой руки). Боль на время отпускала лишь под воздействием сильнодействующих препаратов. Руки до сих пор болят и не могут полноценно функционировать.

Лечение проходило у врачей:

1) травматологов «скорой помощи», 

2) многих специалистов ГБУЗ СК «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» г. Ставрополя;

3) врачей-травматологов-ортопедов городского травмпунтка, а именно: ФИО6. ФИО7. ФИО8, ФИО9, ФИО10. – главного врача травмпункта;

4) врачей-хирургов городской клинической поликлиники №: ФИО11. ФИО12., ФИО13;

5) врачей-неврологов Городской клинической поликлиники №: заведующего неврологическим отделением ФИО14. ФИО15

6) врача-травматолога-ортопеда ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический консультативно-диагностический центр» ФИО16, ФИО17:

7) врачей-кардиологов ГБУЗ СК «Краевой клинический кардиологический диспансер» ФИО18 и Городской клинической поликлиники № ФИО19;

8) врача-терапевта городской клинической поликлиники № ФИО20

Кроме того, ФИО1 прошла три курса физиотерапии, курс массажа и курс лечебной физкультуры. Во время лечения строго и аккуратно выполняла все назначения врачей.

До настоящего времени ФИО1 постоянно наблюдается у врачей-специалистов, что подтверждается справками невролога ФИО15, хирурга ФИО13, травматолога-ортопеда ФИО10., хирурга-ортопеда СКККДЦ ФИО16

Сложный перелом костей, неправильное сращение перелома костей правой руки, повреждение нервных стволов, посттравматическая нейропатия срединного нерва привели к увечью, затруднению при пользовании рукой и непрекращающимся болям (судороги, отёки, онемения, потеря сна, перебои с артериальным давлением). Рекомендована была операция (слом неправильно сросшихся костей), но в возрасте ФИО1 – 81 год – подобное хирургическое вмешательство могло привести к необратимым осложнениям.

В процессе комплексного лечения применялись лекарственные препараты, многие из которых достаточно дорогостоящие. Оплачены услуги медицинского персонала, проводившего инъекции препаратами хондроксид, мильгамма. комбилипен, инидакрин, комплигам.

Оплачивались транспортные расходы – поездки в такси, так как с двумя загипсованными руками и сильными болями в общественном транспорте ездить было невозможно, а собственного автомобиля у семьи ФИО1 нет.

Согласно положениям Федерального закона от 08.11.2007 года №259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»:

14. Ответственность перевозчика за вред, причиненный при перевозке пассажира его жизни или здоровью и (или) багажу, ручной клади, определяется международными договорами Российской Федерации либо, если настоящим Уставом или договором перевозки пассажира не предусмотрен более высокий размер возмещения указанного вреда, в соответствии с гражданским законодательством. 

16. Перевозчик обязан обеспечить выплату компенсации в счет возмещения вреда, причиненного при перевозке пассажира его здоровью, в сумме, определяемой исходя из характера и степени повреждения здоровья в соответствии с нормативами, установленными Правительством Российской Федерации. Размер указанной компенсации не может превышать два миллиона рублей. 

18. В целях определения периода перевозки пассажира, в течение которого перевозчик несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира и (или) его багажу, ручной клади, перевозка пассажира включает в себя период, в течение которого пассажир находится в транспортном средстве, период посадки пассажира в транспортное средство и период высадки пассажира из транспортного средства.

Считает, что вина гражданина ФИО4, водителя Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия, управляющего троллейбусом БТЗ-52764 б/н 233, доказана полностью: действия ФИО4 обоснованно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, поскольку допущенные им нарушения Правил дорожного движения РФ повлекли причинение вреда здоровья пассажира ФИО1, располагающей следующими документами, что

1) зафиксировано Протоколом 26 РМ №э1789 ГУ МВД России по Ставропольскому краю, согласно которому «водитель ФИО4, управляя троллейбусом БТЗ-52764 б/н 233. двигался со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением г/с, проявил невнимание к дорожной обстановке, в результате чего допустил падение пассажира ФИО1 В результате ДТП пассажир ФИО1 получила телесные повреждения согласно заключению эксперта № от дата Причинён вред здоровью пассажира ФИО1» (переломы обеих рук со смещением);

2) подтверждено постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от дата (судья Мороховец О.А.): «Признать ФИО4 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, так как водитель ФИО4 нарушил требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, не убедился в безопасности движения для пассажира, не учёл при движении особенности перевозимого им груза (пассажиров), в результате чего допустил падение пассажира ФИО1, которая получила телесные повреждения, причинившие вред её здоровью» (переломы обеих рук со смещением);

3) имеет место в части необоснованной и бездоказательной жалобы ФИО4 на постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от дата о привлечении его к ответственности по ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, где он старательно перечислял многочисленные статьи Правил дорожного движения, все обязанности водителя, должностные инструкции, обязанности регулировщика, постоянно противореча себе, не вспомнив, кстати, о том, когда он проходил очередной инструктаж на рабочем месте и как поставлена на предприятии работа службы техники безопасности при перевозке пассажиров;

4) заявлено в возражении пострадавшей пассажирки ФИО1 на жалобу ФИО4 на постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от дата, которая указала на факт беспрецедентной, циничной грубости, бестактности водителя ФИО4, который не только не оказал помощь пожилой женщине, получившей увечья, но даже не вышел из кабины, злобно крикнув рыдающему от нестерпимой боли человеку: «Чего воешь, подумаешь, ушиб! Вставай, не притворяйся». ФИО4 допустил в судебном заседании ложное заявление о якобы вызванной им «скорой медицинской помощи», тогда как на самом деле это сделали посторонние люди.

ФИО4, очевидно не зная о таких простых человеческих качествах, как гуманность, милосердие, правдивость, не захотел признать факт мощного рывка своего троллейбуса, а живописал в суде, как «плавно и почти с нулевой скоростью» он вёл свое транспортное средство, а пассажирка ФИО1, «в связи с её небрежностью, но не по моей вине, бегала по салону и упала...».

В возрасте 80-ти лет ФИО1 знает себя как очень осторожного, аккуратного, предусмотрительного человека, и ее почтенный возраст давно не позволяет ей быть небрежной, легкомысленной, тем более, бегать. Она столкнулась с вопиющей чёрствостью, бездуховностью, получила тяжкие увечья и вред здоровью и глубокую моральную травму.

ФИО4 какое-либо участие в непростой ситуации ФИО1 не принимал, не оказал помощи во время ДТП, не принёс свои извинения, не было ни единого звонка от ФИО4, ни одного слова от сотрудников троллейбусного предприятия, ответственных за безопасность пассажиров. ФИО4 добровольно не компенсировал ФИО1 ни вред здоровью, ни глубокую моральную травму.

Просит суд взыскать со Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 50000 рублей, моральный ущерб в размере 450000 рублей.

Впоследствии истец ФИО1 отказалась от исковых требований в части взыскания со СМТП материального ущерба в размере 50000 рублей, в связи с чем определением Промышленного районного суда г. Ставрополя от дата производство по делу в данной части было прекращено.

Следовательно, в рамках настоящего гражданского дела ФИО1 просит суд взыскать со Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия в ее пользу моральный ущерб в размере 450000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО21 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, дала пояснения, аналогичные изложенным в иске, и просила суд их удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика СМУТП – ФИО2 по доверенности заявленные исковые требования признала частично, поддержала письменные возражения на иск, согласно которым указано следующее.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" дано понятие морального вреда - нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.ст. 151, 1101 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 20 декабря 1994 г. N 10 определил предмет доказывания по спорам, связанным с компенсацией морального вреда, указав, что суду "необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя вреда, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора".

Таким образом, несмотря на то, что действующим законодательством предусмотрена возможность взыскания морального вреда, суду необходимо учитывать, доказано ли Истицей причинение ответчиком нравственных или физических страданий.

Следует отметить, что из представленных Истицей медицинских документов не прослеживается прямая взаимосвязь между полученными травмами и гипертоническим кризом, сердечной аритмией.

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что Ставропольское муниципальное унитарное троллейбусное предприятие ни в коем случае не стремиться снять с себя ответственность по факту полученных Истицей телесных повреждений с участием источника повышенной опасности, принадлежащего СМУТП, однако, просит рассмотреть данное дело с учетом того, что исходя из мотивировочной части постановления Промышленного районного суда г. Ставрополя, показаний свидетелей, троллейбус тронулся с места не резко, но Истица не удержалась на ногах и упала на пол, пассажир троллейбуса ФИО22 помог ей подняться и посадил ее на сидение, сознание Истица не теряла, как она указывает в иске, водитель троллейбуса ФИО23 сразу остановил троллейбус, и была вызвана скорая помощь. О грубости и/или неуважении водителя и кондуктора к Истице свидетели ничего не указывают.

Просит суд снизить компенсацию морального вреда, возникшего в результате полученных телесных повреждений в пользу ФИО1, до 100000 рублей, отказав в удовлетворении оставшейся части иска.

В судебном заседании представитель третьего лица САО «ВСК» – ФИО3 по доверенности просила вынести решение на усмотрение суда в соответствии с нормами действующего законодательства.

В судебном заседании помощник прокурора Промышленного Района Рябоконова А.И. сделала заключение о необходимости удовлетворения требований о моральном ущербе, размер взыскания оставила на усмотрение суда. 

Суд, выслушав пояснения сторон, заключение помощника прокурора Промышленного района г. Ставрополя, исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства по отдельности и в их совокупности, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд обосновывает решение лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствие со ст. 55 ГПК доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

В судебном заседании установлено, что дата в 12 часов 30 минут в районе 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, водитель ФИО4, управляя троллейбусом БТЗ -52764, бортовой №, нарушил п. п.1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от дата №, а именно двигался со скоростью, не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, проявил невнимание к дорожной обстановке, в результате чего допустил падение пассажира ФИО1

В результате пассажир троллейбуса ФИО1 получила телесные повреждения, причинившие средней тяжести вред ее здоровью.

Данное обстоятельство установлено постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от дата, вступившим в законную силу дата, по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4.

На основании ч. 2 ст. 61 ГПК РФ и п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 23 "О судебном решении" обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из постановления суда от дата следует, что виновность водителя троллейбуса ФИО4 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, подтверждается совокупностью доказательств, исследованными судом при административном судопроизводстве, а именно: протоколом об административном правонарушении 

<

адрес> от дата, справкой о дорожно-транспортном происшествии и схемой происшествия от дата, протоколом осмотра места совершения административного правонарушения б/н от дата, письменными объяснениями ФИО24 от дата, ФИО4 от дата и от дата, ФИО25 от дата, ФИО1 от дата, ФИО22 от дата.

Вышеуказанным постановлением суда от дата ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, – нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшему – ФИО1, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 15000 рублей.

В связи с причинением потерпевшей ФИО1 морального вреда, последняя обратилась в суд с настоящим иском.

Глава 59 Гражданский кодекс РФ, исходя из конституционных основ правового регулирования отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного деликтом, устанавливая общие положения о возмещении вреда (статьи 1064 - 1083), предусматривает специфику ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (статья 1079), и особенности компенсации морального вреда (статьи 1099 - 1101).

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством...).

В ч. 3 ст. 1079 ГК РФ указано, что владельцы источника повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновение транспортных средств и т.п.) третьим лицам, по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Согласно п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

На основании ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В судебном заседании установлено, что на момент ДТП виновник ФИО26 работал в Ставропольском муниципальном унитарном троллейбусном предприятия в должности водителя троллейбуса, то есть находился в трудовых отношениях с ответчиком СМУТП.

По смыслу главы 59 Гражданского кодекса РФ основанием деликтной ответственности является юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего, – наличие вреда. При наличии вреда как основания деликтной ответственности для применения мер принуждения к правонарушителю необходимо установить наличие условий деликтной ответственности.

Условия деликтной ответственности – это обязательные общие требования, соблюдение которых необходимо в случае применения к правонарушителю соответствующих мер ответственности – санкций, т.е. для принуждения его к исполнению обязанности возместить вред.

Деликтное обязательство и, соответственно, деликтная ответственность за причинение вреда возникают при наличии следующих условий: противоправность поведения лица, причинившего вред; причинная связь между противоправным поведением причинителя вреда и возникшим вредом; вина лица, причинившего вред.

По смыслу указанных законоположений, право на возмещение убытков от действий (бездействия) ответчика является мерой гражданско-правовой ответственности, для наступления которой истец обязан доказать не только размер ущерба, но и причинную связь между ущербом и действиями ответчика, а также вину причинителя ущерба – в данном случае незаконность действий.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 после дорожно-транспортного происшествия была обследована бригадой скорой медицинской помощи, где первичный осмотр показал наличие у нее переломов костей обеих рук со смещением, гематомы и ссадин выше лобной части головы. ФИО1 сделали обезболивающие инъекции, зафиксировали руки шинами.

Впоследствии ФИО1 была госпитализирована в городскую клиническую больницу скорой медицинской помощи, где был проведён осмотр ее травм и увечий разными специалистами, произведено несколько рентгеновских снимков, что подтвердило предварительный диагноз, поставленный на месте ДТП врачами «скорой помощи»: переломы костей обеих рук со смещением, гематомы и ссадины на голове. Были наложены гипсовые повязки: на левую руку от кончиков пальцев до локтя, на правую руку от кончиков пальцев на плечо.

Согласно заключению эксперта ГБУЗ СК Бюро СМЭ № от дата в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получила закрытый перелом 1-й пястной кости левой кисти со смещением, закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости со смещением, которые образовались в результате действия твердых тупых предметов, что могло иметь место в условиях дорожно-транспортного происшествия дата. Указанными повреждениями здоровью ФИО1 причинен средней тяжести вред здоровью по квалифицирующему признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель.

Оснований не доверять указанным доказательствам у суда не имеется, поскольку их достоверность и допустимость сомнений не вызывает.

Следовательно, суд приходит к выводу, что ответчик СМУТП (как юридическое лицо (работодатель), чей работник ФИО4 причинил вред при исполнении им трудовых обязанностей) подлежит ответственности за причинение истцу ФИО1 средней тяжести вреда ее здоровью.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

Суд должен учитывать также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ч.2 п.2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях гражданина, в том числе в связи с временным лишением или ограничением каких-либо его прав.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в п. 8 Постановления Пленума от 20.12.1994 г. N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда", степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

С учетом исследованных материалов дела суд принимает во внимание доводы истца о том, что в результате неправомерных действий ответчика ФИО4 истцу ФИО1 были причинены физические и нравственные страдания, которые выразились в следующем:

- ФИО1 терзали нестерпимые боли, несмотря на обезболивающие препараты, невозможность ухода за собой, потеря сна, в результате чего произошёл резкий сбой в артериальном давлении (180-200) и сердечном ритме (случился гипертонический криз);

- гипсовые повязки у ФИО1 сняли по истечении восьми недель, а не трёх недель, как предполагалось медиками изначально. Но боли, особенно в правой руке, не прекращались (онемение, судороги, пронзающая резь в суставах негнущихся пальцев, отёчность кисти правой руки). Боль на время отпускала лишь под воздействием сильнодействующих препаратов. Руки до сих пор болят и не могут полноценно функционировать;

- сложный перелом костей, неправильное сращение перелома костей правой руки, повреждение нервных стволов, посттравматическая нейропатия срединного нерва привели к увечью, затруднению при пользовании рукой и непрекращающимся болям (судороги, отёки, онемения, потеря сна, перебои с артериальным давлением). Рекомендована была операция (слом неправильно сросшихся костей), но в возрасте ФИО1 – 81 год – подобное хирургическое вмешательство могло привести к необратимым осложнениям.

Учитывая, что причинение истцу ФИО1 вреда здоровью повлекло за собой физические и нравственные страдания, суд полагает, что ответчик СМУТП (где работал водитель троллейбуса ФИО4) как владелец источника повышенной опасности, каким является троллейбус, и как причинитель вреда, в данном случае обязан компенсировать моральный вред потерпевшей стороне.

Учитывая требования разумности и справедливости, принимая во внимание, что истцу был причинен средней тяжести вред здоровью, характер и тяжесть полученных истцом телесных повреждений, лишение возможности вести активный образ жизни, а также фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, суд считает, что размер компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей будет наиболее полно соответствовать принципу разумности и справедливости.

При этом суд учитывает, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Таким образом, суд считает заявленные исковые требования законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Так, с ответчика Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия подлежит взысканию в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 5700 рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Ставропольскому муниципальному унитарному троллейбусному предприятию о взыскании морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать со Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия в пользу ФИО1 моральный вреда в размере 200000 рублей.

В удовлетворении оставшейся части искового требования о взыскании морального вреда в размере 250000 рублей истцу ФИО1 – отказать.

Взыскать со Ставропольского муниципального унитарного троллейбусного предприятия в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 5700 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Промышленный районный суд г. Ставрополя в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Степанова

.

. 

.