Дело № 2а-183/18 Копия

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2018 года г. Хабаровск

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Брыкина А.Ю., при секретаре судебного заседания Лескове И.А., с участием помощника военного прокурора Хабаровского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, административного истца, его представителя ФИО2 и представителя административного ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда административное дело по заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании действий командира указанной воинской части, связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава части,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд заявлением, в котором просит отменить приказы командира войсковой части № об увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава воинской части. Свои требования истец мотивировал тем, что до прекращения с ним военно-служебных отношений его не обеспечили положенными видами довольствия, не предоставили отпуск, не выплатили страховую сумму по случаю получения травмы в период службы. Наряду с требованием о восстановлении в рядах Вооруженных Сил РФ, истец просит суд взыскать в его пользу с воинской части 30 000 рублей в счет возмещения расходов, связанных с оплатой услуг представителя, а также компенсировать издержки, вызванные уплатой государственной пошлины, в сумме 300 рублей.

На заседании суда ФИО4, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 46 КАС РФ, исковые требования частично изменил, исключив из содержания заявления просьбу к суду о возложении на командира войсковой части № обязанности по выплате страховой суммы в связи с получением травмы. При этом он просил суд обязать указанное должностное лицо оформить для него справку о наступлении страхового случая и направить его на медицинское освидетельствование с целью определения степени тяжести полученного увечья. Требования об отмене упомянутых выше приказов он поддержал, но вместе с этим отметил, что приказ об увольнении с военной службы сам по себе его прав не ущемляет. Данное решение принималось командованием части на основании его волеизъявления, которое он неоднократно выражал после истечения срока контракта в своих рапортах, указывая на отсутствие желания продолжать службу в армии. Нарушение своих прав он усматривает в том, что в результате издания приказа об исключении из списков личного состава воинской части от ДД.ММ.ГГГГ года ему, проходящему в это время стационарное лечение, прекратили выплачивать денежное довольствие. В связи с этим он, его супруга, находящаяся в отпуске по уходу за ребенком, остались без средств к существованию, от чего он претерпел нравственные страдания, причинившие ему моральный вред, который он оценивает в 50 000 рублей, и просит взыскать эту сумму с ответчика. Кроме того, истец отметил, что в настоящее время его право на использование основного отпуска, на получение вещевого имущества и денежного довольствия восстановлено, дата его исключения из списков личного состава воинской части изменена на 8 августа 2018 года, что устраняет допущенные в отношении него нарушения. 

Представитель истца на удовлетворении требований, уточненных доверителем, настоял. Ссылаясь на статью 38 Конституции РФ, провозгласившую принцип свободы труда, он пояснил, что несвоевременное увольнение ФИО4, срок службы по контракту которого истек 1 сентября 2017 года, привело к нарушению гарантированного ему права не подвергаться принудительному труду, повлекшему причинение морального вреда, который должен быть компенсирован ответчиком в заявленном размере.

Действующий в интересах командира войсковой части № ФИО3, правомерность оспариваемых приказов аргументировал требованиями ст. 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», в соответствии с которыми по истечении срока контракта военнослужащий подлежит безусловному увольнению. ФИО4, по окончании контракта не пожелал продолжать службу, написал рапорт об увольнении, который командиром воинской части был установленным порядком реализован, поэтому приказ от № является законным и прав истца не нарушает. Приказ об исключении из списков личного состава воинской части действительно был издан во время нахождения ФИО4 в больнице. Это стало возможным в связи с тем, что командованию не было известно о госпитализации истца, который после случившегося с его участием дорожно-транспортного происшествия проходил лечение не в военном госпитале, а в гражданском медицинском учреждении. Узнав о факте получения ФИО4 врачебной помощи в стационарных условиях в день исключения его из списков части, командование внесло соответствующие изменения в приказ, восстановив истца на службе. Тем самым заявителю предоставлена возможность использовать положенные дни отпуска, получить причитающиеся выплаты, в том числе ежемесячную надбавку за выполнение задач, связанных с риском для жизни, и предметы вещевого довольствия. Требования истца о возложении на командира воинской части обязанности по оформлению документов, необходимых для получения страховой суммы, представитель счел необоснованными. Он указал, что с заявлением о предоставлении справки об обстоятельствах наступления страхового случая ФИО4 к командиру воинской части не обращался, о направлении на военно-врачебную комиссию не просил. В этой связи оснований для оформления испрашиваемых истцом документов у командира воинской части, по мнению ФИО3, не имелось. Не согласился представитель ответчика и с требованиями истца о компенсации морального вреда, а также о возмещении ему за счет воинской части судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, так как доказательств, их обосновывающих, ФИО4 не представил. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение военного прокурора, не усмотревшего оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, суд приходит к следующим выводам.

По делу установлено, что сержант ФИО4 проходит военную службу в войсковой части №. Срок действия заключенного с ним контракта истек 2 сентября 2017 года. За четыре месяца до окончания срока службы рапорт о заключении нового контракта должностному лицу, который вправе его подписать, истец не подавал, напротив, просил командира воинской части уволить его с военной службы. По приказу командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № № ФИО4 на основании представленного им рапорта от ДД.ММ.ГГГГ 2018 года был уволен с военной службы ввиду истечения срока контракта. В том же месяце, 12 числа, с многочисленными телесными повреждениями, полученными в результате дорожно-транспортного происшествия, истец поступил в КГБУЗ «

<

данные изъяты>», где согласно выписному эпикризу находился до 16 мая текущего года. В период с 18 по 26 июня 2017 года ФИО4 проходил стационарное лечение в КГБУЗ «

<

данные изъяты>». В соответствии с приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ года № № заявитель исключен из списков личного состава мотострелковой бригады с 11 мая 2018 года, но на основании распорядительного акта этого должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ № № ФИО4 восстановлен в списках части. Этим же приказом командир предписал предоставить истцу положенные дни отдыха за 2018 год, обеспечить его всеми причитающимися видами довольствия и исключить из списков части по окончании отпуска – с 8 августа 2018 года. 

В соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от 27 мая 2003 г. N 58- ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» военная служба является видом федеральной государственной службы. Принципы ее построения и функционирования закреплены в Федеральном законе «О воинской обязанности и военной службе», согласно пп. «е» п. 1 ст. 38 которого продолжительность военной службы для военнослужащих, проходящих ее по контракту, определяется сроком, установленным соглашением, заключенным между представителем органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, и гражданином. 

Статьей 51 ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» закреплены основания, при наличии которых военнослужащий подлежит увольнению, может быть уволен и имеет право на увольнение с военной службы.

Подпунктом «б» пункта 1 указанной статьи Закона предусмотрено, что по истечении срока контракта военнослужащих подлежит увольнению с военной службы.

Порядок увольнения военнослужащих с военной службы и исключения их из списков личного состава воинской части установлен в ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службе (Положение).

Согласно п. 16 ст. 34 Положения военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Таким образом, поскольку срок военной службы ФИО4, определенный контрактом, истек, а оставаться в рядах ВС РФ он не пожелал, приказ об увольнении его с военной службы является обоснованным, изданным во исполнение предписаний закона, надлежащим должностным лицом в соответствии с его полномочиями, определенными Положением и приказом МО РФ от 17 декабря 2012 г. N 3733.

Приказ об исключении истца из списков личного состава воинской части в первоначальной редакции действительно не отвечает требованиям п. 16 ст. 34 Положения, однако внесенные в него впоследствии командиром воинской части изменения в полной мере согласуются с указанной нормой и устраняют нарушения прав истца, о чем он заявил в суде. Исходя из вновь установленной даты исключения ФИО4 из списков личного состава части (8 августа 2018 года), его право на обеспечение денежным довольствием до прекращения военно-служебных отношений, в том числе на получение ежемесячной надбавки за выполнение задач, связанных с риском для жизни и здоровья (при наличии к тому оснований), не ограничено.

Что касается требований истца о возложении на командира войсковой части № обязанности по оформлению справки об обстоятельствах наступления страхового случая и выдаче направления на военно-врачебную комиссию с целью определения степени тяжести полученных травм для получения страховой суммы, то оснований для их удовлетворения суд не находит.

В силу ст.ст. 106-109 Дисциплинарного устава военнослужащий, изъявивший желание реализовать гарантированное ему действующим законодательством право, вытекающее из его специального статуса, должен обратиться с соответствующей просьбой к командиру, подав на его имя рапорт. В том случае если в удовлетворении его заявления командиром воинской части будет отказано, либо его обращение останется не рассмотренным, военнослужащий вправе обжаловать его действия (бездействие) вышестоящему командиру или в суд.

При таких данных, для реализации права на получение необходимых справок и направления на военно-врачебную комиссию ФИО4 следовало подать соответствующий рапорт на имя командира воинской части.

Между тем к должностным лицам войсковой части № с подобными просьбами, как пояснил в суде истец, ни устно, ни письменно он не обращался. По этой причине суд не может возложить на ответчика обязанность по выдаче нужных Ефименко документов, поскольку в силу ст. 227 КАС РФ суд принимает решение обязывающего характера лишь в случаях выявления факта нарушения прав гражданина, и признания в связи с этим действий (бездействия) должностного лица незаконными.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующее.

Положения ст. ст. 151, 1099 Гражданского кодекса РФ предусматривают, что компенсация морального вреда может быть возложена на причинителя вреда, если его действиями нарушены личные неимущественные права либо другие нематериальные блага гражданина; моральный вред, причиненный действиями, нарушающими имущественные права, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Действующее законодательство, регулирующее вопросы прохождения военной службы, не содержит указаний о возможности компенсации морального вреда, причиненного военнослужащим нарушением их имущественных прав. Поэтому в тех случаях, когда военнослужащие оспаривают действия должностных лиц, причинившие им только имущественный вред (невыплата денежного довольствия), компенсация морального вреда производиться не может.

Учитывая, что нравственные и физические страдания ФИО4 связывает с прекращением ему выплаты денежного довольствия после исключения из списков личного состава воинской части, то есть с нарушением имущественных прав, оснований для компенсации морального вреда суд не находит.

Кроме того, утверждения истца о том, что после его необоснованного исключения из списков части с 11 мая 2018 года он остался без средств к существованию действительности не соответствуют. Эти сведения опровергаются представленными ФИО4 расчетными листами, из которых следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ мая 2018 года уполномоченным органом Министерства обороны РФ с истцом произведен окончательный расчет на сумму 96 361 рубль.

Доказательств же совершения ответчиком виновных действий, нарушающих личные неимущественные права истца, либо посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, суду не представлено.

Доводы представителя истца о том, что моральный вред причинен истцу его несвоевременным увольнением, повлекшим нарушение права свободно выбирать род деятельности, суд считает несостоятельными.

В соответствии с подпунктом «b» пункта 3 статьи 4 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, термин «принудительный или обязательный труд» не включает в себя всякую службу военного характера и работу, выполнение которой обусловлено законодательством о воинской обязанности и военной службе.

Военнослужащий, подписывая контракт и приступая к военной службе, налагает на себя ряд обязанностей, которые отсутствуют в других видах трудовой деятельности, в частности обязанность продолжать службу после истечения срока, указанного в контракте (Определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2004 N 322-О).

Таким образом, прохождение военнослужащим службы по истечении срока контракта не может рассматриваться, как нарушение его прав свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства и приведенные положения нормативных правовых актов, суд не усматривает причин для удовлетворения требований истца об отмене приказов об увольнении и исключении из списков личного состава воинской части и о компенсации морального вреда.

Рассмотрев заявление истца о возмещении судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле (статья 112 КАС РФ).

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика.

Из материалов дела следует, что решение о восстановлении истца в списках личного состава воинской части и о предоставлении ему отпуска принято ответчиком после обращения ФИО4 с заявлением в суд.

Вместе с этим лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных расходов (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. N 1).

Аналогичная позиция сформулирована Конституционным Судом РФ в Постановлении от 20.10.2015 N 27-П.

Учитывая, что доказательств, подтверждающих факт несения истцом денежных затрат, связанных с участием в судебном разбирательстве его представителя, им в суд не представлено, его требования о взыскании с ответчика 30 000 рублей в счет возмещения расходов, связанных с оплатой услуг представителя, нельзя признать обоснованными.

В то же время, учитывая вышеизложенные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, расходы истца, связанные с уплатой государственной пошлины, следует возложить на ответчика, взыскав с воинской части в пользу ФИО4 300 рублей.

Поскольку денежные средства, выделяемые из федерального бюджета для финансирования войсковой части №, поступают и расходуются через лицевой счет ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Хабаровскому краю» указанная выше сумма подлежит взысканию с воинской части через лицевой счет названного финансового органа.

Руководствуясь ст. ст. 111, 175-180 и 227 КАС РФ, военный суд

Р Е Ш И Л:

Заявление военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании действий командира указанной воинской части, выразившихся в увольнении с военной службы и исключении из списков личного состава части, о компенсации морального вреда и возмещении расходов, связанных с оплатой услуг представителя, оставить без удовлетворения.

Заявление о возмещении судебных расходов, связанных с уплатой государственной пошлины удовлетворить, взыскав с войсковой части № через лицевой счет ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Хабаровскому краю» в пользу ФИО4 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Дальневосточный окружной военный суд через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме – 27 июля 2018 года.

Подлинное за надлежащей подписью.

Верно: Судья Хабаровского гарнизонного военного суда А.Ю. Брыкин

Секретарь судебного заседания И.А. Лесков