Дело № 2-1890/2018 07 ноября 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Бердниковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ЗАО СК «МАКС» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском ЗАО СК «МАКС» о взыскании страхового возмещения в размере 105 758 рублей, неустойки в размере 119 506,54 рублей, компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, штрафа в размере 50% от присужденной суммы, расходов по оплате юридических услуг в размере 34 000 рублей, расходов по оплате услуг специалиста в размере 12 000 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что 17 декабря 2016 года в результате дорожно-транспортного происшествия по вине водителя В.., управляющего автомобилем Ауди А4 государственный регистрационный номер 

<

№>, были причинены механические повреждения автомобилю истца БМВ Х5 государственный регистрационный номер 

<

№>, гражданская ответственность водителя автомобиля Ауди А4 государственный регистрационный номер 

<

№> на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ЗАО СК «МАКС». 18 июля 2017 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, признав случай страховым, ответчик 08 августа 2017 года произвел выплату страхового возмещения в размере 110 250 рублей. Согласно отчету специалиста ООО «Единый центр экспертиз и оценки» размер восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 216 008 рублей. 24 августа 2017 года истец направил в адрес ответчика претензию с требованием доплаты страхового возмещения, 28 августа 2017 года ответчик сообщил об отказе в удовлетворении претензии истца.

Представитель истца в судебное заседание явился, поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях, указал на обоюдную вину водителей в дорожно-транспортном происшествии, заявленный истцом размер восстановительного ремонта автомобиля, определенный на основании отчета специалиста, не оспаривал.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии с положениями ст. 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 рублей.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом либо договором (ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что 17 декабря 2016 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Ауди А4 государственный регистрационный номер 

<

№> под управлением водителя В.. и автомобиля БМВ Х5 государственный регистрационный номер 

<

№> под управлением водителя С. /л.д. 8/.

Собственником автомобиля БМВ Х5 государственный регистрационный номер 

<

№> с 27 октября 2016 года является ФИО1 /л.д. 6/.

Гражданская ответственность водителя автомобиля Ауди А4 государственный регистрационный номер 

<

№> на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ЗАО СК «МАКС», что следует из справки о дорожно-транспортном происшествии и ответчиком не оспаривается.

18 июля 2017 года истец обратился к ЗАО «МАКС» с заявлением о выплате страхового возмещения /л.д. 116/.

Признав случай страховым, ответчик произвел выплату страхового возмещения 08 августа 2016 года в размере 110 250 рублей, что подтверждается представленным в материалы дела платежным поручением № 5759 /л.д. 135/.

Не согласившись с размером страхового возмещения, истец обратился в ООО «Единый центр экспертиз и оценки», согласно отчету которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца с учетом износа составляет 216 008 рублей /л.д. 12-56/.

24 августа 2017 года истец обратился к ответчику с претензией о доплате страхового возмещения на основании заключения ООО «Единый центр экспертиз и оценки» /л.д. 59-60/.

В ответе от 28 августа 2017 года на указанную претензию ответчик указал на выплату страхового возмещения в полном размере исходя из наличия обоюдной вины водителей в дорожно-транспортном происшествии /л.д. 61/.

В ходе рассмотрения настоящего дела, не оспаривая стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, определенную заключением специалиста ООО «Единый центр экспертиз и оценки», ответчик также указывал на наличие обоюдной вины водителей в дорожно-транспортном происшествии.

В соответствии с положениями п. 22 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены.

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Из постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 27 января 2017 года следует, что 17 декабря 2016 года в 18 часов 10 минут напротив 

<

...> в Санкт-Петербурге произошло столкновение автомобиля БМВ Х5 государственный регистрационный номер 

<

№> под правлением С. и автомобиля Ауди А4 государственный регистрационный номер 

<

№> под управлением водителя В.. Из объяснений водителя В.. следует, что 17 декабря 2016 года он двигался по ул. Ч. Казачества от пр. Стачек к ул. Краснопутиловская со скоростью 60 км/ч в правой полосе движения. Впереди ехавший автомобиль Ауди А4 совершил перестроение в левый ряд, так как впереди стоял автомобиль без опознавательных сигналов. Перестроиться не имел возможности, так как слева двигался автомобиль. Применил экстренное торможение, в данном месте находится знак 3.27 «остановка запрещена». Из объяснения водителя С. следует, что 17 декабря 2016 года стоял с включенной аварийной сигнализацией на ул. Ч. Казачества, д. 3, до столкновения автомобиль был припаркован. 12 января 2017 года был опрошен свидетель А., который пояснил, что 17 декабря 2016 года двигался на своем автомобиле Ауди А4 по ул. Портовая в сторону ул. Автовская в правой полосе движения, за ним двигался автомобиль под управлением водителя В.. по ходу движения в правой полосе стоял без опознавательных знаков и без аварийной сигнализации автомобиль БМВ Х5. Скорость движения была 60км/ч. увидев препятствие в виде стоячего транспортного средства, водитель А. совершил перестроение в левую полосу и продолжил движение прямо. Сзади идущий автомобиль Ауди А4 не успел среагировать и принять мер, в результате чего совершил наезд на припаркованное транспортное средство. 12 января 2017 года был опрошен свидетель ФИО1, который пояснил, что 17 декабря 2016 года находился на стоянке по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ч.Казачества, д. 3, стоял на улице на территории стоянки. Подъехал С. на автомобиле БМВ Х5, остановился рядом со стоянкой с включенной аварийной сигнализацией, зашел на территорию стоянки, в этот момент произошел наезд на автомобиль БМВ Х5. 13 января 2017 года был опрошен свидетель Ю. который пояснил, что в момент дорожно-транспортного происшествия находился на стоянке, осматривал автомобили. Автомобиль Ауди черного цвета совершил наезд на автомобиль БМВ, который стоял возле стоянки. У автомобиля БМВ была включена аварийная сигнализация. Видеозапись с видеорегистратора и с камер наружного наблюдения отсутствует. 26 января 2017 года в отношении водителя С. было вынесено постановление по делу об административном правонарушении за нарушение п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, ч. 5 ст. 12.16 КоАП Российской Федерации. В ходе административного расследования установлено, что 17 декабря 2016 года в 18 часов 10 минут по адресу: Санкт-Петербург, ул. Ч. Казачества, д. 3водитель В. выбрал скорость движения, которая не обеспечила возможности постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения ПДД, при возникновении опасности для движения не применил своевременных мер к остановке транспортного средства, в результате чего совершил наезд на припаркованный автомобиль БМВ Х5. В действиях водителя В.. усматривается нарушение п. 10.1 ПДД российской Федерации, что подтверждается схемой происшествия, показаниями участников и очевидцев дорожно-транспортного происшествия, фотографиями с места дорожно-транспортного происшествия и повреждением транспортных средств /л.д. 9/.

Положениями п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, ч. 5 ст. 12.16 КоАП Российской Федерации, нарушение которых установлено постановлением по делу об административном правонарушении в действиях водителя С., управляющего автомобилем истца в момент дорожно-транспортного происшествия, предусмотрена ответственности за несоблюдение требований, предписанных дорожными знаками или разметкой проезжей части дороги, запрещающими остановку или стоянку транспортных средств.

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, нарушение которого установлено постановлением по делу об административном правонарушении в действиях водителя В.., ответственность которого застрахована ответчиком, установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Поскольку в ходе рассмотрения дела между сторонами возникли разногласия относительно установления виновности в дорожно-транспортном происшествии судом была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Центр независимой экспертизы «ПетроЭксперт».

Согласно заключению эксперта № 18-173-М-2-1890/2018 от 06 сентября 2018 года в указанной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля БМВ Х5 должен был руководствоваться в своих действиях требованиями запрещающего дорожного знака 3.27 «остановка запрещена». В действиях водителя усматривается несоответствие требованиям указанного дорожного знака, однако она не находятся в причинной связи с фактом данного ДТП. До момента наезда водитель неподвижного автомобиля БМВ не мог влиять на развитие механизма ДТП, предотвращение ДТП от его действий не зависело, а зависело от действий водителя сближавшегося с ним сзади в одной полосе автомобиля Ауди.

Водитель Ауди А4 должен был руководствоваться в своих действиях требованиями п. 10.1 ПДД Российской Федерации, которые обязывали его при возникновении опасности для движения применить эффективное торможение в целях предотвращения наезда. В представленных материалах отсутствуют данные о расстоянии между автомобилями Ауди и БМВ в момент возникновения опасности для движения водителя автомобиля Ауди, поэтому решить вопрос в категоричной форме о том, располагал ли водитель автомобиля Ауди технической возможностью предотвратить наезд на автомобиль БМВ с момента его обнаружения, а затем и о соответствии его действий требованиям п. 10.1 ПДД Российской Федерации не представляется возможным.

Если в момент возникновения опасности для движения расстояние между передней частью автомобиля Ауди и задней частью автомобиля БМВ составляло менее либо равно 45,1 м, то водитель автомобиля Ауди не успевал остановить свое транспортное средство, не доезжая до автомобиля БМВ, а равно не располагал технической возможностью предотвратить ДТП, в этом случае в его действиях несоответствий требованиям п. 10.1 ПДД Российской Федерации не усматривается, и они не находятся в причинной связи с фактом ДТП, при большем расстоянии – водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность, в этом случае его действия, не соответствующие п. 10.1 ПДД Российской Федерации, состоят в причинной связи с фактом наезда /л.д. 153-164/.

Оснований не доверять выводам судебной экспертизы у суда не имеется, каких-либо достоверных доказательств необоснованности, неясности экспертного заключение сторонами не представлено, выводы заключения сторонами не оспаривались /л.д. 174/, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявлено.С учетом изложенного, наличие вины в дорожно-транспортном происшествии в действиях водителя С. в ходе рассмотрения настоящего дела не установлено, согласно выводам судебной экспертизы предотвращение ДТП от его действий не зависело. Нарушение С. п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации не свидетельствует о наличие его вины в ДТП, как указано в исследовательской части заключения эксперта, действия водителя автомобиля БМВ, не соответствующие требованиям дорожного знака 3.27 «остановка запрещена», не состоят в причинной связи с фактом исследуемого ДТП, поскольку ДТП произошло при искусственном освещении, в условиях неограниченной видимости дороги, при этом наезд мог произойти при аналогичных обстоятельствах при отсутствии указанного дорожного знака, где остановка транспортного средства не запрещена, наличие или отсутствие указанного дорожного знака не влияло на расстояние видимости по обнаружению автомобиля БМВ из автомобиля Ауди /л.д. 156/.

При этом, наличие вины водителя Ауди в дорожно-транспортном происшествии эксперт связывает с расстоянием между автомобилями в момент возникновения опасности для движения (то есть в момент, когда у водителя автомобиля Ауди появилась объективная возможность обнаружить находящийся на правой полосе движения автомобиль БМВ), указывая, что если данное рассмотрение составляло более 45,1 м, водитель автомобиля Ауди имел техническую возможность предотвратить ДТП, в этом случае его действия, не соответствующие п. 10.1 ПДД Российской Федерации, состоят в причинной связи с фактом наезда.

Поскольку постановлением о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 27 января 2017 года в действиях водителя В.. установлено нарушение п. 10.1 ПДД Российской Федерации, указанное постановление не отменено, доказательств обратного не представлено, суд приходит к выводу о наличии в действиях водителя В.. вины в дорожно-транспортном происшествии.

При этом, суд учитывает, что вина водителя В.. в дорожно-транспортном происшествии ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспорена, в досудебном порядке ответчик признал случай страховым с выплатой части страхового возмещения.

На основании изложенного, руководствуясь вышеуказанными правовыми нормами, на основании объяснений сторон, анализа представленных письменных доказательств, суд приходит к выводу о том, что материалами дела в совокупности подтверждается, что несоответствие в действиях водителя С., управлявшего транспортным средством истца, требованиям ПДД Российской Федерации не находятся в причинно-следственной связи с возникновением рассматриваемого ДТП, что подтверждается заключением эксперта в рамках проведенной по настоящему делу судебной экспертизы. Принимая во внимание данное обстоятельство, на стороне ответчика возникла обязанность по выплате истцу страхового возмещения в полном размере, поскольку представлены истцом отчет специалиста ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнут, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска со взысканием с ответчика в пользу истца страхового возмещения в размере 105 758 рублей (216 008 рублей- 110 250 рублей).

В силу пункта 21 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуральной форме определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору.

С учетом указанных норм права, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения за период с 09 августа 2017 года по 30 ноября 2017 года. За указанный период размер неустойки составляет 119 506,54 рублей.

Вместе с тем, ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о применении к спорным правоотношениям положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2000 года N 263-О, положения пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанному критерию отнесена к компетенции суда первой инстанции и производится им по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о несоразмерности истребуемой истцом неустойки последствиям нарушения обязательств ответчиком, учитывая то обстоятельство, что ответчик произвел выплату страхового возмещения в неоспариваемом размере. Учитывая все существенные обстоятельства дела, в том числе, длительность допущенного ответчиком нарушения сроков исполнения обязательств, заявленный истцом период для взыскания неустойки, а также отсутствие доказательств несения истцом неблагоприятных последствий в результате неисполнения ответчиком обязательств, суд считает возможным снизить размер неустойки до 30 000 рублей. Указанный размер неустойки, по мнению суда, соответствует принципу разумности, направлен на восстановление прав и законных интересов сторон, не менее двухкратного размера ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителей.

Поскольку страховое возмещение истцу в полном объеме до настоящего времени не выплачено, факт нарушения прав истца как потребителя установлен, учитывая фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, длительный период нарушения прав истца со стороны ответчика, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 5 000 рублей. Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в заявленном истцом размере суд не усматривает, денежная сумма в размере 5 000 рублей отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии с п. 3 ст. 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Пунктом п. 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что наличие судебного спора о взыскании страхового возмещения указывает на неисполнение страховщиком обязанности по уплате его в добровольном порядке, в связи с чем удовлетворение требований потерпевшего в период рассмотрения спора в суде не освобождает страховщика от уплаты штрафа.

С учетом указанной нормы права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 52 879 рублей (105 758/2).

Оснований для снижения размера штрафа на основании заявленного ответчиком ходатайства о применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает, поскольку после обращения истца с претензией страховщиком страховая выплата не произведена, что повлекло за собой нарушение права потерпевшего на своевременное возмещение убытков, каких-либо доказательств в подтверждение заявленного ходатайства о применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера штрафа ответчик не представил.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Несение истцом расходов по оплате юридических услуг в общем размере 36 000 рублей подтверждается представленным в материалы дела договорами на оказание юридических услуг, квитанциями к приходным кассовым ордерам /л.д. 62-65/. 

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, а также объем оказанных истцу юридических услуг, участие представителя истца в судебных заседаниях, исходя из разумности размера подлежащих отнесению на ответчика судебных расходов, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 рублей.

Также судом установлено, что истцом были понесены расходы по составлению заключения об оценке стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 12 000 рублей /л.д. 58/, указанная сумма также подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в полном размере, поскольку указанные расходы являются обоснованными, заключение специалиста истцом было представлено ответчику к досудебной претензии и в качестве доказательства в обоснование заявленных требований.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

ООО «Центр независимой экспертизы «ПетроЭксперт» представлено заявление о взыскании расходов по проведению судебной экспертизы в размере 16 500 рублей, счет № 1436 от 07 сентября 2018 года на указанную сумму /л.д. 151-512/.

Поскольку денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, не была предварительно оплачена, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания причитающейся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу денежную сумму в размере 16 500 рублей с проигравшей гражданско-правовой спор стороны, то есть с ответчика.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 8 ст. 333.30 Налогового кодекса Российской Федерации, учитывая, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 215 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ЗАО СК «МАКС» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 105 758 рублей, неустойку в размере 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф в размере 52 879 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг специалиста в размере 12 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ЗАО СК «МАКС» в пользу ООО «Центр независимой профессиональной экспертизы «ПетроЭксперт» расходы по проведению экспертизы в размере 16 500 рублей.

Взыскать с ЗАО СК «МАКС» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 4 215 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 12 ноября 2018 года.